Эхо

Под гулкой ночью - гулкие шаги.
Я на пороге зыбкого пространства.
Вновь отрицаю этот глупый мир,
хотя давно научена спасаться.
Но каждый день мне дышит на ладонь
дыханием того, кто не со мной.
И каждый вечер брошен на весы
с осколками непро'житой весны.

Под гулким небом каждый взгляд - не вверх,
хоть в этом небе - облака и горы.
Я разливаю уголь в синеве,
сухим цементом засыпаю море.
Внизу, на дне - спасение моё.
В отравленной воде не видно слёз.
Но под цементом скрыты все следы.
Я думаю, - там больше нет воды.

Под гулкими ударами в груди
вдруг стало слишком тяжело подняться.
И убегая, - так боюсь уйти!
И замерев - не знаю, как остаться...
А имя, что пытаюсь растворить
слепой, послушной кислотой внутри,
уходит в воздух, вмешиваясь в дождь...
и возвращается, когда не ждёшь.

Я так хочу... хотя бы отпустить,
поверить в эту лживую разлуку;
но ни одной зацепки не найти
на пелене, меня обнявшей туго.

За гулким эхом - гулкие шаги.
Его. Мои.