Калевала

Калевала.

Как из бересты плетут лукошко
Неторопливо, где окошко
Или как нитку к нитке вяжут
Вплетали в них все, что расскажут

По мотивам карело-финского эпоса.

Оглавление:
Руна 1. Вступление. Дочь воздуха опускается в море. Утка свивает гнездо. Яйца выкатываются из гнезда. Мать воды сотворяет мысы, заливы, берега. Вяйнемейнен рождается от матери воды.
Руна 2. Вяйнемейнен выходит на пустынный берег. Сампса Пеллервойнен сеет деревья. Вначале дуб не всходит, но, посеянный вновь, разрастается. Маленький человек поднимается из моря. Птицы поют на деревьях. Вяйнемейнен находит несколько ячменных зерен. Орел высекает Вяйнемейнену огонь. Вяйнемейнен сеет ячмень.
Руна 3. Вяйнемейнен постигает мудрость и становится знаменитым. Состязание с Йоукахайненом. Йоукахайнен, попав в беду, обещает. Огорченный Йоукахайнен уезжает домой. Мать радуется, но дочь печалится и плачет.
Руна 4. Вяйнемейнен встречает сестру Йоукахайнена в лесу и просит ее стать его женой. Девица в слезах бежит домой. Мать запрещает ей печалиться. Девушка продолжает плакать. Опечаленная она уходит в лес. Мать дни и ночи оплакивает свою дочь.
Руна 5. Вяйнемейнен идет к морю, чтобы поймать сестру Йоукахайнена, и ловит ее, превратившуюся в рыбу, на удочку. Он пытается разрезать рыбу на куски. Напрасно старается Вяйнемейнен. Огорченный, возвращается он домой.
Руна 6. Йоукахайнен затаил злобу на Вяйнемейнена и подстерегает его по дороге в Похьелу. Он видит Вяйнемейнена и готовится его убить. Вяйнемейнен падает в воду.
Руна 7. Вяйнемейнен много дней плавал в открытом море; его встречает орел и, благодарный ему за то, что Вяйнемейнен оставил для него при корчевании леса нетронутую березу, берет его на свою спину и доставляет на берег Похьелы, откуда хозяйка Похьелы берет его к себе домой и принимает хорошо. Однако Вяйнемейнен скучает по родным местам. Вяйнемейнен обещает по возвращении домой.
Руна 8. По дороге Вяйнемейнен видит красиво одетую девушку Похьелы и просит ее стать его женой. Девушка в конце концов соглашается. Вяйнемейнен начинает стругать. Он отправляется искать человека.
Руна 9. Вяйнемейнен рассказывает старику о происхождении железа. Старик бранит железо. Старик заставляет своего сына варить целебную мазь.
Руна 10. Вяйнемейнен возвращается домой и предлагает Ильмаринену идти свататься за девушку из Похьелы, которую он может получить, если выкует Сампо. Ильмаринен не хочет ехать в Похьелу. Ильмаринен выковывает Сампо. Ильмаринен просит девицу в жены. Ильмаринен получает лодку и возвращается домой.
Руна 11. Лемминкайнен отправляется свататься к девице из знатного рода Саари. Сначала девицы Саари насмехаются. Лемминкайнен крадет Кюлликки. Кюлликки плачет. Мать Лемминкайнена восхищается.
Руна 12. Кюлликки забывает свою клятву и отправляется в деревню, что приводит в гнев Лемминкайнена, решающего немедленно бросить ее и отправиться свататься к девице Похьелы. Мать пытается всячески удержать сына. Он снаряжается и отправляется в путь.
Руна 13. Лемминкайнен просит дочь у хозяйки Похьелы, которая ставит ему условие, чтобы он достал лося Хийси. Лемминкайнен отправляется за лосем.
Руна 14. Обычными охотничьими заклинаниями и мольбами Лемминкайнен наконец добывает лося и увозит в Похьелу. Вторым условием, Лоухи ему велит укротить огнедышащего коня. Третьим условием - велит застрелить лебедя Туонелы.
Руна 15. Из щетки, оставленной дома Лемминкайненом, начинает сочиться кровь; мать угадывает о погибели сына. Она торопится в Похьелу и спрашивает у хозяйки Похъёлы, куда та дела Лемминкайнена. Хозяйка Похьелы признается. Мать Лемминкайнена с длинными граблями. Придя в сознание, Лемминкайнен рассказывает.
Руна 16. Вяйнемейнен отправляет Сампсу Пеллервойнена искать нужные для постройки корабля деревья, а потом из дуба с помощью заклинания вытесывает лодку, но ему недостает трех слов. Нигде их не найдя, отправляется в Туонелу, откуда его не хотят отпускать. Однако, прибегнув к своей магической силе, Вяйнемейнен выбирается из Туонелы и по возвращении предупреждает людей, чтобы они не совершали злых поступков и не оказались в том ужасном положении, в котором пребывают недобрые люди.
Руна 17. Вяйнемейнен отправляется добывать слова у Антеро Випунена. Випунен проглатывает Вяйнемейнена, и тот, находясь в его животе, начинает сильно ему досаждать. Випунен пытается освободиться от Вяйнемейнена, однако тот угрожает, что останется в животе до тех пор, пока не заполучит у Випунена необходимые для постройки лодки слова. Випунен песнопением передает Вяйнемейнену все свои знания.
Руна 18. Вяйнемейнен плывет на своей новой лодке к девице Похъёлы, чтобы посвататься к ней. Сестра Ильмаринена видит Вяйнемейнена. Ильмаринен снаряжается и тоже спешит в Похьелу. Хозяйка Похьелы, увидя женихов, предлагает дочери выбрать Вяйнемейнена. Дочь, однако, обещает выйти замуж за Ильмаринена.
Руна 19. Ильмаринен входит в дом Похьелы и сватается к дочери Похьелы. Ему дают опасные поручения. Благодаря советам девицы Похьелы, Ильмаринен выполняет опасные поручения. Хозяйка Похьелы выдает свою дочь замуж. Грустный возвращается Вяйнемейнен домой.
Руна 20. В Похьеле к свадьбе убивают огромного быка. Варят пиво и готовят кушанья. Рассылают посланцев за гостями.
Руна 21. Жениха и сопровождающих его принимают в Похьеле. Гостей досыта угощают яствами и пивом. Вяйнемейнен поет хвалу хозяевам дома.
Руна 22. Невесту собирают к отъезду и поют ей о прошлом и о том, что ее ждет в будущем. Невеста озабочена. Невесту доводят до слез. Невеста плачет. Невесту утешают.
Руна 23. Невесту учат и дают советы, как она должна жить замужем. Старая нищенка рассказывает о своей жизни, как она была девушкой, как была замужем и как ушла от мужа.
Руна 24. Жениху читают наставления, как он должен обходиться с невестой, и ему велят не обращаться с нею плохо. Один нищий старец рассказывает, как он в свое время образумил свою жену. Невеста со слезами на глазах думает о том, что теперь она должна навсегда покинуть свой любимый родной дом, и прощается со всеми. Ильмаринен сажает невесту в сани, отправляется в путь и приезжает домой на третий день вечером.
Руна 25. Жениха, невесту и провожатых принимают в доме Ильмаринена. Гостей вдоволь угощают кушаньями и напитками. Вяйнемейнен поет и благодарит хозяина, хозяйку, свата и прочих провожатых. На обратном пути со свадьбы у Вяйнемейнена ломаются сани, он их чинит и едет домой.
Руна 26. Лемминкайнен, огорченный тем, что не был приглашен на свадьбу, решается все-таки в Похьелу, несмотря на запрещение матери и на погибель, которая, по словам матери, его ожидает в пути. Лемминкайнен отправляется в путь и, благодаря своим познаниям, счастливо проходит через все грозящие гибелью места.
Руна 27. Лемминкайнен прибывает в Похьелу и держит себя очень заносчиво. Хозяин Похьелы сердится и, не победив Лемминкайнена в искусстве заклинания, вызывает его драться на мечах. Во время поединка Лемминкайнен отрубает голову хозяину Похьелы, а хозяйка Похьелы, чтобы отомстить за убийство мужа, собирает против Лемминкайнена войско.
Руна 28. Лемминкайнен спешно покидает Похьелу, прибывает домой и спрашивает у матери, где бы он мог скрыться от похъёланцев, которые, по его словам, скоро нагрянут и будут во множестве воевать против него одного. Мать упрекает сына за то, что он поехал в Похьелу, предлагает ему различные места, где бы он мог скрыться, и, наконец, советует ему удалиться на остров за морями, где раньше во время больших войн мирно жил его отец.
Руна 29. Лемминкайнен отправляется через моря на лодке и благополучно прибывает на остров. На острове Лемминкайнен соблазнил много девушек и женщин, за что мужчины, рассердившись, решают убить его.
Лемминкайнен поспешно собирается и покидает остров, к большому сожалению девушек. На море сильная буря разбивает
судно Лемминкайнена, он вплавь добирается до берега, добывает новую лодку и приплывает на ней к родным берегам.
Лемминкайнен видит, что дом его сожжен и вся местность пустынна. Он начинает плакать и жаловаться, боясь, что и мать
его погибла. Мать, однако, жива, она на новом месте, в глухом лесу, где Лемминкайнен, к большому своему счастью, находит ее. Мать рассказывает, как народ Похьелы пришел и испепелил их жилище. Лемминкайнен обещает построить новое, еще лучшее жилище, а также отомстить Похьеле и рассказывает своей матери о веселой жизни на острове, где он скрывался.
Руна 30. Лемминкайнен отправляется со своим прежним боевым товарищем Тиэрой воевать против Похьелы.
Хозяйка Похьелы посылает против Лемминкайнена и его товарища сильный мороз, который замораживает их судно на море и, чуть было, не заморозил героев, находившихся на судне. Однако Лемминкайнен своими заклинаниями и проклятиями изгоняет мороз. Лемминкайнен со своим товарищем добирается по льду до берега, опечаленный бродит по глухим лесам, пока, наконец, не возвращается домой.
Руна 31. Унтамо начинает войну против своего брата Калерво, убивает Калерво вместе с его войском, оставив в живых из всего рода только одну беременную женщину; эту женщину он берет с собой, и у нее в Унтамоле родится сын Куллерво. Куллерво еще в колыбели думает об отомщении Унтамо, а Унтамо пытается различными способами убить его, но это ему не удается. Когда Куллерво вырос, он портит всякую работу, которую ему поручают, и рассерженный Унтамо продает его в рабство Ильмаринену.
Руна 32. Жена Ильмаринена назначает Куллерво пастухом и со злости запекает ему в хлеб камень. Жена Ильмаринена выпускает стадо на луг, провожая его заклинаниями.
Руна 33. Куллерво пасет стадо и вечером вынимает хлеб из сумки, начинает резать его ножом и ломает свой нож о камень, замешанный в хлеб. Особенно огорчило его то, что этот нож был единственной памятью, оставшейся ему от его рода. Куллерво решает отомстить хозяйке, загоняет стадо в болото, а вместо него собирает стадо волков и медведей, которых вечером пригоняет домой. Жена Ильмаринена идет доить и гибнет, дикие звери разрывают ее на куски.
Руна 34. Куллерво убегает от Ильмаринена, скитается опечаленный по лесу и узнает от одной старушки, что его отец, мать, брат и сестра, еще живы. Куллерво находит родных, по указанию старухи, на границе Лапландии. Мать говорит Куллерво, что она считала его уже давно потерянным, как и свою старшую дочь, ушедшую по ягоды в лес и больше не вернувшуюся.
Руна 35. Куллерво пытается работать у своих родителей, но помощи от него мало, и отец отправляет его везти подать. Отвезя подать, Куллерво встречает на обратном пути пропавшую сестру, но, не узнав, соблазняет ее. Когда Куллерво и его сестра узнали, кто они такие, сестра бросается в реку, а Куллерво спешит домой, рассказывает матери, что он обесчестил родную сестру, и хочет покончить с жизнью. Мать Куллерво запрещает ему покончить с собой и уговаривает уехать, найти спокойный уголок и тихо доживать жизнь. Куллерво приходит в голову мысль отомстить за все Унтамо.
Руна 36. Куллерво снаряжается на войну и покидает родных. Одной только матери не безразлично, куда он пойдет, умрет ли, останется ли в живых. Куллерво приходит в Унтамолу, убивает всех и сжигает жилища. Куллерво возвращается домой, но дом его пуст, в живых на месте оказывается только старая черная собака, с которой он идет в лес, чтобы добыть себе пищи. По дороге Куллерво попадает на то место, где соблазнил свою сестру, и убивает себя своим мечом.
Руна 37. Ильмаринен долго оплакивает свою жену, потом с большим трудом выковывает себе новую жену, неодушевленную, из золота и серебра. Ильмаринен проводит с золотой ночь, но та сторона его тела, которою он касается золотой жены, становится холодной, как лед. Ильмаринен предлагает золотую жену Вяйнемейнену, но тот не берет ее и советует Ильмаринену выковать из нее другие предметы или отвезти ее а таком виде, как она есть, в другие страны и отдать ищущим золота женихам.
 Руна 38. Ильмаринен отправляется в Похьелу свататься за младшую сестру прежней своей жены, но слышит в ответ ругань. Рассердившись, он похищает девицу и отправляется с нею домой. По дороге девица оскорбляет Ильмаринена и доводит его до гнева. В ответ на оскорбления он превращает ее в чайку. Ильмаринен возвращается домой и рассказывает Вяйнемейнену о беззаботной жизни Похъёлы, обладающей Сампо, а также о том, что с ним случилось во время сватовства.
Руна 39.  Вяйнемейнен предлагает Ильмаринену отправиться вместе с ним в Похьелу за Сампо. Ильмаринен соглашается, и герои отправляются на лодке в путь. Лемминкайнен встречает Вяйнемейнена и Ильмаринена и, услышав, куда они едут, просит взять его с собой, на что они охотно соглашаются.
Руна 40. Вяйнемейнен с героями приплывают к водопаду, и под водопадом лодка наскакивает на большую щуку. Щуку Вяйнемейнен и его товарищи убивают, втаскивают в лодку, варят и съедают. Вяйнемейнен делает из челюстей щуки кантеле, на котором многие пробуют играть, но ни у кого не хватает уменья.
Руна 41. Вяйнемейнен играет на кантеле, и все, живущее в воздухе, на земле и в море, собирается послушать его игру. Игра Вяйнемейнена за душу хватает слушающих, слезы выступают у них на глазах. Из глаз самого Вяйнемейнена падают на землю крупные слезы и, скатываясь в воду, превращаются в чудесные голубые жемчужины.
Руна 42. Герои прибывают в Похьелу, и Вяйнемейнен говорит, что они приехали поделить Сампо. Если они не получат половины, то возьмут насильно все. Хозяйка Похъёлы не соглашается отдать Сампо и поднимает против них всех жителей Похъёлы. Вяйнемейнен берет кантеле, начинает играть и погружает своей игрой в сон всех в Похьеле. Затем вместе с товарищами он разыскивает Сампо, достает его из каменной горы и кладет в лодку. Взяв Сампо в лодку, Вяйнемейнен и его товарищи отплывают из Похъёлы и счастливо плывут домой. На третий день хозяйка Похъёлы пробуждается и, увидев, что Сампо похищено, насылает густой туман, большой ветер и прочие препятствия, чтобы задержать похитителей Сампо, пока она сама их не догонит. Во время бури Вяйнемейнен теряет в море свое новое кантеле.
Руна 43. Хозяйка Похъёлы снаряжает военный корабль и отправляется за похитителями Сампо. Когда Лоухи их настигает, на море между Похьелой и Калевалой завязывается бой, в котором побеждает Калевала. Однако хозяйке Похъёлы удается выхватить Сампо из лодки, оно падает в море, где разбивается на куски. Большие куски Сампо тонут в море, но мелкие куски волны выбрасывают на берег, к великой радости Вяйнемейнена, видящего в них основу будущего благоденствия. Хозяйка Похъёлы угрожает уничтожить все счастье Калевалы, но угроз ее Вяйнемейнен не боится. Огорченная потерей своей власти, возвращается хозяйка Похъёлы домой, захватив с собой от всего Сампо только щепочку от крышки. Вяйнемейнен старательно собирает с берега обломки Сампо, высаживает их и желает своей стране вечного счастья.
Руна 44. Вяйнемейнен отправляется в море искать потерянное кантеле, однако не находит его. Вяйнемейнен делает из березы новое кантеле, играя на нем, восхищает все, что есть в природе.
Руна 45. Хозяйка Похъёлы насылает на Калевалу ужасные болезни. Вяйнемейнен исцеляет народ мощными заговорами и мазями.
Руна 46. Хозяйка Похъёлы натравливает медведя на стада Калевалы. Вяйнемейнен убивает медведя, и, согласно древнему обычаю, в Калевале устраиваются по этому случаю торжественные празднества. Вяйнемейнен поет, играет на кантеле и желает Калевале счастливой жизни на будущие времена.
Руна 47. Луна и солнце сходят с неба, чтобы послушать игру Вяйнемейнена. Хозяйка Похьелы захватывает их, прячет в гору и похищает даже огонь из очагов Калевалы. Верховному богу Укко тяжело без света, и он высекает огонь для новой луны и солнца. Огонь падает на землю, и Вяйнемейнен с Илмариненом отправляются его искать. Дева воздуха рассказывает им, что огонь попал в озеро Алуэ и там его проглотила рыба. Вяйнемейнен и Ильмаринен отправляются ловить рыбу сетью из мочалы, но поймать ее им не удается.
Руна 48. Сыны Калевы изготовляют сеть из льна и отправляются ловить проглотившую огонь рыбу, которую и вылавливают. Огонь находят в брюхе рыбы, но он быстро выскальзывает и сильно обжигает щеки и руки Ильмаринену. Огонь распространяется по лесу, опустошает много земель и движется все дальше, наконец его вылавливают и доставляют в темные жилища Калевалы. Ильмаринен оправляется от ожогов.
Руна 49. Ильмаринен выковывает новую луну и новое солнце, но не может заставить их светить. Вяйнемейнен при помощи гадания узнает, что луна и солнце находятся в скале Похъёлы, он отправляется в Похьелу, сражается с людьми Похъёлы и одерживает победу. Он хочет увидеть луну и солнце, но не может попасть внутрь скалы. Он возвращается домой, чтоб выковать оружие, с помощью которого можно было бы открыть скалу. Когда Ильмаринен принимается его ковать, хозяйка Похъёлы, в страхе, что ей придется плохо, выпускает из скалы луну и солнце. Вяйнемейнен, увидев луну и солнце на небе, приветствует их и желает, чтобы они всегда украшали небо и приносили счастье людям.
Руна 50. У девушки Марьятты рождается сын от брусники. Ребенок куда-то исчезает, и его наконец находят в болоте. Для крещения приводят старца, но старец не крестит сына, у которого нет отца, до тех пор, пока не будет изучено и решено, должен ли он быть оставлен в живых. Вяйнемейнен приходит, чтобы изучить дело, и объявляет, что этот странный мальчик должен быть умерщвлен, однако младенец укоряет Вяйнемейнена за несправедливый приговор. Старец крестит младенца как будущего короля Карелии. Разгневанный Вяйнемейнен уходит, предсказывая, что он еще однажды понадобится своему народу для нового Сампо, кантеле и света. Он уплывает на медной лодке туда, где сходится земля и небо, но кантеле и свои великолепные песни он оставляет в наследство народу. 
Часть 51. Пророчества Вяйнемейнена сбываются. Орел приносит Вяйнемейнену весть. Лоухи возвращается в современную Финляндию. Колдунья творит зло. Власть Лоухи над героями. Вяйнемейнен возвращается в Калевалу. Лоухи чувствует близкий конец. Заключение.

Руна 1.

Песнь 1.
Вступление.

Век веков тому назад
Куда уже не достанет взгляд
Там, где сосны и ели шумят
Яркие звезды на небе горят
В краю голубых озер лесных
Речек порожистых и глухих
Сложил эти сказки народ
Карельских преданий хоровод
О бесстрашных героях своих
Одолевших армию сил злых

Как из бересты плетут лукошко
Неторопливо, где окошко
Или как нитку к нитке вяжут
Вплетали в них все, что расскажут
Калевалы, творя историю веков
Карелии нашей, далеких предков

И пока ясное солнце сияет
А красавица луна ночь освещает
Старики внукам о них расскажут
Матери-детям узелки их развяжут
Чтобы весельем утро начиналось
Радости море днем не кончалось
А вечер был тихим и ясным
Ночью, сон глубоким и прекрасным

В далекие, незапамятные времена
Еще солнце не зажигалось когда
Дикой и пустынной земля была
Ни дерево, ни травинка, не росла
Только камень да песок кругом
Песок да камень, один на другом
Таким же мертвым и море было
И небо, как море, пустым светило
Не было рыб в просторе морском
Воздух не трогали птицы крылом
Все было мертвым тогда
И земля, и воздух, и вода

Песнь 2.
Дочь воздуха Ильматар опускается в море.

Дочь воздушного пространства
И дитя без края царства
Ильматар, цветок прекрасный
Красоты той труд напрасный
Долго девой оставалась
И девицею скиталась
По его полям широким
И равнинам синеоким

Скоро скучно стало ей
Средь безжизненных весей
Одинокой быть устала
Ильматар спускаться стала
На хребет прозрачный моря
С воздухом пустынным споря
Но едва она коснулась
Спящих вод, та всколыхнулась
Налетели ветры злые
Волны подняли крутые
С четырех сторон летели
И как звери те ревели
Бурю подняли на море
Как грозу в широком поле
С Ильматар она играла
С гребня на гребень бросала
Ветер же надул ей плод
Брошенной ей им средь вод
Море полноту ей дало
И тяжелым тело стало

И носила плод тяжелый
Ветром с морем сотворенный
Семь веков, скорбя она
Днем и ночью, и без сна
А день родов не начинался
Не зачатый-не рождался

Мать воды, она металась
Во все стороны кидалась
К небу взор свой обращала
И про помощь вопрошала
Мучимая болью в теле
Полнотой в тяжелом чреве
А день родов не начинался
Не зачатый-не рождался

Уже Ильматар не рада сама
Что небесный простор она
На вод пучину поменяла
Но счастливее не стала

Плачет дева, ей невмочь
Укко просит ей помочь:
Горе мне, судьбой гонимой
Ранее тобой любимой
Разве ж многого нашла
Что из воздуха я вышла
Буря, вот меня гоняет
И волна меня качает
Лучше б я не опускалась
Дочкой воздуха осталась
Чем в пространствах, что чужды
Стала матерью воды

Тяжко мне в сих водах жить
По волнам блуждая плыть
Я в холодных водах моря
Выпила немало горя
Укко, бог ты наш верховный
И судья немногословный
Неба ты всего носитель
Наш отец и наш спаситель
Ты сойди на волны моря
Девицу спаси от горя
Ты избавь от болей деву
Помоги ты ее чреву
Поспеши, я погибаю
Я в нужде к тебе взываю!

Песнь 3.
Утка свивает гнездо.

Так прошла одна минутка
Вот летит красотка утка
Воздух крыльями колышет
Для гнезда местечка ищет
Мечется по сторонам
Но нет его ни тут, ни там
Негде гнездышко ей свить
Чтобы яйца отложить

Осмотрелась, полетала
Призадумалась, сказала:
Свить гнездо мне на ветру
Ветер унесет к утру
На волне гнездо создать
Волны будут разбивать

Мать воды слова те слышит
Жалость к утке ею дышит
Подняла из волн колено
Чтобы утка непременно
Здесь свила гнездо она
Яйца класть уже пора

Ищет уточка, спешит
Вдруг увидела, торчит
То ли кочка, то ли дерн
Посреди высоких волн
Полетала, осмотрелась
На колено Ильматар уселась
И гнездо себе там вьет
И спокойно там живет

Сносит яйца не простые
Шесть из них, те золотые
А седьмое, как из стали
Словно в кузнице ковали

Песнь 4.
Яйца выкатываются из гнезда.

Вот наседкой утка села
К яйцам будто прикипела
Греет их и то колено
Так три дня вмиг пролетело
Вдруг ощутила Ильматар
Как в колене пышет жар
Кожу так на нем нагрело
Словно пламя там горело
Или печи там топились
И все жилы растопились

И колено Ильматар
Дернулось, гася пожар
Яйца покатились в воду
На куски разбились с ходу
И обломками распались
Но нигде не потерялись
А чудесно изменились
И куски их превратились:
Из нижней части, вырастая
Вышла мать-земля сырая
Из верхней части, из яйца
Свод небесный без конца
Солнце, из желтка явилось
И все в округе осветилось
Ясный месяц появился
Из белка он уродился
Из пестрой части, из яйца
Звезды в небе без конца
А из темных, что разбились
Тучи в воздухе явились

Песнь 5.
Мать воды сотворяет мысы, заливы, берега.

Ну, а время, все вперед
И бежит за годом год
При сиянье солнца юном
И младого света лунном
Мать воды плывет по морю
Кто поможет ее горю?
Небо над водой сияет
Но молчит, не помогает

Девять лет так и прошло
На десятое, чело
Ильматар из вод подняла
И творить творенья стала

На хребте прозрачных вод
Суши новый хоровод
Там, где руку поднимает
Мыс из моря выступает
Станет вдруг ногой на дно
Рыбьей ямою оно
Ну а где его касалась
Глубь морская появлялась
Бок ее земли касался
Берег новый появлялся
И куда главой склонялась
Бухта малая являлась

От суши дальше удалилась
На волнах остановилась
Скалы в море созидала
Их под воду набросала
На погибель морякам
Тех судов, что тонут там
Создала земные страны
И в утесах трещин раны

Только плод боль возбуждает
В чреве матери блуждает
Вяйнемейнен, ее сын
Тридцать лет он там один
И на водах дремой полных
На волнах морских, на темных
Как в темнице он сидит
Света белого не видит

Песнь 6.
Вяйнемейнен рождается от матери воды.

Поразмыслил Вяйнемейнен
Что ль не жив он или ранен
В темном месте пропадать
От неудобств его страдать
Где свет солнца не сияет
Месяц блеском не играет

И сказал слова он вслух
Ильматар лаская слух:
Месяц, солнце золотое
Небо, вечно голубое
И Медведица на нем
Помогите мне втроем
Дайте выйти мне на волю
Пожалейте мою долю
Месяц видеть я хочу
Солнца кланяться лучу
На Медведицу смотреть
Слезы счастья утереть

Но молчат в ответ они
Тяжко он проводит дни
Жизнь ему постылой стала
И уже пора настала
Тронул крепость он ворот
Пальцем сдвинул заворот
Крепкий костяной замок
Открыл малый ноготок
И с порога на руках
В сени он ползет впотьмах
Через сени на коленях
Как наездник на оленях
Вырывается на волю
И попав в объятья морю
Крепко волны ухватил
И в морскую даль уплыл

Среди волн один остался
Долго он на них качался
Восемнадцать лет минуло
И его волной толкнуло
К отмели земли родной
Еще безлесной и пустой
И руками опираясь
С удивленьем озираясь
На колени смог подняться
Встал на ноги, любоваться
Солнцем, месяцем и небом
Звездами, что словно снегом
Небосвод запорошило
И Медведицу явило

Так родился прародитель
Племени певцов учитель
Девой Ильматар рожденный
И никем не побежденный
Мудрецов всех именитей
Вяйнемейнен знаменитый

Руна 2.

Песнь 1.
Вяйнемейнен выходит на пустынный берег.
Сампса Пеллервойнен сеет деревья.

Побежали дни за днями
Выросли уже годами
А земля пустой была
Ни травинка не росла
Будто только что она
Поднялась с морского дна
Что ни берег, ни мысок
Только камень да песок
Да безлесая равнина
Горизонт собой закрыла

Призадумался мудрец
Что ж такое, наконец
Надо здесь бы сотворить
Землю чтобы оживить
Как ковром ее укрыть
Жизнь живую зародить
Может Ильматар поможет
Мать воды, она все может

Размышляя, он стоит
Смотрит, а к нему спешит
Мальчик крошечный с сумой
Кто же будешь ты такой?
Удивился Вяйнемейнен
А я, Сампса Пеллервойнен
Отвечал ему малыш
Знаю, думаешь не спишь
Я пришел помочь тебе
Семян принес я на себе
Чтобы землю всю засеять
И печаль твою развеять

Из сумы семян достал
Землю засевать он стал
Сеет сосны на горах
Сеет ели на холмах
Вереск там, посуше где
Иву, ближе всех к воде
Сеет семена березы
Где оврагов есть угрозы
Где болото и трава
Ракиты сеет семена
Можжевельник, на песках
Дубы, на речек берегах

Разбросал он семена
И земля вдруг ожила
В рост побеги их пошли
К небу елями взошли
Сосны стройно зашумели
И березы зеленели
И черемуха цвела
И можжевельника игла

Песнь 2.
Вначале дуб не всходит, но, посеянный вновь, разрастается.

Только дуб от них отстал
Не хотел, не прорастал

Долгих семь дней и ночей
Вяйнемейнен ждал вестей
Но расти дуб не желал
И в земле так и лежал

К морю, он тогда идет
С берега он мать зовет:
Мать воды, скорей очнись
Сыну милостиво отзовись
Научи, мне дай совет
Дубу как пробиться в свет!?

Эхо слов угомонилось
Море тихо расступилось
И четыре девы красных
С косами в руках прекрасных
Вышли на берег пустой
И на луг пошли гурьбой

По росе траву скосили
Ее рядками уложили
Солнце сушит их играя
Траву в сено превращая
И опять трудиться стали
Сено граблями сгребали
И сметав его в копну
Удалились в глубину

Не успели девы скрыться
Море вновь спешит открыться
Развернулось во всю ширь
Вышел Турсас богатырь
Огонь из камня высекает
Копну тут же поджигает
И с четырех ее сторон
Охватил копну огонь
Сено жарко запылало
Искрами на землю пало
Тучей дыма по долам
Стелется, и скоро там
Где копна сена была
Осталась серая зола
Пепла теплого гора
От сгоревшего костра

Богатырь берет росток
И на нежный лепесток
Желудь положил простой
И засыпал их золой

Из золы, тогда, былинка
Тонкая, как паутинка
В мгновенье ока проросла
И росток дубка дала

Он кверху резво потянулся
Облаков уже коснулся
И могучими ветвями
Землю затемнил тенями
Уже в небо он уперся
Вершинами распростерся
А там их, не одна, не две
Целых сто, на могучем стволе

Негде облакам летать
Малому не пробежать
И по небу не носиться
К земле свету не пробиться
Солнце золотое скрыли
Месяц тоже заслонили
Темно стало на земле
Ну и как теперь быть мне?

Сам себя мудрец спросил
Даже рыбе быть без сил
Даже рыбе морской горе
Если солнца нету в море
Все погибнет без него
Без живых лучей его

Вяйнемейнен загрустил
Нет у него могучих сил
Чтобы дерево срубить
Солнцу путь освободить
Помощи просить решил
И на берег поспешил:
Ильматар, зовет он мать
Помоги мне дуб убрать!
Злое дерево свалить
Чтобы продолжал светить
Ясный месяц в вышине
И в небесной синеве
Солнце снова засияло
Землю жизнью наполняло

Песнь 3.
Маленький человек поднимается из моря.

Слова по морю покатились
Волны сразу расступились
И на берег, на пустырь
Вышел медный богатырь
Он не мал и не большой
Медный богатырь морской
Если руку он протянет
Облаков он не достанет
Ведь росточек то всего
С большой палец у него
Шапка медная на нем
Сапоги горят огнем
Медью слепят рукавицы
За спиной, как крылья птицы
Топор медный у него
Равный силушкам его
Топорище, толщиной
С палец будет небольшой
Обух, топора сего
С ноготок руки его
В пору самую таким
С деревом сражаться злым

Вид богатыря, смутил
Вяйнемейнена, и он спросил:
Ты кто такой? Зачем пришел?
Что потерял, а что нашел?
И сказал малыш тогда:
Я пришел к тебе сюда
Дело сделать и большое
Дерево срубить всем злое

Вяйнемейнен засмеялся
Над человечком потешался
И сказал старик ему:
Невозможно самому
Если на тебя глядеть
Дуб тебе тот одолеть

И не успел произнести
Начал тот малыш расти
Минуты не прошло одной
Медный великан горой
Перед мудрецом стоял
Землю под собою смял
Голову чуть поднимает
Тучи сразу он цепляет
Руки, как стволы висят
Волосы его до пят
Между глаз сажень косая
Взял топор он свой играя
На шести камнях точил
На шести кремнях острил

Быстро к дубу он идет
Ветер, следуя, поет
Кафтан развевается
Парусом надувается
Шага три сделал всего
И он у дуба у того
Ударил ствол он топором
Искры сыпятся кругом
Дуб стоит, не шелохнулся
Ни листком не шевельнулся
Снова бьет он топором
От могучего снопом
Пламя яростное рвется
Заскрипел дуб, не сдается
Сто вершин скалой стоят
От удара не дрожат
В третий раз ударил он
Из ствола раздался стон
Дуб на землю повалился
И над нею свет разлился

Великан то древо взял
Над землею приподнял
Ствол к востоку положил
Верхушки к западу сложил
Листья к югу набросал
На север ветки разбросал

Кто там хоть одну нашел
Навеки счастье он обрел
Кто к себе верхушку взял
Вечным чародеем стал
Кто себе там лист поднял
Сердцу он отраду взял

Ствол на щепки изрубил
И караван из них поплыл
На хребте синего моря
Там, где ветер злобно воя
Их качал и колыхал
Как суда по волнам гнал

Понес их ветер к Похьеле
Где девица на скале
Платья в море полоскала
И платок большой стирала
Потом у мыса разложила
И там, на камне, их сушила

В море щепку увидала
И себе ее забрала
Принесла домой ее
Сделали чтоб для нее
Руки колдуна умелы
Заколдованные стрелы

Песнь 4.
Птицы поют на деревьях.

А над Калевалой молодой
Такой прекрасной и родной
Опять открылись небеса
И словно Божия роса
Над полями, над лугами
По над рощами, лесами
Солнце златом засияло
Стадо облаков бежало
А в небесной вышине
Месяц светит в тишине
Травами луга покрылись
Цветы, ягоды, искрились
Ветви дерева подняли
На них листья заиграли
Дрозды веселые запели
В рощах, где они сидели
И кукушки, в лесной чаще
Куковали долго, слаще

Богатела вновь земля
Жизнь наполнила края
Но Вяйнемейнен понимал
Раз хозяином он стал
Надо еще хлеб взрастить
Чтобы им людей кормить

Песнь 5.
Вяйнемейнен находит несколько ячменных зерен.

Вяйнемейнен вновь идет
Тот, кто ищет, тот найдет
На берег моря пустой
С мыслью доброю одной
Семена найти для хлеба
Или их просить у неба

И шесть семян ячменных
Семь зерен драгоценных
Мудрецу приходят в дар
От матери его Ильматар
Их в шкурку беличью сложил
В мешочек куний положил
И на поляну поспешил
Где сам Осмо древний жил
К реке Калевала, ее берегам
Чтобы хлеб посеять там

Уже бросить семена хотел
Как чей-то голос ему пропел:
Не взойдет ячмень в неволе
Не расчищено здесь поле
Лес сруби ты для него
И огнем сожги его
А потом, вспаши без сна
Лишь тогда брось семена

Вяйнемейнен удивился
Поднял голову, синица
Что на дереве сидит
Звонким голоском звенит
То она дает совет
Можно сеять или нет

Он мудрому совету внял
Топор острый в руки взял
Стал деревья им рубить
Поле хлебное творить
Лишь березу не срубил
Белую не погубил

Песнь 6.
Орел высекает Вяйнемейнену огонь.

По небу орел летел
И ту березу углядел
Одинокую средь поля:
И какая ж ее доля?
Он Вяйнемейнена спросил
Почему ее оставил?
Белую ты не срубил?
Вяйнемейнен отвечает:
Тем оставил, кто летает
Отдыхали чтоб на ней
Птицы неба стаей всей
Во время перелета
Их дальнего полета
Чтоб и ты, орел могучий
Что летаешь в небе тучей
Мог, когда твой труден путь
На березе отдохнуть

И сказал орел ему
Опускаясь вниз к нему:
Благодарны мы тебе
Что подумал о судьбе
Птиц небесных, не забыл
Сердцем их своим укрыл

С этими словами
Ударил он крылами
Сильными о камень
Высек огонь-пламень
Ветры сильные подули
Пламя жаркое раздули
По поляне его погнали
И деревья поджигали
Рощу всю сожгли дотла
И осталась лишь зола

Песнь 7.
Вяйнемейнен сеет ячмень.

Когда от пепла и золы
Стали все поля серы
Из куньего мешочка
Из шкурки белки комочка
Шесть зерен ценных
Семян семь драгоценных
Вяйнемейнен доставал
И кидая их в золу, сказал:
Вот я сею-засеваю
В землю семя я бросаю
Чтоб оно ростки давало
И на поле прорастало
Пробудись земля родная
Недра темные без края
Дайте вы росткам проходы
Чтобы нежные их всходы
Зацвели, заколосились
И поля ими покрылись
Что вспахал своим трудом
И засеял их зерном

Укко, неба ты властитель
Гроз небесных повелитель
Тучи ты большие шли
С юга, с севера, пришли
И с востока, и с заката
Чтоб земля была богата
Ороси дождем ее
Что медом каплет на нее
Чтоб колосьями литыми
Зернами их золотыми
Зашумело это поле
Волнами их как сине море
Что вспахал своим трудом
И засеял я зерном

Укко, его услыхал
С юга, с севера, послал
Тучи дождевые
Капли грозовые
Гонит с запада, с востока
Как река, летят, широка
Воле Укко подчиняясь
С четырех сторон слетаясь
Над поляною столкнулись
От удара содрогнулись

От могучего удара
С неба падать вода стала
Струями дождя лилась
Чтоб земля та напилась
Ею, словно медом сладким
А семенам, до влаги падким
Сил набраться, прорости
А их нежные ростки
Чтоб в колосья превратились
Нивой золотой светились

День проходит, и другой
Третий, пролетел стрелой
Дни сменяются ночами
Ночи, светлыми же днями
На седьмой он вышел в поле
Вяйнемейнен видит море
Шестигранных молодых
Поднявшихся, налитых
Золотых колосьев хлеба
Что шумят как ветры неба
И березку средь златых
Словно сторожем для них

Тут кукушка прилетела
На березы ветку села
Стала громко куковать
И весну на поле звать

Вяйнемейнен улыбнулся
К птице певчей повернулся
Старый мудрый рад был ей
С просьбой обратился к ней:
Пой кукушка золотая
Голосом своим играя
Пой серебряная птица
Голосок твой как водица
Землю нашу орошает
Пой, когда уже светает
Пой при солнце, при луне
На закате, при дожде
Чтобы рощи золотились
Нивы буйно колосились
А богатства, так до неба
Ну а край был полон хлеба

Руна 3.

Песнь 1.
Вяйнемейнен постигает мудрость и становится знаменитым.

У Вяйнемейнена, друзей
В Вяйнеле и Калевале всей
Было и не сосчитать
Если их всех вместе взять

Ветка каждая кивала
И ему приветы слала
Каждая былинка в поле
Кланялась ему на воле
И песчинки на дороге
На родном ему пороге
Капля каждая дождя
Говорили с ним любя

Мудрым старика глазам
Было все открыто там
Рост деревьев незаметный
Ток воды едва приметный
Говор буйных волн морских
Язык певучий птиц мирских
Все были ему понятны
И рождались песни знатны
У первородца мудреца
И певцов страны отца

В чащах Вяйнелы зеленых
И в дубравах удаленных
На полянах Калевалы
Под шального ветра шквалы
Берегах озер лесных
В рощах светлых молодых
Пел он мудрый и в летах
О минувших временах
О начале всех начал
Утро чтоб народ встречал
Весело, не хмурясь
Днем, от солнца жмурясь
Радостно б смеялся
Жизнью наслаждался
Ну а вечером, народ
Затевал бы хоровод
Тихо шел по кругу
Песни б слал друг другу

Песни Вяйне повторяли
На ветвях своих качали
Дерева в глухих углах
И цветочки на лугах
Птицы весело их пели
На деревьях и галдели
Их по свету разносил
Ветер друг, что было сил

И услышали посланца
О могучем пенье старца
Чудной силе его песен
Мир, которым, уже тесен
В самом дальнем далеке
В его каждом уголке

Песни Вяйне долетели
До страны тьмы и метели
До холодной Похьелы
И туманной Сариолы

Песнь 2.
Состязание с Йоукахайненом.

В Похьеле туманной той
Лапландец тощий молодой
йоукахайнен звали, жил
Буйным и хвастливым был

Как-то он пошел к друзьям
Слышит он такие речи там:
Дескать, лучше распевать
Лучше песни составлять
В чащах леса Вяйнелы
На полянах Калевалы
А не так как он поет
Песня йоуки слух дерет
Что распевает без конца
Он, научившись у отца

От таких речей затлели
Потом гневом загорели
Сердце гордое певца
И обида за отца
Вбил он в голову себе
Певец он первый на земле
И на землях Калевалы
Захотелось ему славы

В той не знают стороне
Моих песен, обо мне
Что ж, поеду в те края
Покажу себя там я
Песнопевца посрамлю
Лучше я его спою
Вырвут ведь тогда его
Все из сердца своего

К предводительнице рода
Злой, как мрачная погода
К матери своей идет
О поездке речь ведет
Надо ехать в Калевалу
Там порушить Вяйне славу
Состязаясь в песнях с ним
Уже древним и седым

Но не желают отпускать
Ни его отец, ни мать
В Калевале появляться
И там в песнях состязаться:
Нет, тебя там околдуют
И в сугробе замуруют
Голову твою оставят
На морозе и заставят
Руку эту там держать
Чтоб не смог им угрожать
Ни рукой пошевелить
Ни ногой своей ступить

Но не слушает он их
Ни отца, ни мать своих
Хватит меня наставлять
И ругать меня, пугать
йоукахайнен отвечает:
Каждый из вас много знает
Знаю больше всех вас я
Не держите вы меня
Если захочу поспорить
И состязание устроить
Так спою там песню я
Что, кто был первей меня
Сразу от меня отстанет
И последним певцом станет

Обувь дам ему другую
В камень я его обую
Каменной покрою шапкой
От погоды здешней зябкой
Дам рукавицы из камней
Чтоб рукам было теплей

Запряг он в сани золотые
Коня, глаза чьи огневые
В сани сел, кнутом взмахнул
Жемчугом на нем сверкнул
И в Калевалу полетел
Широкой славы захотел

Бежит резво его конь
Пышет из ноздрей огонь
Копыта искры высекают
Дуги на санях гуляют
Он торопится, спешит
Под санями снег визжит
Плеткой скакуна он бьет
И хвастливо все поет

Скачет йоукахайнен день
И второй, ему не лень
В третий, на исходе дня
Видит Вяйнелы поля
И погнал коня быстрее
Хочется ему скорее
Песнопевца увидать
И состязание начать
В песнях старца победить
Опозорить, осрамить

Ничего о том не зная
Вяйне, песни распевая
На своих санях летал
В это время коня гнал
Той же тореной тропой
Где летел уже стрелой
Ему навстречу второпях
йоука, на золотых санях

Вот и встретились, сошлись
На тропе не разойтись
Но не захотел остановиться
Вежливости подчиниться
йоукахайнен молодой
Он стегнул коня рукой
На Вяйне сани наскочил
Самого чуть не убил
Оглобли дыбом встали
Гужи они порвали
Сани полозьями сплелись
Гужи с гужами заплелись
Сбились с холок хомуты
Дуги все расколоты
А седоки в санях сидят
Угрюмо смотрят и молчат

А из дуг расколотых
Щепками поколотых
Влага испаряется
Паром поднимается

Вяйнемейнен, наконец
Старый и седой мудрец
Йоукахайнену сказал:
Ты зачем же так скакал?
Не разбирал дороги
Где твои пороги?
Как тебя глупец то звать?
Каким именем величать?
Ты зачем хомут разбил
Дугу из ветки погубил
Ты зачем сани сломал
Их полозья изломал?

йоукахайненом зовут
Предки в Похьеле живут
А ты кто такой, дрянной
Из какой семьи плохой?
Злобно йоука кричал
И ногами топал

Вяйнемейнен, тот ему:
Неизвестно никому
Мое имя в Калевале
Стариком меня все звали
Да, ты видать, знатней меня
Но моложе все ж чем я
Уступи тропу мне ты
Славный сын из Похьелы!

Но на дороге, став скалой
Стоит завистник молодой:
Старостью что хвалишься
И ею ты бахвалишься?
Тропа откроется тому
Кто старше будет по уму
А не годами
С седыми волосами

Так ты Вяйне? Старый
Песнопевец славный?
Давай-ка мы с тобой
Силой песен чередой
Померяемся и сравним
Состязание устроим

Отвечает Вяйне грустный:
Певец я безыскусный
Прожил среди родных
Полей, лесов глухих
Кукушку слушал одну
Но пусть будет по-твоему
Ты себя послушать дозволь
Мудрость показать изволь
Знаешь больше что других
Превосходишь чем иных

Молвил йоука: отвечаю
Я всего так много знаю
Что твоей бедной голове
Не вместить всего в себе

В крыше дома есть окно
Дыму сделано оно
А очаг, внизу у печки
И вода у ближней речки
Жить тюленю превосходно
Ловит он кого угодно
Он морской собакой рыщет
Сигов и лососей ищет
Ловит их и поглощает
Ими, он себя питает
Сиг живет на плоском дне
Лосось-на ровной глубине
Средь зимы, другим наука
Класть икру умеет щука
В осень, прячется горбатый
В омут, окунь трусоватый
А икру он мечет летом
Возле берега, при этом

Если же не убедил тебя
Знаю еще больше я
Как на севере все пашут
И плуги олени тащут
А южане на конях
А лапландцы на быках
Сосны стройные в лесах
Писы, Хорны, на утесах
Знаю озера три важных
И три водопада страшных
Знаю еще три горы
Небывалой высоты
Халляпьюря у Хяме лежит
Катракоски у карелов шумит
Вуокса неукротима
Иматра непобедима

Молвил Вяйне, видя дурость:
Ум ребячий, бабья мудрость
Неприличны бородатым
Кстати, также и женатым
Ты скажи начало где
Всех вещей, что на земле

йоука на Вяйне спицу:
Я вот знаю про синицу
Из породы она птиц
А гадюки из яиц
Змей ужасных выползают
Ерша рыбой называют
Знаю как железо тает
А земля перекисает
Жар огня, весьма опасен
Кипяток для кожи страшен
Всех лекарств вода старее
Пена, колдуну важнее
Первый чародей-создатель
Бог-наш лекарь и ваятель
Гор хозяин воду дал
С неба к нам огонь упал
Железо ржавчиной родится
А в утесах медь таится
Болота всех земель старей
Ива, всех дерев древней
Раньше среди сосен жили
А посудой камни были

Вяйнемейнен усмехнулся
Словам йоуки улыбнулся:
Может ты не все сказал
Иль всю глупость показал?

Память мне не изменила
Йоуки речь была хвастлива:
Я был шестым из лучших
Богатырей земли могучих
Помню древность я седую
Землю как создал сырую
Горы я поднял над ней
Равнину вспахивал морей
Глубь морскую я вскопал
Свод небесный воздвигал
Солнце по небу пустил
Под ним месяц засветил
Кругом звезды рассыпал…

Тут Вяйне гневом запылал
Сдернул йоуку с его трона
Голосом грознее грома:
Хвастун жалкий, замолчи
Песни твои полны лжи
Ты рассудок потерял
Пока все это сочинял

йоука и отвечает:
Тем, рассудок кто теряет
Поможет меч его вернуть
В ложь меня ты завернуть
Хочешь грозными речами
Давай меряться мечами
И чем открывать рот свой
Выходи-ка ты на бой

Ему Вяйне отвечает:
Небо наше запрещает
С такими жалкими лгунами
Своими меряться мечами

Затряслась косматая голова
Йоука сдерживается едва
Рот у него перекосился
От слов Вяйне он взбесился:
Ты меч вытащить боишься?
Все равно тебе не скрыться
Песню я сейчас спою
Превращу тебя в свинью
В грязном хлеве поселю
И в навозе утоплю…

Но закончить не дал ему
Песню сопернику своему
Вяйне его оборвал
И грозно йоуке сказал:
Довольно я слушал тебя
Слушай же теперь меня

Песнь 3.
Йоукахайнен, попав в беду, обещает.

