Я

Хочу быть холодной — как лёд по утрам,
Чтоб ни один голос не трогал внутри.
Чтоб не сжималось всё резко в висках,
Когда уходят, сказав «извини».

Хочу не чувствовать — просто смотреть,
Как люди приходят, уходят легко.
Не привыкать, не гореть, не болеть,
И отпускать их — как будто они мне никто.

А я не такая. Во мне всё всерьёз:
И взгляд, и касания, и пустота.
Я падаю в чувства — без правил, без слёз,
И в них растворяюсь почти до конца.

Я к людям привязываюсь, как к теплу,
Как к свету в окне среди серых домов.
И если уходят — я будто тону,
Хоть внешне держусь из последних основ.

Я знаю — так больно. Я знаю — нельзя
Так сильно врастать в чьи-то тихие дни.
Но сердце не учится жить «не любя»,
Оно или бьётся — или молчит.

И, может, однажды я стану сильней:
Не холодной — но чуть осторожней внутри.
Не перестану любить людей,
Но перестану терять себя в них.

Я бы стала холодной — без вспышек внутри,
Без дрожи в ладонях от чьего-то «привет».
Чтоб чувства — как выключить свет до зари,
И будто их в принципе больше и нет.

Я бы смотрела спокойно в глаза,
Не ища в них ни смысла, ни скрытых причин.
Не строила мир из чужого «нельзя»,
Не делала ближе случайных мужчин.

Я бы не ждала. Не проверяла бы чат.
Не знала бы, что значит «тянет назад».
Мне было бы проще — ни боли, ни дат,
Ни памяти, что превращается в яд.

Я бы не путала близость и страх,
Не цеплялась за тех, кто уходит легко.
Не прятала душу в чужих голосах,
Не делала «дом» там, где просто окно.

Я бы могла отпускать — без борьбы,
Без лишних вопросов, что тянут ко дну.
Как будто все люди — лишь мимо шаги,
И сердце не тянется больше ни к кому.

И, может, тогда я была бы сильней —
Без трещин, без бурь, без огня в груди.
Но в этой холодной, безмолвной тени
Не осталось бы меня настоящей внутри.