Merci Moi... Спасибо за Жизнь...

Кому-то пуля остановит жизни срок,
Кому-то — долгий путь в седых летах.
А я тогда не ведала, что Бог
Мне уготовил крылья в тех цепях.

Я думала: оковы — навсегда,
Подушка слёз — мой вечный изголов.
Но шли, как воды вешние, года,
И я училась жить… без тех оков.

Сначала просто встала поутру,
Потом смогла вдохнуть во всю длину.
И сталь в глазах, что я звала «умру»,
Переплавлялась тихо в седину.

Не в старость — в мудрость. В серебро без слов.
В умение смотреть и не судить.
Тот, для кого был горек мой альков, —
Ушёл. А я осталась жить.

Я не слежу за блеском городов,
Не рвусь в сословия, где правит лесть.
С меня достаточно моих садов,
Где я могу быть той, что просто есть.

И ложь, мечтавшая стать сказкой в те года, —
Она мертва. Я схоронила ту
Историю, не тронувши суда,
Не вызвавши на плаху и беду.

А та любовь, что тратили мы зря
В сияньи звёзд, в полночной тишине, —
Она не умерла. Она — моя.
Но больше не болит. Она — во вне.

Как старая шкатулка без ключа:
Красивая, но я не отворю.
Я научилась жить, не горячась,
И говорить «merci» календарю.

За тот июнь. За первый мой куплет.
За девочку, что ныла у стены.
Она не знала, что чрез двадцать лет
Мы выйдем с ней на свет. И мы — равны.

Кому-то пуля, а кому — покой.
Кому-то трон, кому — удел страдать.
А я отстроила свой мир своей рукой
И научилась просто отпускать.

И если спросит кто: «А где же месть?
Где крик? Где боль? Где сломанный язык?»
Я покажу на сад, что ныне здесь,
И на кота, что у камина сник.

Вот весь ответ. Вот весь итог пути.
Не нужно пуль. Не нужно горьких слов.
Я просто разрешила всем уйти,
Чтоб наконец остаться без оков.

«Merci, Madame» — теперь уже себе,
За то, что проводила и спасла.
За то, что в той мучительной борьбе
Корону я сняла….. И нимб нашла.