И Вяйне так запел
Как йоуки наказать хотел:
Глуби моря поднимитесь
Горы медные встряхнитесь
Скалы твердые обрушьтесь
в пыль утесами разрушьтесь

И забурлили тут моря
Дрогнула сама земля
Зашатались скалы, горы
Стонут и широки долы
Что поет, то совершается
Все его слову подчиняется

Тальником у воды стали
Золотые йоуки сани
Конь резвый стоит скалой
Стали кувшинкой болотной
Пестрые рукавицы его
Шапка слетела с него
И над землею повисла
Черною тучей зависла
Вот и кафтан хвастуна
К себе взяла вышина
Легким облаком он стал
Пояс блестящий рассыпал
Яркие звезды гореть
А Вяйне продолжает петь

И меч глупого уничтожен
Молнией улетел из ножен
Разукрашенный лук тугой
Разноцветной радугой
Перекинулся над морем
Острые стрелы с воем
Из колчана полетели
И ястребами улетели

Вяйнемейнен все поет
И каждое слово как гнет
Давит на наглеца
Оскорбившего старца
Камнем давит на плечи
И болота топкие течи
Безрассудного принимают
И в трясину его погружают
Йоуки уже по колено в нем
Глаза от страха огнем

Уже по пояс провалился
И о пощаде он взмолился:
О Вяйне, мудрый и добрый
Не будь на расправу скорый
Что тебе в гибели моей
Пощади меня скорей
И я, тебе, вещий и знатный
За это, дам выкуп богатый

Чем же ты одаришь меня
Если сниму заклятья с тебя?
И верну колдовские слова
Чтоб уцелела твоя голова

Дома у меня два лука
И тут вот какая штука
Один, точно, верно, бьет
Другой, сам цель найдет
Йоукахайнен говорит
Сам от страха весь дрожит

Покачал Вяйне головой
Глупый ты или чудной
Зачем твои два лука мне
Для своих уже на стене
Места не осталось
Гвоздей не досталось
Чтобы их вбивать
И луки на них вешать
И луков, таких как у меня
Нет нигде, обойди все края
Прикажу, сами в лес полетят
Чтобы зверя мне настрелять

Вновь Вяйнемейнен запел
Еще глубже в трясине осел
Глупый йоукахайнен:
О мудрый Вяйнемейнен!
Выдавил йоука из себя:
Я прошу, умоляю тебя
Не губить меня пока
Есть у меня два челнока
Один, нельзя потопить
Другой, ко дну пустить
Какой нравится, выбирай
Любой себе забирай

Не нужны челноки твои
У меня есть свои
Вяйнемейнен отвечает:
Им места уже не хватает
На берегу им места нет
И обойди хоть целый свет
Лучше челноков не найти
Если по ветру на них идти
Ветер они обгоняют
Птиц позади оставляют
Другие мои челноки
Против ветра если идти

Вяйне снова запел
Слог песен потяжелел
На плечи йоуки надавил
По самую шею провалил
В болотную трясину плывун
Уже чуть не плачет хвастун:
Ну хочешь, выбирай сам
Шапку серебра тебе дам
Или шкуру лисью с золотом
Только прошу об одном
Заклятие с меня сними
Слова колдовские отведи

А Вяйнемейнен и говорит:
Золото твое меня не манит
У меня золотых вещей
Сколько у солнца лучей
А пока месяц сияет
И серебро не иссякает

И снова Вяйне запел
До подбородка осел
В трясине, йоука глупец
Пощади меня вещий старец!
Избавь от несчастья, прости
От гибели злой спаси
Я весь хлеб тебе отдам
Что у меня в закромах там

И Вяйне ему изрек:
Чужой хлеб горек
Вдоволь своего у меня
Куда ни гляну поля
Там скирды рядами стоят
И золотом своим кормят

И опять запел
Йоука натужно захрипел
Бородкой уже в трясине
Уши его в тине
Мхом рот его забит
В зубах кустарник торчит
Голосом слышным едва
Просит песнопевца снова:
О вещий, меня не губи
Жизнь мою пощади
Хочешь отдам тебе
В жены возьмешь себе
Мою сестру родную
Дочь матери любимую?
Будет жилище подметать
Медовые лепешки выпекать
Ткать тебе платье золотое
Дарить счастье молодое
Будет помощницей всегда
Опорой, стар будешь когда

Вот это ты хорошо сказал
Радостно Вяйне закричал:
Давно жену хочу взять
Скучно одному прозябать
В доме, где никого нет
Никто не машет мне вслед
Не скажет: «Здравствуй!»
В дом заходи и царствуй
Я один, как чайка в море
Как сосна на голом склоне
Как скала среди пучины
Нет сильней моей кручины

Да, ты хорошо сказал
Веселье в сердце мне послал
И снова Вяйнемейнен запел
Песню, другую, третью, спел

И снова запевает
Тучи, как ветер разгоняет
Слова колдовские улетают
Заклятия его пропадают

Йоука тащит бородку свою
Вытянул из трясины шею
Плечи расправил, встал
И на твердую землю стал
Смотрит, скала что была
Его конем вновь ожила
Семицветная радуга дуга
Луком его у ног легла
Тальник, санями обернулся
Камыш, кнутом вернулся
Кувшинки болотные-
Рукавицы его потертые

Песнь 4.
Огорченный Йоукахайнен уезжает домой.

В шапке и кафтане теперь
И, как раненый зверь
Йоука в сани свои вскочил
Плеткой он коня огорчил
И стрелой погнал его в ночь
От этого злого места прочь

Вяйнемейнен тоже свернул
Домой коня своего повернул
Спешит к нему добраться
В дальний путь собираться
В неведомую Похьелу
Сумрачную Сариолу
Искать в холодном краю
Красавицу невесту свою

Йоукахайнен, подобно грому
Подлетел к родному дому
Сани об овин раздробил
Оглобли воротами разбил
Шапка сбилась у него
Зубы стиснуты его
От ненависти нервы пели
Губы от злости побелели

И сказала ему мать:
Что удумал так скакать?
Зачем сани ты сломал
И оглобли поломал?
Что за беды приключились
Они в чем-то провинились?

Тот, сквозь слезы говорит:
Матушка, беда бежит
Едва в болоте не пропал
Куда песнями загнал
Меня Вяйне, жалкий старик
Он ими командовать привык
Даже камни слушаются его
Песни Вяйне сильнее всего
А в болоте не утонул потому
Что я Вяйне обещал самому
В жены отдать ему свою
Дорогую сестрицу мою
Айно, твою любимую дочь
И некому нам помочь

Отвечает Йоукахайнену мать:
Нечего плакать и стонать
Я предаюсь мечтам своим
Чтоб Вяйне стал зятем моим
Мужем дочери моей
Ты ж узнал, что он мудрей
Всех известных мудрецов
И самый первый из певцов
Он всякую беду отведет
Защитой от зла к нам придет

Песнь 5.
Мать радуется, но дочь печалится и плачет.

Слышит Айно эту весть
И печаль ей сердце ест
На крылечке дома села
Громко, в голос заревела

Мать спросила у нее:
Слезы льешь ты от чего?
Сватается к тебе лучший
Из героев всех могучей
К мужу сильному идешь
Счастье у него найдешь
Под окошком чтоб сидеть
У забора там галдеть

Дочь, на это, отвечая:
О ты, мать моя родная!
Ведь в стенаниях своих
Жаль красивых кос моих
На головке жаль кудрей
Девичьих волос на ней
Мне так рано их закрою
Когда их платком накроют
Как оставлю мне родное
Солнце это золотое
Этот месяц мой чудесный
Этот синий свод небесный
Брата милого такого
Под окном отца родного

Мама ей и говорит:
Не о том душа болит
Зря родная маешься
О пустом печалишься
Божье солнце всем сияет
Всюду землю озаряет
Не одно отца окошко
Не одно мое лукошко
Не одну скамейку брата
Не одна семья богата
Много ягод на земле
Земляника есть везде
Там их можешь собирать
А не только набирать
По лесам отца родного
Полям брата дорогого

Руна 4.

Песнь 1.
Вяйнемейнен встречает сестру Йоукахайнена в лесу и просит ее стать его женой.

Как-то Айно в лес пошла
Веников пора пришла
Ветки там чтобы срезать
Из них веники вязать

Вот, для отца она связала
Маме, лентой обвязала
И для брата веник вяжет
Вечером ему покажет

Все, закончила работу
И родным явив заботу
Прямо к дому, меж ольхами
Торопливыми шагами
Спешит тропинкою лесной
Красавица к себе домой

А в конце тропинки той
Мудрый, старый и седой
Вяйнемейнен ждет ее
Он в Похьеле из-за нее

В роще девушку заметил
Там же он ее и встретил
Шедшую к себе домой
С лентою в косе тугой

Вяйнемейнен зачарован
Красотою околдован
Огонь сердце пожирает
Просит Айно, умоляет:
Платье кроя дорогого
Не носи ты для другого
Для меня носи на шее
Из жемчужин ожерелье
Носи крестик на груди
Косы для меня плети
Лентой их перевяжи
Ты согласна? Мне скажи!

Айно Вяйне отвечает:
Мое сердце не страдает
Ни о ком не помышляя
Крестик на груди ношу я
Ленту в волосах ношу
Чужих платьев не ищу
Белый хлеб? То мне пустое
Платье я ношу простое
Черный хлеб в обед съедаю
Водой холодной запиваю
В отцовском доме я сижу
Вместе с матушкой вяжу

Песнь 2.
Девица в слезах бежит домой.

От Вяйне слов она страдает
Снимает крестик и бросает
Кольца с пальцев посрывала
С шеи жемчуг побросала
Ленту красную сорвала
Чтоб земля к себе забрала
Лес их погубил собой
И в слезах пошла домой

Горько плача без конца
В дом зашла она отца
У окна отец строгал
Топорище вырезал

Что ты дочь моя так плачешь
Может ты мне все расскажешь?

Есть причина, что рыдала
С шеи крестик потеряла
С пояса мои застежки
Из ушей свои сережки

У калитки брат строгает
Дугу искусно вырезает

Плачешь от чего сестрица?
О чем рыдаешь ты девица?

А причины, брат, такие
Кольца с пальцев золотые
Я в лесу злом потеряла
Жемчуг с шеи растеряла

Сестра сидит у входа в дом
Пояс вышивает золотом

Что, сестрица, ты рыдаешь?
И о чем ты так страдаешь?

Есть тому причины вески
Я из золота подвески
В лесу темном потеряла
Лента красная пропала
И серебряный кокошник
Синий шелковый налобник
В чаще темной растворились
От меня бедняжки скрылись

У самой двери в кладовой
Где запас на год, другой
Мать девицы той стояла
Сливки ложкою снимала

Что ты доченька рыдаешь?
Что от матери скрываешь?

О ты, мать моя родная!
Ничего я не скрывая
От тебя, в доме жила
Ты же жизнь мою зажгла
Ты меня, дитя, кормила
Одевала и растила
Ни отец, ни брат с сестрой
Не знакомы с той бедой
Что со мной в лесу случилась
И как я добра лишилась
Расскажу тебе одной
Моей любимой и родной
От чего я так страдаю
Убиваюсь и рыдаю

Я сегодня в лес пошла
Веников пора пришла
В роще ветки я срезала
Из них веники вязала
Для тебя, и для отца
И для брата молодца
Сделав их, домой пошла
По тропе известной шла
По дубраве меж ольхами
Спешно ноги несли сами
Там меня Осмойнен встретил
В роще он меня приметил

Калевайнен мне сказал
Что как ветер сюда мчал
В Похьеле меня найти
И сказал он: ты прости
Но не носи ты для другого
Платья дивного такого
Из жемчужин ожерелье
Крестик, как от злого, зелье
На груди своей носи
Косы для меня плети
Ленту заплетая в них
Для меня, не для других

Крестик я с груди сорвала
С шеи жемчуг побросала
Шелковый налобник свой
Ленту красную долой
Чтоб земля их погубила
В лесу темном схоронила

Калевайнену ж, сказала
В его просьбе отказала:
Ни о ком не помышляя
Крестик на груди ношу я
Ленту в волосах ношу
Чужих платьев не ищу
Белый хлеб, так-то пустое
Платье я ношу простое
Черную краюшку я
Ем, водою запивая
В доме я отца сижу
Вместе с матушкой вяжу

Песнь 3.
Мать запрещает ей печалиться.

Мать сказала строго ей:
Слез печальных ты не лей
За могучего идешь
И другого не найдешь
Из шести богатырей
Вяйнемейнен всех сильней
Первый в свете он певец
Чародей, вещун, мудрец
Годик масло будешь есть
Чтоб красивее расцвесть
Ешь свинину на другой
Будет стать твоя иной
Хлеб молочный в третий год
И красотой сразишь народ

На горе кладовка есть
И сокровищ там не счесть
Лежат они в сундуках
И в шкатулках на замках
Ты сундук лучший открой
И под пестрой крышкой той
Ты найдешь среди иных
Подпоясок шесть златых
Платья, синевой небес маня
Целых семь в нем ждут тебя
Их дочь Месяца ткала
Шила Солнца дочь игла

В годы юности прошедших
В молодых летах ушедших
Я в лесу малину рвала
И однажды увидала
В синей роще, где поляна
Дочку Месяца у стана
Дочку Солнца, она пряла
Тонкой шерсти нить вязала

Подошла я боязливо
Стала возле них пугливо
Месяца и Солнца дочь
Попросила мне помочь:
Девы Месяца и Солнца!
Ваши батюшки в оконца
Видят все, я не богата
Дайте мне сребра и злата
Пожалейте вы меня
Девушка-бедняжка я

Мне кокошник золотой
Солнца дочь дает с собой
А налобник из серебра
Дочка Месяца дала

Как цветок домой пришла
Радостная в дом отца вошла

Те подарки дорогие
Чтобы видели родные
Не снимала я два дня
А на третий сняв с себя
Их в шкатулку положила
И в кладовке схоронила
В домике, что на горе
Идти куда надо тебе
Я с тех пор там не бывала
И сокровищ не видала

Лент там шелковых кипень
На себя ты их одень
И серебряный налобник
Что лежит там как затворник
И цепочку золотую
На девичью грудь тугую
С крестиком ты надевай
Жемчуга не забывай
Из блестящих ожерелье
Пусть красуются на шее
Полотняную сорочку
Что тебе я шила в ночку
Шерстяного платья синь
На свой стан его накинь
Дочки Месяца и Солнца
Улыбнутся сквозь оконца
Шелковым же пояском
Подвяжи его потом
Шелка тонкого чулки
Мягкой кожи башмаки
Одевай и не стесняйся
Хорошей, принаряжайся
Получше косы заплети
Ленту красную вплети
Вынь запястья золотые
Кольца не забудь витые
Станешь ты тогда стройнее
Всех красавиц красивее
И вернешься ты домой
Как цветочек полевой
На большую радость нам
На утеху родственникам

Песнь 4.
Девушка продолжает плакать.

Но не слышит Айно мать
Ее не хочет понимать
Вышла из дому, рыдает
По двору спешит, шагает
Дума в ее голове
Как же быть бедняжке мне?

Что такое мысль счастливых?
Она коней своих игривых
Вмиг мечтою окрыляет
И над просторами летает
Светлым бьёт ключом всегда
Как родниковая вода

Что такое мысль печальных?
То не блеск колец венчальных
Свет в овражке, что от солнца
Темная вода на дне колодца

Ах! Как часто мысль девицы
Дума девушки царицы
Ходит полем боязливо
Пробирается трусливо
Через лес, траву, засохшим
По кустам и мхам намокшим
И та мысль, смолы чернее
Дума та, угля темнее

Лучше б было для меня
Если б не родилась я
Иль родясь, не подрастала
И никогда бы я не знала
Что печаль на свете есть
И несчастий там не счесть
Прожила бы я немного
На исходе дня шестого
Я б тихонечко слегла
А в восьмой бы жизнь ушла
И холстины бы кусок
Да под дерном уголок
Всего б потребовалось мне
Чтоб лежать в сырой земле

И недолго бы рыдали
И недолго бы страдали
Мать родная и отец
А родной по крови братец
Не стал бы плакать обо мне
Думая лишь о себе

День, другой, Айно страдает
Себя слезами убивает
И спросила матерь дочь:
Чем могу тебе помочь?
Отчего ты все страдаешь
Убиваешься, рыдаешь?

Я всю жизнь буду страдать
От того, что ты отдать
Обещала дочь родную
Словно ягоду лесную
Вяйнемейнену седому
Быть утехой пожилому
Быть защитой старого
И опорой дряхлого
Да в избе охраной быть
Ублажать его, хвалить

Лучше б ты глубинам моря
Будь на то моя бы воля
Дочь свою пообещала
Я б подругой рыбам стала
Лучше бы мне в море жить
И сестрою сигам быть
Чем у старца прозябать
Защищать и помогать
Он о свой чулок споткнется
Через сук шагнет-убьётся

Песнь 5.
Опечаленная она уходит в лес.

И печальная к пристройке
Что таится на пригорке
Айно грустная идет
В кладовую путь ведет

Сундук там лучший выбирает
Его крышку открывает
И под пестрой крышкой той
Подпоясок золотой
Платье синью глаз ласкает
Она все это одевает
И подвески золотые
Что с узорами, витые
И серебряный кокошник
Синий шелковый налобник
Ленту красную взяла
И в косу ее вплела

Себя богато нарядила
Из кладовки дверь открыла
Но не домой Айно пошла
А в дремучий лес вошла
По лугам идет, полянам
По болотам и по ямам
Не спеша она идет
И тихонечко поет:
Тяжелы мои печали
Сердце бедное сковали
Чтобы с ними мне покончить
Надо с жизнью моей кончить
Да, теперь настало время
Сбросить жизненное бремя
И в Маналу мне спуститься
В Туонелу опуститься
Мать родная не рыдает
И отец мой не страдает
И сестра по мне не плачет
Брат искать меня не скачет
Хотя с жизнью я прощаюсь
В море сгинуть направляюсь
В глубине его пучины
И в объятьях крепких тины

День, другой она идет
Уже третий настает
И бессильная от горя
Достигает края моря
Берегов, травой поросших
И камнями в землю вросших

Там всю ночь протосковала
Ей скала скамейкой стала
Непокорная, строптива
У широкого залива
Дождалась она рассвета
Смотрит, как лучами света
Там три девы веселятся
На волнах морских резвятся

Айно хочет к ним доплыть
И четвертой с ними быть
Быстро платье свое скинув
И рубашку наземь кинув
И чулки, и башмаки
На прибрежные пески
Крупный жемчуг разбросала
Камням, золото отдала
И поплыла дочь Похьелы
До утеса, до скалы
Что блестел далеко в море
И надтреснут был на горе

До скалы она доплыла
Но едва туда ступила
Чтоб немного отдохнуть
Ее скала толкнула в грудь
Расколовшись, вглубь упала
Девицу с собой забрала

И сказала, погибая
Айно, в море умирая:
Мать, отец, мои родные!
Со скалой в глуби морские
Я тихонечко спускаюсь
В тину с илом погружаюсь
И теперь я вечно в море
Плавать буду вам на горе
На волнах его качаться
С сигами соревноваться
Стану им сестрой тогда
Отец милый, никогда
Не лови сетями рыбы
Где меня убили глыбы
Мать любимая, родная
Хлеб горячий выпекая
Тесто ставить собираясь
Не бери воды, сгибаясь
В месте том, где я уснула
Молодая потонула
Брат родной, меня любя
Не води сюда коня
Здесь на отмели пустой
Не пои его водой
Ну а ты, моя сестра
Лицо не мой здесь никогда
Воды здесь и волны их
Это кровь из жил моих
Рыбы над скалою сникшей
Тело девушки погибшей
Косточки мои-кусты
Что тоскуют у воды
Волосы травой растут
Что у моря там и тут

Песнь 6.
Мать дни и ночи оплакивает свою дочь.

Сгинула Айно в пучине
Кто бы взялся о кончине
Весть доставить в ее дом
Не медведь ли, весть о том
Ее родным доставить может?
Нет, ничем он не поможет
На коров он нападает
Их со шкурою съедает
Волк, как вестник, отпадает
На овец он нападает
Не лиса ли весть доставит?
Нет, без гусей она оставит

Заяц взялся эту весть
До родителей донесть
Заяц так и отвечает:
Моей храбрости хватает!

И помчался заяц к дому
Ко двору Айно родному
Длинноухий поспешает
Кривоногий как летает
Быстро к дому он добрался
В баню лапой постучался
А в той бане парились
Все девицы жарились
Вениками колотили
Друг по дружке что есть силы
Видят, заяц к ним пробрался:
Что косой, в котел собрался?
Хозяину хочешь услужить
Ужином для него быть?
Завтраком самой хозяйке
В бане что лежит на лавке?
На закуску милой дочке
Да с грибами, те, что в бочке?
Сыну славному обедом?
Заяц же сказал при этом:
Лемпо пусть сюда примчится
В вашем чтоб котле вариться
Я пришел поведать вам
Что беда случилась там
Где гуляют волны моря
Там Айно погибла с горя

Краса разделась на песке
И к скале, что вдалеке
Легкой рыбкой поплыла
Но обрушилась скала
И, забрав, ее с собой
Изможденную тоской
В воды моря погрузилась
В глубине навеки скрылась
Айно стала сестрой сигам
И подругой быстрым рыбам

Мать все это услыхала
Горько, горько зарыдала
Причитает и вопит
И душа ее кричит:
Матери! Вы никогда
Или будет вам беда
В колыбели не качайте
Никогда не приучайте
Дочек замуж выходить
Не любя, раз мать велит
Как вот я свою качала
На погибель воспитала!

Плачет мать, страдает
Из глаз синих вытекает
Ручеек горючих слез
Словно сок живой берез
По щеке ее опавшей
И груди тяжко дышавшей
По подолу и чулкам
По золоченым башмакам

Добежал он до земли
Три ручья там потекли
Три реки они зачали
Материнских слез печали
И на каждой, как живые
Водопады огневые
А средь водопадов тех
Три скалы поднялись вверх
И над каждой над скалой
Вырос холмик золотой
На холмах тех вырастали
Три березы подрастали
На березах тех сидели
И обманно все галдели
Золотые три кукушки
Три зловредных завирушки

Первая любовь колдует
Уже три месяца кукует
Той, которую скала
На дно моря увлекла
Другая жениху колдует
Шестой месяц уж кукует
А жених один остался
И с невестой распрощался
Третья радость все колдует
И всю жизнь она кукует
Матери Айно погибшей
Матери от горя сникшей
Заставляя сердце биться
Слезы горькие катиться
Делая ее слабее
Делая ее старее

И сказала мать тогда
Несчастным матерям: когда
Вдруг кукушка закукует
Будто радость вам колдует
Вы не слушайте ее
Не считайте клич ее
Если долго ее слушать
Слезы вечные иссушат
 
Руна 5.

Песнь 1.
Вяйнемейнен идет к морю, чтобы поймать сестру Йоукахайнена, и ловит ее, превратившуюся в рыбу, на удочку.

В Калевалу весть пришла
О том, что Айно умерла
Вяйне, все про то узнав
И лицом печальным став
Вечер весь и утро плакал
Ночи целые проплакал
О красавице уснувшей
О невесте утонувшей
Со скалою в глубине
Что лежит теперь на дне
Став сестрою морским сигам
И подругой быстрым рыбам
У дев Велламо поселилась
Вместе с ними веселилась

Продолжая так страдать
Вздумал Вяйне ее поймать
Зацепить рыбку удой
И вернуть Айно женой

Вот, горюя и вздыхая
Боли в сердце превзмогая
Он к морю синему пришел
И такую речь завел:
Унтамо, глаза раскрой
Сны свои ты мне открой
Где родные Ахто снятся
Девы Велламо таятся?

Спящий Унтамо ответил
Вот, где Ахто их приветил
Девы Велламо таятся
И людских глаз сторонятся
На покрытом мглой мысочке
На туманном островочке
Морей глубоких в темноте
В тине илистой на дне
Там живут его родные
Девы Велламо лихие
Под скалою, что у плеса
И под выступом утеса
А сидят они в избушке
В узкой, тесной им ракушке

Вышел Вяйне на причал
Удочку тихонько взял
Лески осмотрел, крючочки
Положил он их в мешочки
А уду в карман сложил
В лодку сел он и поплыл

Лодка мчится над волнами
Вяйне сильными руками
Лодку к острову толкает
Где мысок в тумане тает

Вот подплыл, тихонько стал
Удочку свою достал
Ее леску развернул
И рукой с удой махнул
Полетел крючок уды
В толщу синюю воды
Глубоко ушел он в море
Вяйне тащит леску вскоре
Медь удилища дрожала
Леска серебром шуршала
Золото в шнурке шумело
Снасти, сделанной умело
Рассветать пора настала
Зорька утренняя встала
И за крючок железный рыба
Ухватилась словно глыба
Тянет Вяйне свой улов
Промысел ему не нов
Вытащил, хватило сил
И на дно лодки уложил

Песнь 2.
Он пытается разрезать рыбу на куски.

На рыбку пристально глядит
И себе он говорит:
Что за рыбу я поймал
Ей подобной не видал
Если сиг, то с ним несхожа
На пеструшку не похожа
И не щука, не седа
Да и чешуя не та
И не окунь ям глубоких
Не русалка вод широких
Семгу, видно я поймал
Давно такой я не едал

Нож, что серебром сияет
Вяйне с пояса снимает
Рыбу хочет распластать
И на кусочки нарезать
Завтрак сделать побыстрей
И закусить пораньше ей
На обед себе сготовить
Часть на ужин приготовить

Только нож он к ней поднес
За борт, на широкий плес
Семга сильная скользнула
В набежавшую волну нырнула
В даль от лодки отплыла
И красуясь поплыла

То головку приподнимет
То красивым боком двинет
Наконец, на вал девятый
Грозный, пенный и лохматый
Поднялась она играя
Красотой своей сияя
И сказала, усмехаясь
И над Вяйне издеваясь:
Ой ты, старый, мое горе
Не затем я вышла в море
Чтоб меня своим ножом
Изрезал ты и съел потом

Молвил Вяйне удивляясь
В лодке к рыбе наклоняясь:
Так зачем тогда явилась?
Ты же семгою родилась!

Я для того сюда скорей
Из глубины и меж камней
Спеша к тебе, сама плыла
Чтоб на твоих руках жила
Навеки быть твоей женой
Единственною и родной
Постель чистым застилать
Подушки мягкие взбивать
Убирать твое жилище
Мыть полы, чтоб было чище
Дрова в избушку чтоб носить
Жарко печь твою топить
Печь тебе хлебы большие
И лепешки медовые
Кружку пива подносить
И все что хочешь попросить

Ведь не семга я морская
Я, девица молодая
Йоукахайнена сестра
Та, которую вчера
Да и месяцы назад
Ты б найти был очень рад
О которой ты мечтал
И всю жизнь ее желал

А ты не смог меня узнать
Не сумел меня поймать
Неумелый ты старик
Ну прощай, раздался крик
Рыба хвостиком взмахнула
Словно чайкою вспорхнула
На волны плавно опустилась
И в глубинах моря скрылась

Песнь 3.
Напрасно старается Вяйнемейнен.

Молвил Вяйнемейнен старый
Молвил грустный и усталый:
Йоукахайнена ты сестра?
Так вернись скорей сюда!

Нет, не придет она обратно
В море будет безвозвратно
Слишком быстро она скрылась
В глубину моря спустилась
Там, где камни тиной скрыты
И в расщелинах граниты

Верный Вяйне понимает
Если рыбку не поймает
Не видать ему желанной
И невесты долгожданной

Долго думал наш мудрец
И придумал, наконец
Сети в лодку он принес
Там, где высится утес
Далеко забросил в море
Тащит их чрез волны вскоре
Через бухты и заливы
Через Вяйнелы проливы
Где лососьих рифов валы
Через камни Калевалы
По бездонным водам черным
Рекам Йоукалы проворным
Чрез лапландские заливы
Что волной своей игривы
Много рыб в сети попалось
И лишь той не оказалось
О которой он мечтал
О ком думал, горевал
Айно, что русалкой стала
И у Ахто проживала

Песнь 4.
Огорченный, возвращается он домой.

Вяйне головой поник
Опечалился старик
Шапка сбилась набекрень
И глядя на волн кипень
Произнес он про себя:
Глупый и безумный я
Был мне дан и ум здоровый
И рассудок дан толковый
Сердце доброе стучало
И все это вдруг пропало
Старость хилая пришла
Силы мои унесла
И рассудок притушила
Прозорливость погасила
Вовсе бестолковым стал
О которой я мечтал
Ту, которую желал
Ту, к которой все стремился
В ней, поймав, я усомнился
Упустил я Айно в море
Как пережить мне это горе?

И пошел домой вздыхая
Долго шел не отдыхая
И твердил все про себя:
Где ж кукушечка моя
Что так радостно мне пела
На всю Вяйнелу звенела
Рано утром, днем и в ночь
Обещая мне помочь
Любовь невесты заслужить
Мужем с ней на веки жить
И вот теперь она молчит
Не кукует, не кричит
Грусть ей голос надорвала
Айно смерть его сковала
Некому совет мне дать
Как теперь мне поступать
Как мне в этом мире жить
Как любовь свою забыть

Может мать моя как птица
Поднебесных вод царица
Прилетит и скажет мне
Что мне делать на земле
От печали чтоб не сгинуть
От унынья не погибнуть
Когда плохое, мое бремя
Горести жестокой время

Слышит сына Ильматар
И свои советы в дар
Вяйнемейнену послала
Из воды ему сказала:
Слышит тебя мать твоя
Вот тебе что скажу я
Должен сын ты постараться
Чтоб печали не поддаться
От унынья не погибнуть
И в плохие дни не сгинуть
Вновь невесту обрести
В Похьеле ее найти

В той стороне девиц немало
И красавиц там достало
Вдвое лучше, красивее
В пять и в шесть раз веселее
Этих Йоукалы бездельниц
Не мастериц, не рукодельниц
Этих медленных лапландок
На которых ты был падок
Там, мой сын, возьми жену
Деву Похьелы красну
Чтобы облик был достойный
Ту, что стан имеет стройный
Ноги быстрые у ней
Телом гибче лебедей

Руна 6.

Песнь 1.
Йоукахайнен затаил злобу на Вяйнемейнена и подстерегает его по дороге в Похьелу.

В те холодные селенья
Отбросив все свои сомненья
Вяйне, матери совету вняв
И коня уже обняв
Собрался ехать в Похьелу
Туманно-мрачную страну
Невесту там себе найти
И вновь счастье обрести

Конь, похожий на горох
Иль солому, был неплох
По воде, горам, скакал
И усталости не знал

Ногу в стремя Вяйне вдел
На спину коня он сел
Поводом пошевелил
И в путь-дорогу поспешил

Полем Вяйнелы несется
С Калевалой расстается
Быстро скачет его конь
Горячится как огонь
Словно ветер он вдали
От родной ему земли
По хребтам морским летит
По равнинам вод он мчит
Не замочит конь копыт
Путь ему везде открыт

Йоукахайнен молодой
Сын Лапландии, дрянной
Себя злобой пропитал
Зависть он давно питал
К вещим песням мудреца
Вяйнемейнена певца
Ему позор свой не простил
Когда в болоте тот топил
И задумал сей гордец
Рассчитаться наконец
Как с обидчиком своим
Вяйнемейненом седым

Зная, в Похьелу тот мчит
Лук себе он мастерит
Да не простым его построил
Лук он огненный устроил
Из железа его лил
Выгиб медным он отлил
Золотом его оправил
Серебра туда добавил
Жилы лося тетивой
Взял у Хийси, не впервой
Льняной ниткой концы вяжет
У Лемпо взял, тот не откажет
Вот и готов убийца-лук
Плод умелых злобных рук
Вид прекрасный восхищает
Золотом и серебром сияет
Коньки поставил по концам
Бежит жеребчик по бокам
На зарубке спит зайчонок
А на сгибе медвежонок

Стрелы руки вырезают
Что давно крови желают
Из железа стержень в них
Конец из веток смоляных
Он эти стрелы закаляет
Потом трижды оперяет
Перышком касатки тонким
Воробьиным крылом звонким
Рассудок злоба затмевает
Концы стрел он покрывает
Черным ядом пожирней
Что нашел в крови у змей
Стрел колчан он изготовил
И с луком к мести приготовил

Йоукахайнен Вяйне ждал
Друга моря поджидал
В его руках лук огневой
В колчане стрелы за спиной
Утро, вечер, стережет
И в часы полудня ждет
Уж неделю ждет, мечтает
Под окошком поджидает
В углу забора стережет
И в конце дороги ждет
Звуки слушает на воле
И высматривает в поле

Вот стеречь он вышел снова
Смотрит от другого дома
От излучины залива
От отлива до прилива
С мыса смотрит, его края
И с утеса, наблюдая
И с вершин воды летящей
От святой реки кипящей

Песнь 2.
Он видит Вяйнемейнена и готовится его убить.

Утром, наконец, однажды
Осмотрев просторы дважды
Что на север протянулись
И на западе сомкнулись
Лицо он к ветру повернул
Под солнце раннее взглянул
И, на тихо спящем море
На синеющем просторе
Что-то черное заметил
И Йоука про себя отметил:
То не облако с востока
Не ранней зорьки поволока
То Вяйнемейнен на коне
Движется на встречу мне
Торопится оп в Похьелу
Сумрачную Пиментолу

Йоукахайнен лук схватил
Гневом мозг его заплыл
И лицом от злобы красный
Направляет лук прекрасный
С оперенною стрелой
Ядовитою иглой
Вяйнемейнена сразить
Песнопевца погубить

Мать седая увидала
Йоуке вопрос задала:
Для кого ты лук устроил
Из железных дуг построил?
И в кого, своей стрелой
Ядовитою иглой
Целишься, родной сынок?
Для кого твой вышел срок?

И ответил Йоука ей:
Устроил лук не для затей
И железом обложил
А чтобы мне он послужил
Вяйнемейнену на гибель
Другу моря на погибель
Сладостным оружьем мести
Чтоб пропали о нем вести
День для него не начинался
А песнопевец бы скончался

Я оперенною стрелой
Ядовитою иглой
Насмерть поражу певца
Калевалы мудреца
В сердце выстрелю его
Этот лук, вот для чего

Но стрелять не позволяет
Мать-старушка, запрещает:
Ты не трогай мудреца
Калевалы песнопевца
Рода славного тот странник
Мне по шурину племянник
Его жизни ты лишишь
Перед миром согрешишь
Радость сразу в мире сгинет
Песня на земле погибнет
Радость, песня на земле
Лучше, чем в подземной мгле
Маналы, им вечно жить
В Туонеле мрачной быть
Юный Йоукахайнен сжался
На минуту он сдержался
Призадумался слегка
Бить велит одна рука
Бить нещадно заставляя
Но противилась другая
Все же разум отступил
И злобно он проговорил:
Пусть радость наша пропадет
Пусть песня в мир иной уйдет
Без раздумья я стреляю
Без боязни убиваю

Стал на правое колено
Лук на левое, умело
Для оснастки положил
Стрелу к зарубке приложил
Что достал из колчана
Лучшая из стрел она
Хвостовик на тетиву
Тянет им легонько ту
Лук-убийцу поднимает
Его на Вяйне направляет
Натягивает жилу-тетиву
Уже готов пустить стрелу
Но просит лук ему помочь:
Пусть стрела умчится прочь
Словно ветер по прямой
Брошенная тетивой
Низко если руки взяли
Выше пусть летит из стали
Если выше, пусть стрела
Ниже чуть летит она

Тетиву он отпустил
Первую стрелу пустил
Высоко она взлетела
Так, что в небо улетела
В облака стрела попала
И средь них она пропала

Не печалясь, он стреляет
Стрелу вторую посылает
Слишком низко полетела
В Маналу улететь хотела
В землю ткнулась та стрела
И холм песчаный разнесла

Третью он пустил стрелу
Ядовитую иглу
В коня Вяйне попадает
Правый бок стрела пронзает
В его теле она скрылась
С ядом в печень погрузилась

Песнь 3.
Вяйнемейнен падает в воду.

Пораженный конь споткнулся
На волне перевернулся
Сбросил Вяйне со спины
И скрылся в бездне глубины

Вяйнемейнен в пену моря
Черным падает от горя
Спиной своей воды коснулся
И чуть-чуть не захлебнулся
Но за волну он уцепился
В воду пальцами он впился
И остался на плаву
Не пошел старик ко дну

Ветер поднялся ужасный
Разыгрался шторм опасный
Волны Вяйне подхватили
В даль морскую утащили
На просторы вод широких
От родной земли далеких

Йоукахайнен хвастать стал
Гордо громко восклицал:
Вяйне, старый ты мудрец
Все ж пришел тебе конец
Тебе не видеть никогда
Как горит в небе звезда
Света месяца младого
Луча света золотого
Полей широких Вяйнелы
И просторы Калевалы

Будешь на волнах качаться
Будешь в море ты метаться
Как бревно, так день за днем
А потом, трухлявым пнем

И пошел к себе домой
Сын Лапландии дрянной
Мать в избе ждала его
И спросила у него:
Вяйне, ты ужель сразил
Сына Калевы убил?

И ответил Йоука дерзко
Матери своей он резко:
Глубока Вяйне могила
Его моя стрела сразила
Вместе он с конем упал
Конь тот сразу же пропал
В страшной моря глубине
И лежит теперь на дне
Вяйне же спиной упал
И пока он так лежал
Волны его подхватили
И в даль морскую утащили
Пусть он море расчищает
Дно от ила очищает

И сказала горько мать:
Тебе счастья не видать
Дурное дело совершил
То, что Вяйне ты сразил
Радость ты убил людей
Сувантолы славной всей
Песни ты сынок убил
Народ которые любил
Мудреца и песнопевца
Калевалу лишил сердца

Руна 7.

Песнь 1.
Вяйнемейнен много дней плавал в открытом море. Его встречает орел и, благодарный ему за то, что Вяйнемейнен оставил для него при корчевании леса нетронутую березу, берет его на свою спину и доставляет на берег Похьелы, откуда хозяйка Похьелы берет его к себе домой и принимает хорошо.

Опять, как было, одиноким
Вяйне, по волнам глубоким
Несется веткою сосны
Сучком еловым без коры
Он день шестой уже блуждает
И шесть ночей волна качает
Но пред глазами даль пустая
Бескрайняя вода морская
И небо, над его главой
Сияет синей пустотой

Ему на счастье, над волнами
Махая сильными крылами
Орел в ту пору пролетал
Тот, что на березе отдыхал
Хвостом он волны подметает
А клювом в скалы ударяет
Летит как туча птичий царь
И зорким оком смотрит вдаль

Видит он средь волн морских
Зыбких, грозных и седых
В летах безумного пловца
И узнает в нем мудреца
Над Вяйне он крыла раскрыл
И с удивлением спросил:
Отчего ты, муж, на море
Иль случилось злое горе?
Богатырь, зачем средь волн
И где твой чудесный челн?

Старый Вяйне встрепенулся
Лицом он к небу повернулся
Орла увидел, что над ним
И горем делится своим:
Нес меня мой конь ретивый
Словно пущенный тетивой
В Пиментолу, в Похьелу
Деву сватать там одну
Над волнами мчался скоро
По морской равнине споро
А когда прибыл в Луотолу
И уже видел Йоуколу
Того коня стрела пронзила
Ядом печень отравила
Сгинул он в пучине моря
Черным стал я весь от горя
Убили моего коня
Хотя целились в меня

Упал спиной я на волну
И, чтобы не пойти ко дну
Ее руками ухватил
Воду пальцами сдавил
На плаву живым остался
На волне на той качался
Но ветер тут подул с востока
Буря грянула жестока
Она с севера, с заката
Волны гнала в три наката
Берега меня лишила
В даль морскую утащила
И шесть дней меня качала
Шесть ночей меня бросала
Об одном я начал думать
И никак не мог придумать
Кончится как жизнь моя
Или с голоду погибну я
Иль утону в морской воде
Чтоб лежать на ее дне

Отвечал орел небесный:
Не печалься, друг чудесный
Ты на спину мне садись
У хвоста, крепче держись
От моря я тебя спасу
Куда захочешь унесу

Помню хорошо всегда
Время доброе, ты когда
Чтоб засеять семенами
А они взошли хлебами
У Калевы дерева срубал
Рощу Осмо превращал
В поле, отдыха не зная
Чтоб цвела земля родная
А березу не срубил
Белый ствол не погубил
Чтобы птицы прилетали
И устав, там отдыхали
Да и я на ней садился
Отдыхать, когда решился

Вяйне слушает орла
И сила новая пришла
В тело старца мудреца
Песнопевцев всех отца

Вяйне из воды поднялся
На волне он приподнялся
Влезает на спину орла
Сел у самого хвоста
Крепко в перья уцепился
Чтоб в полете не свалился
И могучий птичий царь
Понес его в чужую даль

И быстрей, чем можно птицам
Летит он к севера границам
В холодную Похьелу
Сумрачную Сариолу
Попутный ветер помогает
И счастья путникам желает

Но вот уже и Похьела
Суровая и мрачная страна
В Пиментоле сел орел
Вяйне на землю сошел
А орел, за один взмах
Растворился в небесах

Темно и холодно в Похьеле
Даже воздух на этой земле
На морозе сильном застыл
Водопад, свой бег остановил
Скачут по снежным полям
Снежные зайцы, тут и там
В снежных реках купаются
Снежные утки, забавляются
Над водопадом, что не тает
Лебедь ледяной летает

Вяйне, холод убивает
Так, что сердце замирает
Немилой кажется ему
Земля чужая, потому

И он пошел искать дорогу
Что к родимому порогу
Привела б его быстрей
От холодных сих весей

Долго верный Вяйне шел
Но нигде он не нашел
Ни дороги, ни тропинки
Ни поломанной травинки
Чтоб указали путь домой
В Калевалу, в край родной

И на мысе, что у моря
Почерневший весь от горя
И от ран, числом до ста
Что, как ударами хлыста
Ветер ему наносил
И тело Вяйне все покрыл
С растрепанной бородой
С космами на голове седой
Плакал он три дня, три ночи
Проклиная свои очи
Что не смог себе найти
Ни дороги, ни пути
Ни тропинки ни одной
Возвратиться чтоб домой
Где родился на волне
Одежду дал своей земле
Где пахал и в землю сеял
Собирал зерно и веял
Чтоб хозяйки Калевалы
Хлебы большие выпекали
Вещих песен плел венок
Силам зла святой замок
Чтоб родная Калевала
В любви жила и процветала

Как-то Похьелы служанка
Белокурая северянка
С солнцем билась об заклад
Что теперь все дни подряд
Вместе с месяцем и солнцем
Просыпаться за оконцем
Всегда будет вместе с ними
Дружно так они и жили

А тут, служанке не спалось
И пораньше встать пришлось
Петухи еще не пели
И цыплята не галдели
А пять овец и шесть ягнят
Уже острижены стоят
Сукна из шерсти соткала
На платье шерсти набрала
Перед утренним рассветом
Пока небо своим светом
Светится и ждет светила
Все столы она помыла
Чистым веником ветвистым
Густым и многолистным
Пол дощатый подметает
Сор в лопатку собирает
Что сверкает вся из меди
Ее пугаются медведи
С ней на улицу пошла
К краю поля подошла
В угол пашни сор бросает
У плетня стоит, мечтает

Вдруг услышала, у моря
Кто-то жалобно от горя
Плачет горько и стенает
Все на свете проклинает

Дева к дому побежала
В горницу его вбежала
И с порога так кричит
Своей хозяйке, что ворчит:
Там, у мыса, что у моря
Плачет кто-то как от горя!
Дети ль слезы проливают?
Может жены причитают?

Выслушав свою служанку
Что суетилась с спозаранку
Лоухи, хозяйка края
Редкозубая, кривая
Коварно-хитрая
И очень злая
Тотчас из дому пошла
К калитке тихо подошла
Плач далекий услыхала
И сама себе сказала:
Дети так, нигде не ноют
Так и женщины не воют
То героя слышен плач
С бородой он и силач

Лоухи, на берег моря
Героя чтоб спасти от горя
Торопливо подошла
Трехдощатую нашла
Лодку легкую в смоле
Протащила по земле
На волну ее толкает
В нее села и отплывает

Гребет к мысу, что у моря
Вяйне, где страдал от горя
С быстротой туда стремится
Помочь опоздать боится

К мысу лодка подплывает
Лоухи берег озирает
И в ивняке, среди крушины
Видит силуэт мужчины
Горько плачет и скорбит
Борода его дрожит
Но уста его закрыты
Слезами лишь они покрыты

И хозяйка Похьелы
Сказала Вяйне у скалы:
Ах, старик, тебе я внемлю
Ты попал в чужую землю!

Вяйне голову поднял
И ответ такой он дал:
Сам довольно это знаю
И хорошо я понимаю
В землю что попал чужую
От того я и лютую
Знатен был в своих краях
Славили меня в весях

Лоухи не отстает
И вопросы задает:
От тебя хотела знать
Ты позволь вопрос задать
Будешь из каких мужей?
Чей ты сын, по крови чей
Из числа каких героев ты?
Гость нежданный Похьелы

Ей ответил Вяйне еле:
Назывался я доселе
Радостью в краю родном
Песнопевцев всех отцом
В долах моей Вяйнелы
На полянах Калевалы
Песни людям пел свои
Чтоб весельем свои дни
Они встречали-провожали
Горя горького не знали
А теперь беду я пью
И сам себя не узнаю!

Лоухи ответу вняла
И Вяйнемейнену сказала:
Так ты из кущей выходи
И тропой ко мне иди
Горе мне свое раскрой
И судьбу свою открой

Из густых кущей крушины
И из места злой кручины
Вяйне к Лоухи шагает
Его та в лодку принимает
Усадила в край ладьи
И вот тронулись они

Веслом старуха загребает
Своею лодкой управляет
Плывет прямо в Похьелу
К родному дому своему

Лоухи гостя в дом ведет
Отвар целебных трав дает
Там, голодного кормила
Платье мокрое сушила
Всю неделю, день и ночь
Чтоб ослабевшему помочь
Растирала, согревала
Заклинания шептала

Старец поправляться стал
И здоровым вскоре встал
И опять страны хозяйка
Любопытная всезнайка
Хочет все про Вяйне знать
Просит его рассказать:
Отчего так, Вяйнемейнен
Плакал ты, Увантоляйнен
В этой местности у моря
От какого злого горя?

И ответил бородатый
Герой славный, ей приятный:
Есть для слез моих причина
И тому, что ест кручина
По морю долго я блуждал
Ветер меня избивал
Бил по телу как хлыстом
Раны солью засыпал потом
На пустыне вод широких
Всегда без жизни и глубоких

Но от того я так стенаю
И, пока я жив, страдаю
Что я родину оставил
Где народ меня так славил
В чужие ворота вхожу
В чужие двери прохожу
Среди ольхи и средь берез
Пролил я немало слез
Здесь не так и сердце бьется
Ветка каждая дерется
Только ветер прилетевший
И теплом меня согревший
С далекой родины моей
Товарищ мне и моих дней
Солнце, что над Калевалой
Светит лаской небывалой
Остается другом мне
В чужеземной стороне

А Лоухи и говорит:
Пусть твое сердце не болит
Ты не плачь, о Вяйнемейнен
Не горюй, Увантоляйнен
Хорошо б тебе остаться
Жить, природой любоваться
Ел бы семгу и свинину
Что так радует мужчину
И забудешь ты о ней
О Калевале о своей
Заживешь здесь без хлопот
В нашем крае, без забот

Песнь 2.
Однако Вяйнемейнен скучает по родным местам.

Вяйнемейнен отвечает
Тоску по дому обнажает:
Пищи не прошу чужой
Самой лучшей, дорогой
Хлеб чужой горчит всегда
Всего лучше людям дома
В том краю, где ты родился
В его сердце поселился
Ниспошли, о, Боже добрый
И Творец любовью полный
Вновь вернуться мне домой
В Калевалу, в край родной
Лучше на соломе спать
Воду лаптями черпать
У себя, в краю родном
Чем пить мед в дому чужом
Из сосуда золотого
Драгоценного литого

Хитрая Лоухи, все понимает
И Вяйнемейнена пытает:
Что ты можешь обещать
Благодарно мне отдать
Если я тебя доставлю
К твоему родному краю
Где утрешь свою слезу
До самой бани довезу?

