Затишье перед бурей

Замер Минск. В центре штиль и тяжёлая муть,
Свислочь встала, не смея куда-то течь.
В этом воздухе страшно — не то чтобы просто вздохнуть,
А вообще хоть какую-то вымолвить речь.

Тишина заползает под куртку, в карман, в рукава,
На проспектах застыли машины — как экспонат.
И, наверное, мама стократно была права,
Говоря: «Уезжай, Дима, скоро здесь будет ад».

И я грею ладони о чашку — в ней крепкий чай,
И смотрю, как над Раковским небо меняет цвет.
Это время, когда не прощают, а шепчут: «Прощай»,
Понимая, что города завтра возможно нет.

Только кошка на подоконнике — хвост кольцом,
Чует кожей, как тучи сгущаются там, вдали.
Это просто затишье. Наш общий короткий сон,
Прежде чем всех поднимут на вилы из-под земли.

Буря выбьет стёкла, размажет сухой песок,
А пока — я курю, и в груди красно-белый оскал.
Мир застыл на мгновение. Палец нажал курок.
Жаль, что Бог в Куропатах тогда нас не доискал.