И ответил Вяйне мудрый
На вопрос хозяйки трудный:
А чего бы ты хотела
Доставить если бы сумела
Меня, в родные мне края
Чтоб слышал клич кукушки я
Пенье птиц там услыхать
Мешок золота готова взять?
Серебра ль устроит шапка?
Иль иного ждешь подарка?
Хочешь, и лесные птицы
Будут петь как для царицы

Ему ответила хозяйка:
Я на золото не падка
В серебре я не нуждаюсь
А от песен, отрекаюсь
Золото – забава молодым
Серебро – коням лихим
Песни – детям утешенье
Правда, есть одно решенье
За то готова дочь отдать
Если сможешь ты сковать
Сампо, мельницу построить
Крышку пеструю устроить
Лебедки взяв конец пера
Коров нетельных молока
Ячменного зерна мешок
И от овечки шерсти клок?

Тогда получишь как отраду
Дочь мою, себе в награду
И домой тебя доставлю
К самой бане, там оставлю
Чтоб кукушку услыхал
Пенью птичьему внимал
На полянах Вяйнелы
На просторах Калевалы

И сказала уже зло
Приоткрыв свое лицо:
А не сможешь мне сковать
Тебе больше не видать
Вяйнелу свою родную
Калевалу дорогую

Песнь 3.
Вяйнемейнен обещает по возвращении домой.

И ответил Вяйне ей
Похьелы хозяйке всей:
Правду я хочу сказать
Сампо, не могу сковать
Но вернусь в свои края
Ильмаринена пришлю я
Сампо он тебе скует
Пусть он дочь твою возьмет
И составит счастье с ней
Парой белых лебедей
Первый в мире он кузнец
Неба нашего творец
Он крышу воздуха сковал
Никто ее оковки не видал
Не видел и клещей следов
Первый он из мастеров

Лоухи с Вяйне согласилась
Все же сильно рассердилась:
Хорошо, поверю слову
Никогда б, кому другому
Тебя в путь я провожу
И дорогу укажу
Только дочь теперь моя
Не будет никогда твоя

Дочь мою отдам тому
Кто сможет, вопреки всему
Сампо, мельницу построить
Крышку пеструю устроить
Лебедки взяв конец пера
Коров нетельных молока
Ячменного зерна мешок
И от овечки шерсти клок

Вот коня она взнуздала
Его в сани запрягала
Жеребчика молодого
Ей любимого, гнедого
Старца в сани усадила
И наставленье учинила:
Ты в дороге не зевай
Головы не поднимай
Пока конь твой не устанет
Вечер темный не настанет
Если голову поднимешь
Глазами небо ты обнимешь
То беда к тебе придет
Судьба злая тебя ждет

Вяйне своего коня стегает
В путь-дорогу отправляет
И летит гнедой стрелой
Везет героя он домой
В Вяйнелу ему родную
В Калевалу дорогую
Из туманной Похьелы
Из суровой Сариолы

Руна 8.

Песнь 1.
По дороге Вяйнемейнен видит красиво одетую девушку Похьелы и просит ее стать его женой.

В это время, над землей
Над Похьелой ее родной
Красота земли и моря
Дочка Лоухи, не зная горя
Сидит в небесной вышине
На воздушной на дуге
На изгибе круглом неба
В платье, будто бы из снега
Ткет одежду не простую
Ткет одежду золотую
Серебром ее доводит
Золотой челнок проводит
По берду из серебра
И в основу нить она
Поперечную вплетает
А челнок жужжит, летает
Ткань готовая струится
У прекрасных ног ложится

Вяйне, верный и седой
Спешит, торопится, домой
Из туманной Похьелы
Из суровой Сариолы
В Вяйнелу свою родную
Калевалу дорогую

Под копытами коня
Звенит замерзшая земля
Скрипят полозья на снегу
Мороз сухую жмет дугу

Не так отъехал далеко
Слышит, где-то высоко
Как челнок по берду ходит
И жужжа он нитку водит
И, забыв все наставленья
Лоухи предупрежденья
Вяйне голову поднял
И на небе увидал
Радугу небесную
Дугу семицветную
А на ней сидит девица
Сразу видно мастерица
На станке одежду шьет
Золотую ткань плетет
Серебром всю украшает
И красотой своей сияет

Вяйнемейнен восхитился
Сразу же остановился
И красотке молодой
Говорит мудрец седой:
А не скучно ли одной
Красоваться над дугой?
Вижу, что ты мастерица
И прекрасней всех девица
С неба ты ко мне спустись
В сани рядышком садись!

И в ответ, она спросила:
Что ж в санях то я забыла?
Что я буду делать в них
В деревянных и простых?

И ответил Вяйне ей
Всех красавиц красивей:
Ах, красавица-девица!
Садись в сани, как царица!
Отвезу тебя домой
В Калевалу, в край родной
Будешь в доме ты хозяйкой
И твоя жизнь будет сладкой
Будешь в золоте ходить
Пиво пенное варить
Хлеб медовый выпекать
У окошка распевать
Песни звонкие свои
Что о счастье, о любви
На полях там веселиться
И с Калевалою родниться

Песнь 2.
Девушка в конце концов соглашается.

Но девица отвечает
На дуге ногой качает:
Как-то на цветистый луг
Вечерком пошла я вдруг
На желтеющее поле
Солнце уж зашло за море
И я слышу пенье птички
Не кукушки, не синички
Дрозд поет, меня не видя
На зеленой ветке сидя
Девичьи думы раскрывает
О чем невеста размышляет

Я тогда дрозда спросила
Объяснить мне попросила
Так, чтоб было мне понятно:
Как на свете жить приятно
Без печали до конца
Жить девице у отца
Или мужнею женой?
Ты о том мне песню спой!

И щебечет дрозд легонько
А потом ответил звонко:
Тепло летом без конца
Так и девице у отца
Всегда будет веселей
И сытнее и теплей
Железу холодно зимой
Ну а деве, став женой
Мужней холодней живется
Часто сердце горько бьется
Дома девушка на воле
Точно ягодка на поле
Муж жену к себе приладит
Будто пса на цепь посадит
Редко ласку раб увидит
Но жена совсем не видит

Вяйне празднует веселье:
То пустое птичье пенье
Напевы глупые дрозда
Ребенок, девушка всегда
Только жен герои чтут
Уважают, берегут

Ты, красавица, спускайся
В сани, рядом, опускайся
Я ведь, муж незаурядный
Богатырь, певец, изрядный

Та, словам не хочет верить
В деле думает проверить:
В чем, не знаю, твоя слава
И о подвигах я не слыхала
В тебе героя я узнаю
И мужем я своим признаю
Если ты ножом тупым
И движением одним
Разрежешь малый волосок
Яйцо завяжешь в узелок
Но чтоб этого узла
Я бы не увидела

Недолго думал наш герой
Встряхнул легонько бородой
Оттуда вырвал волосок
Достал из ножен свой клинок
И тупою стороной
Волосок рассек он свой
Яйцо, потом, он завязал
И без узла ей показал

Вяйне вновь просит девицу
Красавицу и мастерицу
Поскорей с дуги спуститься
В сани быстрые садиться

Нет, не соглашается она
Видно, в мать свою пошла:
Сяду в сани, как ты хочешь
Если камень ты обточишь
Срежешь изо льда жердинки
Но не слетело чтоб пылинки

Вяйне усмехнулся только
И не думая нисколько
Быстро камень обточил
Ножом жердинки выточил
Ни кусочка не упало
Ни пылинки не слетало

Вновь он деву в путь зовет
Но коварная ему речет:
И малыш, подавший голос
Разрезать умеет волос
И жердинки изо льда
Вырежет себе всегда
Замуж выйду за того
Кто из обломков моего
Веретенца, лодку сладит
На воду ее спровадит
Не дотронувшись рукой
Ни коленом, ни ногой
Ни плечом, ни головой
Вот, кто будет мой герой!

Песнь 3.
Вяйнемейнен начинает стругать.

Молвил старый и седой
Вяйне, мастер удалой:
Никого здесь не найдется
Кто хоть мастером зовется
Лодку выстругать как я
Лучше, чем моя ладья

Взял веретена кусочки
И строгает он досочки
На огромной на горе
На стальной ее скале
Сто досок соединяет
Песней в лодку превращает
Острый глаз у старика
Не дрожит его рука
Топор о камень он не тупит
Лезвием скалу не рубит

День, второй, он мастерит
И в лесах тех гул стоит
На третий день стук топора
Услышал Хийси и со зла
Решил он наказать того
Кто потревожил сон его

Когда Вяйне с мастерством
Рубил для лодки топором
Могучий Хийси появился
За топорище ухватился
И приказал он топору
Лезвием рубить скалу

И Вяйне топором ударил
Куда хозяин леса правил
Топор от камня отскочил
На Вяйне острый наскочил
И с размаху, как полено
Разрубил ему колено

И кровь потоком потекла
Со всею силой хлынула

И сказал он топору
Зажимая свою рану:
Глупый ты и неразумный!
Ты зачем меня безумный
Ранил, жилы перебил?
Думал дерево рубил?
К диким соснам направлялся?
С березой белою сражался?
В миг, когда мое колено
Разрубил ты как полено
Острым лезвием своим
Закаленным и стальным

Начал старец заклинать
Говорить и вспоминать
Слова заветные от зла
Помощь чтоб ему пришла
Вспомнил каждое он слово
Но не вспомнил он такого
Чтоб железо заклинало
Как повязкой закрывало
Рану в теле на замок
И густой крови поток

А кровь рекою истекает
Ручьями вниз она сбегает
Траву в полянах заливает
Стебли ягод покрывает
Не осталось ни травинки
Кровью залитой былинки
Всю округу они залили
Кровью красною покрыли

И чтоб закрыть рану скорей
Лишай сдирает он с камней
Мох на болоте собирает
К опасной ране прижимает
Но скоро Вяйне понимает
Ничто ему здесь не поможет
Боль дикая колено гложет
И кровь потоками струится
Не верил, что беда случится
Когда он в небо посмотрел
И Лоухи совет презрел

Песнь 4.
Он отправляется искать человека.

От боли Вяйне все страдает
Из сил последних запрягает
Гнедого в сани, что заждался
В них еле-еле он забрался
Сел на сидение с трудом
Коня стегнул своим кнутом
И помчал искать того
Кто бы вылечил его

И как птица конь летит
Деревенька вот стоит
К той деревне подъезжает
Там три дороги наблюдает
Выбрал нижнюю дорогу
И к ближайшему порогу
Спешно Вяйне подъезжает
В дом он двери отворяет
И с порога внутрь спросил:
Нет ли в доме кто б лечил?
Железа след бы исцелял
Все болезни чтобы знал
Рану б мою исцелил
Колено мне восстановил?

Малютка на полу сопел
Ребенок у печи сидел
Тот малыш Вяйне ответил:
Нет, дом такого не приветил
Никого нет в доме этом
Кто б нанесенные железом
Раны, мог бы исцелить
Конец страданьям положить
Поезжай к другому дому
Может в нем все по-иному

Вяйне, выслушав мальца
Отъезжает от крыльца
Вновь коня кнутом стегает
Его к развилке направляет
И на среднюю дорогу
Чтоб найти себе подмогу
Сани с Вяйне выезжают
К среднему дому подлетают

И спросил он у порога:
Есть ли в доме мне подмога?
Кто б мне рану излечил
Крови поток остановил
От железа знал заклятье
С меня б снял его проклятье?

Старушка в доме проживала
Греясь, у печи лежала
И шубою она укрылась
Чтобы вдруг не простудилась
Тремя зубами постучала
Охотно Вяйне отвечала:
Нет богатырь здесь никого
Чтоб от железа самого
Раны мог легко лечить
Поток крови остановить
К другому дому ты скачи
Там и лекаря ищи

И к развилке мчит гнедой
Кровь из Вяйне льет рекой
Теперь верхнею дорогой
Сани мчатся за подмогой

Вот к навесу подлетает
Вяйне на порог ступает
Дома верхнего теперь
С трудом он открывает дверь
И спросил у старика
Что на печке грел бока:
Есть ли в доме мой спаситель
Над железом повелитель
Чтоб его рану исцелил
Поток крови остановил?

С печи старый пробурчал
Затем громко прокричал:
Три могучих божьих слова
Богом данная основа
И не то еще лечили
И не то остановили
Водопады от них стихли
Реки бурные затихли
Бухты моря и заливы
Их приливы и отливы

В дом входи и чем смогу
Герой, тебе я помогу!

Руна 9.

Песнь 1.
Вяйнемейнен рассказывает старику о происхождении железа.

В санях Вяйне приподнялся
Вылез сам, не побоялся
Без поддержки в дом заходит
Дальше в горницу проходит

Старец сына своего позвал
Чашку принести сказал
И не то, чтобы простую
Сын приносит золотую
Под колено Вяйне ставил
Кровь бежать туда направил

Но не вмещает золотая
Кровь, которая сбегая
Из глубокого разреза
От проклятого железа
Уже заливает пол
На что старик был очень зол

На печке старый забурчал
Потом громко закричал:
Из каких же ты мужей
Из числа героев, чей?
Вышло крови лодок семь
Кадок глубочайших восемь
А кровь из раны все течет
Скоро пол весь мой зальет

Как помочь тебе не знаю
Много разных слов я знаю
Но не знаю, так пришлось
Как железо родилось
Сталь откуда появилась
Как все это зародилось?

Вяйне старику сказал
И охотно продолжал:
Не грусти старик напрасно
Знаю я про то прекрасно
Как железо появилось
Сталь откуда зародилась
И тебе все расскажу
Может этим помогу

Укко, Бог наш и отец
Мира нашего творец
Первым воздух он родил
Затем воду сотворил
Огонь горячий он зажег
Железо лишь родить не мог

Руки он тогда простер
Друг о дружку их потер
И на его колене левом
Появилися все в белом
Три красавицы девицы
Полногрудых молодицы
Железа матери и стали
Поднялись они и встали
И пошли по облакам
Ступают тихо тут и там

Их груди молоком полны
И словно слезы у сосны
Через сосцы оно стекает
Собою землю орошает
Черное, у девы старшей
Красное, у девы младшей
А у средней молоко
Белое, как облако

И где черным окропилось
Железо мягкое родилось
Там, где белое упало
Железо крепкое взрастало
А где красное лилось
Железо хрупкое явилось

Железо мирно так и жило
Увидеться пока не решило
С братом старшим со своим
Огнем могучим и горячим

Огонь радушно его встретил
Адским пламенем приветил
Бушует страшно и хохочет
Сжечь несчастного он хочет
Брата младшего убить
Железо в пепел превратить

Но от огня, от рук ужасных
Бежит и в муках страшных
Железо убегает от напасти
Злодейской брата пасти

Бежит железо, ветер свищет
Оно себе защиту ищет
В зыбучих топях встречных
И в потоках быстротечных
На хребте болот широких
И в обрывах гор высоких
Где лебедки обитают
На яйцах гуси восседают
И в болотах, под водой
Прячется там год, другой

Так, три года пролежало
От огня себя скрывало
Но обнаружило жилище
Чье у болота логовище
Зверье, того не понимая
Что тайного жилья лишая
Железо приведут его
В покои брата своего
Чтоб жар его жилья
В наконечник для копья
Железо это превратил
Иль меч булатный закалил

Волк ходил по тем болотам
Медведь, по тайным тропам
Ногами, лапами, топтали
Его трясину колыхали
И где они тогда ступали
Стальные прутья вырастали
Наверх железо поднималось
И перед миром красовалось

А тут и брат мой народился
Ильмаринен появился
Ночью, на горе углей
Среди угольных полей
С молотом в своей руке
С щипцами. в сжатом кулаке

И уже по утренней поре
По ранней по ее заре
Ищет место, где построить
Кузнецу, меха устроить
Железо, чтобы в ней ковать
Людям Калевалы помогать

Болото в кочках изучил
И тогда кузнец решил
Рядом кузницу поставит
Там свое горнило ставит
Размещает там меха
И, не зная отдыха
По следам звериным рыщет
И по ним железо ищет

Вот нашел и рассуждает:
Здесь железо погибает
Его надо вынимать
И горнилу отдавать
В огонь его положить
И тогда железу жить

Железо это понимает
Мысль Илмари его пугает
В ужасе оно затрепетало
Что добычей брата стало
Тот не оставит ничего
Огонь сожрет его всего

Илмари ему в ответ:
Этого не будет, нет!
Не сожжет огонь родного
Брата своего меньшого

Ты в жилище пойдешь огня
Где живет, укрывшись, пламя
Вырастешь ты там слегка
Сильным сделаешься на века
Мечами станешь для мужчин
И застежками для женщин!

В тот же день железо взяли
Из болот его достали
В кузнецу везут немилу
Принесли его к горнилу
Кузнец железо положил
В огонь горнила поместил
Мехами воздух он качает
Трижды дуть их заставляет

Плавиться железо стало
Под мехами размякало
Точно тесто из пшеницы
Или каша из крупицы
В пламени горнила ярком
И в огне кузнечном жарком

И железо завопило
Ильмаринена просило:
Спаси меня ты от огня
Пламенем терзаюсь я!

И ответил Илмари:
Ты железо погоди!
Выну я тебя оттуда
Как из печи хватают блюда
А ты станешь кровожадным
И смертельно беспощадным
Брата своего порежешь
Сына матери изрежешь

Тогда железо поклялось
Злобу делать зареклось
Перед пламенем тем вечным
Перед молотом кузнечным
Перед наковальней кузнеца
Призвав в свидетели отца:
Для пореза есть деревья
И дробить можно каменья
Резать брата я не буду
Зло на брата я забуду
Жизнь моя приятней станет
Зло проклятое отстанет
Если к людям попаду
Ручным орудьем послужу
Чем резать мне своих
Ранить близких и родных

Ильмаринен клятве внял
Железо из огня достал
На наковальню положил
Молотом его он бил
Чтобы мягче оно стало
Ковать вещи не мешало

Копья, топоры, кует
Острыми их создает
Наковал всего немало
Пробует железо, мало
Крепости его для дел
Поразмыслив, захотел
Закалить его водой
Специальной, не простой

В воду он золы добавил
Щелоку чуть-чуть прибавил
Чтоб железо закалить
В сталь его бы превратить

Он смесь отведал языком
И говорит себе тишком:
Очень слабая водица
Для закалки не годится
С ней железу не случится
В сталь лихую превратиться

Вот с травы пчела взлетела
На синих крыльях полетела
И у кузнечного горнила
Свой полет остановила
Илмари ее увидел
Попросил, а не обидел:
Пчелка быстрая спаси!
Медку на крыльях принеси
Из семи верхушек травных
Из цветочных чашек славных
Чтоб железо выправлять
В сталь его бы превращать

На крыше кузни восседал
И за всем этим наблюдал
Лесной шершень странник
Хийси самого посланник
Как кузнец железо брал
В горнило кузни его клал
Как железо там варилось
Как потом оно калилось
И чтоб выправить его
Илмари просил чего
У пчелы у синекрылой
Быстрой и трудолюбивой

К Хийси шершень улетает
Быстро к нему прилетает
Говорит, что видел, слышал
Хийси злой из себя вышел
Ненавистью к Илмари пылает
Навредить ему желает

Шершню он не мед дает
Черный яд гадюки шлет
Муравьиный яд приносит
Яд лягушки преподносит
И велит осе взлетать
Кузнецу все передать
Словно мед ему прислали
Для закалки доброй стали

В кузню шершень прилетел
И, как Хийси сам, велел
Ильмаринену отдал
Яд, что Хийси передал

Тот благодарно принимает
Яд, что медом он считает
Для закалки в смесь кладет
Железо из горнила достает
В смесь железо погружает
И в сталь его он превращает

И вышла сталь оттуда злой
Жестокой злобой налитой
Нарушена железом клятва
И без пощады режет брата
Своих родных не забывает
Их крови реки проливает

Песнь 2.
Старик бранит железо.

Вяйнемейнен замолчал
Все, что знал он, рассказал
И на печи старик седой
Ему кивает бородой:
Железа знаю я теперь начало
Знаю как оно коварным стало
Тебя я скоро излечу
Зло железа укрощу

Железо, жалкое и злое
Ты, создание дрянное
Ныне ты великим стало
Яростное зло вобрало
Мощью, силой налилось
Для родных ужасный гость
Клятву страшную забыло
Честь, как пес, ты проглотило

А ведь не было великим
И красивым, многоликим
И могучим ты не было
Когда из грудей исходило
Молоком новорожденных
Девиц, Укко порожденных
Каплями с небес стекало
Землю нашу окропляло

Не было великим и тогда
Когда словно бы вода
На хребте болот лежало
И в уступах скал дрожало
Иль комком земли валялось
Ржавой пылью покрывалось

Быть великим и не снилось
Когда в болоте ты укрылось
От брата старшего огня
Где лось, олень, топтал тебя
Волки, где тебя давили
Медведи лапами душили

Не было великим ты
Когда из топи темноты
Илмари тащил тебя
Не жалеючи себя
Прямо в кузницу доставил
В горне плавиться заставил

И великим ты не стало
Когда в горне клокотало
И боясь сгореть совсем
Кузнецу клялося всем
Если он спасет тебя
Людям ты отдашь себя
Будешь им всегда служить
Помощником добрым быть

Ты тогда великим стало
Когда сталью заблистало
Кузнец, когда тебя ковал
И в водной смеси закалял

Но ты ярости набралось
Страшной силой оказалось
Клятву данную попрало
Честь свою как пес сожрало
Свой же род ты истязаешь
И своих родных кусаешь

Кто ж тебя ко злу склонил?
Мать или отец то был
Иль сестра, иль это брат
Кто из рода виноват?

Нет на них вины такой
Ты само источник злой
Ты источник дел ужасных
Зло кровавых и напрасных
Вот ты Вяйне погубило
Ему колено разрубило
Приди, смотри свою работу
Да о герое прояви заботу

Иль скажу твоей родимой
Матушке твоей любимой
Что сын дурное совершил
Что сын дерзко поступил
Тяжесть ей на сердце ляжет
Весть ей руки, ноги, свяжет

А ты, кровь, не лей потоком
Не бей струей пред оком
Стой спокойно, как ограда
Как скала средь водопада
Если ж надо непременно
Двигаться тебе бессменно
По жилам ты передвигайся
И не на землю изливайся
А возвращайся в дом родной
В сердце, что в груди любой
Нет нужды, не разливайся
Смирно стой, не изливайся

Если ж этому не внемлешь
Мою просьбу не приемлешь
Возьму у Хийси котел я
И в нем проварю тебя
Загустеешь ты смолой
И перестанешь лить рекой

Если ж мне не хватит сил
Чтоб я кровь остановил
Так отец мне мой поможет
Он великий и все может
В тучах, он Творец живущий
Самый сильный и могучий
Крови сможет рот зажать
Перестала чтоб бежать

О ты, Укко, Бог, Творец
Снизойди мне как отец
Рану Вяйне успокой
Сильною рукой закрой
Дорогу крови прегради
Боль от героя отведи!

Кровь затихла и свернулась
В дом к себе она вернулась
Боль от Вяйне отошла
В скалы дикие ушла

Песнь 3.
Старик заставляет своего сына варить целебную мазь.

Старец сына посылает
В кузницу и наставляет:
Травы нежной ты нарви
Тысячелистника цветок сорви
Меду капель собери
Частицы сотов подбери
Что собрал, в котле кипящем
Ключевой водой бурлящем
Плотно крышкой ты запри
И мазь целебную вари

Мальчик в кузницу шагает
На пути он дуб встречает
Вопрос ему он задает:
Есть ли в твоих ветвях мед?
Под твоей корою соты?
Дуб ему ответил: что ты!
Мед с ветвей еще вчера
Весь искапал как вода
На вершине лишь остался
Он от облаков достался

Сын от дуба щепочку взял
Трав хороших он нарвал
Что рождены глухою чащей
Бросил их в котел кипящий
Мешая смесь, три дня варил
Ее три ночи сторожил

Проверяет, нет, не готова
Надо варить ее снова
Средство вышло не такое
Чтоб победить железо злое

Трав еще в смесь добавляет
Злаков разных насыпает
Что в иных местах далеких
Средь лесов и гор высоких
Их искали, собирали
Их сушили, заклинали
Девять чародеев лучших
Восемь знахарей могучих

И весенних девять дней
Девять без луны ночей
Зелье варит для героя
Не зная отдыха, покоя

День десятый наступает
Он с огня котел снимает
И чтоб проверить мази силу
Он ветвистую осину
Что у поляны поселилась
Только сильно подломилась
Волшебной смесью натирает
И заклинанье припевает:
Волшебная мазь послужи
Свою силу покажи
Выпрями ты стан осины
Древу дай ты больше силы!
И осина встрепенулась
Вершиной в небо потянулась
Выпрямила ствол она
Крепкой стала вся сама

Стал он мазью покрывать
Волшебной смесью натирать
Камни битые вокруг
Скалы, треснувшие вдруг
И куски соединялись
Треснувшие, вновь срастались

Мальчик кузницу оставил
Мазь своему отцу доставил
В руки старому подал
И при этом он сказал:
Силу средства я проверил
Осину поднял, горы склеил

Тот на язык ее проверил
В силу мази он поверил
Раны Вяйне смесью мажет
И такие речи вяжет:
Во плоти иду Творца
Силой мощною Отца
Молвлю Вышнего устами
Бога нашими руками
Эти раны исцеляю
Тело к жизни возвращаю!

Но только мазь он наложил
Как Вяйнемейнена скрутил
Приступ боли невозможной
Старец речью осторожной
Изгоняет боли жженья
Гонит сильные мученья
Внутрь горы болезней всех
Наверх холма мучений тех
Чтобы камни их забрали
И утесам передали

Ленту шелковую рвет
Ее полоски он кладет
Повязкой раны на колено
Обмотал его умело
Заклиная, говорит
И такие речи молвит:
Божий шелк ему повязкой
Лента божья, перевязкой!
На колене у героя
Кому от боли нет покоя
Отец прекрасный, помоги!
Творец могучий, защити
От несчастий и от бедствий
От ранения последствий!

Вяйне помощь ощущает
Бог здоровье возвращает!
Тело стало исцеленным
Внутри Укко укрепленным
Красивее, чем бывало
И сильней намного стало

Вяйне с радостью взирает
В небо очи поднимает
Славит он могучего Творца
Милостивого всем Отца:
Да прославится Создатель
Всей вселенной Основатель
Да восхвалится Творец
Милосердный наш Отец
Ниспослал мне помощь Он
Защитил со всех сторон
Железо Он угомонил
Мои раны излечил

Потомок мой, запоминай!
Челнока на спор не делай
Не хвастай выгнуть его смело
Только Бог кончает дело
Слаб герой, когда без Него
Бессильны сильные руки его!

Руна 10.

Песнь 1.
Вяйнемейнен возвращается домой и предлагает Ильмаринену идти свататься за девушку из Похьелы, которую он может получить, если выкует Сампо.

Вяйнемейнен излечился
Старцу низко поклонился
И седобородому сказал:
Я у тебя здоровым стал
Ты спас меня от зла
Сумасшедшего железа
И его преступной воли
Избавил от жестокой боли
Да прославится твоя
Сила мудрости великая!

Вывел Вяйне коня своего
В сани свои запряг он его
На сиденье саней лихо сел
Кнутом жемчужным повертел
Слегка ударил по гнедому
И помчал к родному дому

Быстро конь бежит домой
По дороге ледяной
Крошки от копыт летят
Скрипят полозья и вопят
Трещит дуга сухая
Оглоблями играя

С шумом его сани мчатся
Даже ветру не угнаться
По полям и по равнинам
По болотам и стремнинам
День он едет и другой
Пар гнедого над дугой
Когда третий наступил
Он к переправе подкатил
За которой Калевала
Свои объятья раскрывала

И Вяйнемейнен прокричал
И Йоуки проклинать стал:
Волк, сожри того убийцу
Отомсти болезнь строптивцу
Убей мерзкого стрелка
Что стрелял исподтишка
А потом смеялся мерзко
И говорил он очень дерзко
Что не добраться мне домой
Что не вернусь туда живой
Не видеть мне ни Вяйнелы
Не песчаной Калевалы

И старый Вяйне тут запел
К небу голосом взлетел
Елку он напел большую
И, как его голос, золотую
В тучи головой уперлась
Над землею распростерлась
Поет Вяйне заклинает
Месяц тихо замирает
На златой верхушке ели
А на ветках заблестели
Звезды чудной красотой
От Медведицы самой

Шумно едет он домой
Но поник вдруг головой
Шапка на сторону сбилась
По щеке слеза скатилась
Чтоб себя вернуть домой
Он обещал колдунье злой
Брата своего прислать
Сампо чтобы ей сковать
Ильмаринена кузнеца
Вековечного творца
В туманную Похьелу
В сумрачную Сариолу

Вяйне думает: как быть?
Илмари как объяснить
Чтоб оставил дом родной
И умчал к колдунье злой?

На поляне Осмо новой
Конь гнедой, своей подковой
Снег взрыхлил, остановился
Возле кузницы угомонился

Из расписных своих саней
Черных туч самих мрачней
Вяйне споро вылезает
Тотчас к кузнице шагает
Где молот наковальню бьет
Знать что-то Илмари кует

В дом угля заходит Вяйне
Идет к могучей наковальне
Где братец лемех мастерит
Тот ему и говорит:
О ты, старый наш мудрец
Появился, наконец!
Где ж ты от людей скрывался?
Где так долго оставался?

Вяйне Илмари отвечал:
В Похьеле я проживал
В той суровой Сариоле
И не по своей я воле
В Лапландии долго жил
Там, с чародеями дружил

Но кузнец не отстает
И вопросы задает:
О ты, песенный создатель
Вековечный прорицатель!
Расскажи, как ты там жил?
С кем ты мед и пиво пил?
Как на родину вернулся?

Вяйне сразу встрепенулся
Главу Илмари туманит
Золотою клеткой манит:
Много я тебе открою
Но сейчас, скажу не скрою
В Похьеле живет девица
Средь красавиц всех царица
Месяц в волосах сияет
Солнце на груди сверкает
С плеч Медведица мерцает
Спину светом озаряет
Жениха не ищет, но
Есть условие одно
Если сможешь ты создать
Сампо, мельницу, сковать
Крышку пеструю построить
Ее к мельнице пристроить
Лоухи, ее родная мать
Готова дочь свою отдать
Свою любимую отраду
Тебе, как высшую награду

Вековечный ты кователь
Неба сферы ты создатель
Тебе ли Сампо не сковать
А девицу себе забрать!

Песнь 2.
Ильмаринен не хочет ехать в Похьелу.

Отвечает Ильмаринен:
О ты, старый Вяйнемейнен
Не обещан ли я тобой
В Похьелу, колдунье злой?
Чтоб главу свою спасти
Из плена ноги унести?

Не пойду, пока живой
И месяц светит над главой
В избы мрачной Похьелы
В те жилища Сариолы
В море, где мужей бросают
А героев пожирают!

Не знает Вяйне что сказать
Не знает, что ему и делать
Ведь колдунье слово дал
Крепче ремня себя связал

И Вяйнемейнен рассуждает:
Раз Илмари не помогает
И не желает выручать
Хитрость надо применять
И говорит ему такое:
Чудо есть еще другое
Там, где переправа ждет
И в Калевалу путь дает
Ель растет вершиной в тучи
Ветви над землей могучи
Золотом своим сияют
Поляну Осмо освещают
Месяц светит на главе
И вся округа в серебре
Звезды на ветвях мерцают
И Медведицу качают

Ильмаринен отвечает:
Чудо этого никто не знает
До тех пор я не поверю
Пока сам я не проверю
Не взгляну глазами сам
На чудо чудное я там

Вяйнемейнен все хитрит
Кузнецу он говорит:
Если ты не хочешь верить
В чудо, то легко проверить
Давай, пойдем с тобой туда
Узнаем правду без труда

Ильмаринен согласился
С Вяйне в лес заторопился
Видеть, чтоб златую елку
Великана, не иголку
А среди златых ветвей
Месяц и Медведицу на ней

По тропе пошли одной
Вяйне первый, брат за спиной
Вот Калевалы край открылся
Вяйне здесь остановился
На Ильмаринена посмотрел
И тихонечко запел

Он поет и вырастает
К небу самому взлетает
Золотой вершиной ель
На златых ветвях капель
Звезд Медведицы самой
А на вершине золотой
Месяц ясный восседает
Серебром всех одаряет

Не верит Илмари глазам
Хотя чудо видит сам
Вяйнемейнен усмехнулся
К кузнецу он повернулся:
Не веришь ты своим глазам?
Так полезай на елку сам
Месяц ясный ты сними
Медведицу с собой возьми!
Раз не веришь ты глазам
Поверишь ты своим рукам!

И кузнец послушал брата
И хоть та высоковата
По ели стал наверх влезать
Чтоб с вершины месяц снять
Снять Медведицу попутно
Лезет, хоть ему и трудно

Елка ветками качает
Илмари предупреждает:
Очень ты уж простодушный
И доверчиво послушный
Богатырь без всякой сметки
Лезешь ты простак на ветки
Чтобы мнимый месяц снять
Марево созвездья взять

Только молвила, как славный
На тот миг весьма коварный
Вяйне начал с силой петь
Чтобы ветру налететь
Чтоб ему стал помогать
Слово данное сдержать:
Ветер, силою могучей
На своей ладье летучей
Ильмаринена умчи
И быстрей его домчи
В туманную Похьелу
В сумрачную Сариолу

Буря сильная настала
Страшно воздух разорвала
Ильмаринена срывает
В летучую ладью сажает
И уносит в Похьелу
В сумрачную Сариолу

Дорогой ветра он летит
По стезе воздушной мчит
Он под солнцем пролетает
Выше месяца взлетает
Над Медведицей широкой
Похьелы во двор, далекой
Прямо к бане подъезжает
Его Лоухи сама встречает
Псы кузнеца не услыхали
И на гостя не брехали

Вот хозяйка Похьелы
Самой мрачной стороны
Спрашивает кузнеца:
Что принес за молодца
Ветер южный и могучий?
Или спрятавшись за тучи
По пути ветров пришел
Стезей воздушною ты шел?
Из каких героев будешь?
Если псов моих не будишь
Чувствуют, что ты герой
Иначе подняли бы вой

Илмари ответ нашел:
Не затем сюда пришел
Чтоб меня пес разорвал
Брехун косматый искусал
У ворот чужих открытых
У дверей, тобой закрытых

Песнь 3.
Ильмаринен прибывает в Похьелу.

Но хозяйка Похьелы
Что прилипчивей пчелы
Вопросами его засыпает
Все что хочет знать желает:
Не знавал ли ты, летатель
Ильмаринен есть, кователь?
Может слышал. что о нем?
Уже давно мы его ждем
Первый мастер на земле
Заждались его к себе
Чтобы Сампо нам сковал
Как Вяйне слово мне давал

Ильмаринен со смешком:
С кузнецом тем я знаком
Ильмаринена я знаю
Каждый день его встречаю
Потому как, наконец
Ильмаринен я, кузнец!

В избу тотчас Лоухи уходит
Быстро в горницу заходит
Дочь меньшую увидала
Строго ей она сказала:
Дочь моя, что всех моложе
Всех детей моих пригоже
Лучшее сейчас одень
Платье красное надень
Шею жемчугом укрась
Грудь, чтоб краше поднялась
Височки сделай попестрее
Румянец щек натри быстрее
К нам ведь прибыл именитый
Ильмаринен знаменитый
Вековечный он кователь
Небесной сферы основатель
Прибыл Сампо нам построить
Крышку пеструю устроить

Дочь хозяйки Похьелы
Небывалой красоты
В кладовую убежала
Где наряды все держала
Стала быстро наряжаться
В лучшие платья одеваться
Друг на дружку одевает
Благо их числом хватает
Надела медные застежки
Головной убор, сережки
Прекрасный пояс золотой
И из кладовой бежит домой

В избу девица влетает
Красотой своей сияет
Стройный стан, как у березки
Светятся в ушах сережки
Румянец алый на щеках
Алмазный блеск в ее глазах
В кудрях серебро блистает
Злато на груди сверкает

Лоухи во двор выходит
В избу Илмари заводит
Жилище мрачной Похьелы
В дом суровой Сариолы
Где уже краса стояла
Гостя тихо поджидала

В горницу герой проходит
И с девицы глаз не сводит
Вмиг, та его околдовала
Лоухи, как и желала

Кузнеца за стол сажает
Сытной пищей угощает
И хмельным его поит
А потом и говорит:
О кователь, именитый
Вековечный, знаменитый
Можешь Сампо мне создать?
Крышку пеструю сковать?
Сделать мельницу такой
Чтоб молола и мукой
Когда надо, соль давала
Или деньги раздавала
Чтоб на отдых не надеясь
Крышка б пестрая вертелась
И муки у меня чтоб было
Сколько сердце запросило
Соли, сколько пожелаю
Денег, что не сосчитаю
И тогда возьмешь в награду
Дочь мою, мою отраду
Красоту земли и моря
И не будешь знать ты, горя!

Отвечал кузнец беспечно:
Сампо я скую, конечно
Пестрой крышкою накрою
Кованой ее устрою
Чтоб вертелась и сияла
Все желанья исполняла
А возьму, конец пера
Что с лебединого крыла
Молока коров нетельных
Что белее дней метельных
От овечки шерсти клок
Да ячменя зерна чуток

Кровлю ж воздуху сковал
Никто заклепок не видал

Песнь 4.
Ильмаринен выковывает Сампо.

Вот кузнец, попил, поел
На девицу посмотрел
Но пора и честь то знать
Нужно мельницу ковать

Говорит страны хозяйке:
Хватит мне сидеть на лавке
Кузницу мне открывайте
Да рабов мне присылайте
Мехи будут они качать
В горниле пламя раздувать

Лоухи ему в ответ:
Кузницы то у меня нет
И вещей кузнечных нет
Горна нет и нет мехов
Наковальни нет, щипцов
Нету молота творца
Вот и страдаем без конца

Ильмаринен отвечает:
Только слабый отступает
Сильный, дело совершит
И победой завершит!

Место он пошел искать
Где бы кузницу создать
Где горнило бы построить
И мехи ему устроить

В стране ищет незнакомой
Ищет в Похьеле суровой
Ищет день, другой прошел
Лишь на третий он нашел
Увидал утес природный
И для кузницы пригодный

Там кузнец огонь разводит
В один день мехи возводит
Наковальню, на другой
Наконец, своей рукой
Взял он перышко одно
Да ячменное зерно
Шерсть овцы малым комком
Смочил коровьим молоком
Бросил все, что нужно было
В пламя жаркое, в горнило
У мехов рабов поставил
Раздувать огонь заставил
И мехи рабы качают
Сильно угли раздувают

Так, три летних дня и ночи
Не смыкая свои очи
Те рабы мехи качают
Отдыха они не знают
Комки на пальцах наросли
На пятках камни выросли

На четвертый день кователь
Кузницы той основатель
Посмотрел на дно горнила
Увидеть, чтоб, что получила
Печь кузнечная его
Что изготовила для него

Видит, лук там появился
В пламени златым родился
Лунным светом он сияет
Золотом своим сверкает
Серебром в концах блестит
На рукоятке медь пестрит

Был по виду лук прекрасен
В тоже время и опасен
Без разбора насмерть бьет
Жертву ежедневно ждет

Кузнец не рад такому луку
Людям что несет лишь муку
Пополам его ломает
И в пламя жаркое бросает
Поддувать рабам велит
Сильней качать им говорит

На другой день проверяет
Что пламя в горне сотворяет
И огонь челнок явил
Красный парус свет затмил
Борт весь золотом украшен
Уключин медных вид прекрасен

Да, лодка та была прекрасна
Но с виду, а сама опасна
Сама собою шла в сраженья
Губя людей без сожаленья

Ильмаринен лодке той
Был не рад, характер злой
Ее он в щепки изломал
Их в пламя горна побросал
Поддувать рабам велит
Сильней качать им говорит

На третий день он проверяет
Что пламя в горне сотворяет
Чудо видит кузнец снова
Вышла из огня корова
Хвост серебряный у ней
Рога из золота на ней
Во лбу созвездие мигает
Солнце меж рогов сияет

С виду хороша была
Норовом лишь подвела
Никого не подпускает
В землю молоко сливает

Ильмаринен был расстроен
Той коровой недоволен
Бодливую он изрубил
В горн кусочки положил
Поддувать рабам велит
Сильней качать им говорит

День четвертый наступает
Кузнец снова проверяет
Что пламя в горне сотворило
Что на свет оно явило

Осторожно посмотрел
Плуг там чудный углядел
Сошник золотом сияет
Стержень медью отливает
Сверкает ручка серебром
Плуг хорош и все при нем

Но прекрасен только с виду
Пахарям своим в обиду
Свое поле не пахал
На чужое залезал

Герой вражды не допускает
На куски тот плуг ломает
И бросает в жаркий горн
Зовет в помощь ветры он
Не справляются рабы
Видно, силами слабы

И подули ветры споро
С запада, с востока, скоро
Ветер с юга сильно дует
Страшно северный бушует
Дуют ветры день, другой
Третий дуют в горн гурьбой
Из окошка пламя бьется
Искрами наружу рвется
Туча гари в небо мчится
К облакам и дым стремится

На четвертый день кователь
Небесной сферы основатель
Смотри в печь, что получила
И на пылавшем дне горнила
Видит, Сампо вырастает
С крышкой пестрой возникает
Стал Илмари ковать скорее
Молотом стучать сильнее
Чудо мельницу сковал
Пестрой крышкой накрывал
Когда последний раз ударил
Словно сил он ей прибавил
Послушно Сампо зашумела
Пестрой крышкой завертела

Что прикажешь, то и мелет
Мука нужна-мукой метелит
Лишь бы рот не разевал
А мешки бы подставлял
Соль нужна-бочки давай
Деньги-сундуки лишь меняй

Мука хозяину в закрома идет
Соль-на продажу пойдет
Деньги мелет про запас
Чтоб хозяина однажды спас

Лоухи, хозяйка края
Жадная колдунья злая
Сампо сразу же схватила
К горе медной утащила
Ее в пещере там укрыла
Замками девятью закрыла
Чтобы люди не видали
Просители не доставали

От чуда Сампо вглубь земли
Три длинных корня проросли
Один, под гору углубился
Другой, за берег зацепился
Третий, в каменной скале
Нет прочней их на земле
Крепче всех цепей стальных
Сампо держится на них

Песнь 5.
Ильмаринен просит девицу в жены.

Лоухи из пещеры вернулась
Сразу с кузнецом столкнулась
Тот кротко просит о девице
О красавице царице:
Пора ее мне отдавать
Сампо я сумел сковать!

Лоухи в ответ молчала
Ему красотка отвечала:
Коль уйду в страну чужую
Кто ж кукушку мне родную
Кликать будет, ее звать
На пенье птичек вызывать?
Уехала б в твои края
Исчезла б и кукушечка моя
Птички б упорхнули мигом
Своим шумным птичьим игом
Я бы в роще не игралась
Целой ягода б осталась
Берег, песнями не полный
И лесочек не пройденным

Нет, не брошу дней девичьих
Ни занятий мне привычных
Ни заботу о семье
Ни работу при страде

Песнь 6.
Ильмаринен получает лодку и возвращается домой.

Ильмаринен загрустил
Что невесту упустил
Печально голову склонил
Шапку на сторону сбил
Что же делать и как быть
Чтоб на родину отбыть
Из туманной Похьелы
Из суровой Сариолы

Молвит Похьелы хозяйка:
О кователь, отвечай-ка!
Что ты ходишь словно тень
Шапку сдвинул набекрень?
Иль стремишься ты домой
В Калевалу, в край родной?

Ильмаринен отвечает
Что по родине скучает:
Да, к тому мысли стремятся
Чтоб на родине скончаться
Там найти себе покой
В Калевале мне родной!

Колдунья рада ему угодить
Кузнеца домой спровадить

Кормит, поит, одевает
На корму ладьи сажает
К веслам медным дорогим
И движением одним
Ветер северный зовет:
Ильмаринен пусть плывет
Едет к родине любимой
На ладье тобой гонимой
В синем море по потокам
К голубым своим протокам

Едет день, едет другой
Уже на третий, он ногой
На родной берег ступает
Воздух родины глотает
И торопится домой
Где ждет брат его родной

Вяйне Илмари встречает
И тотчас его пытает:
Брат мой, неба ты создатель
Вековечный ты кователь
Выковал ли Сампо ты
Для хозяйки Похьелы?
Крышку сделал ли на ней
Чтоб молола веселей?

Ильмаринен ему сердечно:
Сампо я сковал, конечно
С пестрой крышкою на ней
Чтоб молола веселей
Что прикажут, то и мелет
Муку в закрома метелит
Соль, лишь бочки подставляй
Деньги, лопатой загребай

Про девицу промолчал
Знал-брата голову спасал

Руна 11.

Песнь 1.
Лемминкайнен отправляется свататься к девице из знатного рода Саари.

Где море Калевалу обнимает
И землю славную ласкает
На мысочке у залива
Где жизнь была нетороплива
Островитянин Ахти жил
Сыном Лемпи отрок был

Матерью своей любимый
И от бед ею хранимый
В высоком доме вырастал
На море часто пропадал
Ловил рыбу, не ленился
И ею же Кауко кормился

Сильным мужем вырастал
Красной кровью расцветал
Облик стал его прекрасным
Он высоким стал и страстным
Что стало пороком для него
Манили женщины его
Кругами по ночам ходил
Да за девицами следил
Там, где женщины гуляли
Где нарядные плясали

И услышал там он весть
Что на Саари дева есть
В доме выросла отца
И цветок она с лица
Стройный стан у девы той
Женихи шли к ней толпой
Повсюду шла молва о ней
Среди светил, среди людей

Солнце сватало сыночка
Не пойдет ль отцова дочка
С солнцем бок о бок сиять
За ним же летом поспешать

Месяц за сынка хлопочет
В дом его она не хочет
Чтобы с Месяцем сиять
Круг воздушный пробегать

С сыном Звездочка хлопочет
Но и к ним она не хочет
На зимнем небе чтоб мерцать
Долгой ночью там блистать

Сваты с Виру приезжали
И из Ингрии там бывали
Но никуда она не желает
Всем, одно лишь отвечает:
Золото вы зря не тратьте
Серебро себе оставьте

В Эстонию не хочу идти
Чтоб в их водах там грести
Их рыбу есть, уху хлебать
Прибрежные волны измерять

И в Ингрию вы зря зовете
Печально больно вы живете
Нету дров и не пшеницы
Нет лучины, нет водицы
Нет ржаного хлеба там
Холод, голод, стыд и срам

Но веселый наш герой
Лемминкайнен молодой
Решил, хватить себя прятать
Надо девицу посватать
Что небывалой красоты
К которой разные сваты
Приезжали и не раз
И слушали ее отказ
Эту славную невесту
Думая, что будет к месту
Рядом с девою строптивой
Своей удалью игривой

Отговаривает Кауко мать:
Не надо сын туда езжать
Выше род у девы той
К ней не сватайся родной
В роде знатном на Саари
Не таких ведь прогоняли
И тебя терпеть не будут
Выгонят и вмиг забудут

Ответ сына был такой:
Пусть не знатен дом родной
Со знаменитым родом Саари
Род поспорит наш едва ли
Статью, удалью их покорю
Силой, ловкостью поспорю

Но мать не хочет разрешать
Лемминкайнену там сватать
В роде Саари очень знатном
В том семействе необъятном:
Девицы будут насмехаться
Будут женщины смеяться

Лемминкайнен отвечает
Недолго думая, замечает:
Я смех у женщин оборву
Хихиканье девиц сорву
Детей наделаю им сам
Дам заботу их рукам
И насмешки прекратятся
Будет чем другим заняться

Говорит в отчаянии мать:
Тогда мне горя надо ждать
Коль жен Саари соблазнишь
Девиц невинных оскорбишь
Спор великий возгорится
Битвой страшной разразится
Женихи, мужья их сами
Целой сотней, и с мечами
Толпою окружат своей
Один не справишься ты с ней

Не послушал Кауко мать
Его желание ей не унять
Лошадь взял одну из лучших
Жеребца кровей могучих
И без страха и сомненья
Скачет в Саари поселенья
Кровь торопит и кипит
Невесту сватать он летит

Песнь 2.
Сначала девицы Саари насмехаются.

Жены в Саари засмеялись
И девицы насмехались
Когда он странно подъезжал
Во двор неловко он въезжал
В воротах сани покачнулись
И во дворе перевернулись

Лемминкайнен вылезает
Бороду свою кусает
Рот скривил в усмешке злой
И с поникшей головой
Говорит им всем тогда:
Того не видел никогда
Надо мной чтоб насмехались
Жены, девицы, смеялись

Но не долго он грустил
Слова такие им говорил:
Может место у вас есть
На равнинах ваших здесь
Где б я смог повеселиться
В лихой пляске закружиться
Саари девушек потешить
Милых, ласковых утешить?

Девицы так ответили ему
Лемминкайнену самому:
Такие в Саари места есть
Их в долинах и не счесть
Где б тебе повеселиться
На поляне покружиться
Пастушонком к нам пойдешь
Все что хочешь ты найдешь
Дети в Саари слабы сами
Не ладят с жирными конями

Ахти сразу согласился
И пастушонком подрядился
На лугу весь день проводит
По ночам к девицам ходит
С молодицами играет
Дев невинных обнимает

Слово данное сдержал
Смешки красавиц оборвал
Девиц насмешки прекратил
Ни одной не пропустил
В его объятия они бросались
Утех их страсти добивались

Песнь 3.
Только одну - Кюлликки.

Но меж всех была одна
Кюлликки звалась она
Что сватов всех отсылала
И Лемминкайнена прогнала
Рода знатного девица
На Саари как царица
Всех прекраснее была
И цветочком там цвела

Но веселый не смутился
С острова не удалился
Сто пар сапожек истоптал
Сотню весел изработал
Все возле Кюлликки кружит
Ей хочет голову вскружить

Кюлликки, Ахти прогоняла
И сотый раз все повторяла:
Для чего ко мне ты ходишь
И все время рядом бродишь
Что на берегу шумишь?
Ты же слабый, как камыш
С оловянною застежкой
Меня, с алмазною сережкой
Сватать ты всерьез решил?
Знай, ты очень поспешил!
Скорее камень изотру я
Чем выйду замуж за тебя
Не хочу тебя никак
Ведь ты тряпка и бедняк

Стройность в муже мне нужна
Ведь я и сама стройна
Статным чтобы был, понятно
Сложена сама я статно
Был красавцем молодцом
Сама красива я лицом

Лишь полмесяца минуло
И сердце, Ахти подтолкнуло
Как-то раз, в один из дней
Вышли девы гурьбою всей
В сумерках повеселиться
На лужайке покружиться
Стали девы в хоровод
Кюлликки его ведет

Цветущий жизнью удалец
Ахти, славный молодец
К ним подъехал без опаски
В середину самой пляски
На жеребчике гнедом
Лаская весело кнутом
В хоровод девиц въезжает
Быстро Кюлликки хватает
На шкуру в сани положил
Ее ко дну он придавил
Коня сильней кнутом ударил
Его в галоп домой направил

Девицам он прокричал
Которых спешно покидал:
Девицы, запоминайте!
Вы меня не выдавайте
Никому и никогда
Что приезжал я к вам сюда
И девицу увез с собой
На родину к себе, домой
А не послушаетесь, когда
Будет плохо вам тогда!

Заклятьем я войну нашлю
Мужей с парнями погублю
Больше вам их не слыхать
Ни днем, ни ночью не видать
И по деревне не пойдут
И по поляне не поедут!

Песнь 4.
Кюлликки плачет.

Кюлликки вдруг произносит
С горечью цветочек просит:
Меня на волю отпусти
Ребенка ты из рук пусти
Я к матери домой пойду
Плачет ведь, чуя беду!

Если ж ты меня не пустишь
Домой к маме не отпустишь
То мои пять братьев скоро
Семь сынов дяди родного
По следам найдут тебя
Отобьют назад меня!

Ахти Кюлликки не отпускает
Ко дну сильнее прижимает
Дева в плаче вся забилась:
Ах, напрасно я родилась
Зря я только подрастала
Мужу скверному попала
Я бездельнику досталась
У кого мечта осталась
Чтобы вечно злобно драться
Да на битву собираться

Лемминкайнен отвечает
Кюлликки нежно обнимает:
Красота, цветочек мой
Едем мы сейчас домой
Ягодка, не надо горевать
Тебя не буду обижать
Сядешь кушать – рядом я
Крепко обниму тебя
Заживем одной семьёй
И будем счастливы с тобой!

Ну к чему ты так страдаешь
От печали все вздыхаешь?
Думаешь, что мы готовы
Жить без пищи, без коровы?
Что терплю нужду в запасах?
Не терзайся в своих страхах
Много у меня коров
Их молоком хоть сто дворов
Могу я каждый день поить
Мясом свежим их кормить

О них заботиться не надо
Само себя то кормит стадо
На поляне Куманичка
На пригорке Земляничка
На болоте Клюква зреет
На лугах трава пестреет
Все чисты они, красивы
Добродушны, не бодливы
Не надо на ночь их вязать
Чтобы утром развязать
Корм пред ними не кладут
И по утрам соль не дают

От того ль ты так страдаешь
И от печали все вздыхаешь
Что не знатен родом я
И проста семья моя?
Пусть не знатен родом я
И проста семья моя
Но мой меч огнем пылает
И что знатен, он то знает
В славном доме был он скован
Злобным Хийси отшлифован
У богов очищен ярко
В бою врагам от него жарко!
Знатность роду им достану
В семье великой жить я стану

Речь Ахти Кюлликки испугала
И она ему сказала:
Если хочешь мужем быть
Как с женой со мною жить
Ласкать меня и целовать
В моих объятьях утопать
Дай мне вечную клятву ты
Что не затеешь вдруг войны
Злато, серебро отбирать
Да ими закрома набивать!

Лемминкайнен отвечает
Весело головой кивает:
Я клянусь перед тобой
Не начинать войны любой
Из-за злата, серебра!
Но и ты клянись сама
Дома не ходить гулять
На полянах не плясать
Как бы ты не захотела
Чтобы дома ты сидела!

Так друг другу поклялись
И навеки зареклись
Ахти – позабыть войну
Кюлликки – забыть игру
Перед Богом, что все видит
Невиновного кто не обидит
Но всемогущего судьи
Клятвы, если нарушишь свои

Песнь 5.
Мать Лемминкайнена восхищается.

Ахти весел, что поладил
Жеребца кнутом погладил
Прощаясь с Саари, прокричал
Слова такие он сказал:
Ну прощайте, луг веселый
Корни сосен, пень еловый
Где этим летом я ступал
Где той зимою снег сминал
В ночь дождливую бродил
Пути к милой находил
В злую непогоду вяз
Из-за ее прекрасных глаз

Быстро скачет конь гнедой
По дороге ледяной
Дом родной вот появился
У девицы рот открылся:
Вижу хижину холодной
И дырявой, и голодной
И, конечно, ей владеет век
Незнатный родом человек?

Ей весело ответил удалой
Лемминкайнен молодой:
В этом доме не оставлю
Я тебе других наставлю
Краше комнаты построю
Их стропилами накрою
Бревна лучшие здесь будут
Крепкими века пребудут

Вот подъехал Ахти к дому
Спешит к очагу родному
Прямо к матери любимой
Самой лучшей и ранимой

Мать спросила сына строго:
Что так оставался долго
На чужбине, мой сыночек?
Сколько плакала я ночек!

Мать к своей груди прижал
И старушке отвечал:
Пусть теперь жены смеются
Девы хохотом зальются
Я их всех там покорил
За насмешки отплатил
Лучшую из них увез
И к себе домой привез
Силой в сани усадил
Ее мехами я укрыл

Ахти тут к саням метнулся
И с девицею вернулся:
Мать, ведь ты меня носила
И питала, и растила
Чего желал, я приобрел
К чему стремился, то нашел
Изготовь нам ложе лучше
С изголовьем, да получше
Чтоб на родине моей
Рядом с девицей своей
Я б уснул спокойным сном
Сделав радостным наш дом

Мать, Бога вышнего хвалила
И такое говорила:
Создатель наш, хвала тебе!
Что невестку дал ты мне
Огонь мне будет раздувать
И прекрасно будет ткать
Нитки веретенцем скрутит
Постирает и просушит
И холсты побелит славно!
Сын, хвали судьбу исправно
И Создателя, Творца
Небесного своего отца!

Всем красавица взяла
И красива, и мила
Зубки белого белей
Нет в роду пятна у ней
Стана стройного сама
Как цветочек у окна

Сын, стены новые построй
Новые покои выстрой
Пол чтобы широкий был
В большие окна свет светил
Перед горницей порожки
Не цепляли бы сапожки
Над порогом сделай двери
Чтоб подходить боялись звери

Достойна нового жилья
Цветок, красавица твоя
Выше родом ее род
И знатней ее народ

Руна 12.

Песнь 1.
Кюлликки забывает свою клятву и отправляется в деревню, что приводит в гнев Лемминкайнена, решающего немедленно бросить ее и отправиться свататься к девице Похьелы.

Ахти, юный Лемминкайнен
Молодец тот, Кауколайнен
Все живет, да поживает
Время с девой провожает
Ахти на войну не ходит
Жена в селенье не заходит

И вот однажды на рыбалку
Вышел Ахти спозаранку
Где рыбы, полные икры
Ее мечут до поры

Ахти рыбу промышляет
Ею бочки забивает
Нет важнее дел сейчас
Чем готовить рыб запас
Домой на ужин не явился
И ночью с рыбою возился

Кюлликки его ждала, ждала
Да и в селение пошла
Туда, где девушки плясали
Молодицы, где играли
Кто же Ахти о том скажет?
Никто пальцем не покажет
Уже вечер, ночь почти
Давно старушка спит поди

Но остроглазая девица
Айникки, Кауко сестрица
Видела, как со двора
Кюлликки в селенье шла
Поздним вечером гулять
С молодицами плясать

Утром брату рассказала
Что сама в ночь увидала:
Ахти, милый братец мой
Не уследил ты за женой
В ночь она в село ходила
Хороводы там водила
Где играют молодицы
И танцуют, где девицы

Омрачился Лемминкайнен
Злится Ахти Сарелайнен
Всю неделю он молчал
Потом матери сказал:
Мать, моя ты дорогая
Моя любимая, родная!
Рубашку постирай скорей
В яде сильном черных змей
Чтоб в поход мне собираться
С сынами Похьелы сражаться!
Кюлликки клятву нарушает
К чужим калиткам убегает
Где играют молодицы
И танцуют всласть девицы!

Кюлликки тут завопила
Не покидать ее, просила:
О мой Ахти, не огорчайся
На войну не отправляйся!
Нынче сон мне ночь явила
Шел огонь, как из горнила
Сильно пламя бушевало
Окошки дома обнимало
По краям стены плескалось
В покои тихие ворвалось
Зашумело, как поток
И от пола в потолок
Прыгнуло все пожирая
Ничего не оставляя

Лемминкайнен отвечал
Мрачный, Кюлликки сказал:
Я не верю женским снам
Как не верю и их клятвам

Затем просил свою он мать
Помочь в дорогу что собрать:
Мать, походную рубашку дай
Кафтан для боя мне подай
Страсть влечет туда меня
Пить буду пиво битвы я
Отведаю сраженья мед
Теперь на сердце моем лед

Мать ответила с тоской:
Милый Ахти, сыночек мой!
Зачем тебе то в драку лезть
Пиво и дома у нас есть
В еловых бочках вон стоит
За дубовой втулкой бродит
Для тебя стали варить
С утра до ночи можешь пить!

Лемминкайнен отвечает
Слушать мать он не желает:
Лучше мне по волнам плыть
Веслом смоленым воду пить
Мне тот напиток слаще пива
Которое ты для меня варила
Мать, походную рубашку дай
Кафтан для боя мне подай
В села Похьелы пойду
Ее сынов я там найду
Чтобы золото забрать
Серебро у них отнять

Мать подумала немного:
Сын, золота и дома много
И серебро вдруг появилось
Вчера это приключилось
Рано утром раб наш встал
Змеиный угол, когда пахал
Крышку сошником поднял
Сундука, что там стоял
А в том сундуке лежали
Златом, серебром сверкали
Тысячи монет казной
Он принес сундук домой
В кладовой его поставил
И замок в него он вставил

Лемминкайнен отвечает
А рукою меч сжимает:
Не мани мать кладовою
Серебро, что взято с бою
Дороже злата, серебра
Что плугом раб нашел вчера
Мать, походную рубашку дай
Кафтан для боя мне подай
В Похьелу идти готов
Избивать ее сынов

Но еще желанье есть
Услышать самому там весть
Глазами своими убедиться
Есть ли в Похьеле девица
В Пиментоле темной дева
Чтобы мужа не хотела
Одиноко проживает
Жениха знать не желает

Отвечает ему мать:
Зачем тебе кого искать?
Кюлликки, твоя жена
Всех прекраснее она
Да и чудно, чтоб в постели
Две жены лежать посмели

Ахти матери в ответ:
Кюлликки оправданья нет
Она клятву нарушает
И селенье посещает
Пусть она, там поигравши
С девицами поплясавши
По чужим домам ночует
С молодежью поворкует

Песнь 2.
Мать пытается всячески удержать сына.

Но мать удержать его хочет
О безопасности хлопочет:
Не ходи сыночек мой
В Похьелы селенья злой
Без чародейства не ходи
Без премудрости не иди
К темным избам Похьелы
И суровой Пиментолы
Там беда за деревами стоит
Героям гибелью грозит
Запоет тебя лапландец
Заклянет тебя турьянец
На раскаленные угли печи
Твои он, голову и плечи
Положит, едко усмехаясь
И смотреть будет улыбаясь
Как тело тает на углях
И герой обращается в прах

Лемминкайнен отвечает
Что злое племя давно знает:
Летней ночью, как-то раз
Лапландцев тройка собралась
На утесе, без одежды
С глазами полными надежды
Чарами меня сковать
И жестоко наказать

Чаровали чародеи
Заклинали эти змеи
Но напрасно колдовали
От меня они там взяли
Что топор от камня берет
Что буран с утеса сдерет
Что каблук на льду стирает
А в пустоте смерть настигает

А в другой раз, было паче
Дело шло тогда иначе
Мне грозили их заклятья
Мне грозили их проклятья
Что болото, где был я
Поглотит навек меня

И попал в его я тину
Она меня тянет в трясину
До бороды я провалился
Уже грязью весь покрылся
Но я духом не упал
Чародеем тотчас стал

Сам я стал их заклинать
Стал я сам их проклинать

Я запел, и чародеи
Которые оружие надели
Те волшебники с ножами
Те певцы в руках с мечами
В водопады обратились
В их пучины превратились
Водоворотом стали злым
Смертным ужасом живым

Теперь там им снятся сны
Там почивают колдуны
Прорастут весною травки
Через головы и шапки
Через кости на плечах
Через мясо на боках
Крепко спящих чародеев
Заклятых дремою злодеев

Но запрещает ему мать
Дом родимый покидать:
Сын, послушай свою мать
Тебе не стоит уезжать
В Похьелу, в страну тумана
Полной злобы и обмана
В селеньях голод ожидает
Там опасность угрожает
Мужа бедного там ждет
Несчастье, с ними что живет

Твоим пеньем не под силу
Бросать сынов ее в пучину
Быстрее стрел у них заклятья
Острей ножа ранят проклятья
Языков ты их не знаешь
Потому им проиграешь

Но как мать не запрещала
Умоляла и пугала
Ее он слушать не желает
Железную рубашку одевает
Поясом стальным подпоясал
Гордо матери сказал:
В кольчуге буду я мощнее
В пояске стальном сильнее
Против всех их чародеев
И с оружием злодеев
Не страшен в них и худший
И не опасен наилучший

Вложил он в ножны меч
Чтоб их кожей его сберечь
И повесил на пояс стальной
Чтобы тот был под рукой
Как огонь, тот меч рубил
Хийси сам его точил
У богов был отшлифован
И у них же был он скован

Ахти в путь уже собрался
Усердно щеткой расчесался
Матери ее отдал
И при этом он сказал:
Матушка, щетку эту не бросай
За ней все время наблюдай
Если беда со мной случится
Кровь из щетки засочится
А ручейком польется в свет
Знать меня в живых уж нет

У старой матери душа болит
Милому сыну она говорит:
Ты не знаешь мысли старой
Сердца матери печальной
Горько, горько я заплачу
Когда тебя я вдруг утрачу
Избу слезами я залью
И крыльцо в них утоплю
На улице буду я рыдать
В сарае слезы проливать
Снег от слез ледышкой станет
Лед от горьких слез растает
Земля травою прорастет
А потом от слез умрет
Чтоб от глаз скрыться чужих
Чтоб не видели глаз моих
В бане тихо порыдаю
Слезами лавки посрываю
И доски все слезы сорвут
В потоках слезных поплывут

Песнь 3.
Он снаряжается и отправляется в путь.

Но сын ее уже решился
Низко матери он поклонился
И пошел в страну тумана
Полной злобы и обмана
В далекую Похьелу
В сумрачную Сариолу

Из дома вышел незаметно
Прошел он тихо, неприметно
Мимо женщин возмущенных
Им когда-то соблазненных
Не желающих героя
Отдавать чужим без боя

Но впереди, у скал дремучих
Ждет толпа мужей могучих
На развилине дороги
У потока, где пороги
На каменной спине холодной
На зыбкой почве, на болотной

Надо скрыться и от них
И просит Ахти друзей своих:
Меченосцы, выходите
Земли герои, помогите
Лучники из рек глубоких
Лес, с рядами древ высоких
Хийси, властный и ужасный
Старец гор, силою страшный
С мощью мать воды своей
И русалки всех мастей
На мою защиту встаньте
Как товарищи предстаньте
Чтобы стрелы чародеев
Железные ножи злодеев
Острием мне не вредили
Члены мне не повредили

Если ж этого все мало
Защитить сил не достало
К старцу вышнему вздыхая
Обращусь я умоляя
Кверху, где он проживает
Грозой и облаками управляет
Через тучи он общается
И сквозь воздух открывается:
О ты, Укко, отец небесный
Бог верховный и чудесный!
Дай мне меч, огнем горящий
И опасность отводящий
Чародеев, что толпой
Могут стать передо мной
Что останутся за мною
И с боков, и надо мною
И соберутся здесь вокруг
Победил бы я их вдруг
Чтоб с их стрелами, ножами
С их блестящими мечами
Я заклял мужей негодных
Лишь на зло одно способных!

И веселый Лемминкайнен
Молодец, тот Сарелайнен
Коня из леса тут позвал
Его в оглобли запрягал
Златогривого с поляны
В позолоченные сани
На сидение в них сел
Жеребца кнутом огрел
Рыжий птицею летит
Под полозьями скрипит
Серебром песок играя
Гудит равнина золотая

Едет день он, и другой
Третий тает под дугой
Увидел, наконец, вдали
Селенье мрачной Похьелы
Нижней улицею конь летит
К избе нижней, что стоит
К ней герой наш подкатил
Коня у столба остановил
Постучался, дверь открыл
И с порога он спросил:
Есть ли кто и может сладить
Кто бы мог гужи ослабить
Оглобли мне бы опустил
И с лошади хомут стащил?

Ему мальчонка отвечает
Что на полу сидит играет:
Некому здесь с этим сладить
Некому гужи ослабить
Твои оглобли опустить
И с лошади хомут стащить!
Поезжай-ка прочь скорей
На лошадке ты своей

Лемминкайнен не страдает
Кнутом коня он ударяет
Жемчужным он его погладил
На среднюю его направил
К избе средней подкатил
Коня под навесом остановил
Постучался, дверь открыл
И с порога он спросил:
Есть ли, кто меня поддержит
Вожжи кто мои подержит?
Кто сумел бы развязать
С коня ремни искусно снять?

С печи старуха отвечала
Болтливая ему кричала:
Есть, кто тебя поддержит
Вожжи кто твои подержит
Гужи твои ослабить может
Оглобли положить поможет
Мужей с десяток ты найдешь
Или сотню, коль зайдешь
Они тебя отсюда уберут
Лошадок на проезд дадут
Да отправят плута домой
В Калевалу, в край родной
К матери тебя доставят
И на пол пред ней поставят
Раньше вечер чем придет
И солнце за море уйдет!

Лемминкайнен веселится
На старуху все косится:
Приказал бы я мечу
Тебе ответить, да не хочу
Связываться я с тобой
Старой, злобною каргой!

Прочь оттуда он спешит
По дороге конь летит
Верхней улицей теперь
Златогривый словно зверь

Подъехал к верхнему двору
Злых собак увидел свору
И попросил своих друзей
Помочь ему и поскорей:
Могучий Хийси! Не дай псам
Лаем здесь устроить гам
Лемпо, морды им зажми
Чтоб молчали все они
Когда во двор я к ним зайду
И к дому тихо подойду

Вот во двор вошел тихонько
Кнутом ударил он легонько
По земле, туман разлился
В нем человечек появился
Коня от гужей освободил
Затем оглобли опустил

Сам же он, как только можно
Слушать начал осторожно
Чтоб хозяин не узнал
Что чужой во двор попал

Слышит песни и слова
Сквозь конопатку он едва
Музыку сквозь стенку слышит
Изба словно ею дышит
Тихонько внутрь он посмотрел
Колдунов в покоях углядел
С музыкой у стен сидели
И громко пели чародеи
Песни Лапландии трудные
Хийси творения мудрые
У двери-прорицатели
На печи-заклинатели
Знахари же - на скамейках
Из меха сшитых, телогрейках
А посреди самой избы
Лоухи, хозяйка Похьелы

Облик Ахти свой меняет
Он сквозь угол проникает
Внутрь строения прошел
И сказал, когда зашел:
Песнь короткая приятней
С окончаньем и понятней
Лучше мудрость запоминать
Чем на половинки ее рвать

Чародеи всполошились
Лица колдунов перекосились
Колдунья злая подскочила
На ноги она вскочила
Посреди покоев стала
И Лемминкайнену сказала:
Эти псы, железа цветом
Сторожат зимой и летом
Чужаков не пропускают
Они их в клочья разрывают
Мясо, кости им даю
Свежей кровью их пою
Ты будешь из каких мужей?
Из числа героев чей?
Раз ты в горницу приходишь
Мимо псов моих проходишь
А они лежат молчат
И не лают, не ворчат?

И хозяйке Похьелы
После ее похвалы
Лемминкайнен отвечает
И хвастливо замечает:
Знай, что прибыл то я к вам
К вашим лучшим мудрецам
Не без знаний волшебства
Чародейского искусства
Мудростью и силой знатный
И заклятьями богатый

Собака чтоб меня не рвала
Мать моя меня купала
Ночью летнею три раза
В водах золотого таза
А осенней ночью в таз
Окунала девять раз
Чтобы там, где могу быть
Себя мог пеньем оградить
Чтоб навеки я отныне
Колдуном был на чужбине

И запел тут наш герой
Заклятьями сыпет как золой
Из шубы пламя мчится
Из глаз огонь струится

Певцам лучшим, кто там был
Рты каменьями набил
В глотки им задвинул скалы
И лишил былой их славы

Чародеев знаменитых
Мужей гордых, именитых
Разбросал без сожалений
На поляны без растений
На невспаханные поля
Где заросла уже земля
На озера, где рыб нет
И в воде их меркнет свет
В Рутьи, водопад ужасный
Огнедышащий, опасный
Как каменья их поставил
Чтоб жар пламени их плавил
Крошками чтобы остались
А те, в искры превращались

Кто с мечами был, заклял
Кто оружье в руки взял
Никого не пощадил
На всех заклятья наложил
Ни героев, ни стариков
Ни даже юных отроков

Одного лишь пощадил
Заклинаньем не сгубил
Только пастуха дрянного
Совсем старого, слепого
В мокрой шапке старец был
Он Лемминкайнена спросил:
Всех, герой, ты здесь заклял
Мне, отчего, пощаду дал?

Лемминкайнен отвечал:
Оттого пощаду дал
Что сосуд ты для проклятий
Скверен ты и без заклятий
В юности пастух ты был
И самым злобным уже слыл
Ребят малых обижал
Сестер родных не уважал
Перепортил лошадей
И жеребят ты всех, злодей
По болотам и полям
По колеблющимся топям

Пастух слова те проглотил
И злобу, мерзавец, затаил
Наружу из дверей пошел
Через двор он в поле вышел
К бездне Туонелы мчится
Чтоб ему там схорониться
Лемминкайнена там ждать
Когда обратно уезжать
Тот будет из Похьелы злой
На родину, к себе домой
За обиду отомстить
Жизни героя лишить

Руна 13.

Песнь 1.
Лемминкайнен просит дочь у хозяйки Похьелы, которая ставит ему условие, чтобы он достал лося Хийси.

Расправившись с колдунами
С чародеями хвастунами
Ахти к Лоухи подошел
И такую речь завел:
Дочь свою отдай ты мне
Что всех прекрасней на земле
Ты отдай мне дочь-девицу
Средь красавиц всех царицу!

Хозяйка выдавила из себя:
Дочь свою не выдам я
Не отдам тебе девицу
Средь красавиц всех царицу
У тебя ведь есть жена
С Саари тобой привезена

Лемминкайнен отвечает:
Кюлликки клятве изменяет
Выгоню ее из дома
В деревню ту, что ей знакома
К чужим калиткам на село
Пусть там пляшет весело
Днем и ночью пусть танцует
Да по чужим домам ночует
Здесь ищу жену свою
Полюбил я дочь твою!
Так отдай ее ты мне
Пропадет ведь в темноте

Хозяйка Похьелы в ответ:
Никогда не выдам, нет
Мою радость, цветик мой
За того, кто пуст собой
И к тому же, муж никчемный
Угодник женский неуемный

Чтобы сватать дочь мою
Отвагу, удаль покажи свою
Лося поймай сначала ты
Небывалой быстроты
Он в лесах пасется дальних
На полянах на бескрайних
Слуга Хийси самого
Вот поймаешь ты его
Приведешь во двор сюда
Можешь свататься тогда

Лемминкайнен согласился
Поохотиться решился
Лося Хийси чтоб поймать
И красавицу в жены взять

Песнь 2.
Лемминкайнен отправляется за лосем.

На быстрый дротик насадил
Острие, что заточил
Тетиву натянул на лук
Стрел изготовил целый пук
Только лыж нет у него
Чтоб догнать лося того

Призадумался, что делать
Чтобы лыжи ему сделать
Из чего бы их устроить?
Кто ему бы мог построить?

К дому Кауппи приходит
В кузню к Люликки он входит:
О ты, Вуоялайнен славный
Лапландии кузнец ты главный
Мне лыжи славные построй
Да поглаже их устрой
Чтобы лося я поймал
Его у Хийси отобрал

Люликки ему ответил
Ахти Кауппи заметил:
Зря за лосем ты идешь
Хийси, ты не проведешь
Как ни старайся, ты герой
Пень получишь ты гнилой

Лемминкайнен не горюет
Люликки свое толкует:
Ты мне только сделай их
Чтоб как ветер мчал на них
А уж лося я поймаю
Хийси злого обыграю

Мастер с Ахти согласился
Делать лыжи подрядился
В осень их он вырезает
В зиму гладко их строгает
Точит палки, подгоняет
На них кольца закрепляет
Жиром лыжи он намазал
Их оленьим салом смазал
Ахти лыжи показал
И цену им свою назвал
Палку, с выдру оценил
За кольцо, лису просил

И задумчиво Кауппи сказал
Ахти, который лыжи забирал:
Да, хотел бы очень знать
Суждено ль кому летать
На этих лыжах по лесам
По полям и по болотам
Легко чтоб ими управлять
Левой, правой ногой двигать
В подрастающем народе?
Я, таких, не видел вроде

Цветущий жизнью удалец
Лемминкайнен молодец
Так Люликки ответил:
А меня, ты не заметил?
Мне суждено, одному из них
На лыжах полетать твоих
Буду двигать лыжей левой
Буду двигать также правой

На спину колчан надел
Лук на плечи свой одел
В руки палки захватил
Левой лыжей заскользил
Затем правой двигать стал
И Люликки тому сказал:
Под небом этим не найти
Хоть божий мир весь обойти
Среди лесных бродяг-зверей
Бегать кто бы мог быстрей
Сына Калевы младого
На лыжах мастера такого
Кого не смог бы он догнать
И его добычей взять
Под ветвями этими клянусь
С лосем, я домой вернусь

Ахти речи, Ютас услыхал
Лося Хийси тут же создал:
Голову из пня гнилого
Рога из дерева сухого
Ноги сплел из тростника
Колени – болотная осока
Жерди у лося спиной
Жилы из травы простой
Глаза - цветки из болот
Уши – цветы озерных широт
Кожа – кора сосновая одна
Мясо из трухлявого бревна

Того лося, Хийси наставлял
Такие слова он ему сказал:
Ты беги, прекрасный лось
Туда, где много скопилось
На полях Лапландии лосей
И пусть Лемминкайнен сей
Побегает по лесам, попотеет
Может тогда юнец поумнеет

Хийси лось тогда помчался
К полям Лапландии он рвался
Где стада лосей зимуют
Жуют мох и тем жируют

Вдоль амбаров пролетел
Кадушку копытами задел
Опрокинул ее, отбросил
Котел на огонь сбросил
Мясо в золу свалил
На очаг похлебку слил

И лапландцы зароптали
Ужасный шум они подняли
Их собаки лаять стали
Дети громко зарыдали
Жены принялись смеяться
Лесному чуду удивляться

А Ахти ветер обгоняет
Лося Хийси догоняет
По земле, болотам вечным
По полянам бесконечным
Под лыжами пламя бьётся
Из-под палок дым несется
Только лося он не видит
Он не видит и не слышит

Мчит по дебрям он дремучим
С Хийси спорится могучим
Поляны Калмы пересекает
Пред жилищем ее пробегает
Калма голову склонила
Уже пасть свою открыла
Чтобы героя того схватить
И тут же его проглотить
Но не смогла его поймать
Лемминкайнена сожрать

Все объехал, обошел
Потратил силы, не нашел
Лося Хийси, как пропал
Нигде его он не видал

Один лишь уголок остался
Где Ахти еще не скитался
В угодьях Похьелы далеких
Лапландии земель широких

Вот в этот угол он поспел
Почти все там посмотрел
До конца уж добегает
Слышит шум, что нарастает
Он с окраины угла несется
Кто кричит, а кто смеется
Лай собак и плач детей
Охотник наш на шум скорей
Лыжи свои повернул
И к шумящим заглянул

Он спросил, раздав поклоны:
Отчего смеются жены
Отчего тут дети воют
Люди старые так ноют
Серые собаки лают
Словно Ютаса ругают?

И ответили ему:
Смеются жены потому
Оттого тут дети воют
Люди старые так ноют
Серые собаки лают
Словно Ютаса ругают
Что лось Хийси пробежал
Копытом гладким постучал
Вдоль амбаров пролетел
Кадушку копытами задел
Ее опрокинул и отбросил
На огонь котел он сбросил
Мясо все в золу свалил
На очаг похлебку слил

Лемминкайнен это слышит
Весь весельем герой пышет
Двинул левую он ногу
Как гадюку по пожогу
Правой двинул он ногой
Как по снегу змеей живой
И скользя себе вперед
Успокоил он народ:
Не надо плакать, убиваться
Вот, что надо постараться
Пусть мужи лосей набьют
И к жилищам принесут
Женам котлы вымывать
Детям щепки собирать
И котлы ваши закипят
Мясо и похлебку сварят

Тут напряг он свои силы
И понесся в даль равнины
Лыжей двинул первый раз
Тут же он исчез из глаз
Второй лыжей двинул мало
И его не слышно стало
Лыжу третий раз толкает
На спину лося попадает

Вот он кол кленовый взял
В землю глубоко вогнал
За плетнем дубовым
Домом лося Хийси новым
От березы ветви взял
Вязку прочную сплетал
Ею лося он связал
Крепко к колу привязал

По спине он лося гладит
Думая, что с ним поладит
Треплет ласково по шее
Скакуна нет свирепее:
Тут побудь теперь невольно
А с меня уже довольно
Рядом с юною девицей
Средь красавиц всех царицей
Отдохнуть могу теперь
Тебе спасибо, славный зверь!

Хийси лось начал злиться
От пут хочет освободиться
Ярость бешеная гложет:
Лемпо пусть тебе поможет
С девицей юной полежать
Время вместе скоротать

Тут все силы лось собрал
Березовую вязку разорвал
Сломал он кол кленовый
Свалил плетень дубовый
И поспешно убегает
По полям уже мелькает
По болотам, по горам
Стал невидим он глазам
Стал ушам не слышен он
Словно Ахти видел сон

Лемминкайнен омрачился
Рассвирепел он, рассердился
За лосем хочет мчать стрелою
Дал один толчок ногою
В яме лыжа вдруг застряла
Ремень на пятке разорвала
Палка лыжная сломалась
Ручка дротика помялась
Не догнать лося теперь
Ловким оказался зверь

Лемминкайнен загрустил
Печально голову склонил
Сломанные вещи раскидал
И в сердцах себе сказал:
Пусть никто и никогда
Не стремится в лес сюда
Хийси лося чтоб поймать
А потом как я страдать
Вещи ценные теряя
И ничего не получая

Руна 14.

Песнь 1.
Обычными охотничьими заклинаниями и мольбами Лемминкайнен наконец добывает лося и увозит в Похьелу.

Лемминкайнен размышляет
Думая, он выбирает
Какой дорогою ему свернуть
Какой тут лучше выбрать путь
От лося Хийси отвернуться
И самому домой вернуться
Или снова попытаться
За лосем Хийси погоняться
Матери лесов на радость
Девам бора на отрадность?

Нет, нельзя ему сдаваться
К богам надо обращаться
Чтоб просить их помогать
Лося чудного поймать

О ты, Укко, бог верховный!
Ты отец небесный, кровный!
Лыжи мне получше дай
Им скорость большую придай
Чтоб я мог на них промчаться
И не смели бы ломаться
По болотам, по земле
В край далекий в Похьеле
Где сам Хийси проживает
Красавца лося привечает!

Вот иду я в лес дремучий
Елями, сосной, могучий
По дороге Тапиолы
Мой поклон вам выси, горы
Вам, прекрасные леса
Кто приветлив к вам всегда!
Лес, пустыня, не держите
И меня вы пропустите
Тапио, будь добр ко мне!
Дай пройти мне по земле
По болотам и горам
Чтоб поймать добычу там
Получить свою награду
Девицу, мою отраду!

Нюрикки, охоты бог
В красной шапке, ты бы мог
Метки по дороге сделать
На горах мне их наделать?
Чтоб я прямо глупый шел
Чтоб я верный путь нашел
За добычей тут гоняясь
Ловлей лося забавляясь!

Миеликки, ты, леса мать
Дабы мне здесь не блуждать
Разбросай ты по следам
Лося Хийси, тут и там
Свое злато, серебро
Не жалея сыпь его
Иль возьми ключи литые
На кольце своем златые
Что на чреслах ты своих
Прячешь их от глаз чужих
Тапио амбар большой
Ты тихонечко открой
Поищи лося в лесах
На болотах, на горах
Его гони ты на меня
Здесь я буду ждать тебя!
А не хочешь ты сама
У тебя служанок тьма
Их пошли, пускай найдут
И сюда лося приведут

Но не слышит леса мать
Сон не хочет покидать

И служанку молодицу
Сладкогласную певицу
Ахти просит разбудить
Чтоб о помощи ее просить:
С дудкой ты пойди украдкой
Посвисти свирелью сладкой
Пред великой госпожой
Пред хозяйкою лесной
И разбудит вмиг ее
Пенье сладкое твое

Но как богов не умоляет
Никто ему не помогает

Рыщет Ахти по лесам
По болотам и полям
Нет добычи для него
Избегают все его

Тогда к угольным хребтам
Хийси угольным полянам
Лемминкайнен направляет
Свои лыжи и заставляет
Их бежать туда скорей
К великану земли сей

Он день, другой скользит
Наконец, на третий видит
Гору Хийси великана
И он с помощью аркана
Взобрался на утес высокий
И на север, край далекий
Чрез болото посмотрел
Три дворца там усмотрел
Костяной и деревянный
И из камня изваянный
Жилище Тапио самого
Сияют стены дворца того
Двери золотом блистают
Мрак болотный разгоняют
А на каждой стенке шесть
Золотых окошек есть
Блеск их чрез гору, кустарник
Видит Лоухи посланник

К дворца стенам он подкрался
К окну тихонечко поднялся
Осторожно посмотрел
И весь лесной народ узрел
Владыку царства лесного всего
Мимеркки, жену его
Тууликки, их дочь родную
Теллерво, дочь фею лесную

Златом все они шумели
Серебром своим звенели
Хозяйка леса за окном
Была в браслете золотом
Пальцы в кольцах золотых
Ленты в волосах витых
Рисуют золотом узор
Из злата головной убор
Златые серьги в ее ушах
Крупный жемчуг на плечах

Ахти отдохнуть решил
И вдоль стенок поспешил
Видит, под шестым окном
Злаков матери сидят рядком
Людям дающие даянья
Одетые в простые одеянья
Хозяйка леса среди них
В одеждах, как они, простых

И запел, лося повелитель
Как лесных богов проситель
Звонким голосом своим
Обращаясь прямо к ним:

Мимеркки, лесов хозяйка!
К тебе пою как попрошайка
Добычу все свою искал
Но лось Хийси как пропал
Горько стало мне, ненастно
Что брожу я здесь напрасно
Сильно я в лесу скучаю
Плачусь горько, причитаю
Долгим вечером печальным
Днем постылым нескончанным
Так, что даже меркнет свет
Когда добычи нужной нет
Одень ты платья золотые
Пошли гонцов в края родные
Пусть добычу мне доставят
Тем возможность предоставят
Мне немного отдохнуть
Ведь впереди далекий путь!

Тапио, царь лесов седой!
К тебе взываю я с надеждой!
Рощи одеждами укрой
Леса полотнами закрой
Покрывало дай осинам
Одеяло всем рябинам
Сосны серебром осыпь
По елям золото рассыпь
Платье мягкое дай ольхам
Погремушки берез стволам
Златом пусть цветет она
Верни былые времена
Дни тогда получше были
Ели солнышком светили
Сосны – месяц в небесах
Медом пахло в тех лесах
Запахом его все пронизало
Масло у болот стекало
Жизнь звериная цвела
Дичь пугливой не была!

Дочка Тапио, краса
Тууликки, царевна леса!
К опушке лося пригони
На поляны его гони
Коли он бежать не хочет
И лениво пойти захочет
От куста хлыст отщепли
Что в долине проросли
И хлещи его бока
Бедра, до тех пор, пока
Быстрее ветра не помчит
К месту, там, где муж сидит
Ждет добычу терпеливо
С ней награду справедливо!
По тропе его гони
Руки свои протяни
Чтобы дичь не ускользнула
И с тропы не упорхнула
Ну а свернуть ей удалось
Обратно за ухо отбрось
Или за рога назад веди
И на тропинку выводи
Коли хворост есть на ней
Как пух и перья его рассей
Коль деревья там мешают
Пусть их ветры изломают
Стволы в щепки превратят
И тропу освободят
А плетень встал на пути
На землю ты его свали
Пять перевязок его обломай
Семь подпорок ему сломай
Встретишь реку, ручеек
Бери пунцовый свой платок
И сделай шелковый мосток
Чрез преграду перебрось
Чтоб желание мое сбылось!

Тапио, хозяин края!
Мимеркки, его жена родная!
В благодарность я отдам
Злато, серебро, что сам
Добыл я в бою с трудом
Вас прошу лишь об одном
Лося Хийси мне отдайте
И награду получайте!

Ахти с голосом высоким
Лесом побежал далеким
Уже на опушке песни пел
Сердцами всех он завладел
Хозяйку он к себе склонил
Хозяина лесного полонил
Девы были без ума от него
Выгоняют из леса лося его
С горки Тапио сгоняют
К мужу ждущему погоняют
Чтоб его он мог поймать
И на свое счастье обменять

И охотник наш лихой
На лося аркан тугой
Вмиг набросил, обвязал
По плечам того связал
Чтоб не бил ногами тину
Коль ему погладишь спину

Ахти радость не скрывал
И в лесную даль кричал:
Страны и леса властелин
Красота полян, долин
Миеликки, лесная мать
От чьих даяний благодать
Плату мою заберите
Злато, серебро возьмите
Но чтобы злато, серебро
Как прекрасное зерно
Вдруг на землю не упали
В топкой грязи не пропали
Платок широкий вы возьмите
И им землю застелите!

Лемминкайнен жених вольный
Лосем, пойманным, довольный
Скоро прибыл в Похьелу
К хозяйке страны, ко двору
И сказал колдунье злой:
Лось чудесный теперь твой
Свое обещание выполняй
Дочь в супруги мне отдай!

Песнь 2.
Вторым условием, Лоухи ему велит укротить огнедышащего коня.

Лоухи, хозяйка края
Лося Хийси забирая
Все туманит и хитрит
Лемминкайнену говорит:
Дочь получишь от меня
Когда взнуздаешь ты коня
Лошадку Хийси самого
Что вечно в мыле от того
Что конь то этот не простой
С густой гривой огневой

Ахти ее пожеланию внял
Золотистую уздечку взял
Ее за пояс он задвинул
Сбрую на плечо закинул
И пошел искать коня
Что своей гривою горя
По краям полян он бродит
Ужас на людей наводит
Служит Хийси самому
И подчиняется он лишь ему

Быстро гонит злая воля
На края святого поля
Лемминкайнена ловца
Чтоб прекрасная девица
Стала мужнею женой
Супругой Ахти дорогой

Там он ищет день, другой
Лошадь с огненною гривой
Вот и третий день пошел
Он на высокий холм взошел
Посмотрел по сторонам
Коня ищет тут и там
Вдруг увидел на песочке
У подножия, в лесочке
Долгогривый конь стоит
Грива пламенем горит
Дым клубами вверх взлетает
И облаками в небе тает

Лемминкайнен попросил
Укко, чтоб тот подсобил:
О ты, Укко, бог могучий
Ты же правишь грозной тучей
Облаками управляешь
Свод небесный отворяешь
Твердь воздушную раскрой
Железным градом ты накрой
Гриву белолобого коня
Чтоб огнем не сжег меня

Укко, тот творец всевышний
Из богов он самый вышний
Воздух верхний разделил
Свод небесный разломил
Иней тотчас вниз он сбросил
Железным градом его бросил
Покрупней главы мужской
И помельче главы конской
В гриву чудного коня
Языки прибив огня

Присмирел чудесный конь
Пропал из гривы его огонь
Ахти к коню подошел
И такую речь завел:
Хийси конь, со статью гордой
Золотой нагнися мордой
Голову нагни седую
Под уздечку золотую
И под кольца серебра
Я желаю лишь добра
Тебя не буду обижать
По дороге сильно гнать
Путь короткий предстоит
К дому Похьелы лежит
Тебя не буду бить ремнем
Тебя не буду гнать хлыстом
На ленте будешь ты шагать
Шнурочком буду погонять

Хийси конь чуть встрепенулся
Мордой золотой нагнулся
Лемминкайнен узду вздел
На коня легко взлетел
Тронул прутиком чуть-чуть
Конь спокойно тронул в путь
По горам, хребтам в снегу
Скачет тихо в Похьелу

В Похьелу он прибыл скоро
Со двора в покои споро
Лемминкайнен забегает
И счет хозяйке предъявляет:
Лося я тебе поймал
Хотя сам Хийси не желал
Я взнуздал его коня
С гривой полною огня
Выполнил я твою волю
Так отдай мне мою долю
Обещанье выполняй
Дочь мне в жены отдавай!

Песнь 3.
Третьим условием - велит застрелить лебедя Туонелы.

Лоухи, хозяйка края
Извиваясь как змея какая
Свою дочь не отдает
Новое задание дает:
Ложе с ней тогда разделишь
Если лебедя застрелишь
Птицу сильную убьёшь
В Туонеле ее найдешь
Живет она в ее водах святых
К себе не подпускает чужих
Но один лишь раз стреляй
Одной стрелою убивай

Лемминкайнен согласился
В дорогу быстро снарядился
За плечами лук закинут
За спину колчан подвинут
И к Туонеле поспешил
В Маналу заглянуть решил
Чтобы в черной пучине той
В водном потоке реки святой
Длинношеего найти
Убить и Лоухи принести

Быстро, торопливо шел
Вот к реке святой пришел
И не знает Ахти славный
Ждет конец его бесславный

У святой речной пучины
В мокрой шапке из овчины
Тот пастух из Похьелы
Затаился у сосны
Мести ждет слепой старик
Обид прощать он не привык
Лемминкайнена он ждет
Жизнь у него он отберет

И вот видит, Лемминкайнен
Развеселый Сарелайнен
К потоку Туонелы подошел
В пучине лебедя нашел
У стремнины водопада
Плавала его награда
Хочет лук он свой поднять
Чтобы в лебедя стрелять

Но хозяин сырой овчины
Из святой речной пучины
Словно трость из моря взял
Из волн змею он приподнял
В сердце Ахти ее вонзает
И герой тихонько тает
Потемнел от сильной боли
Но своею силой воли
Сожалеет очень бурно:
Поступил я очень дурно
Что спросить не догадался
Когда с матерью прощался
Слова заветные от яда
От укуса злого гада
Мать, приди сюда скорей
С помощью спеши своей
Чтобы в этой круговерти
Ты спасла меня от смерти
Чтоб я юношей проснулся
Цветущей жизни улыбнулся

Но умирающего героя
Злой пастух от злобы воя
Сына Калевы толкает
В Туонелу повергает
С шумом падает в пучину
Ахти, в черную стремнину

Тотчас, Туони правитель
Тьмы подземной повелитель
Мечом тело Ахти пронзает
Острым лезвием его пластает
На восемь частей разрубил
И по течению куски пустил
В мрачные черные залы
Подземного царства Маналы

И любуясь, вслух сказал
Когда в поток куски бросал:
Ты лежи теперь там вечно
И охоться бесконечно
Лебедей стреляй моих
Не жалея птиц речных
С луком и колчаном стрел
Ты ведь этого хотел!

Так скончался Лемминкайнен
Развеселый Сарелайнен
Тот жених неутомимый
Жен чужих всегда любимый
В стремнине черной Туонелы
В пучине глубокой Маналы

Руна 15.

Песнь 1.
Из щетки, оставленной дома Лемминкайненом, начинает сочиться кровь; мать угадывает о погибели сына. Она торопится в Похьелу и спрашивает у хозяйки Похъёлы, куда та дела Лемминкайнена.

А в доме Ахти мать седая
Думу думает, страдая:
Где сейчас мой сын родной?
Жив-здоров, или больной?
Куда мой Кауко пропал?
О себе мне знать не дал

И не знает мать седая
И не ведает родная
Где ее кровинка бродит
Ночи, дни, он с кем проводит
На горе ли, под сосной
В тихой местности пустой
На хребте ль морей бурлящих
Вечно пеною кипящих
Иль в боях проводит время
Средь жестокого сраженья
По колени весь в крови
И доживет ли до зари?

Кюлликки, жена-красотка
Словно белая лебедка
По жилищу Ахти бродит
С его щетки глаз не сводит
Смотрит утром, смотрит днем
В вечер, думая о нем

И однажды на заре
В рань, по утренней поре
Кюлликки от сна очнулась
К щетке Ахти обернулась
А на щетине щетки той
Кровь искрилася росой

Запричитала тут жена
Воет горькие слова:
Сгибнул Кауко мой властный
Каукомъели мой прекрасный
На неведомой ль тропе
Иль врагов своих в толпе
Кровь погибель подтверждает
По щетине что стекает!

Кровь и мать ту увидала
Завопила, застонала
Плачет горько, причитает
К груди руки прижимает:
Горе к матери пришло
Его несчастье принесло
Беда, что с сыном приключилась
Раз кровь на щетке появилась!

Подол забрала в свои руки
И черная вся от муки
Помчалась быстро по дороге
В тоске глубокой и тревоге
На сколько сил ее хватает
Она стремительно шагает
И от шагов трясутся горы
Ввысь поднимаю ложе долы
Глубины вод наверх всплывают
Высоты тают, исчезают

Вот в Похьелу она приходит
Хозяйку Лоухи находит
И молит чтоб та рассказала
Куда ее сынка послала
Лемминкайнена младого
Каукомъели удалого

Песнь 2.
Хозяйка Похьелы признается.

Колдунья злая суетится
Гнева матери боится
Страшится правду ей сказать
Себя спасая, стала врать:
Ничего о том не знаю
Сама думаю, гадаю
Где сейчас твой сын блуждает?
Может даже пропадает
В сани, лошадь огневую
Я дала ему лихую
Может в проруби пропал
Или волку в пасть попал
Иль замерз на льду морском
Медведем съеден целиком?

И сказала Ахти мать:
Только мне не надо врать
Волки род боятся наш
И медведь ел мало каш
Сын волков пальцем кидает
Медведей рукой сминает
Жду чтоб правду ты сказала
Ахти ты куда девала?
А не скажешь мне про сына
Я сломаю дверь овина
Двери Сампо я обрушу
Твое спокойствие нарушу!

Лоухи змей вертится
Правду все ж сказать боится:
Я досыта его кормила
Всласть его я напоила
Потом в лодку посадила
И к порогам отпустила
Но я все-таки не знаю
Сама думаю, гадаю
Где теперь твоя отрада
Может в пене водопада?
Средь крутящейся пучины
Не знаю я другой причины

Ахти мать ей отвечала:
Явно ты опять солгала
Открыто правду ты скажи
Конец неправде положи
Куда Ахти ты девала
Куда его ты посылала?
Иль погибнешь ты сейчас
Смерть заберет тебя тотчас!

Тут колдунья испугалась
Перестала врать, созналась:
Правду я теперь скажу
Все как было расскажу
К дочке сватался твой сын
И он не первый, не один
Вот и решила его испытать
Лося Хийси послала поймать
Потом, лошадь огневую
Чтоб взнуздав привел гнедую
В третий раз, чтоб дочь отдать
Решила я его послать
Лебедя убить, святую птицу
Что священную границу
Царства мертвых охраняет
На Туонеле проживает
Но я все-таки не знаю
Сама думаю, гадаю
Толь охота не сложилась
И беда с ним приключилась
Или так он задержался
Но назад не возвращался
За невестою своей
Дочкой милою моей!

Мать тревожится страдая
Чашу правды выпивая
Все боится, сын пропал
Может кто его видал?

Точно волк в болоте ищет
Как медведь в чащобе рыщет
То, как выдра по воде
Точно еж мчит по косе
То барсуком по краю поля
Зайцем скачет возле моря
Камни в сторону бросает
Хворост в сторону швыряет
Валит деревов стволы
Гатит прочные мосты
Долго в поисках все бродит
Но родного не находит

У деревьев вопрошает
Может кто-то из них знает
Может кто-то сына видел
Дуб ответил, как обидел:
О себе забота ныне
О твоем ли думать сыне?
Беды тучей налетели
И ненастья одолели
Из меня ведь колья тешут
Из меня дубинки режут
На дрова меня пускают
И пожогами сжигают

Снова в поисках все бродит
Но сыночка не находит

Вот дорога перед ней
Мать с вопросом сразу к ней:
Богом данная дорога
Путнику всегда подмога
Ты сыночка не видала
Может куда провожала?
Яблочко мое златое
Серебро то дорогое
Ей дорога отвечает
Что ничего о нем не знает:
О себе забота ныне
О твоем ли думать сыне?
Беды тучей налетели
И несчастья одолели
То собаки беговые
То промчатся верховые
То ногами ударяют
Каблуками прижимают!

И опять по свету бродит
Но сыночка не находит

Месяц шел по небу ясный
Серебром сиял прекрасный
И она ему взмолилась
До самой земли склонилась:
Богом данный месяц ясный
Не видал ли ты прекрасный
Сына моего ли где
Ночью светлой иль во тьме?
Яблочко мое златое
Серебро то дорогое
Месяц ей и отвечает
Что ничего о нем не знает:
О себе забота ныне
О твоем ли думать сыне?
Беды тучей налетели
И несчастья одолели
Всегда ночью одинокий
И свечу в мороз жестокий
Я один зимой страдаю
А на лето пропадаю

Долго в поисках все бродит
Но родного не находит

Солнце встретилось старушке
На глухой лесной опушке
Увидев солнце, поклонилась
И тотчас ему взмолилась:
Богом созданное солнце
Видишь все в свое оконце
Может знаешь, где сыночек?
Тела моего кусочек
Яблочко мое златое
Серебро то дорогое
Солнце все про сына знало
И в ответ оно сказало:
Твой сынок уже скончался
Тебя он так и не дождался
Он уже погиб несчастный
Его один пастух опасный
Ядом гада отравил
И в Туонеле утопил
Тотчас, Туони правитель
Тьмы подземной повелитель
Мечом тело сына пронзает
Острым лезвием его пластает
На восемь частей разрубил
И по течению куски пустил
В мрачные черные залы
Подземного царства Маналы

Песнь 3.
Мать Лемминкайнена с длинными граблями.

Мать о потере зарыдала
К кузнецу пошла, сказала:
О кователь Ильмаринен!
Для металла ты всесилен
Ты куешь и днем и в ночь
Только ты сможешь помочь
Грабли должен ты сковать
Чтобы я могла достать
Тело сына из реки
Туони рубленное на куски
Зубья из железа сотворяй
Сто сажен им отмеряй
Ручку медную прилей
В пять бы раз была длинней!

И небесных сфер создатель
Вековечный тот кователь
Грабли матери сковал
Их проверил и отдал
Зубья из железа в них
Каждый сто сажен из них
Ручка на пять раз длинней
Золотится медь на ней

Лемминкайнена старушка
Грабли для нее игрушка
За них крепко ухватилась
К Туонеле опустилась
Солнце молит ей помочь
На Туонеле всегда ночь:
Бог создал тебя светило
Чтоб ты ему всегда светило
Посвети и мне разок сильнее
Чтобы стало здесь светлее
И в другой, чтоб пар поднялся
И искать мне не мешался
В третий раз, жарой на время
Усмири ты злое племя
Спать загони в темные залы
Мрачного царства Маналы

Божье солнце встрепенулось
На изгиб ольхи нагнулось
Раз сильнее засветило
И Маналу озарило
И в другой, и пар сорвался
Над Туонелой приподнялся
В третий раз, жаром на время
Усыпило злое племя
Маналу лишило сил
Всех, с мечами кто ходил
Стариков с дубьем сидящих
Молодых, копья носящих
Усыпило и взлетело
На ровном небе снова село
Чтоб творцу опять сиять
Его землю освещать

И тотчас граблями мать
Сына бросилась искать
В водопаде загребает
Средь потока проверяет
Загребая, всюду ходит
Но тело сына не находит

Грабли глубже опускает
И сама в воду вступает
Под завязку в волны входит
Но ничего там не находит
Потом до пояса зашла
По теченью раз прошла
Потом гребет она обратно
Туда-сюда неоднократно
Рубашку сына там находит
Печалью тяжкою исходит
Рекой идет еще разок
Тащит шапку и чулок
С грустью тащит она их
В сердце боль у ней от них

Вот она по грудь в воде
В глубях Маналы везде
Ищет граблями своими
По длине проводит ими
Другой раз поперек ведет
В третий наискось гребет

Когда третий раз водила
Сноп огромный захватила
Но не сноп зубцы схватили
Тело Ахти зацепили
Грабли матерь поднимает
А с граблей медных свисает
Лемминкайнен молодой
Пропавший сын ее родной
Развеселый калевалец
Зуб железный его палец
Одной ноги крепко цеплял
И тело сына приподнял
Над святой реки волнами
С недостающими кусками
Нет головы куска веселой
И руки с ним сочлененной
Не весь он был в теле своем
И самой жизни не было в нем

Мать-старуха думать стала
И в слезах слово сказала:
Можно ль из того, что есть
Сына снова мне обресть?
Из оставшихся кусков
Мне слепить героя вновь?

Слова те ворон услыхал
И старухе он сказал:
Кто исчез, тот не пребудет
Кто погиб, тот жить не будет
Сиги ведь глаза поели
Ему плечи щуки съели
Брось скорей его в поток
Туонелы черной ток
Пусть треской он там ютится
Иль в кита пусть обратится!

Но матерь, ворону в угоду
Не бросает сына в воду
Снова грабли опускает
Сил пока ее хватает
Снова медными проводит
По длине реки проходит
Поперечно ими водит
Руку и кусок главы находит
И спинных костей комочки
Кости бедренной кусочки
И другие части ловит
Чего нет, она находит
И тело сына составляет
Мясо к мясу прилагает
Кости, верно, по размеру
Члены крепко вяжет к телу
Жилы вяжет, их сжимая
Вяжет их концы сплетая
Их число она считает
И богиню умоляет:
Суонетар, богиня жил
Сделай так, чтоб сын ожил
Веретенцем своим стройным
С медным остовом достойным
С ее железным колесом
Умоляю об одном
Связку жил мне напряди
С ней в подоле ты приди
Жилы крепче чтоб связать
Покрепче их концы скреплять
На ранах тела страшных
Открытых и весьма опасных!

Если ж это не поможет
Может тогда дева сможет?
Что на воздухе высоком
В небе от меня далеком
В медной лодке проплывает
Красною кормой сверкает:
Опустись ко мне девица
Богини жил ее сестрица
По жилам сына проплыви
Его члены приживи
Поплавай по пустым костям
По их щелям и тут, и там
На место жилы уложи
Каждой место покажи
И ниткой шелковой витой
Оловянною иглой
Сшей их крепко, навсегда
Забьется жизнь у них тогда
И сухожилья перевяжешь
Лентой шелковой обвяжешь

Если ж это не поможет
Укко сделать тогда сможет:
Ты властитель сил могучих
Запряги коней летучих
В санках пестрых приезжай
И на них ты проезжай
По костям и жилам шумно
По мясу членов ты разумно
К костям мясо привяжи
Жилу к жиле приложи
На связки серебро клади
Быстро заживут они
Раны в жилах также склей
Золотом ты их пролей
Там, где кожи больше нет
Дай расти ты новой свет
Крови в тело ты налей
Пусть срастется все скорей

Вот и собрала сыночка мать
Хочет славного поднять
Чтоб зажил он, как и прежде
Но спешит в своей надежде
В теле сын теперь своем
Но еще нет жизни в нем

Мать страдает, мать рыдает
И сама себя пытает:
Где же мази я возьму
Чтоб вернули жизнь ему?
Медовых капель, где возьму
Помочь чтоб сыну моему?
Чтоб сыночек мой ожил
Уста для песен он открыл!

Божья пчелка пролетала
Мать птичку меда увидала
Стала помочь ее просить
Сына к жизни возвратить:
Ты, лесных цветов царица
Мед – живая всем водица
Принеси его мне ты
Из душистой Метсолы
Тапиолы, царства трав
Из цветочных чашек взяв
Чтоб им помазала я сына
Чудной силой его оживила!

Пчелка крылья расправляет
И, шурша ими, улетает
К Метсоле спешит душистой
К Тапиоле с травой чистой
Сосет цветочки хоботком
Медок сварила языком
Из конца цветов растущих
Из ста злаков, там цветущих
И обратно полетела
Быстро с шумом прилетела
С сладким медом на крылах
С сотами сладкими на ногах

Мать от пчелки принимает
Мазь, и ею натирает
Тело мертвое сыночка
Свою кровинку, голубочка
Но пчелки мазь не помогла
Жизнь в тело Ахти не вошла

Мать зарыдала, завопила
Пчелке малой говорила:
За девятым морем есть
Остров, там полян не счесть
С медом они благодатным
С мазями, лекарством знатным
Они жилы все скрепляют
Членам тела помогают
Это Тури новый дом
Хоть и кровли нет на нем
Пчелка, помоги мне в горе
В дом к Палвойнену за море
Милая слетай скорей
И оттуда побыстрей
Целебных мазей принеси
Сына чтобы моего спасти

Пчелка та слегка вздохнула
И вновь обратно упорхнула

Девять пересекла морей
Пол десятого уже за ней
День летит, летит другой
Вот и третий за спиной
Летит к острову родная
В камышах не отдыхая
На листочки не садится
На его поляны мчится
У огневого водопада
Реки святого перепада
Где готовые мед и мазь
Хозяин Тури хранил таясь
В глиняных сосудах малых
Расписных и цветом алых
С палец они все длиной
С его кончик шириной

Пчелка вскоре прилетела
Посреди сосудов села
Прилежно чашки наполняет
Мазь оттуда в них сливает
Семь на спину погрузила
А шесть лапками схватила
Зажужжала, поднялась
И к Туонеле понеслась

Отдала мази старушке
Что возле сына на опушке
Все страдает, и страдает
Что ничего не помогает
Девять мазей приложила
Средств целебных наложила
Восемь чашек дорогих
Но нет пользы и от них
Мазь пчелы не помогает
Ахти жизнь не возвращает

Молит пчелку мать опять
Теперь на небеса слетать:
Пчелка, воздуха сестра
Молю тебя, слетать пора
На небесные высоты
Где хранятся бога соты
В третий раз прошу тебя
Не оставь в беде меня
За девятым их найдешь
Мед оттуда и возьмёшь
Только бог им управляет
Только сам употребляет
Мажет им детей своих
В защиту от болезней злых
Стражей строгих обмани
В медок ты крылья обмакни
Принеси волшебный мед
Чтоб растаял в теле лед
Лемминкайнена сынка
И жизнь вернулась на века

Пчелка молвила тревожно:
Как же мне туда возможно?
Как туда добраться мне?
Я же слабая вполне

Молвит мать: отсюда славно
Зажужжишь ты кверху плавно
Выше месяца взовьешься
И под солнцем пронесешься
Между дивных звезд летая
В первый день там пролетая
О виски луны потрешься
На другой, ты заберешься
Под Медведицу саму
А на третий, по всему
Ты над нею вознесешься
И к святому понесешься
Путь останется не долог
Попадешь под божий полог

Поверила пчелка ей
С дерна поднялась скорей
Вверх она стрелой взлетает
Над двором луны взмывает
Край затронула у солнца
И от горячего его оконца
Над Медведицей взлетела
И в погреб к богу полетела
Где в золотых его котлах
В жарких солнечных лучах
Посредине мед варили
По бокам мази творили
Что варились по ночам
Разливались по кувшинам
Из чистого серебра литых
И хранили их до дней иных

Пчелка в погреб залетела
У серебряных присела
Много меду набирает
Сот побольше собирает
Вот закончила работу
Благодарит бога за заботу
Время быстрое мелькает
Она стрелою вылетает
Из погреба вседержителя
Волшебных мазей творителя
И летит стремглав к реке
Тысячу сосудов на себе
Сто рожков в лапках упорных
Мазями и медом полных
Приносит матери героя
Уже иссохшейся от воя

Мази берет поспешно мать
В рот чтоб на язык отведать
Их строго оценить желает
И почти сразу отмечает:
Это мазь, какой я ждала
Спасибо пчела что принесла
Самого бога она спасает
Создатель ею боль утоляет

Тело сына мазью натирает
Птичкою над ним летает
Мажет кости, члены, сыну
Сверху, снизу, в середину
И при этом говорит
И такие речи молвит:
От сна сыночек пробудись
От дремоты своей очнись
Ты глаза свои открой
Песню звонкую мне спой!

Песнь 4.
Придя в сознание, Лемминкайнен рассказывает.

Сын от сна освободился
От дремоты пробудился
И своей матери сказал:
Долго ж на свободе спал
Сон глубокий был конечно
Зато выспался чудесно

Отвечает Ахти мать:
Долго бы пришлось лежать
Здесь без матери носившей
И тебя потом родившей
Но хочу, чтоб ты сказал
В царство Маны кто послал?
Как в Туонеле оказался
И в святой реке плескался?

Лемминкайнен так сказал
Когда матери своей отвечал:
Пастух из Похьелы слепой
В мокрой шапке, очень злой
В Туонелу меня толкнул
Когда из воды змею вынул
В мое сердце ее вонзил
И усталого меня пронзил
Я не знал как змей заклинать
Лишь тебя успел позвать
В пучину мрачную упал
Так я в Маналу попал

Мать Лемминкайнена в ответ:
Ты недальновиден, нет
На чародеев шел напасть
Лапландцев ты хотел заклясть
Не зная заклинаний простых
От змей и разных гадов злых!
Змея от воды началась
В потоке она родилась
Из мозгов чайки морской
От слюны Сюэтар злой
Что бросала в воду слюни
А их волны растянули
Солнцем жарким освещало
Ветром на волнах качало
А потом погнал их с воем
Выбросив на брег прибоем

Мать сыночка все качает
Лемминкайнена ласкает
К жизни прежней возвращает
Одного сынку желает
Чтоб красивей, лучше стал
Счастье чтобы он познал
И тогда спросила мило
Еще что сыну надо было?

Ответил Лемминкайнен ей:
Мне Похьела сейчас родней
Туда мои думы влечет
Мое там сердечко живет
Прекраснокудрая девица
Средь красавиц всех царица
Но Лоухи злая, ее мать
Дочь не желает отдавать
Хочет обменять дитя родного
Да на лебедя речного
Что на Туонеле реке живет
И по святой пучине плывет
Если птицу я поймаю
Ее на невесту обменяю

Сыну, однако, мать говорила
Ему на другое глаза открыла:
Не трогай птицу, пусть живет
С миром лебедь пусть плывет
В Туонелы потоке воды святой
Царства Маны пучине речной
Иди к родным пределам домой
Вместе с печальной со мной
Ты б лучше судьбу благодарил
Лучше бы ты бога восхвалил
Что благую помощь послал
Снова тебе дыхание дал
Из Маналы вернулся живой
Из Туонелы идешь ты домой
Я б того не совершила
Малой доли не свершила
Без божественной подмоги
Мои не выдержали б ноги
И если бы не помощник благой
Не добыть бы мне мази живой

Лемминкайнен встал веселый
Живой, красивый и здоровый
И домой дорогой длинной
Вместе с матерью любимой
Зашагал, восторга не скрывая
И мать старушку нежно обнимая

Руна 16.

Песнь 1.
Вяйнемейнен отправляет Сампсу Пеллервойнена искать нужные для постройки корабля деревья, а потом из дуба с помощью заклинания вытесывает лодку, но ему недостает трех слов.

Вяйнемейнен в это время
Грусти преодолевая бремя
Думал, что же предпринять?
Чтоб тоску злую унять

Скучно Вяйне одному
Нет хозяюшки по дому
Заботу некому о нем являть
Из дома с лаской провожать
Встречать, дрожа от радости
И нет опоры в старости

Думая, он смог решиться
В Похьеле вновь появиться
Попытаться еще раз
Счастья получить алмаз
Вновь посвататься к девице
Средь красавиц всех царице
К дочке Лоухи коварной
Жадной, злобной и обманной
Хозяйки туманной Похьелы
Холодной и мрачной Сариолы

Вековечный предсказатель
Песен вещих созидатель
Вяйне, мастер топора
Говорит: тогда пора
Челнок добротный строить
Новую ладью готовить
И на нем ветра быстрей
За невестою своей
Умчаться к дальним берегам
Чтоб сосватать ее там

Но нет у него для лодки теса
Ни на мысе у утеса
Ни на острове обманном
На безлесом и туманном
Чтоб построить крепкий челн
Тот, что не боится волн

Вяйне мысль теперь грызет
Кто ж то дерево найдет?
Чтоб из него ладью построить
И киль прочный ей устроить

Не успел подумать старый
А на помощь спешит малый
Сампса Пеллервойнен сам
Давший жизнь лесам, лугам
Топорик золотом сияет
Ручка медная сверкает
Пришел Вяйне помогать
Древо нужное искать

Вот идет он, вот шагает
На восток путь пролагает
Минул горку, взял другую
И на третью, на крутую
Влез, усталости не зная
В пути деревья выбирая
И за этой за горою
В три сажени высотою
Осину Сампса повстречал
Топором ствол обстучал
И хотел уже рубить
Осина, вдруг, и говорит:
Что замыслил ты герой
С секирой острой золотой?
Осине Сампса отвечал
И топор уже поднял:
Зря ты на меня сердишься
Вяйнемейнену сгодишься
Лодку строит прорицатель
Песен вещих созидатель
Тут осина удивилась
Стоветвистая склонилась
К Пеллервойнену, сказала
Правду Сампсе рассказала
Что дырявым будет челн
В пучине моря сгибнет он
Я вся гнилая изнутри
Лишь этим летом раза три
Мне червь середку проедал
И корни все мне оборвал

Сампса дальше поспешает
Идет, о деле размышляет
На север путь его лежит
Видит, вот сосна стоит
В три сажени высотой
Кверху тянется стрелой
Подошел, ствол обстучал
И сосне вопрос задал:
Может из тебя ладью
Вяйне выстроит свою?
Нужен челн ему дощатый
Легкий, крепкий и крылатый
Сердито ему сосна в ответ:
Лодки из меня не выйдет, нет
Шестиреберный челнок
Из моих ему досок
Не построить никогда
Слишком я уже стара
И на то я лишь гожусь
Хотя крепкою кажусь
Чтоб на ветках на моих
Длинных, ломких и сухих
Гнезда вороны там вили
И спокойно в кроне жили

Сампса дальше поспешает
Идет, о деле размышляет
Путь теперь на юг лежит
Вот громадный дуб стоит
В девять сажен толщиною
В десять сажен высотою
Сампса дубу поклонился
И с вопросом обратился:
Дуб могучий, сможешь стать
Ладьей надежной и подстать
Вяйнемейнену седому
Песнопевцу золотому
Чтобы к Похьеле далекой
За невестой синеокой
Чрез пучину и зло моря
Плыл себе, не зная горя
Дуб степенно отвечает:
Дерева во мне хватает
Чтоб устроить челн достойный
Не изранен ствол мой стройный
Дупла гнилого нету в нем
Этим летом трижды днем
Солнце ствол мой обходило
Тепло и свет, смеясь, дарило
Месяц сыпал серебром
На вершину, а потом
На ветвях кукушки пели
И птицы разные галдели

Сняв с плеча топорик свой
Сампса крепкою рукой
Острым золотом взмахнул
Ствол дубовый им проткнул
От удара, дуб прекрасный
Издавая шум ужасный
Наземь рухнул, лодкой жить
И Вяйнемейнену служить

Сампса вершину сперва отсек
Комель на части потом рассек
Для лодки остов изготовил
Уйму досок наготовил
На ладью для мудреца
Песен и певцов отца

Вот закончил он работу
О старце проявив заботу
Вяйнемейнена позвал
Остов, доски, показал
Тут же вещий предсказатель
И волшебный заклинатель
Ими лодку строить стал
Их он песней распевал
Спел заклятье, днище сделал
Спел другое, борт приделал
Пел, уключины вбивая
Ребра лодки закрывая
Обшивку подогнав, смекает
Трех словечек не хватает
Чтоб края бортов достроить
Нос у лодки чтоб настроить
Корму крепкой завершить
И на воду ладью спустить

Песнь 2.
Нигде их не найдя, отправляется в Туонелу, откуда его не хотят отпускать.

Вяйнемейнен грустным стал
Сам себе тихо сказал:
Ах, какой же я несчастный!
Потому, что челн прекрасный
Мне на воду не спустить
По волнам морским не плыть!

Вяйне думает, гадает
Где найти слова не знает
Где ж заклятья те добыть?
Чтобы челн свой завершить
Может их касатки знают
И на своем темени скрывают?
Иль в голове у лебедей
Что хранят их стаей всей?
Или на спине гусей летящих
К озерам Калевы спешащих?
Не стал Вяйне больше ждать
Стал заветные слова искать
В стаю лебедей стреляет
Клин гусей уничтожает
Ласточек, не сосчитать
Но так и не смог узнать
Ни словечка одного
Ни даже половинки его

Вяйне думает, гадает
Где найти слова не знает
Где ж заклятья те добыть?
Чтобы челн свой завершить
Может их олени знают?
И в зеве их они скрывают
Может в подъязычье белки?
Белой на сосне сиделки
Уложил оленей поле
Настрелял он белок море
Разных слов собрал немало
Только толку от них мало

Вяйне думает, гадает
Где найти слова не знает
Где ж заклятья те добыть?
Чтобы челн свой завершить
Или я их, может быть
В Манале смогу добыть
В жилищах Туони мрачных
Вечных, страшных и опасных
Сотню слов всегда добуду
Если гостем Маны буду

И за заветными словами
Пошел степенными шагами
К Туонелы потокам зловещим
В Маналу, за знанием вещим

Шел неделю, шел другую
Сквозь кустарник напрямую
Сквозь черемушник густой
Третью, можжевельник злой
Вот и холмы святой реки
И Туони владения недалеки

К устью Маналы-потока
Где переправа Туони глубока
Вяйнемейнен прибывает
И лодку зычно вызывает:
Дочка Маны, челн пришли
Или плот мне подошли
Чтобы реку переплыть
И в Маналу к вам приплыть

Туони маленькая дева
У поваленного древа
В устье Маналы широком
Где Туонела черна потоком
Платья сестрины стирала
И в ответ она сказала:
Лодку я пришлю тотчас
Как поведаешь сейчас
Ты в Маналу зачем явился?
Не убитый появился
Ни болезнью пораженный
И не смертию сраженный?

Вяйнемейнен не смолчал
И ей лукаво отвечал:
Туони вел меня сюда
Из мира, Мана выманил когда

Туони маленькая дева
У поваленного древа
Ему ответила обидно:
Ты обманщик, сразу видно
Если бы тебя Туони вел
Сам бы в Маналу привел
Маналайнен в головном уборе
Провожал бы тебя, горе
В рукавицах вечных Маны
Так зачем твои обманы?
Ты бы, лучше, повинился
И рассказал зачем явился!

Вяйне ей не стал виниться
Неправдой хочет объясниться:
К Туони сталь меня послала
Секирой в Ману отправляла

Отвечает ему дева
У поваленного древа:
Нет, меня не проведешь!
Снова видно, что ты врешь!
Если б сталь тебя послала
Секирой в Ману отправляла
Ты б в крови сейчас бы был
Ее поток бы с платья лил
Вяйне, правду мне скажи
Зачем явился, расскажи?

Лукавить Вяйне продолжает
И деве той он отвечает:
В Маналу водой тащило
В Туонелу волной прибило

Снова дева отвечает
Та, что платья все стирает:
Видно, правды не услышу
Снова ложь в ответе слышу
Если бы водой тащило
И в Туонелу водой прибило
Ты бы мокрым сейчас был
Поток воды бы с платья лил
Правдой, лучше бы открылся
Зачем в Маналу ты явился?

Но не уступает Вяйне, хитрит
Неправду деве говорит:
Огонь к Туони меня пригнал
Пламень жаркий в Ману гнал

Туони девица-служанка
Низкорослая лапландка
Молвила в сердцах ему:
Ты обманщик, по всему
Если бы тебя огонь пригнал
Пламень жаркий в Ману гнал
Ты бы обгорелым был
Бороды б огонь лишил
Ой ты, Вяйнемейнен старый
Мудрый песнопевец главный
Лодку я пришлю тотчас
Если правду мне сейчас
Ты расскажешь без утайки
А не те смешные байки!
В Маналу зачем явился?
Не убитый появился
Ни болезнью пораженный
И не смертию сраженный?

Молвил Вяйнемейнен строго:
Хоть я и солгал немного
Раз-другой сказал неправду
Верь, теперь открою правду
Пением я лодку строил
И почти уже построил
Пел заклятья день и два
На третий, кончились слова
То санки песен поломались
Полозья заклятий сломались
Потому сюда за шилом шел
К Туони за сверлом пришел
Санки песен чтоб поправить
Песенный возок наладить
Теперь лодку подгоняй
Меня в Маналу переправляй!

Дева Маны его ругает
И последствием пугает:
Ой, герой ты безрассудный
Здравомыслием ты скудный
Без причин идешь к Туони
В Маналу без всякой хвори
Тебе бы лучше развернуться
И поскорей домой вернуться
Ведь сюда пришедших много
Возвратившихся немного!

Вяйне ей ответил внятно:
С полпути идет обратно
Только баба, но не муж
Пусть он не герой, не дюж
Подгоняй девица челн
Пусть везет в Маналу он!

Вот лодку подает девица
И чрез реку словно птица
Вяйне в Маналу везет
И старцу мудрому речет:
Зря живым в Маналу рвешься
Оттуда больше не вернешься

Вяйне Туонетар встречала
В двуручной кружке подавала
Пиво, гостю дорогому
И по случаю такому
Его просила Вяйне пить
И заботы все забыть

Вяйнемейнен вековечный
Был, однако, не беспечный
В пивную кружку посмотрел
Жаб, червей, там усмотрел
Кружку с пивом ей отдал
Хозяйке Маны так сказал:
Я не затем сюда приплыл
Чтоб Мана сам меня поил
Из кубков золотых своих
Лакать из кружек мне чужих
Пьянеют те, кто пиво пьет
Любящих чарку смерть ждет

Туонетар, хозяйка седая
Вяйне спросила, его пытая:
В Ману ты зачем явился
У жилищ Туони появился
Прежде чем он сам захочет
Или Мана похлопочет?

И ответил Вяйне ей
Горести, не скрыв своей:
Лодку для себя я строил
Новую ладью готовил
Трех словечек не хватило
Чтоб борта ей нарастило
Корму и нос ее доделать
Мачту крепкую приделать
По всему свету их искал
Заветных слов не отыскал
И пришлось решиться мне
Искать их в мрачной Манале
Без приглашенья потому
Приплыл к Туони самому
Заветные слова найти
Запомнить и домой уйти
Достроить челн и побыстрей
Плыть за невестою своей

Хозяйка Маны отвечала
Слово молвила, сказала:
Туони заклятий не дает
Силу слов не раздает!
Да к тому ж тебе вовек
Не уйти отсюда, человек!
Не возвратишься ты домой
Не вернешься в край родной!
В сон героя погрузила
Дремой путника сморила
И оставила лежать
На мохнатых шкурах спать

На ложе Вяйне отдыхает
Сладкий сон герой вкушает
Спит герой, не спит одежда
Для него знать есть надежда
Колдовской сон одолеть
Пробудиться и песню спеть

Туонетар медлить не стала
Бабке и старику приказала
Невод огромный связать
За ночь, и сыну его отдать

Бабка с челюстью кривою
Старик с трехпалою рукою
Сучили нить из меди, стали
Невод ночь плели, устали
Тысячу ячеек успели навязать
И сыну Туони сеть передать

Туони сын железнорукий
Кривопалый, криворукий
Невод в сто саженей ставит
Поперек реки его он правит
Вдоль и наискось потока
Вяйнемейнен чтоб до срока
Из Маналы не мог сбежать
Луна пока продолжает сиять
К жизни людей беспечных
Из хижин Туони вечных

Песнь 3.
Однако, прибегнув к своей магической силе, Вяйнемейнен выбирается из Туонелы и по возвращении предупреждает людей, чтобы они не совершали злых поступков и не оказались в том ужасном положении, в котором пребывают недобрые люди.

Тут очнулся вещий певец
Подумал: неужели конец
Меня уже здесь настигает
Трудный мой день наступает
В избах Туони извечных
В жилищах Маналы вечных?
Быстро облик свой сменил
В воде тенью заскользил
Выдрой в камыше укрылся
От зорких глаз Туони скрылся
Змеей железной заскользил
Гадюкой черною поплыл
Через Туонелу, где нет света
Сквозь железные тенета

Туони сын железнорукий
Кривопалый, криворукий
Поутру пораньше встал
Железный невод проверял
Итог проверки был таков:
Лососьих тысячу мальков
Сто тайменей крупных там
Но где же Вяйнемейнен сам?
Старца Вяйне он не поймал
Тот в потоке Туонелы пропал

Так вернулся Вяйне домой
В Калевалу, в край родной
Из Маналы змеей удалился
И к своему народу обратился:
Пусть отныне великий Бог
Сделал чтоб никто не смог
Без приглашенья уходить
К Туони в гости приходить
Туда ушедших очень много
А возвратившихся немного
Оттуда, где подземные залы
Мрачной и вечной Маналы
Люди добрые, внимайте!
Никогда не обвиняйте
Невиновных не вините
Праведников не судите
Возмездие настигнет вас
Когда уже придет ваш час
И примут подземные залы
Мрачной и вечной Маналы
Грешникам и нечестивым
Жилье не то, что радивым
Полости из змей разъяренных
Лежанки камней раскаленных
Одеяла из гадов живущих
Мышцы, жилы и кости грызущих

Руна 17.

Песнь 1.
Вяйнемейнен отправляется за словами к Антеро Випунену и будит Випунена от длительного сна под землей.

Вяйнемейнен размышляет
В думах голову ломает
Туони мрачный не помог
Где ж теперь еще он мог
Найти заветные слова
Произнесенные едва
Способные ладью достроить
Счастье личное устроить?
Где ж заклятий нужных взять
Где теперь-то их искать?

По тропам Калевы он бродит
Выход ищет, но не находит

Как-то раз, на тропе лесной
Встретился ему пастух седой
Тот Вяйне спросил: куда идешь
Грустишь отчего, а не поешь?

Вяйнемейнен рассказал
Почему он грустным стал:
Лодку для себя я строил
Новую ладью готовил
Трех словечек не хватило
Чтоб борта ей нарастило
Корму и нос ее доделать
Мачту крепкую приделать
По свету их всему искал
Но этих слов не отыскал
В гостях я у Туони был
Едва живой домой уплыл
Заветных слов там не узнал
Заклятий верных не сыскал

Ответил пастух, сострадая:
Как-то кукушка лесная
Песней своей рассказала
И даже место назвала
Где сотни таких слов есть
И заклятий там не счесть
Випунен их во рту хранит
В утробе своей как гранит
Но чтобы к Антеро дойти
Нелегкий путь надо пройти
Сначала по концам иголок
Смел если ты и очень ловок
Затем по кончикам мечей
Каленых в тысяче печей
Третью часть чтобы пройти
По острым секирам надо идти
Отточенных Хийси самим
Хозяином леса весьма злым

Вяйне пастуха поблагодарил
Что тот дорогу ему открыл
К заветным для дела словам
И заклятьям хранящимся там

Перед трудною дорогой
Идет в кузню за подмогой
И просит брата кузнеца
Ильмаринена творца:
О, вековечный ты кователь
Небесной сферы созидатель
Чтобы по лезвиям шагать
Обувь нужно мне сковать
Да из прочного металла
Ноги чтоб мне защищала
Скуй рубаху мне из стали
Рукавицы, чтоб держали
В руках моих рычаг стальной
Скованный твоей рукой
Лодку для себя я строил
Новую ладью готовил
Трех словечек не хватило
Чтоб борта ей нарастило
Корму и нос ее доделать
Мачту крепкую приделать
По свету их всему искал
Но этих слов не отыскал
В гостях я у Туони был
Едва живой домой уплыл
Заветных слов там не узнал
Заклятий верных не сыскал
Один пастух надоумил меня
Вчера на исходе жаркого дня
Где сотни таких слов есть
И заклятий там не счесть
Випунен их во рту хранит
В утробе своей как гранит
Но чтобы к Антеро дойти
Нелегкий путь надо пройти
Сначала по концам иголок
Смел если ты и очень ловок
Затем по кончикам мечей
Каленых в тысяче печей
Третью часть чтобы пройти
По острым секирам надо идти
Отточенных Хийси самим
Хозяином леса весьма злым
Пойду искать, одна надежда
Вот и нужна железная одежда

Ильмаринен удивленно
Ответил Вяйне оживленно:
Зря ты к Антеро собрался
Випунен давно скончался
Не ставит ловушек по лесам
Силков его давно нет там
Ты слов оттуда не возьмешь
Лишь зря железо ты сомнешь

Но просьбу брата исполняет
И в путь далекий провожает

Шагает Вяйне беззаботно
Окованный железом плотно
По остриям игл оголенных
Клинкам мечей Хийси каленых
По секирам острым злым
Как гонимый ветром дым

В третий день дошел герой
К хранителю песен, что горой
Теперь лежал уснув навеки
Закрыв покрыты лесом веки
В утробе заклинанья скрыв
Рот каменный слегка открыв

Вещий старец, туч могучей
Стал теперь скалистой кручей
На спине, осина встала
В висках, береза прорастала
Сосна большая на зубах
Ольха высокая на скулах
На подбородке куст ивовый
Там, где брови, лес еловый

Подумал Вяйне, как же быть
Випунена чтобы разбудить
И из ножен, шкурами обитых
Зверей, охотником убитых
Висевших у героя на бедре
На воловьем кожаном ремне
Вынул меч, махнул вполсилы
Нет больше на спине осины
Еще разок мечом махнул
С висков березы он смахнул
С челюстей ольховый сад
Свалил меча ударов град
Ивы с подбородка сбрил
В надбровьях ели порубил
Сосны выкорчевал с десен
Силой вещих своих песен
Затем рычаг с земли поднял
Випунену в рот загнал
В оскаленные десны вбил
Челюсть дряхлую пронзил
Железной вагою-копьем
Со сталью в середине в нем
И громко молвил: Просыпайся!
Человече, пробуждайся!
От дремот, от сна воспрянь
И скорее прежним стань!

От удара Випунен проснулся
От боли резкой содрогнулся
И жерновами каменных зубов
От боли чтоб избавиться оков
Рычаг стал грызть железный
В челюсти своей, болезный

Нет сил у Вяйне вагу держать
Ноги и руки стали дрожать
Уставший Вяйне оступился
И Випунену в рот свалился
Тот, широко его разинул
Челюсти свои раздвинул
С мечом героя проглотил
В свою утробу пропустил
Живым, не причинив вреда

Песнь 2.
Випунен проглатывает Вяйнемейнена.

И Антеро сказал тогда:
Я в жизни всякого поел
Коз едал, овечек ел
Буренок яловых вкушал
Хрюшек разных поглощал
Впервые пища таким куском
В железе, да еще с мечом!

В утробе Вяйне понимает
Смерть его здесь ожидает
В этом стойле Хийси тесном
Калмы злой в загоне вечном
Думает: как ему быть?
Чтоб заклятия раздобыть
В утробе бы не задохнуться
И живым домой вернуться?

Нож у Вяйне был с собой
Рукоять из капы простой
Ее он песней превратил
В челн, в котором и поплыл
Вдоль кишки, гребя веслом
Думая лишь об одном
Как Випунена раздражать
И тайну слов чрез то узнать

В изгибе каждом побывал
Закутки все проплывал
Но Випунен спокоен был
Словно Вяйне и не плыл

Вяйне к песне обратился
И в кузнеца оборотился
Кузницей рубаху сделал
Мехами рукава приделал
Раструбом его чулок
Поддувалом полушубок
В трубах из штанин стонало
Колено наковальней стало
Молотом стал его локоть
И разведя там жар и копоть
Кузнец проворно стал ковать
Упорно молотом стучать
Днем и ночью, напролет
Гул без отдыха идет
В чреве тайн ревнителя
Заветных слов хранителя

Песнь 3.
Випунен пытается освободиться от Вяйнемейнена, однако тот угрожает, что останется в животе до тех пор, пока не заполучит у Випунена необходимые для постройки лодки слова.

Тут-то Випунен и взвился
Рассердился, разъярился
Стал Вяйнемейнена ругать
Поносить и проклинать:
Ты рода-племени какого?
Мужа я еще не ел такого
Больше сотни их поел
Тысячу героев съел
В глотку головни влезают
Угли рот мне забивают
Шлак мне горло обжигает
И все в утробе умирает
Выходи из чрева чужой
Убирайся поганый домой!
До того, как мать узнает
Что сын ее тут вытворяет!
Все старушке расскажу
Свои раны покажу
И тогда она узнает
Что сын неладно поступает
Огорчится мать родная
Сына своего не узнавая
Что грехи творит так бурно
Жизнь свою проводит дурно

Но кто ты, толком не пойму
Догадаться не могу

Если Хийси, откуда явился
Почему на меня обозлился
Кусаешь меня и грызешь
Гложешь и на части рвешь?

Бог тебя ли сотворил
Господь ли силой наделил?

Или создан кем нарочно
Чтобы сгинул я досрочно?

За деньги кто-то сотворил
Чтобы мучаясь я жил?

Если Бог послал тебя
Его воле подчиняюсь я
Господь видит все и знает
Добрых не уничтожает!

Если сделан ты нарочно
Кем-то послан сюда срочно
Найду начало твое откуда
Раньше хвори шли оттуда:
Из жилищ шаманов странных
Из долин волхвов коварных
Из родимых мест злодеев
Из владений чудодеев
С пустошей Калмы песчаных
Из глубин земных печальных
Из жилищ усопших людей
Со дворов покойных мужей
Из полей шли разрыхленных
Из болотин мха лишенных
С галечников перекатных
Песков зыбучих неохватных
Из ключей, водой звенящих
Из ложбин, влагу дарящих
Из закромов Хийси лесного
Из щелей утесов злого
С вершины бронзовой хребта
С большого медного холма
Из шумящих сосен кривых
Колыхающихся елей седых
Из мянды давно прогнившей
С маковки сосенки сгнившей
С лежбищ недугов звериных
С наста на полях лосиных
Из обиталищ косолапых
От рыжих бестий вороватых
С пустырей Похьелы далекой
Лапландии земли широкой
С нив ковыльных, как метель
С нераспаханных земель
С полей, где герои сражались
Из крови, в которой купались
С трав на полянах цветущих
Морских просторов ревущих
Из их глубины бездонной
И придонной тины черной
Из Рутьи огненной кипящей
С потоками воды горящей
С неба синего родного
С края облака крутого
Со стези ветров слетели
Юных вихрей колыбели

Не оттуда ль ты явился
Не оттуда ли спустился
Влез невинному ты в чрево
Словно жук в сухое древо
Чтобы есть меня и мучить
Рвать на части и корючить
Собака Хийси, пропади
Кобель Маналы, изыди
Из чрева изверг выходи
Из печени прочь уходи
Сердце перестань терзать
Селезенку мою ковырять
Выворачивать мне чрево
Легкие сверлить как древо
Пуп нещадно прогрызать
Кишки мои на части рвать
Позвоночник раздирать
Больно поясницу мять

Если ж я своею властью
Не разделаюсь с напастью
Пусть придут, кто посильнее
Каналью чтоб убрать скорее

Земли хозяек позову
Хозяев пашни вызову
Всадников из недр песчаных
Мужей с мечами великанных
Быть опорой моих рук
В одоление нещадных мук

Коль мне это не поможет
Рать другая спасти сможет:
Встань с мужами мощный бор
Можжевельник, труби сбор
Со своим семейством корба
С челядью глухая ламба
Сто мужей с мечами в руках
Тысяча в железных латах
Отсюда Хийси чтоб изгнать
Злого Ютоса прогнать

Если ж это не поможет
Тогда воды хозяйка сможет:
Воды хозяйка, поднимись
Из глуби в синем появись
В тонком платье из трясины
Выйди чистая из тины
От мучителя избавь
В Маналу его отправь
Чтоб меня кусать не смел
И живым чтобы не съел

Ну, а если, не поможет
Каве-мать тогда все сможет:
Каве, дивная царица
Ты летаешь словно птица
Старшая из жен родивших
И мужей тем ободривших
Мои страдания заворожи
В мученьях помощь окажи
Помоги наважденье осилить
Болезнь мою утихомирить

Ну а если не поможет
Бог верховный Укко сможет:
Укко, со стрелой разящей
На краю тучи гремящей
На помощь поспеши в нужде
На призыв иди ко мне
От наважденья избавлять
И от порчи защищать!
Могучим огненным мечом
Искры сыплющим железом!

Убирайся вон, незваный
Сгинь скорее, бес поганый!
Здесь нету места для тебя
Его ты бойся, как огня
Отсюда бы скорее убирался
Как бы в нем ты не нуждался

В жилище поселись другом
Подальше уноси свой дом
Где живет твой повелитель
Твоей хозяйки покровитель

Вот когда туда прибудешь
У пределов предков будешь
И родительских владений
Ты, без всяких повелений
Там подай сигнал условный
Это я, ваш сын достойный
Как гром грохочет загреми
Как пламя, как огонь сверкни!
Ворота отвори пинком
У окон ставни выбей кулаком
Через проемы в дом ввались
Вихрем в жилище ворвись
Крепко ухвати за пятку
Хоть хозяина, хоть хозяйку
Главе семейства выбей глаз
Хозяйке голову разбей об таз
Их пальцы в крючья преврати
Им набок головы сверни!

Если этого не хватит
Злобою тебя захватит
Петухом влети во двор
Как разбойник или вор
Подними там злую бучу
Грудью в мусорную кучу
Вляпайся, потом вскочи
В стойле мерина прикончи
В хлеву корову завали
Рога в навозе утопи
Вырежи глаза скотине
Будто ветки на осине
Хвост коровий выдерни
Коровам шеи выверни!

Если ветром принесен
Вихрем буйным занесен
Суховеем дан весенним
Лютым ледяным осенним
Улетай его путями
Они знают куда, сами
Вихря первопутком санным
Сильным, иногда обманным
На ветку не присев нигде
Не отдыхая на ольхе
Медной сопки на макушке
Горы бронзовой верхушке
Ветер чтоб баюкал там
Вихрь качал бы тебя сам

Если ты с небес свалился
С облаков здесь появился
Снова вознесись на небо ты
На воздушные высоты
К тучам дождевым висящим
К звездам, на небе дрожащим
В просторах пламенем пылать
В высотах искрами сверкать
На путях воздушных солнца
На кругах луны оконца!

Коль пригнало тебя водой
Принесло морской волной
Негодный в воду удались
Опять под волны погрузись
В замки из тины донной
На гребень волны огромной
Чтобы тебя по морю гоняла
На темных водах бы качала

Коль от Калмы ты пришел
Из жилищ усопших шел
Возвращайся на покой
На подворья Калмы злой
В рыхлые пласты земли
Там проводи ты свои дни
Где света солнца не бывает
И род могучий почивает

От Хийси если ты пришел
Из его щелей вышел
Из сосновых из жилищ
Из еловых обиталищ
Заклятьем я тебя верну
К лесному Хийси самому
К жилищам его сосновым
К обиталищам еловым
Там пусть будет твой приют
Пока полы в нем не сгниют
Заплесневеет каждый уголок
Пока не рухнет потолок
Страх заклятьем нагоню
Тебя в берлогу погоню
В овраги отправлю сырые
В стоячие болота гнилые
На зыбучие трясины
На ключи, воды вершины
На озера, где нет рыбы
На безжизненные глыбы

Коль клином белый свет
Сошелся на тебе и места нет
В Похьелу заклятьем погоню
На длинные задворки загоню
На поля Лапландии просторные
На безлесые земли ровные
На невспаханную ниву
Чтоб мог ты прикоснуться к диву
Там месяца и солнца нет
Там пропадает даже свет
На соснах лоси там висят
Олени благородные сопят
Сколько хочешь ешь голодный
Насыщай себя негодный

Счастливо там ты заживешь
Без забот живот набьешь

Заманю тебя заклятьем
Чтоб покрыл себя проклятьем
В могучей Рутьи водопад
Водоверти огня будешь рад?
Легко в них рушатся деревья
Средь водопадова кипенья
Там поплавай дух поганый
В воде бурливой повертись
В теснинах узких покрутись

Если ж и там тебе места нет
Погаснет для тебя белый свет
Заклятьем тебя буду гнать
В потоки Туонелы нырять
В черные воды вечной Маналы
Чтобы ее подземные залы
Ты не покинул никогда
Пока сам не прибуду туда
Но я не буду тебя выручать
Девять баранов туда гнать
Девять огромных быков бойцов
Да девять гнедых жеребцов

Если не на чем ехать к себе
Подводу сам предоставлю тебе
Дам прекрасного коня
У Хийси есть, весь из огня
Красногривый на сопке гуляет
Мордой пламя он изрыгает
Из ноздрей огонь летит
Копытами железными блестит
Может в гору подниматься
На уступ легко взбираться
На стальных своих ногах
Тому коню не ведом страх
Коль на нем наездник смелый
Многоопытный, умелый

Коль и этого все мало тебе
Ты возьми у Хийси лыжи себе
У Лемпо, полозья из ольхи
У беса, палки-посохи
По землям Хийси пробегись
По рощам Лемпо прокатись
Камней встретишь злые пасти
Пусть развалятся на части
Бревно если попадется
Пополам пусть распадется
Герой возникнет на пути
Его подальше отшвырни

Убирайся вон скорее
Муж дрянной, уйди быстрее
До того, как день начнется
Заря божия проснется
До того, как солнце встанет
И время петуха настанет
Время лишнему скрываться
Пора поганому убираться
В час, когда месяц сияет
Путь-дорогу освещает

Если все же не уступишь
Пес безродный, не отступишь
Возьму я когти у орла
Крючья алчущего крови зла
Мясо хищник чем хватает
Добычу в клочья раздирает
Ими я схвачу злодея
Тебя смирю я не жалея
Даже двигаться не сможешь
Ничем себе ты не поможешь

Прежний Лемпо ведь отстал
И от страха убежал
Божье время лишь настало
Что его так испугало
И ты, безродный, отступись
Ужасный выродок простись
Пес беспутный, сгинь скорей
Уберись кобель ничей
Время есть еще бежать
Месяц пока продолжает сиять

Вяйнемейнен вековечный
Отвечал, как бы беспечный:
А ты знаешь, здесь не худо
Время проводить здесь чудо
Вместо хлеба печень пойдет
Жир, приправой подойдет
Легкие на суп отправлю
Твоим салом его заправлю
В мякоть сердца поскорей
Наковальню кузни своей
Поставлю и буду бить своей
Кувалдой, там, где побольней
Ты вовеки не спасешься
От резкой боли содрогнешься
Если слов заветных букет
Ты не подаришь мне в ответ
Тысячу заклятий разных
В голове чужой опасных
Познанья не должны угаснуть
Вещие слова погаснуть
Знанья в землю не зарывают
Хоть волхвы и умирают

Песнь 4.
Випунен песнопением передает Вяйнемейнену все свои знания.

Випунен, искусный певец 
Знаток знаний и их ларец
В устах премудрость у кого
Великая мощь в утробе его
Словесным коробом тряхнул
Шкатулку песен распахнул
Чтобы в лучших рассказать
В сказаньях славных указать
О причинах всех явлений
Истоках чудных проявлений
Их не разумеют дети
Не все герои тайны эти
Знают и песнями поют
И старики во тьме снуют

Випунена песня зазвучала
Он раскрыл вещей начала
Корни всяческих явлений
Как силой божьих повелений
Воздух сам собой родился
Потоками воды пролился
Вода как сушу родила
Растеньям суша рост дала
Пел как месяц создавали
Солнце в небо поднимали
Ставили опоры небесам
И звезды устанавливали там

Пел умело, вдохновенно
Пел искусно необыкновенно
Доселе не слыхал никто
Чтобы пел получше кто
Слова летели изо рта
Срывались речи с языка
Так рысак ноги бросает
Жеребец копытом ударяет

Пел с восхода до заката
Голосом сильней булата
Его голос золотой
И ночной звучал порой
Даже солнце слушать стало
Хоть за целый день устало
Месяц затаился в вышине
Песни слушать в тишине
Волны замерли пролива
Буруны в конце залива
Течь потоки перестали
Водопады Рутьи стали
Вуоксы бег остановился
Мир как будто затаился

Вяйне слова те услыхав
Лучшие заклятья выбрав
Уходить стал собираться
Из утробы выбираться

Молвил старый Вяйнемейнен:
Ой ты, Випу Антеройнен
Пошире рот ты свой разинь
Челюсти сильней раздвинь
Чтоб отсюда я убрался
И домой быстрей помчался!

Випунен в ответ устало
Ел я много, пил немало
Много разной снеди съел
Но такого никогда не ел
Как ты, Вяйнемейнен злой
С кувалдою своей большой
Лучше, если б ты убрался
И больше мне не попадался

Тут, могучий, вновь ожил
В гримасе десны обнажил
Челюсти свои раздвинул
И огромный рот разинул
Вяйне из утробы в грудь
Пролагает себе путь
Из мужа вещего груди
Продолжает он идти
В рот большого чародея
Сил последних не жалея
Многознатца покинул рот
Из уст разверстых он вперед
Наземь выскользнул проворно
Белка золотая словно

И домой к себе пошел
В кузню по пути зашел

Ильмаринен вопрошает
Вяйнемейнена пытает:
Заветные слова добыл?
Заклинанья раздобыл?
Чтобы борт челноку сделать
Для него же нос доделать
Для ладьи корму построить
Мачту впереди устроить

Вяйнемейнен отвечал
Брату своему он так сказал:
Сотню нужных слов собрал
Заклятий тысячу набрал
Вынес, брат, я много знаний
Из укрытья заклинаний

И пошел шагом степенным
К стапелям своим волшебным

Лодку там свою достроил
Новые борта построил
Нос на челноке доделал
И корму к ладье приделал
Мачту впереди поставил
И на стапелях оставил

Так Вяйне лодку себе строил
Без тесаний и щепы построил

Руна 18.

Песнь 1.
Вяйнемейнен плывет на своей новой лодке к девице Похъёлы, чтобы посвататься к ней.

Чтобы плыть за той девицей
Средь красавиц всех, царицей
В далекую Похьелу
В суровую Сариолу
И привезти к себе домой
Назвав ее своей женой
Вяйне лодку разукрасил
Красной краскою покрасил
Нос он золотом отделал
Крышку синюю приделал
Серебром ее покрыл
И день, когда глаза открыл
Он ее с катков еловых
Круглых и коры лишенных
Легко на воду столкнул
Потом сам в ладью шагнул
Паруса поднял на мачте
Красный, синий, обозначьте
Вы ладью на бурном море
И чтоб летела на просторе

Вяйне просит Укко помогать
Чтоб ладьей той управлять:
Всевышний, в лодку ты сойди
Слабому в помощь снизойди
Мужу малому в подмогу
Что в далекую дорогу
На хребте широком моря
Плыл бы он, не зная горя!
Ветер, ты мой челн качай
Волна, кораблик подгоняй
В руки весел чтоб не брать
Ими воду мне не трогать
Синей бездны не дразнить
А спокойно к месту плыть

Песнь 2.
Сестра Ильмаринена видит Вяйнемейнена.

Дева Анникки, красотка
В округе знатная трещотка
Дочка сумерек и ночи
До зари открыла очи
Прежде солнышка проснулась
И в работу окунулась

Утро раннее еще стоит
А она уже белье колотит
Платья чисто полоскает
И платки свои стирает
В конце красного моста
Что шириной дивит места
Там, на затейливом мысочке
На скрытом мглою островочке
Потом спину разгибает
И в корзину их бросает

Вот, решила отдохнуть
И на окрестности взглянуть

Сначала в небо заглянула
Синь небес ее тянула
В высоте блестело солнце
В золотом своем оконце
Потом на море посмотрела
От красоты его сомлела
Синь простора пьет она
А на нем блестит волна
И вдруг увидела вдали
У Суомеле, Вяйне земли
Что при устье речки млеет
Что-то на море синеет

Избегая ненужной встречи
Молвит девица такие речи:
Там на море что чернеет
Что на волнах там синеет?
Стая уток что ль пугливых
Стадо ли гусей крикливых?
Так лети скорее ввысь
В просторы неба вознесись!
Или то утес мелькает
Что лососей привлекает?
Может это рыбья стая
Что гуляет там, играя?
Так в глубины ты спустись
Там чтоб плавать и пастись!
Или ты подводный камень-горе
А может просто ветка в море?
Пусть вода тебя покроет
Пусть волна тебя укроет!

Анники стоит гадает
Но уже видит, проплывает
Мимо мглистого мысочка
В туман одетый, островочка
Парусный дощатый челн
Подчиняясь воле волн

И ладье она сказала
Когда та близко проплывала:
Ты не братин ли челнок
Не из отцовских ли досок?
Поверни в страну родную
В землю свою дорогую
Носом к пристани плыви
Корму к чужбине поверни!

Если ж ты челнок чужой
Так и плыви к себе домой
Носом к нему повернись
Кормой к причалу отвернись!

Но не с родины был челнок
Не из отцовски сделан досок
Но и не совсем с чужбины
Мерял моря здесь глубины

То Вяйнемейнен подплывал
К причалу носом челнок гнал

Уже близко подплыл певец
И в разговор вступает старец
Словами сеть свою плетет
И от Анникки ответа ждет

Дева Анникки с мысочка
Сумерек и ночи дочка
Обратилась к мудрецу
Уважительно, как к отцу:
Вяйне, мудрый ты сказитель
Песен вещих повелитель!
Ты куда друг моря мчишься
Красота страны, стремишься?

Ей Вяйнемейнен отвечает:
Только правду он скрывает:
Скучно дома одному
Ловить лососей я плыву
Мечут рыбы, где икру
Полный челн их наберу
Меж камышами, в глубине
Туонелы, знакомой мне
В черных потоках реки святой
А затем, вернусь домой

Анники ему: забавно
Хоть не лгал бы ты так явно!
Разве же пора настала
Рыба чтоб икру метала?
Помню, как отец седой
Ловил ту рыбу, что с икрой
В какую пору выезжал
Что с собою в лодку брал
Сеть с веревками всегда
В челне бывали невода
Лежали на скамьях багры
По бортам всегда шесты
Большие палки у руля
Меня обманываешь зря!
Так куда ты все же мчишься?
Правду мне сказать боишься?

Стал ей Вяйне говорить:
Гусей поехал я ловить
На Саксонском том проливе
Где во всей красе и силе
Птицы пестрые играют
Теченья силу попирают

Анникки ему в ответ: опять
Не хочешь правду мне сказать
Вижу насквозь я лгунов
Не ужель и ты таков?
В проливе том отец бывал
Гусей крикливых добывал
Но у него был лук с собой
С натянутою тетивой
Псы по берегу бежали
И красноклювых поднимали
Вяйне, ты б со мною не лукавил
Ты куда свой путь направил?

Тот, с дороги лжи не съехал:
Ну а если я поехал
К шуму страшному сраженья
Где мужи без сожаленья
Друг о друга тупят мечи
Где кровь сливается в ручьи
Уже потоками стекает
До колена достигает?

На Вяйнемейнена слова
В украшениях из олова
Анники ответ, как бритву:
Знаю, как идут на битву
Отец мой раньше уходил
В шум сраженья не раз плыл
Где мужи друг друга бьют
Кровь потоками там льют
К веслам сто мужей садились
Стоя, тысячи толпились
Висели луки по краям
Мечи лежали по скамьям
Ты скажи мне не скрывая
Ты скажи не прилыгая
Путь куда ты держишь свой
Вяйнемейнен, наш герой?

Вяйнемейнен все вихляет
Девицу в лодку приглашает:
В лодку ты мою иди
Ты в челнок ко мне сойди
Тогда я правду не скрывая
Расскажу, не прилыгая

Анникки ответ дает:
Ветер пусть в челнок сойдет
Буря сядет в твою лодку
Я поверну твою красотку
Опрокину и вглубь спущу
Если правды не услышу
Едешь в лодке ты куда
Иль обманешь вновь когда!

Вяйне ей кивнул согласно:
Ну, скажу я правду ясно
Я солгал тебе слегка
Тайну я хотел хранить пока
Я иду, чтоб взять девицу
Из красавиц всех царицу
Из суровой Похьелы
Из туманной Сариолы
Из жилищ людей опасных
Людоедством своим страшных
Где не помогут тебе в горе
Где героев топят в море

Дева Анникки, красотка
Подхватилась, как лебедка
Когда всю правду услыхала
Белье колотить перестала
Платки бросила стирать
Водою чистой полоскать
В конце красного моста
Что шириной дивит места
Там, на затейливом мысочке
На скрытом мглою островочке

Подхватив подол рукой
Стремглав бросилась домой

В кузню к брату прибежала
Сама к горнилу подбежала
Где небес свода создатель
Вечный Илмари кователь
Лавку дивную творил
Из железа мастерил
И не краской ее красил
Серебром ее украсил

Сам весь копотью зарос
Углями на плечах оброс

Подошла к нему сестра
Такие молвила слова:
Вековечный ты кователь!
Небесной сферы созидатель
Илмари, ты братец мой
Обменяемся с тобой?
Ты челночок красивый скуй
Мне получше кольца выкуй
Сережек выкуй две иль три
Шесть подпоясок сотвори
За то, тебе секрет открою
Правду всю тебе раскрою!

Илмари смотрит удивленно
И ей отвечает изумленно:
Если весть твоя благая
Челночок скую тебе я
Колец хороших накую
На грудь крестик сотворю
Подпоясок шесть в набор
Прекрасный головной убор
Ну а если весть дурная
Ты прости меня родная
Все украшения я сломаю
И в огонь их побросаю
В пекло, в самое горнило
Впредь чтоб неповадно было!

Анникки ему и говорит:
Знаю, у тебя душа болит
По той, с которой обручился
Но так на ней и не женился
В супруги хочешь ее взять
Стал без отдыха стучать
Без передышки ты куешь
Летом ты подковы гнешь
Железо ты куешь зимой
Ночью и дневной порой
Сани строишь беговые
Чтоб отнесли тебя родные
В Похьелу, к твоей невесте
Чтоб вам быть навеки вместе
Только уже едет туда
Кто хитрее тебя был всегда
И возьмет, что ты заслужил
Увезет, что ты так любил
И на что смотрел два года
Сватался три полных года
Вяйне на ладье туда спешит
Ему покоряясь, море спит
У медного руля сидит горою
На корме с златой резьбою
Веслами Вяйне не шевелит
Челнок сам по морю летит
В страну тумана Похьелу
В сумрачную Сариолу

Песнь 3.
Ильмаринен снаряжается и тоже спешит в Похьелу.

Ильмаринен огорчился
Над наковальнею склонился
Молот выпустил из рук
Клещи выронил от мук
И сказал сестре родной
Снедаемый печалью злой:
Анникки, сестра моя
Челночок тебе скую я
Колец хороших накую
Подпоясок шесть скую
И сережек две иль три
Баньку только растопи
Сладкую ее нагрей
Медовым дымом обогрей
Потоньше плахи положи
Мелких щепок нащепи
Да золы в воду добавь
Щелоку туда прибавь
С головы чтоб сажу смыть
Тело чтоб мое отмыть
От осенних от углей
Что на спине сейчас моей
От зимней гари, что врастала
И второю кожей стала

Анникки, дела отбросив прочь
Родному брату чтоб помочь
Баню жарко истопила
Дровами те, что напилила
Из поваленных грозой
Деревьев чащи вековой
Каменья из реки сложила
В огонь и там их раскалила
Потом водою ключевой
Полила их и пар густой
Вихрем жарким полетел
Каждый уголок вспотел
Полный медом веник парит
Так, что голову дурманит
В глубине медовой чаши
Из мозгов и простокваши
Мыло мягкое готовит
Что немалых денег стоит
Пенится оно, сверкает
Уголь, сажу, все смывает
Жених им голову отмоет
С тела гарь и уголь смоет

Пока в бане она старалась
Топила там и убиралась
Илмари рука сковала
Все что Анникки желала
Наготовив, пошел к ней
К сестре, помощнице своей
Подарки в руки ей вложил
И руку к сердцу приложил

Поклонилась Анникки ему
Прижав их к сердцу своему
И брату тут же доложила
Что баню медовую истопила:
Сладкий пар тебя там ждет
Пот выбивает, но не жжет
Веник, пропаренный мной
Бадьи, с родниковой водой
Мыло мягкое есть там
Мойся, хватило б сил рукам
Хорошо сперва распарься
Потом мылом натирайся
Сколько хочешь воды лей
Чтобы стали льна белей
Голова твоя и тело
И в глазах чтоб заблестело

Ильмаринен в бане скрылся
Там он долго-долго мылся
Когда мыться надоело
Вытер голову и тело
Белоснежными те стали
И глаза, как снег блистали
Вышел в горницу из бани
Там его едва узнали
Щеки были так атласны
Так румяны и прекрасны
И попросил сестру жених:
Из платьев нарядных моих
Мне лучшее из них подай
Полотняную рубашку дай
Чтоб украсить свое тело
Сватовство уже назрело

Сразу по дому она пошла
И рубашку принесла
Чтобы сухие члены закрыть
Тело нагое рубахой покрыть
Штаны принести поспешила
Те, что мать родная шила
Ему на бедра натянуть
Потом на поясе замкнуть
Мягкие чулки давала
Что когда-то мать связала
Брату голени покрыть
Икры мощные закрыть
Дает ему по мерке ног
Пару кожаных сапог
И одевать их помогала
На чулки, что мать связала
Поверх рубашки надевает
Куртку, ту, что голубым сияет
Из льняной прекрасной ткани
Новую, как свадебные сани
Кафтан на куртку надевает
Суконный плотно прилегает
Подкладкой греет четверной
Сшитый опытной рукой
Пояс на него одела
Над которым сама корпела
И сшила золотом ее игла
Когда в девушках была
Чтобы не пропасть в метель
Шубу с тысячей петель
И самоцветов, что как свечи
На свои набросил плечи
С оторочкой золоченной
Рукой своею утонченной
Перчатки пестрые дает
В карманы шубы их кладет
Их готовили лапландцы
Чтобы грели руки пальцы
На голову его льняную
Шапку принесла большую
Из меха сшитую для отца
Ко времени его сватовства

Вот Ильмаринен облачился
Уже готов, принарядился
Раба к себе он подозвал
И властно так ему сказал:
Запряги мне жеребенка
Скакуна, а не ребенка
В разукрашенные сани
Ветром чтоб летели сами
В Похьелу суровую
В Сариолу темную

Раб в ответ его спросил:
Шесть коней тебе растил
Так какого ж запрягать
И в оглобли заправлять?

Ильмаринен так ответил:
Лучшего я все ж приметил
Буланого в оглобли ставь
На дуге его поставь
Шесть кукушек голубых
Чтоб голоса звучали их
Пусть любуются девицы
Радуются молодицы
Принеси мне мех медвежий
Чтобы лучший был и свежий
Я на нем буду сидеть
Пока сани будут лететь
Тюленью шкуру подавай
Колени и ноги мне укрывай

Усердный раб коня запряг
Буланого в оглобли впряг
Размещает шесть кукушек
Голубоватых погремушек
Чтоб звучали под дугой
Веселя народ простой
Он приносит мех медвежий
Самый лучший он и свежий
Чтоб хозяину в санях сидеть
Свое тело мехом греть
Тюленью шкуру вот несет
Вместо полости кладет

Илмари к вышнему взмолился
С просьбой к Укко обратился:
С неба снег пошли, молю я
Мягкие на землю хлопья
Сани чтоб, но ним скользили
И в даль чужую уносили!

Укко с неба снег бросает
Хлопьями землю укрывает
Стебли трав снегом покрыл
И верхушки ягод скрыл

Сел кузнец в стальные сани
Просит Укко чтобы сами
Бог и счастье помогали
И в пути бы не бросали:
Счастье, вожжи забирай
Бог санями управляй
И в дороге дальней сей
Не сломает бог саней
Счастье вожжи не порвет
И до цели довезет

Рукою Илмари вожжи взял
Другой кнутовище поднял
Коня ударил он кнутом
И прокричал ему, при том:
Ты скачи, с льняною гривой
В Похьелу, к моей любимой
Лети, мой белолобый конь
Неси ей сердца моего огонь

Скачет, мчится конь дорогой
Бог и счастье ему подмогой
По песчаному прибрежью
По глухому побережью
На виду у рощ замерзших
Меж холмов, ольхой поросших
Едет берегом он шумно
По песку летит бездумно
Ему песок в глаза несется
В грудь вода морская бьется

Илмари три дня так мчал
На третий Вяйне он догнал
И с берега кричит ему
Брату старшему своему:
Вяйне, в одно место мчимся
Давай с тобою сговоримся
Свою гордость мирно спрятать
Когда девицу будем сватать
Насильно в жены ее не брать
Добрая воля ее будет решать!

Старый Вяйнемейнен с лодки
Прокричал насчет молодки:
Соглашаюсь с тобою брат
Нельзя девицу силой взять
Замуж выдать против воли
Лишив ее счастливой доли
Женою будет пусть того
Пойти согласна за кого
И не гневается пусть другой
Зла не держит за душой

Песнь 4.
Хозяйка Похъёлы, увидя женихов, предлагает дочери выбрать Вяйнемейнена.

И помчались в край далекий
Где цветочек синеокий
Их любимая жила
И жениха давно ждала
Каждый по своей дороге
Встретиться чтоб на ее пороге
Вдоль берега лодка бежит
Конь по берегу вслед летит

Быстро добрались до мрака
Забрехала вот собака
Пес дворовый громко лает
Похьелу всю поднимает
Усевшись у пашни с края
По земле хвостом махая

Хозяин Похьелы сказал
Когда тот лай он услыхал:
Дочка, посмотри-ка там
Что-то пес наш поднял гам
Вислоухий зря не лает
Может кого тьма скрывает?

Дочка отвечает смело:
У меня и так есть дело
Быть со стадом, хлев убрать
Тяжелый жернов же вращать
Муки из зерен чтоб наделать
Потом чрез сито ее сеять
И на то сил не хватает
Пса другой пусть проверяет!

Пес лохматый громко лает
Словно чужака встречает

Хозяин мрачной Похьелы
Старухе говорит: знать ты
Пойди проверь что пес то лает
О чем он нас предупреждает!

Старуха молвила в ответ:
Мне никакой охоты нет
Мне б с хозяйством совладать
Да обед для всех подать
Покруче тесто замесить
В духовку печься положить
Крупен хлеб - мелка мучица
Как бы мне не развалиться

Хозяин Похьелы и говорит:
Вечно у баб все горит
Вечно девушки с заботой
Прикрываются работой
То соберутся на крылечке
То обтирают углы печке
То растянутся в постели
Словно тяжко заболели
Ты, сынок, пойди взгляни
В чем причина пса возни

Но молодчик ему в ответ:
Нет мне времени смотреть
Топор мне нужно наточить
Пень огромный разрубить
Дров для топки наготовить
Поленьев тонких изготовить
Толсты бревна, тонка плаха
От пота мокрая моя рубаха

А пес совсем зашелся от лая
Злобно рычит собака злая
Страшный пес не утихает
На кого-то ворчит и брехает

Непослушных он поругал
И сам себе хозяин сказал:
Не напрасно серый лает
Без причины не бывает
Чтобы он рычал и злился
Ютас будто бы вселился
И узнать, что происходит
За черту двора выходит
К дальней пашне он спешит
На краю, где пес сидит
Мордой смотрит на холмы
На залива буруны
Хозяин тоже посмотрел
И зоркий глаз его узрел
Почему так пес рычал
Хвостом мохнатым зло стучал
Видел лучший пес на свете
В наступающем рассвете
Паруса вдали краснеют
Над заливом Лемпи веют
А вдоль залива на санях
Кто-то мчится второпях

Увидев, он гостей незваных
Незнакомых и нежданных
Быстро в дом свой воротился
Новостью там поделился:
Прибыли чужие к нам
Один примчался по волнам
Уже в заливе Лемпи лодка
Под парусом идет красотка
Другой, подъехал на санях
К медовой роще второпях

Хозяйка Похьелы сказала:
Для того чтоб я узнала
Кто к нам прибыли такие
С чем к нам прибыли чужие
Положи-ка дочь рябину
В огонь печи, да в середину
Когда та ветка загорится
И кровь густая заструится
То война нас скоро ждет
Коль водица потечет
С миром дальше будем жить
Печь хлеба и мед варить

Ветку рябины дева берет
На огонь ее кладет
И когда та заискрилась
Не вода иль кровь полилась
Медом ветка потекла
Словно сота там была

Молвит старая Суовакко
Со своей постели: однако
Если мед из древа вытекает
Как из сота сладкий тает
Гости едут на постой
Женихи большой толпой

Хозяйка с дочкою выходят
Быстро по двору проходят
За калитку, смотрят в даль
Вот увидели корабль
Близко паруса краснеют
Над заливом Лемпи реют
У руля сидит герой
Сильный муж, хоть и седой
Из досок ладья та сшита
Крепка, волнами не побита
Лодка снизу серовата
В верхней части красновата
Весла медные сияют
Путь-дорогу освещают
Видят, скачет конь лихой
Сани тянет за собой
Перед рощей проезжают
Пестротой своей сияют
На дуге там шесть кукушек
Голубоватых шесть игрушек
Чистым золотом играют
Звонко песни распевают
Гордый муж в санях сидит
Крепко в руках вожжи держит

Тут хозяйка Похьелы
Что прилипчивей смолы
Просит дочь ей дать ответ:
Замуж хочешь или нет?
Сватать едут женихи
Сильны, отвагою лихи
Тебя мечтают в жены взять
Тебе родная выбирать!

Кто под парусом стремится
По заливу Лемпи мчится
Это Вяйнемейнен старый
Но еще силен поджарый
В лодке он везет богатство
Чтоб сломить твое упрямство

Тот, кто на санях сидит
И вдоль рощи вовсю мчит
Ильмаринен то, кователь
Фантазер он и мечтатель
Нет богатств в его руках
Обещанья лишь в санях

В покои как войдут они
Кружку меда принеси
Чтоб была с двумя ушами
Да с узорами, с цветами
И ею одари того
Идти согласна за кого

Вяйнемейнену подай
Сердце ты ему отдай
Что имение везет
И с богатством к нам плывет

Песнь 5.
Дочь, однако, обещает выйти замуж за Ильмаринена.

Но упрямая лебедка
Мрачной Похьелы красотка
Матери ответ дает
Другою мыслью что живет:
Мать, ведь ты меня носила
Родила меня, взрастила!
Тебе ль не знать мечту мою
Тебе не знать ли дочь свою!
Что не ищу сокровищ я
Богатый муж не для меня
Никогда тому не быть
Чтоб меня за деньги сбыть!
Муж мой должен быть другой
Красивый, сильный, молодой
А не старый и седой
Хоть и с набитою сумой!
Без сокровищ я пойду
Счастье без богатств найду
У Ильмаринена младого
Железа повелителя лихого
Что нам Сампо здесь сковал
Крышку пеструю создал

И ответила ей мать:
Ильмаринена хочешь взять?
Глупый явно ты ягненок
Уже дева, но как ребенок
Чтобы рубашки ему стирать
Чело от сажи очищать
Обтирать его от пота?
Вот забота, так забота!

Отвечает дочка смело
Видно, полюбить успела
Ильмаринена молодца
Железных песен кузнеца:
Пусть золото меня забудет
Но твоя дочь, зато не будет
Вяйнемейнена охранять
Старца слабого наблюдать
Очень трудно с ним мне будет
Скука с ним всегда пребудет!

Но вот жених первый явился
Вяйнемейнен появился
Пока Илмари коня стегает
Вяйне цели достигает
Ладью свою к причалу правит
На медные катки там ставит
Дары богатые берет
И в покои их несет

В доме, где хозяйка правит
На дощатый пол их ставит
Перед дверью, у порога
Поклонился, славя бога
И сказал девице той:
Хочешь дева быть со мной
На всю жизнь супругой быть
Дни мои со мной делить
Хозяйкой дома мной хранимой
Курочкой мне быть любимой?

Девица норов проявляет
И быстро старцу отвечает:
А где лодка, свет мой солнца
Из обломков веретенца
Из катушки моей кусков
Не видела ее я парусов?

Вяйне ей в ответ сказал:
Лодку славную я сделал
Чтобы ветра не боялась
В непогоду чтоб держалась
Когда на волны она пойдет
По глади моря поплывет
Как пузырь чтобы поднялась
Как цветочек бы качалась
На седых волнах высоких
Потоков северных широких

Дочка Похьелы, вся в мать
Вяйне стала отвечать:
Не хочу я мужа с моря
Нахлебаюсь с ним я горя
Он на волнах всегда живет
Хотя дома жена ждет
Бури ум его уносят
Ветры бьют, мозги выносят
Я не могу с тобой идти
Мне с тобой не по пути
И себя связать с тобою
Жили чтоб одной судьбою
Курочкой любимой быть
Старику постель стелить
Чтобы было сладко спать
Под голову подушку класть

Руна 19.

Песнь 1.
Ильмаринен входит в дом Похъёлы и сватается к дочери Похъёлы. Ему дают опасные поручения.

Вот вековечный тот кователь
Волшебной Сампо созидатель
Ильмаринен подъезжает
И быстро в горницу вступает

Гостя Лоухи сама встречает
Кружкой меда привечает
И просит гостя-жениха
Его отведав, отдыхать пока

Ильмаринен поклонился
От кружки меда отстранился
И сказал он горько ей
Невесты матери своей:
Никогда, пока живой
Сияет месяц надо мной
Не дотронусь здесь до питья
Если деву не увижу я
Если замуж не готова
Та, к которой прибыл снова!

Ответила ему колдунья злая
Мед от Илмари убирая:
Чтобы та, о ком мечтаешь
Кому мужем быть желаешь
Башмаки свои надела
И замуж выйти захотела
Дом покинула родной
И уехала с тобой
В поте надо потрудиться
В трудном деле отличиться
Выйдет за тебя она тогда
Поле змей вспашешь когда
Да не просто землю взрыть
Сумеешь если так взрыхлить
Чтоб сошник не подвигался
Плуг нисколько не качался
То поле Хийси как-то пахал
Плугом особым его взрыхлял
Огненное железо в плуге том
С богатым медью сошником
Но видно надорвал он спину
Вспахал одну лишь половину
Половина не паханой осталась
Видать тебя и дожидалась!

Песнь 2.
Благодаря советам девицы Похъёлы, Ильмаринен выполняет опасные поручения.

Жених старухе поклонился
Вспахать то поле согласился
И с печалью на лице
Приходит в горницу к девице
И говорит ей, глядя в очи:
Дочка сумерек и ночи!
Помнишь время ты былое
Молодое, золотое
Как я Сампо вам ковал
Пестрой крышкой украшал
Как ты мне тогда клялась
Изменить мне зареклась
Пред вседержителя лицом
Высшим для всех нас отцом
Священный мне дала обет
Идти всегда за мною вслед
В жизни спутницей служить
Курочкой любимой быть!

Только мать твоя сказала
Чтобы ты моею стала
Поле змей должен вспахать
Гадючье племя с него изгнать

Невеста ему помочь спешит
Не кручинься, говорит:
О, железа ты ваятель
Вековечный ты кователь!
Поле чтобы то вспахать
Сошник из злата бы сковать
Украсить лучшим серебром
Этим сошником, потом
Поле быстро ты взрыхлишь
Сил ядовитых змей лишишь

Илмари тут же поспешил
В горнило злато положил
Прибавил серебра туда
Из них сработал без труда
Сошник, сияющий огнем
Которым Илмари с конем
Распашет поле со змеями
С их ядовитыми корнями
Сковал железные ботинки
Из меди поножи пластинки
На ноги чтоб их надевать
От яда тварей защищать
Коня он из огня сковал
Чтобы сошник златой таскал
Одел железную рубашку
Из стали пояс на запашку
Одел стальные рукавицы
Узорчатые как синицы
Коня он в упряжь запрягает
И поле змей пахать шагает

Видит, головы вертятся
Шипят ужасно и резвятся
И сказал им в тоне строгом:
Змеи, созданные богом!
Кто вам поднял ваши пасти
Разрешил вершить напасти
Резвиться, весело играть
Ядом землю отравлять?
Прочь с дороги уходите
На жнивье злые ползите
В чащу леса ускользайте
В травы змеи уползайте!
Если ж вновь кто приползет
Им Укко головы снесет
Стальной стрелою разобьет
Железным дождиком зальет

И прошел то поле змей
Лошадкой огненной своей
Сошник ее как в масле плыл
Поля ехидны взбороздил
Распугал гадючью рать
Можно сеять здесь и жать

Вспахав поле то умело
Илмари к старухе смело
За обещанным идет
И такую речь ведет:
Я поле змей тебе вспахал
Бороздил его, взрыхлял
Разогнал гадючью рать
Можно сеять там и жать
Я прихоть выполнил твою
Отдавай мне дочь свою!

Но колдунья все хитрит
Ильмаринену и говорит:
Лишь тогда отдам родную
Я тебе, в страну чужую
Когда медведя Туони злого
Волка Маналы седого
В стане мертвых ты найдешь
И живым его возьмешь
Сотням он не покорился
Никто из них не возвратился!

Огорченный наш герой
Идет к девице в покой
И рассказал, как снова мать
Его решила испытать:
Мать твоя вновь солгала
И порученье мне дала
Добыть медведя Туони злого
Волка Маналы седого
В царстве мертвых отыскать
В дебрях Маналы связать

И невеста помогла
Илмари совет дала:
О кузнец ты, вековечный
Будущий супруг мой вечный!
Выкуй ты узду из стали
Пасть тисками чтоб держали
И железный скуй ремень
Был чтоб крепок как кремень
Посреди воды на камне
Как на кузни наковальне
В бурной пене трех потоков
Ключевой воды истоков!
Ими свяжешь зверя злого
Волка Маналы седого

Илмари совету внял
Узду и ремень он сковал
Посреди воды на камне
Как на кузни наковальне
В бурной пене трех потоков
Ключевой воды истоков
И пошел зверя Туони искать
Чтоб поймав его, связать

Вот к Туони он пришел
К полянам темным подошел
Зовет Терхенетар помогать
Зверя злого Туони поймать:
Терхенетар, туманов дочь!
Мне прошу тебя помочь
Туманы ситом свои просей
Тени по лесам рассей
Там, где звери вольно бродят
Страх и ужас что наводят
Заглуши им шум шагов
Чтоб не сбежали от оков!

Терхенетар ему помогает
Илмари и его шаги скрывает
Тихо подкрался к зверю герой
Что лежал, отдыхая, горой
В дебрях Маналы дремучих
И смертельных для живущих
Уздою стальной пасть обвязал
Ремнем железным его связал

Зверя страшного связав
Илмари назад стремглав
В дом хозяйки Похьелы
Что упорнее скалы
Возвратился и сказал:
Я медведя Туони взял
Волка Маналы связал
С тобою рассчитался я
Теперь очередь твоя
Пора мне дочь свою отдать
А ей, женою моей стать!

Лоухи, Илмари, в ответ:
Ты торопишься, мой свет!
Уточку отдам родную
Мою птичку голубую
Если щуку ты захватишь
Рыбу жирную ты схватишь
В водах Маналы глубоких
Смертоносных и жестоких
В потоках черных Туонелы
Что стремительны как стрелы
Тенета не поставив там
Не прибегая к неводам!
Сотни там ловить ходили
Но назад, не приходили

Ильмаринен рассердился
И в унынье погрузился

Снова в горницу девицы
Своей невесты и царицы
Угрюмый Илмари приходит
И такую речь заводит:
Обманы матери – мученье
Вновь дала мне порученье
Прежних всех оно труднее
Еще опасней и сложнее
Мне щуку нужно изловить
Рыбу жирную схватить
В водах Маналы глубоких
Смертоносных и жестоких
В потоках черных Туонелы
Что стремительны как стрелы
Тенета не поставив там
Не прибегая к неводам!

Ему невеста помогает
Своим советом, предлагает:
О кователь, не будь пухом
Никогда не падай духом!
Из огня ты выкуй птицу
Не кукушку, не синицу
Сделай гордого орла
Сила чтоб его смогла
Щуку ту тебе поймать
И выкуп матери отдать

И благодарный тот кузнец
Ильмаринен молодец
Из огня сковал он птицу
Не кукушку, не синицу
Гордый огненный орел
В кузнице его расцвел
Лапы серебром сияют
Силой своей поражают
Из стали когти каленой
Крылья из лодки огромной

Взошел кузнец на те крыла
Прошелся по спине орла
Сел на костях ее огромных
Из железа сотворенных
И просительно сказал
Птице, что огнем создал:
О орел, ты мой железный!
Я прошу тебя любезный
Ты лети небом широким
К водам Маналы глубоким
К потокам черным Туонелы
Стана мертвых где пределы
Щуку чтобы там поймать
Мне рыбу жирную достать!

И орел прекрасный взвился
Что есть силы устремился
К потокам черным Туонелы
Что стремительны как стрелы
Чтоб когтями и руками
Рыбу с страшными зубами
Вытащить из вод глубоких
Смертоносных и жестоких

Вот прилетел и чуть качнулся
Одним крылом реки коснулся
Другим он небо закрывает
Дно когтями загребает
Клювом задевает скалы
Для него они все малы

Орла покинул созидатель
Сам искать спешит кователь
Рыбу страшную и злую
Собаку Маналы речную
В черных водах смело кружит
А орел охраной служит

Тут чудовище явилось
За героя уцепилось
Но орел хватает зверя
Свои силы на нем меря
Когтями шею он пронзил
В глубь потока погрузил
Там зарыл в густую тину
Маналы речную псину

Но чудовище всплывает
Из тины псина вылезает
Щука же не столь огромна
Но не очень чтобы скромна
Спина – семь лодок шириной
Челюсть – с оглоблю длиной
Ее пасть – в три потока она
Язычище – топорища длина
Хочет Илмари схватить
И героя проглотить

Но орел тот не зевает
Быстро с неба он слетает
И не столь уж он огромен
Но не очень чтобы скромен
Язык длиною копий шесть
В клюве все сто сажен есть
Зев в шесть потоков у него
В пять кос длиною когти его
Устремился к щуке страшной
Проворной, жирной и опасной
Чтоб схватить ее когтями
И разорвать затем частями

Но мощь и сила у щуки той
Когти сжала пастью злой
Тянет его в пучину топить
И в тину густую птицу зарыть

Вырвал орел лапы из тины
Из пасти Маны речной псины
По спине воды пролетел
И в небо высокое он взлетел
Пробует снова щуку схватить
Одним когтем ее зацепить
Другим схватиться за утес
И пойман был бы Маны пес
Орел налетел, сверкая огнем
Ударил щуку стальным когтем
Бок, пробив ей, зацепился
Другим когтем орел стремился
Скалу железную пробить
Ему опорой чтоб служить
Но сталь скалы он не пробил
Скользнул по ней и отскочил

Щука вглубь реки стремится
На дно Туонелы уже ложится
Из Ильмаринена орла когтей
Хоть и бок разорван в ней

Тут взмахнул орел крылами
Что ярким пламенем пылали
Брызнул искрами из глаз
Налетел, и в третий раз
Когтями щуку захватил
Собаку Маналы сдавил
Тащит из глубин ужасных
По спине потоков страшных

Так орел смог победить
Щуку страшную осилить
В водах Маналы глубоких
Потоках Туони широких
После этой схватки, вдруг
Изменилось все вокруг
Туонела чешуей покрылась
Неузнаваемо искрилась
Воздух Маны, перьями орла
Закричал: зима пришла!?

Притащил орел когтями
Чудище то с чешуями
На зеленый дуб огромный
И победою довольный
На ветки щуку положил
Ее попробовать решил
Разрезал клювом брюхо ей
И жир потек среди ветвей
Когтями грудь ей разорвал
Главу от тела оторвал

Ильмаринен возмутился
И к орлу так обратился:
Помощник из тебя плохой
Как с добычею такой
Выкуплю свою невесту?
Ты сожрал ее не к месту!

Разгневался орел словами
Взмахнул могучими крылами
В небо грозное взлетел
Тучи край большой задел
Дуга неба содрогнулась
Крыша воздуха прогнулась
Сломал неба лук тугой
Рога луне отбив собой
И в звездной истаял дали
С обидой на сына земли

Илмари вслед посмотрел
Что ругал орла, пожалел
Голову той страшной щуки
В могучие взял свои руки
Теще будущей приносит
И старуху снова просит:
Я поле с гадами вспахал
В Манале медведя взял
Щуку в Туонеле темной
Хоть она была проворной
Я поймал, принес тебе
Ее голову притащил на себе
Пусть она тебе послужит
Стулом в твоем доме служит
Теперь обещанное выполняй
Дочку в жены мне отдавай!

Хозяйка Похьелы отвечает
Зятю будущему замечает:
Все ж ты очень плохо сделал
Что мяса щучьего отведал
Что ей голову оторвал
Грудь у рыбы разорвал
У щуки брюхо распорол
И без мяса ко мне пришел

Ильмаринен ей в ответ:
Без ущерба дела нет
Зато добыча из мест лучших
Опасных очень для живущих
В Манале ее добыл
Из Туонелы притащил!
Ну, готова ли дева теперь
В моем доме открыть дверь?

Песнь 3.
Хозяйка Похьелы выдает свою дочь замуж.

Куда теперь хозяйке деться?
Видит, ей не отвертеться
И сказала, гнев скрывая
Илмари старуха злая:
Да, теперь готова дева
Как листок ее от древа
Эту уточку родную
Птичку мою золотую
Вручаю я герой тебе
Пусть она в твоей судьбе
Милой спутницей пребудет
Дней твоих подругой будет
Будет курочкой любимой
И всегда тобой хранимой!

Ей красотка отвечала:
Ильмаринену я помогала
Но я замуж не желаю
Лучше девой погуляю
Как уйду в страну чужую
Кто ж кукушку мне родную
Кликать будет, ее звать
На пенье птичек вызывать?
Уеду если в Калевалу я
Исчезнет и кукушечка моя
Птички упорхнут все мигом
Своим очень шумным игом
Как оставлю рощи я
Спелой ягоды поля
Берег, песнями не полный
И лесочек не пройденный!

Отвечала дочке мать:
Герою хочу тебя отдать
За все подвиги его
Ты - награда для него
Милой спутницей пребудь
Дней его подругой будь
И будешь курочкой любимой
Илмари всегда хранимой!

На полу сидел ребенок
И не то, чтоб из пеленок
Малыш слышит те слова
Видимый для глаз едва
Расходился, засопел
И малец с земли запел:
Подлетела к дому птица
Не кукушка, не синица
Орел могучий прилетел
Тучу он крылом задел
Другим коснулся он волны
Хвостом режет буруны
До неба головой достал
Над домами кружить стал

Полетит, недвижно станет
За домами наблюдает
К дому мужей вот прилетел
На железной крыше сел
Долбит клювом огромным ее
Но не войти ему в жилье

Орел, когда стучать устал
Снова в небе кружить стал
Полетит, недвижно станет
За домами наблюдает
К дому жен вот прилетел
На кровлю медную он сел
Клювом огромным долбит ее
Но не войти ему в жилье

Снова в небе кружить стал
Палаты дев он увидал
Кровля там из полотна
От коготка рвется она
К палатам дев он прилетел
У трубы на крышу сел
У окошка доску рвет
Тело внутрь свое сует
На стропилах там уселся
И горделиво осмотрелся

Вот увидел средь девиц
Распрекрасных юных лиц
Деву с длинною косою
И прекрасней всех собою
Что нарядных всех милее
Что всех легче и нежнее
Когтями ее орел схватил
Тело когтем зацепил
Что прекраснее всего
Той, что смотрит на него
На хвост ее он посадил
И нежным пухом оградил

Молвит Похьелы хозяйка:
А скажи-ка мне всезнайка
Так откуда он узнал
От кого он услыхал
Что здесь выросла девица
Всех прекрасней молодица
Девы ль серебро сверкнуло
Или золото блеснуло
Иль от нас сияло солнце
Или месяц сквозь оконце?

Отросток юный отвечал:
Вот как он про то узнал
Как нашел себе дорогу
К славной девице порогу
Об отце ее узнал
Что корабль тот послал
И не малый, а большой
За товаром в край чужой
Он узнал, что ее мать
Хлебы стала выпекать
Ими гостей своих угощает
Когда толпа их наезжает

И подумал наш герой
Что за пир идет горой
Почему там суетятся?
Надо с этим разобраться
Может дева подросла
И замуж ей идти пора?

И он однажды полетел
К тому дому подлетел
Утро только начиналось
Зорька только занималась
Видит, из печной трубы
Густого дыма бегут клубы
А во дворе дева младая
Брусья по жернову вращая
Зерно пшеницы растирала
В муку их тело превращала
Как кукушки брусья пели
Камни жемчугом звенели
Дырья, уткою несмело
Сито, как сверчок шумело

В другой раз он полетел
К краю поля подлетел
Видит, на лугу девица
На цветочном молодица
Краску из цветков варила
А потом домой носила
Красной красит котелок
Желтой краскою замок

В третий раз он прилетел
Под окошком тихо сел
Слышит, дева ткет прилежно
Бердо двигается нежно
Веселый челночок скользит
Словно горностай бежит
Слышит берда зубцов стук
Словно дятел долбит сук
Взад-вперед ходит навой
Словно белка под сосной

Вот так и узнал счастливец
Потому, что не ленивец
Что девица подросла
Стала выше, чем была
Что на выданье она
И будет мужняя жена

И сказала дочке мать:
Надо было меня слушать!
Я ль тебе не говорила
Чтоб ты к елям не ходила
И не пела б песен там
Чтоб не пела по лугам
Гордо шеи не сгибала
Белых рук не открывала
Белой груди не являла
Стройным станом не виляла!

Все время я тебе твердила
Днем и ночью говорила
Домик мы такой построим
Окна в нем мы так устроим
Чтоб не видала и синица
Как уже выросла девица
Чтобы финны не узнали
Сватов с Суоми бы не слали

Но ты и слушать не хотела
Мать тебе как быть велела
Жених добился своего
От обещанья моего
Я отказаться не могла
С ним новых сил я обрела
И теперь, как ни крути
Надо замуж тебе идти

Ей ребенок возражает
На полу что восседает:
Не в том беда, что она пела
Просто дева повзрослела
Дома можно спрятать много
Лошадь или жеребца иного
Но кудрявую девицу
Средь красавиц всех царицу
Не скрыть в доме под замком
Не скроешь в месте никаком
Хоть замок каменный построй
В средине пустыни морской
И держи ты там девицу
Всех прекрасней молодицу
Не укроет ее дома стена
Большой не вырастет она
Чтоб жених не постучал
Сват веселый не примчал
В высоких шлемах, на конях
Иль на кованых санях

Песнь 4.
Грустный возвращается Вяйнемейнен домой.

Вяйне слышит разговор
В его глазах немой укор
Себе старцу самому
Потому, что одному
Коротать ему свой век
И нет виновных человек
В том, что он теперь один
Себе слуга, и господин

Старый Вяйнемейнен сник
Угрюмый, головой поник
Стал в дорогу собираться
Домой время возвращаться

К лодке он своей бредет
И тихонечко поет:
Горе дряхлому мне мужу
Не за стол я сел, а в лужу
Не оценил я возраст свой
Вот и выгнан был домой
Раньше надо было мне
На горячем скакуне
Деву сватать приезжать
И с женою уезжать
Надо, преодолевая страх
Жениться в молодых летах
Только мрачный человек
Ропщет свой короткий век
Что мол рано он женился
И детьми весь обложился
И хозяйство на плечах
Давят так, что тьма в очах

И зарекся Вяйнемейнен
Славный Сувантолайнен
Впредь не свататься седому
Рваться к телу молодому
Женихом к девице юной
По воде лететь угрюмой
Иль по суше к ней скакать
Чтоб желанную сосватать
Когда старость за спиной
И есть соперник молодой

Руна 20.

Песнь 1.
В Похьеле к свадьбе убивают огромного быка.

В Похьеле, в самом разгаре
Словно бы в хмельном угаре
Пир готовится большой
Чародеями сторонки той
Свадьбу они обряжают
Надо что, заготовляют
В жилищах своих Похьелы
И в горницах той Сариолы
Все, что надо, соорудили
Все, что надо, натащили
К долгой северной пирушке
В хижинах и на опушке
Для питья толпе огромной
Для еды, весьма нескромной
Для большого угощенья
Для всеобщего веселья!

Гости чтоб довольны были
Что свежим мясом угостили
Быка карелы притащили
Проблему с мясом и решили

Там, у себя, его кормили
В Суоми жирного взрастили
Не малым был, и не большим
Теленок этот был таким:
Из речки Коми воду пьет
Хвостом у тавастов он бьёт
Рогов, сто сажен высота
А морда, сажен полтораста
И его шея им подстать
Неделю ласке бы бежать
Чтобы тугую обогнуть
Нигде, причем, не отдохнуть
Косатке день надо лететь
От рога к рогу пролететь
Неутомимо крыльями махая
В пути нигде не отдыхая
Месяц надо белке бежать
С шеи до хвоста пробежать

Резвым, тот теленок слыл
Очень сильным бык тот был
С охраной шел из Карьялы
К полянам мрачной Похьелы
Рога держали сто мужей
Тянули морду тысячей
Как гора тот бык могуч
Спиной касается он туч
Идет себе своей дорогой
Не раздражается подмогой

Вот он дошел до Похьелы
У пролива Сариолы
У вод болотных траву ест
И почти всю сожрал окрест

Но зарезать могучего быка
Не могут найти они мясника
Из сынов той стороны
Из большой народа толпы
Ни из юнцов, огнем горевших
Ни среди уже старевших

Вот карелы старца прислали
Вироканнас его звали
Палвойнен хвастаться стал
Свалить того быка обещал:
Подожди ка несчастный меня
К тебе иду с дубиною я
Ударю ею о голову твою
И череп до крови раскрою
Не сможешь головой вращать
Не будешь мордой напирать
На поляны Похьелы
При заливе Сариолы

Вот Вироканнас к заливу идет
Славя себя, Палвойнен поет
Что скоро зарежет он быка
Пусть тот радуется, жив пока

Услышал бык как хвастун пел
Повернулся к нему, захрапел
Глянул черными глазами
У того ноги подкосились сами
И в лес Вироканнас убежал
В кустах ивы хвастун пропал

Вновь ищут чародеи мясника
Чтобы зарезать великана быка
В лесах Карелии, далеких
В Суоми, на полях широких
В ласковой русской земле
У шведов, отважных, в стране
В земле Турья, могучей
И в Лапландии дремучей
Ищут в Туонеле, где туманы
В низких местностях у Маны
Ищут долго, не находят
И напрасно всех обходят
Прилежно ищут мясника
Но не находят резника

Как-то море взбеленилось
Волною тяжко в берег билось
Потом хребет его раскрылся
И средь пучины появился
Старец, черный и седой
Богатырь среды морской
И не то, чтобы огромный
Но не очень-то и скромный
Мог под ситом поместиться
Под малой чашей поселиться
Члены его железом сияли
Огромные руки вниз свисали
Кулаки, с глыбу размером
Ему скала служила шлемом
Сапогами, ног из стали
Местные утесы стали
Нож в руке держал золотой
За рукоять, из меди литой

Так мясник быку явился
Умертвитель его появился
Мать воды слугу прислала
Сыну Илмари помогала

Увидал мясник добычу свою
Ударил быка ножом в шею
Финский зверь на колени стал
И мертвым уже, на землю упал

И для свадьбы в Похьеле
На пир в туманной Сариоле
Из забитого быка
Ножом морского мясника
Получили не так много:
Мяса свежего парного
В сто ушатов положили
Сто сажен колбас набили
Крови, лодок семь собрали
Жиру, бочек шесть набрали
Все для свадьбы в Похьеле
На пир в туманной Сариоле

Песнь 2.
Варят пиво и готовят кушанья.

Но чтоб мясное запивать
Веселиться и плясать
На пирушке славной той
Напиток нужен бы хмельной
Но нет у Лоухи такого
Пива с пеной золотого

Средь покоев она бродит
А ответа не находит
Вот вошла она в покой
В широкий самый и большой
В девять сажен он длиною
В семь он сажен шириною
Петух на крыше закричит
Внизу его никто не слышит
В глубине щенок залает
У двери звук затихает
Шагает в нем неторопливо
Размышляя вслух ворчливо:
Где ж я пиво раздобуду
Как его готовить буду?
Варки пива я не знаю
Как же свадьбу я сыграю?
Не получится пирушка
Коль с водой у гостя кружка!

Там, на печи, сидел старик
В ворчанье Лоухи он вник
Секрет пива старый знал
Хозяйке его он рассказал:
Для пива служит ячмень
В напиток идет также хмель
Нужна и вода из ручья
И ужасная сила огня

Ячмень, старец счастья сеял
Поле Осмо он засеял
Хороший вышел урожай
Такого не видел Калевы край
То Вяйнемейнену был дар
От Укко и матери Ильматар

Хмель от Ремунен родился
Еще зерном землей укрылся
Как змея туда прополз
Муравьем у ручья выполз
Калевалы той прекрасной
У поляны Осмо красной
Малым прутиком качнулся
И к деревьям потянулся
По высоким пополз стволам
Прямо к далеким вершинам

Мало времени проходит
И разговор ячмень заводит
Хмель на деревьях зашептал
И Калевы ручей заворчал:
Так, когда же мы сойдемся
В смесь единую сольемся?
Нам же вместе лучше будет
Дорогу скука к нам забудет!

Их разговоры услыхала
Осмотар, что здесь гуляла
Стало интересно ей
Что получится у ней
Если их соединить
И на огонь поставив, варить?

Зерна с ячменя срывает
Шесть всего их набирает
Хмеля, семь концов берет
Восемь кружек воды льет
Все она в котел сложила
Смесь водицей той залила
На огонь сильнейший ставит
И ту смесь в нем долго варит
Как же напиток тот назвать?
Люди его будут потреблять
Стало быть, напиток пьется
Вот пусть пивом и зовется

Летом, дышащим жарой
На мысочке скрытом мглой
В тумане острова, как диво
Осмотар сварила пиво
И на дно ушатов новых
Из березы сотворенных
Варь неспешно разливает
И за напитком наблюдает

Хмельным чтоб ему быть
Должен он в них забродить
Однако, нету там броженья
И Осмотар от огорченья
Стала думать и гадать
Что в то пиво добавлять?
Чтоб забродило молодое
Да поспело золотое

К ней Калеватар приходит
Та, что всюду быстро ходит
С рукою нежной и прекрасной
В легкой обуви атласной
Она Капо помочь стремится:
Может с поля что сгодится?

То краем поля дева идет
То посередине она пройдет
То одно в ушаты сложит
То другое в них положит
Вдруг, там щепку увидала
Стан согнула, подобрала
И подумав, вслух сказала:
Может щепка чем поможет
В руках Капо, та все может?
Щепку Осмотар отдала
Меж пальцев та ее зажала
Руки друг о дружку трет
Затем по бедрам ими ведет
И белка белая явилась
К ней дева Капо обратилась:
Золото лесных домов
Земли веселье, цвет холмов!
Беги ты в Метсолу родную
В Тапиолу дорогую
Там на деревья полезай
Но умно на них влезай
Птицы неба опасайся
В когти орлу не попадайся
Шишек принеси еловых
Нежных почечек сосновых
В руки ты мне их отдай
Осмо дочери для пива дай!

Белка быстро убежала
По дороге пробежала
Машет хвостиком пушистым
Росу сбивает мехом чистым
Бежит полянами, лугами
Мчится темными лесами
Стрелой по ним она летит
Просьбу выполнить спешит
В Метсолу свою родную
В Тапиолу дорогую

Но вот она и прибежала
Три ели в низине увидала
На равнине четыре сосны
Небывалой вышины
Ловко по деревам порхает
Шишек, почек, набирает
Птица неба не схватила
В когти орла не угодила
Набрала, домой бежит
Ветер лишь в ушах свистит
Хвост пушистый раздувает
Словно парусом толкает

Вот и туманный островок
И знакомый ей мысок
А вот и Капо пивовар
И Метсолы родимой дар
Шишки и почки ей отдает
Та, благодарно их берет
В брагу тотчас опускает
И за нею наблюдает
Однако, нету там броженья
И Осмотар от огорченья
Стала думать и гадать
Что в то пиво добавлять?
Чтоб забродило молодое
Да поспело золотое

К ней дочь Калевы подходит
Та, что всюду быстро ходит
С рукою нежной и прекрасной
В легкой обуви атласной
Она Капо помочь стремится:
Может с поля что сгодится?

То краем поля дева идет
То посередине она пройдет
То одно в ушаты сложит
То другое в них положит
Вдруг, там лучинку увидала
Стан согнула, подобрала
И подумав, вслух сказала:
Может лучинка чем поможет
В руках Капо, та все может?
Лучинку Осмотар отдала
Меж пальцев та ее зажала
Руки друг о дружку трет
Затем по бедрам ими ведет
Куница желтая явилась
Осмо дочь к ней обратилась:
Ты, красотка с ценным мехом
Отправляйся быстрым бегом
На скалу, в медвежьи норы
Что так хитро прячут горы
В берлоги леса, к ворчунам
Где спасаются медведи там
И где суровые проводят дни
Ты пены с губ их почерпни
Набери чуток дрожжей
И домой лети скорей
Принеси ко мне их спешно
Пиво чтоб взошло успешно!

Златогрудая помчалась
По дороге вдаль умчалась
По широким по просторам
Через реки и по долам
Быстро мчится, как стрела
Дорогу через них нашла
На утес, в медвежьи норы
Где железом полны горы
Сталью скалы налитые
В берлоги ворчунов лесные
Среди скал железом полных
Своей жизнью недовольных
Где медведи лишь дерутся
Злобно, до крови все бьются
Каплет с губ их пена страсти
Дрожжи, из свирепой пасти

Куница ловко подскочила
Пену лапками схватила
Дрожжи собрала когтями
И ей известными путями
Несет добычу к деве той
Чтоб пиво пенилось горой

Добычу Капо принимает
Куницу нежно обнимает
В брагу дар она бросает
И за пивом наблюдает

Нет, не бродит ни чуток
Не шипит мужей напиток
Нет там нужного броженья
И Осмотар от огорченья
Стала думать и гадать
Что в то пиво добавлять?
Чтоб забродило молодое
Да поспело золотое

Вновь дочь Калевы подходит
Та, что всюду быстро ходит
С рукою нежной и прекрасной
В легкой обуви атласной
Она Капо помочь стремится:
Может с поля что сгодится?

То краем поля дева идет
То посередине она пройдет
То одно в ушаты сложит
То другое в них положит
Вдруг, стручочек увидала
Стан согнула, подобрала
И подумав, вслух сказала:
Может стручочек чем поможет
В руках Капо, та все может?
Стручочек Осмотар отдала
Меж пальцев та его зажала
Руки друг о дружку трет
Затем по бедрам ими ведет
Пчелка вдруг явилась ей
Обратилась дева к ней:
Пчелка, быстренькая птица
Луговых цветов царица
Лети за моря к островам
Что на синем тут и там
На утесы средь потоков
Что игрой могучих токов
Усыпили там девицу
Местных травушек царицу
Крепкий сон ее сковал
Широкий пояс с нее спал
А в нем травы медовые
Головки злаков налитые
У тех цветов из чаш златых
С головок злаков непростых
Побольше меда набери
Его на крылья прибери
Принеси и мне отдай
Дочку Осмо выручай!

Пчелка быстро улетает
К островам тем поспешает
Пролетела одно море
Вдоль второго мчится вскоре
Вот и третье пролетает
К островам там подлетает
На утесы средь потоков
Где под шум игривых токов
Дева тихо отдыхает
Украшеньями сверкает
На медовых травах спит
Пояс рядышком лежит
В нем травы золотом горят
Другие, серебром манят
Из чаш цветочных золотых
С головок злаков налитых
Пчелка меда набирает
На крылья споро убирает
И летит через моря
К деве той, что ждет не зря
На туманном островочке
На покрытом мглой мысочке

Приносит, в руки Капо отдала
Что на мысочке пчелу ждала
Та в брагу мед тотчас бросает
И с тревогой наблюдает

А в березовых ушатах
Как тепло печи в палатах
Пиво наконец-то бродит
Молодой напиток всходит
До ручек пену поднимает
Через край уже стекает
На землю хочет убежать
Пол собою обнимать

Мало времени прошло
Едва мгновенье протекло
И вот к питью уже бегут
Герои, что в краю живут
Первым Лемминкайнен пил
Себя чуть пивом не сгубил
В стельку пьяный весельчак
Домой не мог попасть никак

Огорчилась Осмотар:
Знать плохой я пивовар
Слишком сильное оно
Попил его, в глазах темно
В голове дурман стоит
От него герой лежит
Зря в ушатах разместила
У него такая сила
Что наружу вытекает
Землю пеной накрывает

Дрозд на древе восседает
Краснохвостый распевает:
Не дурной напиток пиво
Превосходный, просто диво!
Надо бочки им наполнить
Те из дуба изготовить
Красной медью их обить
Бочки в погребе хранить

Вот как пиво появилось
Хмельное Калевы родилось
Дивно, что оно возникло
И к названию привыкло
Что приятное для всех
У женщин вызывает смех
В мужах веселье вызывает
Храбрым радость доставляет
На драку гонит лишь глупца
Что пьет без меры, без конца

Секрет начала пива узнав
Хозяйка Похьелы стремглав
На туманном островочке
На покрытом мглой мысочке
В кадушку воду наливает
Наполовину ее заполняет
В воду бросает ячмень
Тут же добавляет хмель
В кадушке все перемешала
И пиво Лоухи готовить стала

Кадушка на камнях стоит
Напиток бешено бурлит
Месяц камни раскаляли
Кипеть воду заставляли
Ее все лето кипятят
Дровами топят и коптят
Воду носят из колодцев
Чистых родников оконцев
На дрова деревья рубят
Лес свой этим скоро сгубят
Без воды ключи застыли
В пиво все употребили
Чтоб пирушку в Похьеле
Вспоминали б на земле
Чтобы гости веселились
И угощению дивились

Огонь на мысе все пылает
Дымом остров заполняет
Клубами он густыми ходит
Тучей в небо уж восходит
Пол Похьелы закрыл собой
Карелию окутал злой

Весь народ тот дым пугает
Боязливо он гадает:
Дым откуда мог подняться
Что до неба смог добраться?
Но войне больше бывают
Пастухи меньше сжигают

Лемминкайнена старушка
К роднику, там, где опушка
Вышла утром погулять
И водицы начерпать
Видит, как над Похьелой
Дым клубами, черный, злой
И сказала сыну мать:
Есть причина горевать
То, конечно, дым войны
Закончились покой и сны!
Он от огня вражды ужасной
Народу гибелью опасной

Кауко сомненье гложет:
Это дым войны быть может
От огня вражды ужасной
И для жителей опасной!
Но я хотел бы ясно видеть
Где начало дым берет
Где на воздух он идет

Он прилежно в даль глядит
На места, где дым клубит
Через широту пролива
Близ утеса у залива
Видит там огонь пылает
В котле пиво закипает
Сариола вся в дыму
К свадьбе видно по всему

Глазом Кауко покосился
Рот его потом скривился
И кричит чрез ширь залива:
Навари хозяйка пива
Как питье для всех гостей
На пышной свадьбе на моей
С милой дочерью твоею
От которой просто млею

Ну вот пиво там сварили
В бочки крепкие залили
И в их бока дубовые
Вбили втулки новые
Медью все они сияют
И как золото сверкают
Чтобы пиво там поспело
К свадьбе дочери созрело
В погребе Лоухи глубоком
Каменном, под самым боком

Спрятав пиво в погреб свой
Хозяйка Сариолы той
Кушанья готовить стала
Вода в котлах заклокотала
Сковородки зашипели
В печи хлебы большие зрели
Толокно стоит и ждет
Когда час его придет
Чтоб народ сытно кормить
И гостям тем угодить
На пышной свадьбе в Похьеле
На пирушке в Сариоле

Песнь 3.
Рассылают посланцев за гостями.

Мало времени прошло
Едва мгновенье протекло
Пиво в бочках лихо бродит
Уже готовое в них молвит:
Пришла пора меня уж пить
Да и на все лады хвалить
Меня с честью прославлять
По заслугам воспевать

И вот искусного певца
Чародеи без конца
Ищут, чтобы мог прилично
Восхвалять и петь отлично

Семгу пробуют и щуку
Пенье им приносит муку
Но не дело рыбам петь
Место их, в котле кипеть

Вновь искусного певца
Чародеи без конца
Ищут, чтобы мог прилично
Восхвалять и петь отлично
Песни б звучные он пел
Чистым голосом звенел

Вот мальчонку привели
Как певца его нашли
Петь на пире не мальчишкам
Не слюнявым ребятишкам
Язык у них еще кривой
С корнем, согнутым дугой

Пиво в бочках злость берет
Страшные проклятья шлет:
Коль певца вы не найдете
И сюда не приведете
Чтобы мог певец прилично
Восхвалять и петь отлично
То все обручи побью
Дно у бочек проломлю!

И хозяйка Похьелы
Приказала чтоб послы
Всех на свадьбу приглашали
Всюду бы гостей сзывали

Рабыню в Калевалу шлет
И наставление дает:
О ты, милая девица
Ты служанка, не царица
Людей к пирушке позови
Толпу мужей ты созови
Всяких бедных и хромых
Всяких нищих и слепых
Всех калечных приглашай
Всех несчастных зазывай
Слепых на лодках ты доставь
И провожатого приставь
Всех хромоногих на конях
А калек вези в санях

Народ на свадьбу созывай
Сынов Калевалы приглашай
Вяйнемейнену поклонись
Его обещанием зарекись
Пусть поет на свадьбе сей
Певец искусный, чародей

Лишь Кауко не приглашай
На остров к Ахти не шагай

Служанка Лоухи удивилась
И с вопросом обратилась:
Лемминкайнена? Почему
Ты отказываешь лишь ему?

Хозяйка ей в ответ сказала:
Я хорошо его узнала
От того не надо звать
Что он может все сломать
Там, где он, всегда и драка
Он горячий забияка
Злость на свадьбе возбудит
Пирушку в ссору превратит
Девиц невинных осмеет
Свадьбу славную сорвет

Служанка спрашивает снова:
Хозяйка, я твоя раба готова
Лемминкайнена не звать
И на свадьбу не приглашать
Но я не знаю его дом
В жилище он живет каком?

Ей хозяйка отвечает:
Где море Калевалу обнимает
У мыса Кауко, что у залива
Среди широкого пролива
Ахти на острове живет
Его, кто ищет, там найдет

Звать гостей пошла девица
Ее служанка, молодица
По шести дорогам ходит
По восьми путям проходит
Людей из Калевалы созывает
Всех на свадьбу приглашает
Из крестьян, всех бедняков
В кафтанах узких казаков
Только к Ахти не пошла
Без приглашенья обошла

Руна 21.

Песнь 1.
Жениха и сопровождающих его принимают в Похьеле.

Как-то Лоухи рано встала
По хозяйству хлопотала
Вот по двору она идет
Слышит свист кнута с болот
С берега скрипенье санок:
Кто там мчится спозаранок?
На восток свой взгляд бросает
Взор под солнце обращает
Думает она, гадает:
Что за гость там подъезжает
К моим стремится берегам?
Не войско ли большое там?

Вот сама узнать решила
Что там движется за сила
Идет ближе посмотреть
Кто же там посмел шуметь
Видит, испугалась зря
Ей осветила все заря
То не войска идут войною
Сваты прибыли толпою
Средь хорошего народа
Сам жених, как воевода

И радость Лоухи охватила
Запричитала она, забубнила:
Войско думала марширует
Или сильный ветер дует
Поленьев гору разметал
Морем берег избивал
Иль другая сила злая
Галькой катится играя
А поближе посмотрела
Радостная обомлела
То зять с гостями сюда едет
И две сотни с ним приедет

Виден зять издалека
Как черемуха средь ивняка
Как дубок средь перелеска
Или месяц меж звезд блеска
Жеребец у зятя черный
Силой дышит непокорный
Схожий с вороном летящим
С волком за добычей мчащим
На дуге, для молодых
Шесть кукушек золотых
Звонко песни распевают
Счастья молодым желают!

Шум донесся от прогона
Стук оглобель от загона
Зять уже во двор въезжает
Народом славным управляет:
Во двор герои побыстрее
Распускать супонь скорее
Из петель дуги вынимать
Оглобли наземь опускать
И веселою толпой
В жилище следовать со мной

Жеребчик зятя пролетел
К дому тестя подлетел
Хрипя сани прокатил
И у дверей остановил

А хозяйка та не спит
На своего раба шумит:
Ой ты, раб, слуга наемный
Казачок семьи приемный!
Жеребца у зятя принимай
Из медной сбруи выпростай
Из супони оловянной
Дуги упругой деревянной
Да из кожаных гужей
Из оглоблей, поскорей!

Отведи его неспешно
За поводья из шелка нежно
Иль за оброть из серебра
С чувством своего добра
На толоке поваляться
Иль по пороше покататься
На земле молочно-белой
Под твоей рукой умелой

Напои потом водой
Родниковой, ключевой
Там под елью золотою
Под мохнатою сосною
Родник зимой не замерзает
Всех живых водой снабжает

Накорми коня досыта
Мытого ему дай жита
Из лукошка золотого
Хлеба чистого сытного
Пшеницы пареную мной
Ржи толченой яровой

Потом вороного отведи
В стойло лучшее веди
На конюшню, где не тесно
На почетнейшее место

За колечки золотые
Оброть серебром литые
Привяжи к кольцу стальному
К прочному столбу витому
Корма жеребцу задай
Овса кадушку ему дай
Колосков травы живой
Да сеяной мякины мной

Лошадь поскреби потом
Моржовой кости гребешком
Грива чтобы расцвела
А шерсть блестящею была

Попоной жеребца укрой
Чтоб не замерз там вороной
Тканью золотом расшитой
И рукой умелой сшитой

Затем старая ребят зовет
И наставленье им дает:
Зятя в избу проводите
В дом без шапок заходите
В горницу без рукавичек
В них, плохая из привычек
Ну а мне, смотреть идти
Сможет в двери он пройти
Чтоб с петель их не снимать
Чтобы косяки не трогать
Чтоб проем не повышать
Чтоб порог не понижать
Стены передней не ломать
Нижнего бревна не двигать

Но зятю в жилище не войти
Красавцу в двери не пройти
Чтоб с петель их не снимать
Чтобы косяки не трогать
Чтоб проем не повышать
Чтоб порог не понижать
Стены передней не ломать
Нижнего бревна не двигать
Зять на голову длинней
Выше всех и помощней

Колдунья грозно заклинает
И все там быстро исправляет:
Косяк повыше поднимайся
Зять чтоб шапкой не касался
Порог пониже опустись
Чтобы каблуки прошлись
Косяки вширь раздавайтесь
Двери сами отворяйтесь
Зять к жилищу подступает
Муж великий в дом вступает

Сама же в горницу пошла
Проверить все ли прибрала
Ее прислуга в доме том
Чтоб не ударить в грязь лицом
Все ли там столы помыты
И скамьи водой омыты
Выскоблен ли пол в жилище
Половицы стали ль чище?

Она всю избу осмотрела
От удивленья обомлела
Ее старуха не узнает
Хоть столько лет уже живет:
Стены костяные в ней
Боковые от ежей
Из оленьих лицевая
Из росомашьих тыловая
Притолока от ягнят
Балки яблоневые висят
А столбом витой дубок
Лавки из листов кувшинок
Крыша – рыбья чешуя
Из железа в доме стулья
Из саксонских кряжей скамьи
Сделаны что мастерами
Стол расписан позолотой
Чудно сделанной работой
Полы шелком застелили
А печь из меди ей отлили
Выложен из плит припечек
Из бревен Калевы подпечек
Каменка из крупной гальки
Словно здесь гуляют галки

Ну вот теперь и слава Богу!
Зять в жилище понемногу
Втиснулся и вошел в дом
И сказал при всем при том:
Ниспошли здоровья Боже
В этот двор, в покои тоже
Всему народу Похьелы
Знаменитой Сариолы!

И хозяйка отвечает
Здравия ему желает:
Будь здоров и ты, вошедший
Свадьбы радости принесший
В этот дом и в этот край
Раба, лучину подавай!
Ты зажги своей рукой
Кончик щепочки смолистой
Или бересты виток
Хочу я зятя хоть чуток
Рассмотреть, цвет глаз узнать
Каким цветом им сиять
Синим, белым или красным
Будет ли тот цвет прекрасным?

Тут же маленькая дева
Принесла щепу из древа
На конце огонь горит
Пламя тусклое дрожит
Свет неровный от него
И очень дымное оно
Очи может задымить
Щеки зятю закоптить

Лоухи щепу убрать велит
И служанке говорит:
Принеси огня на свечке
Света яркого, как в печке!

Служанка тут же убегает
Свечу из воска зажигает
Свет ей яркий принесла
Увидеть зятя чтоб смогла
Светлый тает в ней дымок
Яркий свет под потолок
Очи зятя осветил
Лик прекрасный озарил

Старуха вскрикнула, сияя:
Вижу я теперь родная
Очи зятя своего
И цвет их нрава моего
Не красны глаза, не сини
Не белы, как холст рабыни
Они светлы, как пена моря
Дочь с ними не узнает горя
Мои ребята, подходите
Зятя под руки ведите
На переднюю скамейку
Задом к синему простенку
Ликом к званому застолью
Где угощают хлебом с солью
Где шуметь будет веселье
На почетное сиденье

Песнь 2.
Гостей досыта угощают яствами и пивом.

Ну вот гости огляделись
За столами все расселись
Хозяйка между ними ходит
Приглашенных поит – кормит
Лоснится масло на устах
Гора лепешек в их руках
Кормит всем, кто чего просит
Зятю лучшее подносит

На подносе был лосось
Свинине место там нашлось
Все чаши до краев налиты
Миски снедью все набиты
Чтобы гости угощались
Сытной пищей восхищались
Прежде прочих зять родимый
Неповторимый и любимый

И молвит Похьелы хозяйка:
Дева красная, подай-ка
Гостям добрым наше пиво
Что становится бодливо
В двуручной братчине подай
Зятю, первому давай
И гостям к застолью званным
А кому-то и нежданным

И послушная служанка
Та, что до работы падка
Пива в кружке принесла
В пять ободьев высота
Чтоб хмельным усы смочить
Напитком пенным выбелить

Братчину кругом пустила
Никого не пропустила
Первым зять отпил оттуда
И по рукам пошла посуда
Лица хмурые светлели
Громче голоса звенели
Кому-то и ногой стучалось
Веселье только начиналось!

Песнь 3.
Вяйнемейнен поет хвалу хозяевам дома.

Но пока пиво молчит
Хмель еще не говорит
Из пяти ободьев кружки
Молчат пока и зятя дружки
Они бы спели, но как смеют
При виде Вяйне рты немеют
Рунопевец он народный
Куковальщик превосходный
Лучший он из мастеров
Песен древних знатоков
Вяйнемейнен вековечный
Знаменитый, человечный
Зван сюда певцом певучим
Заклинателем могучим

Чтоб неловкость ту прервать
Вынужден был Вяйне встать
В руку кружку с пивом взял
Пиву и гостям сказал:
Пиво, наш напиток славный
На пирушке самый главный
Не пои мужей задаром
Пусть отплатят песни жаром
Златоусты пусть кукуют
Сердца ими нам волнуют!

Иначе хозяин спросит
Хозяйка, удивляясь, бросит:
Песни, что ли, все забыли
Языки что-ль проглотили?
Дурно пиво, знать сварила
Плохой напиток сотворила
Не запевают коль певцы
Не ликуют рунопевцы
Златоусты не кукуют
Сидят молча, в ус не дуют
Кто ж прокукует нам теперь
Песней кто откроет дверь
На пирушке Похьелы
Славной свадьбе Сариолы?

Ведь не лавкам нужно петь
Молча коль на них сидеть
Ведь не петь же половицам
Молчаливым постным лицам
Окнам ликовать нет сил
Коль хозяин загрустил
И столы в пляс не пойдут
Если гости что-то ждут
Не будет дымник сам гудеть
Коль под крышей не шуметь

Ребенок Вяйне отвечает
Тот, что на полу играет:
Все, что сказано, я слышал
Хоть годами я не вышел
Хоть совсем не крепок телом
Я хочу в порыве смелом
Раз уж не поют другие
Сытые, толстые, немые
Спеть, хоть я худой и тонкий
Пусть кукует голос звонкий
Веселье будит за столами
Чтоб день тот помнили веками

Старец молвил, не стерпел
На печи теплом что млел:
С песен юных взять немного
С лепетанья молодого
В их песнях выдумки живут
В пустоту они зовут
Песню мудрому отдайте
Кто на лавке, выбирайте!

Тут уж Вяйнемейнен славный
Песнопевец самый главный
Рунопевца стал искать
Чтоб им вместе куковать:
Есть ли здесь среди гостей
Иль народа Похьи всей
Руки кто бы мне подал
Мои б пальцы в своих сжал
Стал бы сказывать сказанья
Древней старины преданья
День прошедший воспевая
Славный вечер прославляя?

На печи старик ворчит
Вяйне он и говорит:
Здесь мы прежде не слыхали
Не слыхали, не видали
Чтобы кто прекрасней пел
Куковать бы так умел
Как в былые годы сам
Пел высоким небесам
В лодке на волнах певал
В борах песчаных куковал
В ельниках густых звенел
Звонко в рощах края пел
Громким голосом и славным
И напевом мудрым, плавным
Он как речка льется лился
Как поток воды струился
Скользил лыжей по снегам
Лодкой, по морским волнам
А теперь и сам не знаю
Сам теперь не понимаю
Что мой голос загубило
Чудесный хрипом задушило
Словно речка не течет
Как поток воды не льет
Скрипит по кочкам бороной
А по насту хворостиной
Санями по песку реки
По каменьям днищем лодки

Выслушав старика рассказ
Вяйне понял, в этот раз
Нет напарника ему
Петь придется самому:
Коль напарника не будет
Моя песня здесь пребудет
Я один начну сказанье
Песнями его вязанье
Коль рожден я был певцом
Рунопевцев всех отцом
Не стану спрашивать пути
Свои сказанья как вести

И Вяйнемейнен маг могучий
Рунопевец, мастер лучший
Творить веселье принялся
Песенным делом занялся
Песни рядом с ним толпой
Слова любые, под рукой

Вяйнемейнен заклинает
И поет, и заклинает:
Речью слов не исчерпаешь
Пеньем песен не убавляешь
Раньше скал лишатся горы
Пропадут медвежьи норы
Лилий, ламбушки лесные
Кукушек, рощи золотые

Вяйнемейнен, как заявил
Гостей весь вечер веселил
Женщины кругом смеялись
Все мужчины улыбались
Вместе слушали, удивлялись
Пеньем Вяйне наслаждались
Переполняла радость всех
Кто и не слушал, даже тех

Но восторженным гостям
Вяйне так ответил сам:
Да какой певец я рун
Заклинатель и колдун
Ничего я не умею
Лишь одно сказать посмею
Если б это пел Создатель
Жизни нашей основатель
Сладостными пел устами
Сверкая грозными глазами
Пенье было бы иным
Волхование другим
Моря он в мед бы превратил
В горох песчинки обратил
Тина солодом бы стала
Соль вместо камешек блистала
Рощи б сделал хлебным полем
Лес густой, пшеничным морем
Из гор мямми бы сварил
Скалы в яйца обратил

Так он пел бы, заклинал бы
Волховал бы, колдовал бы
В этот дом напел щедрей
Загон огромный нетелей
Буренок полный хлев ревущих
Выгон, молоко дающих
Сотни с острыми рогами
Тыщи с выменем меж ногами

Так он пел бы, заклинал бы
Волховал бы, колдовал бы
Рысьих шуб напел мужам
Суконных свиток женам
Сапожек легких дочерям
Рубашек красных сыновьям

Боже правый, все им дай
Присно благ им подавай
Чтобы жили как живут
Чтоб так и дальше было тут
На пирушках в Похьеле
На гуляньях в Сариоле
Чтоб рекой лилось бы пиво
Мед ручьем бежал игриво
В жилищах этих Похьелы
В славных избах Сариолы

Песни днем бы здесь лились
Вечерами веселились
Век хозяину справляя
Годы жизни продлевая
В годы здравия хозяйки
От гостей чтоб гнулись лавки

Пусть Бог сторицей воздает
Что гости взяли, все вернет
На стол хозяину подаст
Хозяюшке в амбары даст
На рыбной ловле сыновьям
За станками, дочерям
Чтоб не каялись вовеки
Эти чудо человеки
Через год не сожалели
Что так долго песни пели
Что так долго пировали
Что гостей много позвали

Руна 22.

Песнь 1.
Невесту собирают к отъезду и поют ей о прошлом и о том, что ее ждет в будущем.

Но вот свадьба отгремела
Та, что в Похьеле шумела
Вдоволь все попировали
Молодых облобызали
Славу спели хозяевам
Да и разъехались по домам

Только Илмари один
Сидит в покоях славный сын
Калевалы легендарной
Героями своими славной

Вот неделя пролетает
Голубка все не прилетает
Хозяйка ему и говорит
Видя, как он там сидит:
Высокородный, что сидишь?
Краса отчизны, что не спишь?
Иль ты тестя утешаешь
Отраду матери являешь
Иль для блеска здесь сидишь
Почему же ты не спишь?

Ильмаринен отвечает
Теще, что его пытает:
Не для блеска здесь сижу
Отцу утехой не служу
И не отрадой для тебя
Скажи, где женушка моя?
Где красивей всех девица?
Где прекрасная царица?
Где же курочка моя
К которой долго ехал я?

И старуха заюлила
Застонала, заскулила:
Ради девушки любимой
Прекраснокудрой и красивой
Ильмаринен златовласый
Обликом своим прекрасный
Ждал неделю, жди ты снова
Дорогая не готова
Не снаряжена подруга
Для любимого ей друга
Половина кос плетеных
Половина не плетённых

Еще неделя пролетает
Голубка все не прилетает
А старуха все юлит
Хитро стонет и скулит:
Ильмаринен златовласый
Обликом своим прекрасный
Ждал неделю, жди ты снова
Дорогая не готова
Не снаряжена подруга
Для любимого ей друга
Лишь один рукав надет
В другом, руки пока что нет

Неделя третья пролетает
Голубка все не прилетает
А старуха все юлит
Хитро стонет и скулит:
Ильмаринен златовласый
Обликом своим прекрасный
Ждал неделю, жди ты снова
Дорогая не готова
Не снаряжена подруга
Для любимого ей друга
Лишь одна нога обута
А другая все разута

Еще неделя пролетает
Голубка все не прилетает
А старуха все юлит
Хитро стонет и скулит:
Ильмаринен златовласый
Обликом своим прекрасный
Ждал неделю, жди ты снова
Дорогая не готова
Не снаряжена подруга
Для любимого ей друга
В перчатке лишь одна рука
На другой же нет пока

Уже месяц пролетает
Голубка все не прилетает
Наконец старуха входит
И такую речь заводит:
Ильмаринен златовласый
Обликом своим прекрасный
Ждал ты месяц, не устал?
Час теперь и твой настал
Уже снаряжена подруга
Для любимого ей друга

Выйди, проданная дева
Словно птичка из-за древа
То, что тут тебя связало
Сердце в узел завязало
То тебя и разлучает
Из гнезда то забирает

Вот он, кто тебя увозит
Выйдет вслед и двери бросит
Конь поводья уж кусает
Деву в сани ожидает
На деньги падка ты была
Ты скоро руку отдала
Приняла подарок споро
И кольцо надела скоро
Полюби же сани эти
Влезай туда скорее в сети
Деревней быстро проезжай
Спеши, скорее уезжай!

Мало, юная девица
Хоть прекрасна как царица
Мало в сторону смотрела
Мало кверху ты глядела
О сделке будешь ты жалеть
Ночами долгими реветь
Слезьми умоешься потом
Что бросила отцовский дом
Ушла от матери родимой
Ушла от родины любимой
Из жилища дорогого
С детства для тебя родного
Где тебе все мило было
Солнце яркое светило
Ты росла цветком на воле
Точно ягодка на поле
Ты, проснувшись масло ела
Молока, сколько хотела
На пшеницу с ложа шла
Иль свинину ты брала
Никогда забот не знала
Думой голову не забивала
Заботы соснам отдала
Растеньям думы отнесла
Твои тревоги и печали
Сосны из болот забрали
Как листочек ты порхала
На песочке отдыхала
Бабочкой веселой мчалась
На березке ты качалась
Росла, как ягодка лесная
Земляничка молодая

Вот уходишь ты из дому
Идешь смело ты к другому
Уходишь к матери другой
В семью чужую из родной
Будет там все по-другому
Затоскуешь ты по дому
Иначе там рожки звучат
Двери там не так скрипят
Там калитки не такие
Петли в них визжат другие
Да и двери не найдешь
И калиткой не пройдешь
Как их дочери умеют
Да осмеять еще посмеют
Огонь не сможешь развести
Не истопишь там печи
Как их мужчины там хотят
И неумеху не простят

Знала ль это дорогая?
А ты думала младая
Только ночкой насладиться
Да утром к дому возвратиться?
Не на ночку, не на две
Уходишь ты к своей судьбе
На всю жизнь дом оставляешь
Навсегда родных бросаешь!

Песнь 2.
Невеста озабочена.

Дева бедная вздохнула
Руками тяжело всплеснула
На сердце у нее печаль
На глазах слезы вуаль
Она растерянно стоит
И волнуясь говорит:
В годы юности цветущей
Я была ведь несведущей
Я ведь думала тогда
И говорила всем всегда
Много ль значу я сейчас
Когда родителей есть глаз
Посреди полей отцовских
И его собак бойцовских
В доме матери-старушки
Где от слез мокры подушки!

Важнее стану я тогда
К мужу я пойду когда
Лишь ступлю я за порог
Ноги в санях спрячу в полог
Стану выше и стройней
На ухо целое длинней!

Вот чего в жизни ждала я
И желала, подрастая
Когда славный год настанет
И моя тоска растает!

И вот она, мечта моя
Вот уезжаю уже я
На порог нога ступила
Другая в сани заступила
Но нет мне радости такой
Что-то изменило разум мой
С тоскою я вперед гляжу
Без ликованья ухожу
Из жилища дорогого
Мной любимого родного
Со двора, где подрастала
Взрослой девицею стала
Из отеческого дома
Где былинка мне знакома
Полна заботой я тужу
С горькой думой ухожу
Словно к осени в объятья
Позабыв, кто ее братья
Иль на лед весенний тонкий
Такой обманчивый и звонкий

Как в синем небе облака
Как дуновенье ветерка
Так легки думы иных
И мысли у невест других!
Нет заботы у них такой
Нет на сердце тоски злой
Как у бедняжки у меня
Как от забот страдаю я

Камень внутри сердца моего
Углем черным он жжет его
Думы иных - рассвет весной
Мысли – солнышко над горой
Думы у меня дурные
Мысли у меня плохие
Ровный берег они моря
Край темной ночи горя
Точно осенней ночи тьма
Иль мрачный день, если зима

Песнь 3.
Невесту доводят до слез.

Работящая старушка
Как говорящая кукушка
Что при доме все жила
В огонь масла подлила:
Ну, вот видишь ты, девица
Женской красоты царица
Помнишь, что я говорила
Сотни раз тебе твердила
Не любуйся женихом
Все аукнется потом
Не гляди в уста мужчине
Разведет он на мякине
И глазам его не верь
В них живет не друг, а зверь
На крепость ног ты не смотри
А глаза свои протри
Пусть уста его влекут
Глаза красивые зовут
Да только Лемпо на устах
Смерть сидит на тех губах!

Я тебе совет давала
Как ты б женихов встречала

Когда женихи придут и сваты
То не будь ты мягче ваты
Женихов предупреди
На сватов страху нагони
Им скажи, чтоб не забыли
Кого сватать приходили:
Как видно, так и поведется
Что никогда мне не придется
Отсель невесткой уходить
Чтоб рабыней у вас жить
Не соглашусь я никогда
Подчиненной быть всегда
Рабыней жить я не хочу
Обидит кто, я затопчу
Скажет слово кто-то мне
Отплачу ему в двойне
Кто волос моих коснется
Или мерзко улыбнется
Того за волос зацеплю
Его с позором растреплю

Но слов моих ты не слыхала
Сама себя в огонь загнала
Уходишь мучиться работой
В жидкую смолу с охотой
К лисице в сани ты идешь
Медведю в лапы ты бредешь
В санях тебя конь увезет
Медведь тебя далеко унесет
К свекру вечною рабой
И свекрови очень злой

Ты идешь убить чтоб скуку
От отца идешь на муку
Тяжело тебе придется
Там мучитель твой найдется
Тебя там ждут поводья новы
И кандалы уже готовы
Плохо проданной придётся
К тебе грубость прикоснется
У свекра из костей уста
И не считает он до ста
У свекрови нет костей
Язык каменный у ней
Речи деверя морозны
Золовки действия нервозны

Слушай, девица, речь мою
Слушай, что я говорю:
Ты была в дому цветочек
Радость нес твой голосочек
Солнцем тебя мать звала
Ясным месяцем отцу была
Брату, блеском на воде
Голубым платком, сестре

В дом, в который ты уходишь
Не родною ты приходишь
Там и мать тебе чужая
Не такая, как родная
Редко добрый даст наказ
Алмазом режет ее глаз
Будешь ты у свекра дрянью
У свекрови будешь рванью
Порогом деверь назовет
Чудовищем золовка обзовет

Лишь тогда б тебя ценили
Лишь тогда б тебя хвалили
Если б ты как пар взлетала
Дымом легким подлетала
Листиком порхать решила
Точно искорка спешила

Но ты как птичка не летаешь
Точно листик не порхаешь
Искоркой не поспешаешь
Дымом легким не взлетаешь

Ты неужели не поняла
Что теперь ты променяла
Своего отца родного
На чужого свекра злого
Променяла мать родную
На свекровь уж очень злую
Братьев на деверей жестоких
Ты сестер сменила кротких
На насмешливых золовок
Уколы чьи больней иголок
Полотняные постели
Белоснежнее метели
На очаг, сажей покрытый
И в избе давно забытый
Воду чистую из песен
На густую грязь и плесень
Берега с песочком чистым
У реки с теченьем быстрым
На болота с грязью черной
И с глубиною их бездонной
Рощи милые сменила
Где ты время проводила
На пустынные пространства
Калевы, отца их царства
Холмик ягодный сменила
Где девицей ты бродила
Ты на пожниво сухое
От того колюче-злое

Иль ты девица считала
Иль ты курочка мечтала
Что постоянные заботы
Бесконечные работы
С этой ночи знать не будешь
Враз о них ты позабудешь
Когда с милым ляжешь спать
На супружескую кровать

Но сон твой быстро отойдет
Наслажденье промелькнет
И ждать должна ты груз забот
Ударов тяжких от работ
Будут частые печали
Что нет того, о чем мечтали
Тосковать всегда ты будешь
Никогда ты не забудешь
Когда платка не одевала
И печали ты не знала
Покрывала не одевала
И заботы ты не знала
Груз печалей и забот
Головной платок несет
Только горе лен приносит
Только скорбь, тому кто носит

Что такое дева в доме!
Она то в отцовском доме
Что во дворце живущий царь
Властелин и государь

Жизнь невестки много хуже
И живет она при муже
Словно пленник прозябает
Только стражей не хватает
Вот невестка потрудилась
И всем телом утомилась
Градом пот уже катится
По лбу пеной он струится
Мокрым платье ее стало
Время отдохнуть настало
Но ее в огонь погонят
В пламя страшное прогонят
Прямо в пекло ее шлют
Отдыхать ей не дают

Чтоб тебя там не гнобили
Трудом тяжелым не убили
У быстрой семги возьми ума
Думать будешь как она
Язык ершиный обретай
И им себя ты защищай
Мысли у окуня возьми
Научат хитрости они
Рот и брюхо у плотицы
Мудрость же у черной птицы

Я сама не поняла
Мать мне тоже не сказала
Девять дочерей не знали
Что в доме с нею проживали
Как появился твой мучитель
Угнетатель, повелитель
Тот обжора, где родился
Где на свет он появился
Кости гложет, мясо жрет
Волосы не бережет
Свободно их он распускает
Весенний ветер пусть играет

Плачь, девица молодая
Плачь сильней, моя родная
Слезами руки ты облей
Горьких пригоршни налей
Полей землю во дворе
Пол, как дождик в сентябре
Плач, пока все не зальет
И сквозь щели потечёт

Ты плакать только начала
И знать того ты не могла
Что слез ручьями изольешься
Как домой к себе вернешься
Вот завоешь ты тогда
В дом ты свой войдешь когда
И увидишь, как родные
Тобой оставленные и живые
Давно мертвые лежат
И лишь псы о них скорбят!

Увидишь мертвого отца
Возле бани у крыльца
Седой старик главой поник
А в руках холодных веник

Увидишь без дыханья мать
Под навесом будет лежать
И ее белую повязку
А в руках соломы связку

Увидишь брата своего
Смерть на улице нашла его
Упавшим там он и лежит
Глаза закрыты, словно спит

И сестриц своих любимых
Нежных, ласковых, красивых
Как лежат среди дороги
Где смерть скрючила им ноги
Лежат и будто отдыхают
И вальки в руках сжимают

Песнь 4.
Невеста плачет.

Дева тяжело вздохнула
Нервно воздуха глотнула
Горько плакать она стала
Обильно слезы проливала
Слезами руки обливает
Полны пригоршни наливает
Двор отцовский оросила
Полы прудами уж залила
Воет, жалобно скулит
И сквозь слезы говорит:

Сестрицы, милые, родные
Подруги жизни дорогие
Вместе вы со мной играли
И теперь делюсь я с вами:
Постигнуть не могу никак
Что ж угнетает меня так
Так кручина подавляет
Отчего печаль терзает
Отчего тоска так крючит
Отчего забота мучит
Так ли думала, гадала
И того ли в жизни ждала?
Я кукушкой быть желала
Кликать по холмам мечтала
В молодые свои дни
Но вот закончились они
Не кукушкою я стала
Как о том всегда мечтала
Я точно уточка от горя
Что на волнах далеких моря
Плывет одна, сама себе
И мерзнет в ледяной воде

Мать, отец, мои родные
Вы сейчас мне как чужие
Вы куда меня ведете
В плен кому вы отдаете
Что слезы проливаю я
Что мучаюсь печалью я
Что забот имею море
Что терплю такое горе!

Матушка, моя родная
Ты родила любви не зная?
Грудь с тоскою мне давала?
Иль колоду ты качала
Или камешек купала
А не дочку умывала
Для заботы бесконечной
И для горести сердечной?

Может, кто-нибудь мне скажет
Может кто-то мне укажет
Что все выдумала я
Дурная мысль гложет меня
Что нет у меня забот и печали
Что это глупость, вы сказали!

Люди добрые, молчите
Так, милые, не говорите
Забот ведь больше у меня
Чем в водопаде камня
На топком месте ивняка
В лесу сосновом вереска
Не может их и лошадь увезти
Дуга сломается в пути
Хомут от тяжести порвется
И сердце вот-вот разорвется

Песнь 5.
Невесту утешают.

На полу ребенок сидел
У печи, малютка запел:
Отчего ты дева страдаешь
Отчего так горько рыдаешь?
Оставь заботы ты коням
Кручину черным меринам
Горе им ты передай
И печаль свою отдай!
Крепче головы у них
Кости попрочней твоих
На шеи тяжесть берут смело
И у них сильнее тело

И зачем тебе рыдать
И к чему тебе страдать
Не ведут тебя в трясину
Не заманивают в тину
Ни на брег стремнины водной
От равнины плодородной
К полям богатым идешь дива
Из жилищ, где много пива
В дом, где больше его там
Посмотри по сторонам
Рядом муж с тобой стоит
Покой твой зорко сторожит
Светел рядом он с тобой
И до чего ж хорош собой
А вот его прекрасный конь
Сильный, быстрый, как огонь
Упряжь мастер изготовил ей
Нет второй в Калеве всей
Резво рябчики порхают
На изгиб дуги взлетают
Весело дрозды снуют
В ремнях сбруи что поют
Шесть кукушек веселятся
Заставляют всех смеяться
Кукушки золотом сверкают
Хомут коня собой венчают
Птичек синих семь расселись
Впереди саней распелись

Без забот живи девица
И как раненая птица
Матери своей не плачься
Не страдай, и не печалься
Не идешь для жизни худшей
А идешь для жизни лучшей
Рядом с этим кузнецом
Полога небес творцом
Ты к устам того стремишься
В могучие объятья мчишься
Того, кто поле змей вспахал
Волка седого Маналы связал
Туонелы опасной пса реки
Рвал с орлом он на куски

Из мужей, твой лучший самый
Он герой известный славный
При деле лук его всегда
Колчан не виснет никогда
На гвозде им позабытый
Он охотник знаменитый
Собаки дома не лежат
И на своих подстилках спят
Вот уж трижды он весной
Самой раннею порой
При огне сам поднимался
И меж сучьев пробуждался
Трижды этой он весной
Очи мыл свои росой
Щеткой ветки ему были
Сучья гребешком служили

По лесу у него гуляют
И все больше возрастают
Стада огромные рогатых
И тыщи выменем богатых
Вершинами они проходят
А потом в долину сходят

Там море хлеба на полях
Запасов много в деревнях
Пашни в лесах ольховых
Ждут посевов новых
Ячмень по ручьям богатый
Овес меж утесов знатный
По прибрежьям рек пшеница
Красуется как молодица
Денег груды, считать лень
Монеты, мелкий там щебень

Руна 23.

Песнь 1.
Невесту учат и дают советы, как она должна жить замужем.

А запуганная невеста
Не находит себе места
Как с крылом подбитым птица
Мечется в избе девица
Голос малыша не слышит
Сомлела вся и еле дышит

Кто же девушке поможет
Совет мудрый дать ей сможет
Кто как жить ее наставит
Горести забыть заставит?

Осмотар все усмотрела
И на помощь подоспела
Ту девицу вразумляет
И как жить ей, поучает
Желанной в доме мужа быть
С похвалою как прожить
У свекрови строгой
Как ей стать подмогой:

Ты невеста, ты, сестрица
Испугалась зря, девица
Молодой отросток нежный
Дам совет я обережный
Ты послушай, что скажу
Повторяясь, расскажу!

Вот уходишь, ты цветочек
В незнакомый уголочек
С покрытою платком головкой
Словно нитка за иголкой
Как цветок тебя сорвали
Или ягодой забрали
Из прославленного дома
Где с пылинками знакома
Где ты птичкою жила
Пела вдоволь и цвела
В дом чужой, в семью чужую
Там ты жизнь найдешь другую
Все в чужом доме по-иному
Все в хозяйстве по-другому

Как войдешь ты в дом чужой
Думай прежде головой
Как работу начинать
Как вести ее, кончать
А не так, как ты на воле
Как у матери на поле
Пела целый день на травке
Да веселилась на лужайке

Этот дом ты покидаешь
Забери, что пожелаешь
Но три вещи оставь дома
Ты с ними хорошо знакома:
Сны свои дневной порой
Ласку матери родной
Масло свежее в бочонке
Что так нравилось девчонке!

Ты оставь мешок со снами
Девушкам, что живут с вами
В горнице, где светят свечки
На краю широкой печки!

На край лавки пенье брось
Песни к окнам ты отбрось

Брось девичество метле
Шалость брось печной скамье
Шум – к оборкам одеяла
На котором ты скакала

Лень свою на пол бросай
Иль подруге отдавай
Забросит пусть ее в кусты
В роще, где они густы

К новым нравам привыкай
Родных ласку забывай!

Там, тебя чтобы ласкали
Во всем доме уважали
Поклоны ниже делать знай
Слова получше расточай
Свекру, он старик седой
И свекрови, весьма злой
Деверю, что пышет злом
Золовке, с острым языком

Ты всю жизнь себя блюди
Кривой дорожкой не ходи
Нечистых нравов опасайся
В чистоте своей купайся
Нравы чистые там ценят
И по ним они всех мерят
Муж твой нрав будет пытать
Достоинства лучшие искать

По хозяйству важны знанья
Когда у мужа нет призванья
Содержать в порядке дом
А думать только об ином
Порядок в доме наведи
Усердной себя утверди
Там усердных очень любят
За него и приголубят

Свекор волком пусть глядит
Свекровь медведицей ворчит
Хоть змеею деверь вьется
Занозой золовка вопьется
Им еще ниже поклонись
До самой земли склонись
Даже ниже, чем дорогим
Матери с отцом своим

Умом мудрым прирастай
Быстрый разум развивай
Будь во всем благоразумной
Благодетельной и умной

Под вечер зоркий глаз иметь
Чтоб без огня работу видеть

Иметь под утро острый слух
Слышать, как кричит петух
И лишь успел он прокричать
Ты должна, молодка, встать
Старики еще пусть спят
Пусть спокойный сон продлят

Коль петух тот занедужит
Месяц петухом послужит

Почаще ты во двор ступай
Глаза к небу поднимай
От звезд советы принимать
По ним время узнавать
Коль Медведицы голова
К югу дальнему легла
А хвост к северу стремится
Знать пора и пробудиться
С ложа мужнего вставать
Его объятья покидать

В печке искорку найдешь
Ею поленья подожжешь
И в них раздуй огонь легко
Чтоб не шел он далеко

Искорки коль не найдешь
К мужу споро подойдешь
Того красавца растолкай
И свою просьбу передай:
Дай огня супруг мой милый
Дай мне искорку, любимый!

Как получишь кремня кусок
Вместе с ним труту пучок
Огонь поспешно выбивай
В печи поленья поджигай

Подожги в скобе лучину
Иди в хлев кормить скотину

Телка там свекрови ждет
Свекра лошадь уже ржет
Корова деверя мычит
Золовки теленочек кричит
Чтоб скорее сена дали
Клевера бы им подали

В загон пройди ты нагибаясь
Во двор к скотине наклоняясь
Коров с любовью накорми
Овец с уменьем покорми!
Коровам солому бросай
Телятам – пойла подай
Нежных стеблей жеребятам
Сена мягкого ягнятам!
На свиней не натыкайся
С поросенком не толкайся
Кормушку свиньям ты подай
Корыто поросятам дай!

Не вздумай в хлеве отдыхать
Тем более, там засыпать!
Загоном скотным как прошла
И скотину осмотрела
Метелью поспеши домой
Дела скопились там горой!

Там уже ребенок плачет
Кричит и из пеленок скачет
Еще не может он сказать
Начал почему кричать
То ли он проголодался
То ли холода набрался
Иль пора менять пеленку
В нее сходившему ребенку
Или мать свою зовет
Без нее он пропадет

Когда в покои ты войдёшь
И трех подружек приведешь
На руке ведро с водой
Свежий веник под другой
А во рту твоем лучина
В общем целая дружина
Почище с пола сор смети
Ты доски пола подмети
А затем водой полей
Ребенка только не облей!

Если на полу дитя сидит
Жалко плачет и скулит
Пусть золовкино оно
Его жалей ты все равно
На лавку посади его
Погладь головку у него
Вытри глазки, обними
Кусочком хлеба накорми
И масла ты не пожалей
Чтоб малышу было вкусней
А коли хлеба нет в дому
Хоть щепку в руки дай ему!

Не забудь, в конце недели
Столы мыть, чтобы блестели
Сверху, сбоку, ты их мой
Ножки начисто промой!

Скамьи водою обливай
Как нужно стены обметай
Все скамейки, как одну
Стены дома все в длину!

Там, где пыли нанесло
По окошкам разнесло
Крылом легко ее сметай
И мокрой тряпкой протирай
Чтобы пыль не разошлася
К потолку б не поднялася!

Сажу с потолка смети
Печку также обмети
Очисти ты у печки столб
И шесток был чистый чтоб
Пусть похожим на жилье
Станет жилище твое!

И еще скажу тебе
Важное в твоей судьбе!

Без сарафана не ходи
Без сорочки не броди
Не ходи и без платков
Не ходи без башмаков!
Мужу это неприятно
Будь одетою опрятно!

Рябины на дворе охраняй
Они тебе помогут, это знай
Плоды не простые у ней
Знают все о жизни твоей
Через них ты и узнаешь
По вкусу ты ли проживаешь
По желанию ль супруга
Милого своего друга

Ушами слушай, как мышонок
Бегай быстро, как зайчонок
Затылок юный наклоняй
Шею атласную сгибай
Как черемухи верхушка
Или вереска макушка!

Будь внимательна всегда
В доме ходишь ты когда
Чтоб случайно не упала
Ничего не поломала
Чтоб у печки не споткнулась
О свое платье не запнулась
Не наткнулась на постель
Не прищемила б ногу дверь!

Деверь вот придет домой
Был на пашне, весь сырой
Золовка из овина прибежит
Пот ручьем по ней бежит
От сохи супруг подойдет
Пар от милого идет
С водою ковшик поднеси
И полотенце принеси
Их подавай с поклоном
С полным ласки словом!

А свекровь к избе пойдет
С мукою короб принесет
Беги навстречу, не ленись
Еще ниже поклонись
Короб из рук ее возьми
И в покои отнеси!

Если ж ты сама не знаешь
И сама не понимаешь
За какое дело взяться
И во что сейчас впрягаться
У старухи ты спроси
Ее совета испроси:
Ах, свекровушка родная!
Ты ответь мне дорогая
Мне за что теперь приняться
За какую работу взяться?

И свекровь тебе расскажет
Какую работу делать скажет:
Вот за что тебе приняться
И за какую работу взяться:
Жернов в движенье приведи
Зерно им тонко разотри
Водицы свежей принеси
Покруче тесто замеси
Поленьев принеси сухих
В горнило печи положи их
Чтобы жар там появился
Под печной бы накалился
Напеки на нем хлебов
Гору толстых пирогов
Всю посуду для еды
И сосуды для воды
Мой прилежно, протирай
И сушиться оставляй

Свекрови выслушав наказ
Работать начинай тотчас!

С зерном вначале справься
В чулан молоть отправься!
Зерно в амбаре ты возьмешь
А когда молоть начнешь
То не пой, не веселись
В тишине себе трудись
Во всю глотку не кричи
Мели зерно ты и молчи
Пусть у камня ручка поет
А дыра его шум издает
Не пыхти, коль силы край
Пока мелешь, не вздыхай
Чтоб не думала свекровь
Свекор бы не хмурил бровь
Что от досады ты страдаешь
Что от злости ты вздыхаешь!

Муку просеешь, в дом неси
Ее на крышке отнеси
Тесто замеси прилежно
Без сухих комочков, нежно!
И пеки хлеб с пирогами
Чтобы в рот просились сами

Когда пойдешь ты за водой
Возьми тогда ушат с собой
На плечо его поставь
Да черпалку не оставь
Ею воду набирай
Ушат до края наполняй
И отнеси его домой
С тебе присущей красотой

Но торопись дева домой
Как легкий ветерок весной
У колодца не засидись
У ключа не задержись
Чтоб не думала свекровь
Свекор бы не хмурил бровь
Что любуешься собою
Отраженная водою!

К куче пойдешь дровяной
Набрать поленьев там домой
То бери не выбирай
И осину забирай
Только тихо их бери
Шума там не подними
Чтоб не думала свекровь
Свекор бы не хмурил бровь
Что от злости их бросаешь
Шум от досады поднимаешь!

А когда в амбар пойдешь
Муки оттуда принесешь
Ты в амбаре не отдыхай
В дом ты долго не шагай
Чтоб не думала свекровь
Свекор бы не хмурил бровь
Что муку ты расточаешь
В деревне женщин одаряешь

Мыть. когда пойдешь посуду
Выскобли ее повсюду
Ручки у горшочков мой
И у ложек их промой
Чашки, когда будешь мыть
Не забудь края отмыть
Сбоку тоже их обмой
Горячей чистою водой

Ложки эти береги
Горшочки эти стереги
Чтоб собака не стащила
Птица б не расколотила
Кошка их бы не взяла
Детвора б не унесла
Ведь в деревне много их
Маленьких голов лихих
Что горшки твои возьмут
Или ложки унесут

Подойдет помыться время
С тела снять заботы бремя
Воды в баню наноси
Веник банный принеси
Каменку нагрей сильней
Веник кипятком залей
А как уйдет из бани гарь
Веником себя попарь
Да не долго наслаждайся
Долго в бане не оставайся
Чтоб не думала свекровь
Свекор бы не хмурил бровь
Что ты в бане разлеглась
На полке ты развалилась!

Как из бани ты придешь
В избу славную войдешь
Свекра в баню пригласи
Нежным голосом проси:
Ах ты, добрый свекор мой!
Тебя ждет в бане пар живой
Вода, веники, готовы
И полки чисты, как новы
Ты пойди, вдоволь попарься
Сколько хочешь обливайся
Жар я буду прибавлять
И под полками там стоять!

А как прясть пора настанет
Время ткать тебя застанет
Ты в деревне не рыщи
В домах пяльцев не ищи
Не ищи искусства там
И советов по дворам
Берда крепкого у чужих
Пряди нитки на своих
Шерсть закручивай слабее
А льна нитки посильнее
В клубок покрепче их мотай
Их на воробы намотай
А с вороб на вьюшки вей
Основу на навой навей!
Станком двигай ты быстрее
Бердом ударяй сильнее
Натки сукна ты полотном
Чтоб кафтаны сшить потом
Платьев шерстяных наделай
Из охлопков шерсти сделай
От ягнят и от овечки
Что пригрелись там у печки
Из бараньей мягкой шерсти!
Тогда дождешься ты и лести

Сестрица, слушай и внимай
Хорошо запоминай!

Станешь ты ячмень варить
Чтоб сладкий солод сотворить
Для гостей напитка головного
Пива сладкого, хмельного
Ячмень, прежде, перебери
Лучших зерен набери
Да смотри не пережги
Лишь полполена ты сожги!
На вкус солод проверяй
Лопатой, сечкой не мешай
Мешай его рукой своей
Ладошкой маленькой твоей
В бане будет он стоять
Чаще его надо проверять
Не испортить чтоб затвора
Чтобы кошек местных свора
Там не садилась, не спала
Баня б чистою была
Днем и ночью проверяй
В баню смело ты шагай
Трогать зверь тебя не станет
Даже если ночь настанет

Когда к вам в гости кто придет
В дом через порог шагнет
Будь приветлива ты с ним
Дружелюбием согрей своим
Ты за стол его сажай
Своею речью угощай
Стол покуда накрывают
Разной снедью заставляют
В хорошем доме есть запас
Для гостей его припас
Мяса лишние кусочки
Пироги и пирожочки
Мед, который можно пить
Пиво, чтоб усы смочить

Будет гость тот уходить
На двор не надо выходить
До порога проводи
И назад, к мужу иди
Чтобы он не рассердился
Чтоб любезный не гневился

Коль придет тебе желанье
Пойти в деревню на свиданье
К невесткам своим дорогим
Или к женщинам другим
Не ходи без позволенья
Милого мужа разрешенья

В деревне, за собой следи
Речи умные веди
И там свой дом ты не кори
Своей свекрови не брани!
Там тебя невестки спросят
Женщины ответ попросят:
Что, свекровь масла давала
Как мать родная подавала?
Не смей им прямо отвечать
Что масла не дают, сказать!
Скажи, по маслу не скучаешь
Ложку его всегда получаешь
Хотя б ты ела один раз
Прошлогодний взяв запас

Слушай дальше ты меня
Что еще тебе скажу я!

Ты вот из дому уходишь
В дом чужой уже заходишь
Мать родную не забывай
Огорчать ее не вздумай!
Ведь жизнь она тебе дала
Молоком груди вскормила
Редко по ночам спала
Покушать часто не могла
Дитятко свое качая
Свою малютку усыпляя

Кто родную мать забудет
Огорчать голубку будет
К Мане не добром сойдет
Не с миром к Туони снидет
За то, у Маны, воздадут
В жилище с аспидом пошлют
Коль родную мать забыла
И при жизни огорчила
Дочки Туони там скажут
Пальцем на тебя укажут:
Как родную ты забыла
Мать при жизни огорчила?
Она ведь трудилась тяжело
Носила тяжесть нелегко
В час, когда в бане лежала
И от боли все стонала
Распростершись на соломе
Стон тот слышали и в доме
Бытие тебе давала
Там тебя на свет рожала!

Песнь 2.
Старая нищенка рассказывает о своей жизни, как она была девушкой, как была замужем и как ушла от мужа.

На полу сидит старуха
Ее лохмотья, как перья пуха
В деревне знает все пороги
Всех людей и все дороги
Нищенка сидит, бормочет
Тоже, совет дать хочет:

Плакались, петух супруге
Курочка своей подруге
Голубь голубке молодой
Как тяжело им жить порой
Но поплакаться мне нужно
А они молчали б дружно
Они живут в домах красивых
И на лоне у любимых
Я ж, бездомная, скитаюсь
Крошкой хлеба я питаюсь
Меня презренье давит бремя
Без любви живу все время

Сестра, ты выслушай меня
Про жизнь свою, расскажу я!

К мужу в дом идешь теперь
Но не надо, мне поверь
Мне несчастной уподобясь
Перед своим мужем горбясь
Его прихоти исполнять
Его нраву угождать
Быть послушной, как прислуга
Сердцу гордого супруга!

Я цветочком распускалась
Облачком я поднималась
Юным прутиком кверху шла
Стройною девицей вышла
Ягодкой меня все звали
Золотом меня прозвали
Уточкой отца была
Гусенком матери слыла
Брата птичкой водяной
Зябликом сестры родной
Как цветок дорогой шла
Как малина я росла
Шумела я на берегах
Качалась в полевых цветах
По долинам распевала
На холмах я куковала
По лесочкам я носилась
В каждой роще веселилась

Нюх лису в капкан заводит
Язычок хорька приводит
В дом чужой мечта сманила
К мужу меня заманила

Так уж девица создана
Так уж вынянчена она
Быть при муже ей женой
Рабыней у свекрови злой

Шла, малинка, в край другой
Вишней шла к воде чужой
Чтоб глумились надо мной
На погибель в дом чужой

Дуб меня не отпускал
И дорогою хватал
И береза веткой била
Чтоб туда я не ходила
Ольха меня не пропускала
Сучьями всю искусала
Но все же я туда дошла
И женой в тот дом вошла
Меня в жилище привели
И к свекрови подвели

Когда туда я отправлялась
Своей мечтою управляясь
Мне про дом тот сладко пели
Шесть покоев там из ели
Чуланов вдвое больше там
Амбары у леса по краям
У выгона цветы цветут
По полям овсы растут
У ручья ячмень стоит
А обмолоченный лежит
И в амбарах его тучи
Рядом, немолоченного кучи
Сотни денег в сундуках
Сотни новых ждут впотьмах

И я по глупости пошла
Я глупо руку отдала
Дом на подпорках там висит
На семи столбах стоит
Там поляны без цветов
Рощи не дают там кров
Грусть царит во всех лесах
И злоба прячется в кустах
Запасы в закромах скудные
Другие, вовсе стоят пустые
Да сотня слов произнесенных
Столько же мне припасенных

Но я о том не горевала
С честью жить и так желала
Я себе почета ждала
Я добра себе искала

Меня в покои привели
Света так и не зажгли
Я щепок начала искать
Чтобы свет в покои дать
Лбом на двери налетела
Головой косяк задела
А при дверях глаза чужие
Очи мрачные и злые
С пола взглядами косят
И недоброе сулят
Свекра рот огнем пылает
С языка пожар слетает

И о том не горевала
Как-нибудь прожить мечтала
В милости быть непременно
И держать себя смиренно

Я как заяц там скакала
Ранним-рано я вставала
Горностаем я кружилась
Поздно на покой ложилась
Но снисхожденья я не знала
Чести там не получала
Хоть бы горы я катала
Скалы пополам ломала

Молола я муку с трудом
Обливаясь липким потом
Терла зерна жерновами
Онемевшими руками
Чтоб свекровь их поедала
Горлом огненным глотала
Из посуды золоченой
Вместе с семгой запеченной
Усевшись в конце стола
Словно в доме одна жила

Звезд я не хватала с неба
Вдосталь с камушками хлеба
Я невесткою поела
С голода чуть не сомлела
Печка мне столом была
Черпалку ложкою звала

Я, невесткой, в доме том
Часто, неженка, тайком
Свежий мох с болот носила
Из него я хлеб лепила
И в печи себе пекла
Слова злого не рекла
Из ключа воду носила
Из ковша себя поила
В зыбкой лодочке качаясь
Прямо к сетке нагибаясь
Ела рыбок я, бедняжка
Корюшку, ну как дворняжка
Свекровь рыбы не давала
За хлеб болотный попрекала

Летом я колосья жала
А зимой навоз таскала
Как поденщица какая
Как рабыня нанятая
Постоянно угнетали
У свекрови мне давали
Цеп, как можно подлинней
Трепало других потяжелей
Валек, который не поднять
Большие вилы, стог метать

Никто не думал, что по стану
Я слаба, и что устану
Даже у героев руки немеют
Жеребцы и те слабеют

Так я, бедная страдала
Но все работы исполняла
Я в своем поту купалась
А отдыхая, направлялась
Печь топить, пора, я знаю
А там в пекло попадаю

За веселость поносили
Злые языки бранили
Добрый нрав мой обсуждали
Имя доброе пятнали
В гневе бешеном своем
Мне на голову дождем
Лили бранные слова
От них болела голова
Словно искрами метали
Железным градом посыпали

Но я в отчаяние не впадала
Так бы и дальше проживала
Свекрови злобной помогать
У огненного горла ждать
Вот, что дух мой унесло
Большое горе принесло
В волка муж мой обратился
В медведя злого превратился
Он отвернулся от меня
Его бояться стала я!

Тут-то я уж плакать стала
И в амбаре размышляла
Былые вспоминала дни
Как хороши были они
В доме матери с отцом
На дворе его большом
Тут уж я заголосила
И в амбаре говорила:
Сумела моя родная мать
Дочку-яблоньку воспитать
Возрастить ее смогла
Тонким прутиком росла
И посадить то, посадила
Но только этим и сгубила
В нелюбезном месте мне
В невозделанной земле
У корней жестких березы
Чтоб я проливала слезы
Месяцы все горевала
От своей судьбы страдала
Я б и для лучшего сгодилась
Где получше б пригодилась
Там, где длинные дворы
И широкие полы
Где мой муж получше будет
Не обманет, не забудет

А здесь на лапоть я попала
В его лохмотьях тосковала
Тело, ворона, его
Нос вороний у него
От волка яростного рот
Другое, от медведя берет
Если б нужен был такой
Выход я б нашла простой
Я пошла б тогда на горку
И взяла с дороги елку
Ствол ольховый прихватила
Лицо из дерна бы слепила
Борода была б из мха
А из глины голова
Глазами, угли б положила
Для ушей кора б служила
Ноги, руки, пусть и тонки
Сплела б из веточек ветелки

Такую песню пела я
Сокрушенная, вздыхая
Ее любезный услыхал
За стеною он стоял!
Оттуда тотчас он пошел
И в овин чрез дверь прошел
По походке я узнала
По его шагам слыхала
Волосы его вздымались
Они от злости поднимались
Страшно он вертел глазами
Гневно скрежетал зубами
А в руках держал дубину
Срубив ясень, иль рябину
Надо мной ее занес
И по голове удар нанес

Затем вечер подоспел
Мой любезный засопел
Стал ко сну он собираться
Но скорей не спать, а драться
В руки хворостину взял
Кнут ременный с гвоздя снял
Для жены своей родной
Когда придет та на покой

Вот на отдых я пошла
Наконец заснуть хотела
Возле мужа моего
Злого мучителя своего
Давно меня он сторожил
Рядом сбоку положил
Стал толкать он кулаками
Злобно бить меня руками
Кнутом ременным колотить
Ручкою моржовой кости бить
Я с постели соскочила
И от мужа отскочила
Он сзади на меня напал
У дверей избы догнал
Рукой за волосы схватил
Вырвал их и прочь пустил

У кого ж совет искать
Мне кого на помощь звать?

Обувь мне из стали дали
Медные ремни подали
И ждала я на дворе
За стеною в темноте
Чтоб он кончил бесноваться
Зверем на меня бросаться
Но он беситься не кончает
И утихнуть не желает!

Наконец, я мерзнуть стала
Сидя там без одеяла
У стены там дома злого
За дверями неродного
Стала думать, размышлять
Сколько мне еще страдать
Безмолвно гнев его сносить
От всех презренье выносить
В жилище том Лемпо злого
В том гнезде черта дрянного

С этим домом я простилась
Где никому не полюбилась

И пошла я по полям
По болотам, по лесам
Чрез обширные потоки
Через реки и их стоки
К полям брата мне родного
Соснам леса дорогого
Но вороны закаркали там
Все сороки подняли гам:
Бродила долго ты по свету
Мест твоих здесь уже нету
Нет родителей твоих
Милых, ласковых, родных

Но тем речам я не внимала
Брата, ко двору шагала

Все поля заговорили
И с калиткой голосили:
Вот ты на родину вернулась
Только поздно обернулась
Что ж услышать хочешь ты
Здесь у родственной черты?
Давно уж умер твой отец
Мать нашла здесь свой конец
Теперь ты брату не родная
И его жена чужая

Я и этому не внимаю
В покои прямо я шагаю
За ручку двери я взялась
Та холодом отозвалась
В покои дверь та отворилась
Я в них, дрожа, остановилась
Хозяйка здороваться не стала
И руки мне не подала
Слишком гордою была
Да и меня ведь не ждала

Но и моя гордость не пропала
С ней здороваться не стала
И руки не подала ей
К печке протянув скорей
Но печь холодною стояла
И без жара остывала

На скамье мой брат лежал
Бока он к печке прижимал
На сажень сажи на плечах
И на прочих его членах
Золою голова укрыта
Грязью черною покрыта
И меня, словно чужую
Брат спросил сестру родную:
Ты откуда приключилась
Из-за моря появилась?

Я ответила ему:
Ты не узнал, но почему?
Сестры не узнаешь любимой
Дочку матери родимой?
Мать одна нас породила
Молоком одним вскормила
Дети мы единой птички
Как птенцы, у той синички!

Услыхавши, брат заплакал
Слезами он из глаз закапал

И супруге брат сказал
Своей любезной прошептал:
Принеси поесть девице
Моей единственной сестрице!
Жена глянула по-злому
Принесла мне щей из дому
Где собака жир сожрала
Соль с капусты всю слизала
Этим вдоволь напиталась
Мне ж, одна вода досталась

И супруге брат сказал
Своей любезной прошептал:
Пива принеси девице
Моей единственной сестрице!
Жена глянула по-злому
Принесла воды из дому
В ней она глаза промыла
Руки ею свои мыла

Тогда от брата я ушла
Из родного дома вышла

И пошла блуждать без дому
Там, по берегу морскому
К дверям печально подходила
Чужих людей пустить просила
Детей влекла я за собой
Бедняжек, по деревне злой
На нас злым голосом кричали
Колким словом обзывали

Много в мире есть таких
Злых, жестоких и чужих

Мало, очень мало в мире
Кто живет душою шире
Кто б добро мне подарил
Словом нежным ободрил
Кто б на печь отвел меня
Когда намокну от дождя
В платье инеем покроюсь
Или в шубе льдом укроюсь

Когда я девою была
Не помышляла никогда
Хоть бы сотни говорили
Хоть бы тысячи твердили
Что беда меня постигнет
Горе горькое настигнет
Как та беда, что мне досталась
Как то горе, в чем купалась

Руна 24.

Песнь 1.
Жениху читают наставления, как он должен обходиться с невестой, и ему велят не обращаться с нею плохо.

Ну вот, девицу научили
Красу невесту вразумили
И красноречья, Осмо дар
Обращает Осмотар
К Ильмаринену счастливцу
В жены получив девицу:
Женишок ты мой могучий
Ты из братьев самый лучший
Из детей ты всех милее
Всех приятней, красивее
Ты послушай, что скажу
О коноплянке расскажу
О птичке той, что ты поймал
В сеть свою запеленал!

Славь жених, судьбу благую
Радуйся, что получил такую
Сильней хвали что получил
Что создатель сам вручил
Дал добро он, благосклонно
Так прими его достойно!

Отца и мать благодари
Что от зари и до зари
Ее взрастили, воспитали
И в жены славному отдали!

Девица чистая собой
В союзе ясная с тобой
Белую ты обнимаешь
Статную ты охраняешь

И силы ей не занимать
Крепко рядышком стоять
Будет женушка твоя
Кладезь чистого огня
У сердца держи ее ты
Подарком сбывшейся мечты!

Умеет колосья молотить
И прекрасно сено косить
Без отдыха она стирает
Полотна ловко выбеляет
Она отлично нитки прядет
Ловко любое платье соткет
Звучно бердо у нее стучит
Как кукушка на холме кричит
Споро челночок скользит
Словно горностай бежит
У нее катушка в руках
Как у белки шишка в зубах
Деревня крепко не заснет
И вся округа не уснет
Так девица бердом стучит
Так челнок у девы шумит

Женишок, молодчик славный
Дел кузнечных самый главный
Скуй косу ты поострей
На ручку крепкую ее набей
Затем отбей косу на пне
Закаленную в огне
И ранним-рано, на заре
Когда трава еще в росе
Дева пусть косу возьмет
И с тобой на луг пройдет
Косит пусть, пока роса
Послушна ей твоя коса
Слушай сено как шумит
Трава сухая как шуршит
Под косой визжит осока
И шипит щавель от сока
Исчезают как кусточки
Как срезаются росточки!

На другой же день, дружок
Дай ей ткацкий челночок
Дай ей ниченки, бердо дай
Ткальные набилки дай
Дай ей ткацкий весь прибор
Подножку дай, на ее выбор
Да к станку ее сажай
За работой наблюдай
Бердо у девы зазвучит
Станок заходит, застучит
По всей деревне стук пойдет
Шум по округе разнесет

Женишок, мой милый брат
Осторожным будь стократ
Ты когда помчишься птицей
В санях с милою девицей
В край далекий и родной
Невесту увозя домой
Коноплянку дорогую
Курочку свою родную
Не вози ее по ямам
Не цепляй края амбарам
Углы заборов не задевай
Камни, пни, ты объезжай
Никогда отец родимый
Дочерью своей любимый
Ее к ямам не возил
Углы заборов не валил
Не летал с нею по пням
И не мчался по камням

Женишок, молодчик мой
Из героев ты герой
Не допускай, чтобы девица
Средь красавиц всех царица
По углам темным скиталась
Чтобы там она копалась!
Во владениях отца
Его любимая девица
Никогда углов не знала
Никогда в них не бывала
У окошек все сидела
И на улицу смотрела
Или в горнице стояла
Утром мать свою встречала
Ну а вечером отца
Радуя родных сердца

Птичку ты свою жалей
Холь ее ты и лелей
Не порти рук своей голубке
Не води ее ты к ступке
Траву и кору в ней толочь
И печь хлебы потом всю ночь
Кору и сено замесив
На под печи зреть положив
В доме матери и отца
Никогда краса девица
Не подходила к ступке той
Чтоб толочь траву с корой
В кадке их потом мешать
И хлеб на печке выпекать

Веди ее на поля край
Там, где богатый урожай
Пусть жнет его, зерна набьет
Им амбары пусть забьет
А из лучшего зерна
Варит пиво пусть она
Хлеба прекрасные печет
Семья довольна, ей почет

Женишок, душа родная!
Эта курочка златая
У тебя чтоб слез не знала
Тебя любила, обнимала
Коль девица заскучает
В дом родимый пожелает
В сани запряги гнедого
Быстроногого, лихого
Привези к отцу домой
К милой матери родной!

Ты, не смей, мой дорогой
С конопляночкой златой
Как с рабыней обращаться
Как с поденщицей общаться
В погреб ее не пускать
Амбары на замке держать
Никогда в отцовском доме
Не была она в неволе
С нею так не обращались
Как с рабыней не общались
Ей погреб был открыт всегда
Амбар не запирался никогда
Белый хлеб она держала
За яйцами наблюдала
За посудою следила
Что для молока и пива
На ночь погреб закрывала
А наутро открывала

Женишок, ты мой любезный
Из мужей ты самый нежный
Будешь деву ты ласкать
С лаской будут принимать
Когда ты в Похью прилетишь
Тестя с тещей навестишь
Хорошо тебя там встретят
И обнимут, и приветят
Твою лошадку отпрягут
И на конюшню отведут
Водой ее там попоят
И овсом сытным покормят

Не позорь эту девицу
Коноплянку молодицу
Не знатен будто ее род
И малочислен в нем народ
Знатен род тот был давно
Родственников там полно
Осьмину бобами засевать
Боб каждому придется дать
Ну а если лен собрать
Да на нитки растрепать
То лишь ниточка одна
Будет каждому дана

Да не вздумай ее бить
Дурно с девой поступить
Ременной плеткой поучать
Как рабу кнутом хлестать
Охать заставлять хлыстом
И плакать по углам потом!
Никогда, даже слегка
Не поднималася рука
На нее в доме отца
Где взросла твоя девица

Перед нею стань стеной
Как столб у двери родной
Свекор чтоб не смел бранить
Свекровь не смела колотить
Чтобы гости не сердили
Чтоб соседи не бранили

Чужих не слушай правил
Чтоб ты сам ее ударил
Никогда не бей ты нежной
Не наказывай любезной
Ты три года дожидался
Ее сосватать все пытался!
Ты учи, супруг, девицу
Злато яблочко, царицу
Ты советуй ей в постели
Выводи учить за двери
Год учи ее словами
А другой учи глазами
Третий топай ты ногой
Гнев показывая свой!

Слушаться ей не пристало
Если ей все горя мало
Тогда тростинку ты сорви
Хвощ на поляне собери
Поучи ее хвощом
На четвертый год, потом
Ты тростинкой ее стращай
Злаком крепким поучай
Ремнями ее на надо бить
И рано розгами учить!

Если слушаться не будет
Уроки прошлые забудет
Березку в долине подбери
Ветку-розгу домой забери
Но под шубой спрячь ее
Соседи б не узнали про нее
Ее супруге покажи
Слово грозное скажи
Но не бей, а пристыди
Поругай и отойди!

Если ж слушаться не станет
Пререкаться не перестанет
Ее ты розгой поучи
Березовой веткой проучи
Где-нибудь в углу покоя
За стеною дома стоя
Не секи ее средь луга
Поля, где видна округа
Чтоб в деревню шум не шел
К соседям крик бы не дошел
Рыданье до других домов
Та суматоха до лесов

Лишь по плечам ее стегай
Пониже спину умягчай
По глазам бить опасайся
И ушей ты не касайся

Шишки, если вскочат разом
Пятна синие под глазом
Свекровь начнет расспросы
Свекор ей задаст вопросы
На деревне все увидят
Смехом женщины обидят:
На войне, видать, была
Где-нибудь в сраженье шла
Может волк всю изодрал?
Иль медведь ее помял?
Был, видать, супруг тот волк
Ну а медведем, муженек!

Песнь 2.
Один нищий старец рассказывает, как он в свое время образумил свою жену.

Там старец на печи лежал
Свою спину прогревал
Старый тот давно живет
Вот Илмари и он совет дает:
Ты мне старому поверь
В жизнь давно открыл я дверь
Нраву супруги не поддавайся
Сладких речей ее опасайся
Иначе счастья не будет вам
Прошел я через это сам!

Все старался жене угодить
Сладко ее поить и кормить
Хлеб и мясо покупал
Масло, пиво, ей давал
Рыбы на столе стояли
Припасы в закромах стонали
Пиво в здешних странах брал
Пшеницу в далеких набирал

Но и этого ей было мало
Что не делал, раздражало

Как-то раз вошла в покой
И вцепилась в волос мой
С искаженными чертами
Вращая страшными глазами
Все вздыхала и стонала
И со злобою кричала
Дровосеком обзывала
Да болваном называла

И я пошел другой дорогой
Обратился за подмогой

Взял я ветку от березы
Прекратились тут же слезы
Меня птичкой назвала
Превратив почти в орла
Можжевеловый прутик взял
Золотым для нее стал
Высек розгой женку свою
Бросилась она на шею мою

Песнь 3.
Невеста со слезами на глазах думает о том, что теперь она должна навсегда покинуть свой любимый родной дом, и прощается со всеми.

Ну а дева все страдает
Разлуку все переживает
Стонет горькими словами
Плачет горькими слезами:
Да, близка моя разлука
И прощание, моя мука
У дверей другим она
Мне же за порог пора
Тяжело мне разлучаться
И с деревнею прощаться
С двориком, где я росла
И красоткой выросла

В годы детства я не знала
Никогда не помышляла
О разлуке с милым домом
Горло мне сжимает комом
Прощание с горой высокой
С высотою синеокой
Теперь в разлуку верю я
Чужая даль зовет меня
Пора мне, вижу, уходить
Ковш прощанья стали пить
Уж сани во дворе стоят
Наружу передком глядят
К конюшне боком повернулись
Спиною к хлеву отвернулись

Чем при разлуке я воздам
Как я буду благодарна вам?
Матери родной, за молоко
Отцу родному, за добро
Брату, за любовь ко мне
За ласковость, моей сестре?

Отец, спасибо дорогой
За всю жизнь мою родной
Что меня всегда кормил
Куски отборные дарил!
Спасибо матери родной
Что часто мучилась со мной
Что малюточку носила
Меня грудью что кормила
Что меня, дитя, качала
Сна и отдыха не знала!
Спасибо тебе братец мой
Сестре спасибо дорогой!
Родным семейства моего
Подругам детства своего!
Неразлучно с кем жила
Молодая с кем росла!

Не горюйте дорогие
Матушка, отец, родные
Не горюй высокий род
И почтенный мой народ
Не горюйте, не заботьтесь
Обо мне не беспокойтесь
Что иду в страну иную
Вам и мне совсем чужую

Ведь повсюду, каждый знает
Божье солнышко блистает
И сияет серебром
Божий месяц над двором
И сверкают в хороводе
Звезды на небесном своде
И Медведица средь них
Светом звезд семи больших
Ведь везде они, повсюду
Как ни далеко я буду
Не только там, где я жила
И красоткой выросла

Расстаться я теперь должна
С родным домом, где жила
С этой комнатой моей
Где провела я столько дней
И с болотами, с полями
И с зелеными лугами
Озера оставляю синеоки
Моря светлые потоки
Песчаный берег золотой
Где жены плещутся порой
И купаются подпаски
Весело и без опаски

Здесь болото оставляю
Его я клюкве доверяю
Поле – пахарю с сохой
Лес – для ищущих покой
Лужайки – для гуляющих
Заборы – для шагающих
Луговины – для бродящих
Эти стены – для стоящих
Двор широкий – для бегущих
Доски пола – для метущих
Пол дощатый – для опрятных
Поляны – для оленей знатных
Для рысей – чащи лесные
Для гусей – луга большие
И кустарники – для птиц
Веселили чтоб девиц

Вот ухожу теперь из дому
Удаляюсь я к иному
В руки ноченьки осенней
Да на скользкий лед весенний
Тот, что зеркалом смеется
Где следов не остается
Ни от платья на ветру
Ни от подола на снегу

Если я назад вернусь
В места родные возвращусь
Не услышит меня мать
Как я буду там страдать
Отец не услышит рыданья
Когда начну я причитанья
Над их главами слезы лить
И прощения просить
Там уже трава растет
Куст можжевеловый цветет

Если я назад вернусь
И по улице пройдусь
Меня уже на ней не встретят
Лишь подружки две приветят
Только связки у забора
Только колья в конце поля
Их вязала я, дитя
Их девицей воткнула я

Да узнает лишь корова
Что из этого я дома
Когда теленком пребывала
Я ей пить и есть давала
И здесь теперь она мычит
Как голодный зверь рычит
Уже в навозе утопает
И от холода страдает

Да любимый конь отца
Кого кормила без конца
Когда была еще девчонкой
Вездесущею и тонкой
Здесь теперь он ржет всегда
На кучах сорного двора
На полях зимы холодной
Скотиной жалкой и голодной

Да собачка не забыла
Что у брата я кормила
Когда девочкой была
Учила в глубине двора
Здесь она на кучах лает
И от голода страдает

А другие не признают
Ушедших быстро забывают
Хоть дом по-прежнему стоит
И брод тихонечко ворчит
Заливы на своих местах
И тони рыбные в сетях

Ты прощай, мое жилище
Доски, на покатой крыше
Любо было бы вернуться
И к родному прикоснуться!

Наши сени, вы прощайте
Пол дощатый сохраняйте
Любо было бы вернуться
И к родному прикоснуться!

Двор широкий мой, прощай
Ты рябины охраняй
Любо было бы вернуться
И к родному прикоснуться!

Всем поклоны на прощанье
Шлю через свое страданье:
Землице ягодной с лесами
Пастбищам моим с цветами
Вам, глубокие проливы
Вам, широкие заливы
Вам, озера с островами
И высокими холмами
Поляны, рощи сосен, вам
Всем березам и оврагам!

Песнь 4.
Ильмаринен сажает невесту в сани, отправляется в путь и приезжает домой на третий день вечером.

Пора и Илмари прощаться
В путь-дорогу отправляться

Жену на руки подхватил
Отнес и в сани усадил
Ударил он коня кнутом
И громко говорит притом:
Вы прощайте, берег моря
Край нескошенного поля
Сосны, ели и березы
Сок которых словно слезы
Ты, черемуха у дома
Что со всеми здесь знакома
Можжевельник у воды
А, на поле, ягоды
Стебли травок и кусточки
Корни елей и листочки
Вы, кора дерев могучих
И лоза у ив плакучих!

Уж сани едут со двора
Прощается с ними Похьела
Дети петь там начинают
Своей песней провожают:
Птица черная летела
Взять здесь уточку сумела
Через лес она спешила
Нашу ягодку стащила
Наше яблочко уносит
Нашу рыбочку увозит
Мало денег заплатила
Серебром ее сманила
Кто к воде теперь сведет
Тропку к речке нам найдет?
Кто ушаты понесет
С гвоздя коромысло возьмет?
Пол кто будет подметать
Его доски очищать?
Кто помоет здесь посуду?
Будет грязь теперь повсюду!

Уж Ильмаринен вдаль летит
С юной девицей спешит
Быстро мчит, мелькают долы
По прибрежью Сариолы
Мимо рощицы медвяной
По хребту горы песчаной
Камни и пески ворчат
По ним полозьями стучат
Спрятавшимися под снегом
Сани кованным железом
Скрипят подпорки из березы
Ветер выжимает слезы
Дуга черемушная пищит
Узел ивовый трещит
Оглобли громко заскрипели
И кольца звонко зазвенели

Так стремился конь домой
Что вперед летел стрелой

Скачет день, другой он скачет
Девица устала, плачет
Илмари ей руку гладит
А другой с вожжами ладит
Ногой санями управляет
Другую войлок закрывает

Третий день уже проходит
Солнце на покой уходит
И жилище, наконец
Видят дева и кузнец:
Сажа мчится полосами
Над соседними домами
Из трубы избы выходит
Тучей к небесам восходит
Дым веселый и густой
Молодых ждет дом родной

Руна 25.

Песнь 1.
Жениха, невесту и провожатых принимают в доме Ильмаринена.

А в доме Илмари все ждали
Все смотрели и гадали
Когда ж приедет, наконец
В дом родной с женой кузнец

В окно старуха так глядела
Что глазами заболела
Колени юношей устали
Что у калиток все стояли
Озябли ноги у детей
Столпившимися у дверей
Люди обувь разорвали
Когда по берегу сновали

Однажды в доме, наконец
Где вековечный жил кузнец
Шум из лесу услыхали
Сани громко застучали
И по вечерней по заре
По заснеженной земле
Видят, сани мчат стрелой
И везет их конь гнедой

Мать Ильмаринена родная
От ожидания страдая
Шум, услышав, встрепенулась
Лицом к лесу повернулась
К окну ближе наклонилась
И догадкой поделилась:
Сани сына, верно, стучат!
Из Похьелы с невестой мчат!
Возвращается домой
Ильмаринен, наш герой!

И сказала Локка мать
Уставшая сыночка ждать:
В страну родную сын въезжай
Во двор отцовский заезжай
К той избе, что предок ставил
Наследством что отцу оставил!

Вот въехали во двор отца
С невестой сани кузнеца
К той избе, что предок ставил
Наследством что отцу оставил
На дуге, скрипящей тонко
Рябчики щебечут звонко
Кукушки весело поют
На передке саней снуют
Белка скачет, веселится
По оглобле новой мчится

Добрая хозяйка мать
Вышла молодых встречать
Их приветствовать спешит
И рыдая говорит:
Хозяин новолунья ждет
Надеждой новых дел живет
Молодые солнца ждут
Весельем будущим живут
Детям, ягоды б всегда
Смоленной лодки ждет вода
Я, новолунья не ждала
Солнышка я не звала
Сына я ждала домой
С супругой юной дорогой
Утром, вечером, глядела
Уж глаза все проглядела
Думая, куда он делся
Иль с малюткой завертелся
Уж не о ней ли он хлопочет
Что домой идти не хочет?
Ведь обещал же мне родной
Что скоро будет он домой
Не успеет след остыть
Как на пороге ему быть

По утрам я выглядала
А потом весь день гадала
Уж не сани ль там скрипят
И полозьями стучат
К нам на дворик заезжают
И к избушке подъезжают?

Пусть сани из дощечек их
И конь соломенный у них
Я б те дощечки приняла
Коня б за шею обняла
Санями я бы их назвала
Коня бы лучшим я признала
Лишь бы доставили родного
Сыночка, к дому, дорогого

Так и глядела я все время
Хотя давило тяжко бремя
Ожиданья встречи с сыном
В родном доме им любимом
Тянула шею все свою
Узреть кровиночку мою
Волосы все растрепала
Уже видеть плохо стала
Мнилось мне что он приехал
И во дворик уже въехал
К дому предков подъезжает
С невестой к матери шагает

Но вот вернулся, наконец
Вековечный наш кузнец
И невеста рядом с ним
Прекрасна обликом своим
Румяны щечки у нее
И глаза блестят ее

Ах, сыночек дорогой
Долго ж ехал ты домой!
Распрягай скорей гнедого
И веди ты огневого
На траву с наших полей
На овес, что нет свежей!
Нам же дай свои поклоны
Примут их леса и долы
И деревня, и поля
И вся Калевы земля!

А как кончишь ты поклоны
Расскажи нам про препоны
Что в дороге пережил?
На чужбине как ел, жил?
Как с санями ты справлялся?
Как ты к теще направлялся?
К тестю не пришел больной
И деву не добыл войной?
Ты ворота не ломал
Жилье силою не брал
Стены дома не обрушил
Закон гостя не нарушил?
К теще ты через порог шагал?
Скамью тестя не занимал?

Но можешь ты не отвечать
Мне и так дано понять
Добыча мне о том кричит
Слава впереди тебя бежит
Что был свежим ты и смелым
Воином весьма умелым
Поле змей легко вспахал
Медведя Маналы связал
Щуку грозную убил
И Похьелу тем покорил
Как добычу взял гусенка
Под защиту взял утенка
Твои объятья, как стена
В безопасности она
Ясная, чиста собой
И покорна пред тобой!

Неправду кто сюда принес
Весть дурную всем разнес
Что жених ни с чем явился
А конь напрасно утомился?

Жених явился не один
Теперь жене он господин
Не напрасно конь трудился
Так, что потом весь покрылся
Обильной пеной весь облит
Знал кого домой он мчит
Ведь невесту он привез
Как букет цветущих роз

Краса, из санок выходи
С сиденья, добрая, сойди
Не стоит людей утруждать
И с саней тебя снимать
Лишь малыш о том хлопочет
Ну и гордый встать не хочет
Ты ж с сиденья поднимайся
Из задка саней спускайся
На дорогу выходи
На землю бурую сойди
Свиньи здесь ее ровняли
Поросята утоптали
Ягнята камни убирали
Кони гривой подметали!

Ты пройди шажком гусенка
Шагами мелкими утенка
По дороге подметенной
По поляне этой ровной
По двору свекра дорогого
Свекрови очага родного
Где работал твой супруг
Шла сестра его на луг
На порог ступи ногой
На пол в сенях стань другой
Там немножечко постой
А потом войди в покой
Чрез проделанную нишу
Под прославленную крышу

Уже зимою нам об этом
И прошедшим этим летом
Пол пророчил костяной
Что по нему пройдешь ногой
Крыша знала, что прибудешь
И под златою скоро будешь
Окна радостно галдели
Чтоб вы вместе песни пели

Уже зимою нам об этом
И прошедшим этим летом
Ручка двери все трещала
О руке твоей вещала
Что в колечках ее тронет
И в покои дверь откроет
И порог ниже склонялся
Умной девы дожидался
Двери сами отворялись
Отворяльщицу заждались

Уже зимою нам об этом
И прошедшим этим летом
Вся изба наша гудела
Твоей уборки все хотела
Пол сердился от волненья
Твоего он ждал метенья
Овины тоже все стонали
И твоей щетки ожидали

Тебя с зимы двор дожидался
И вокруг все озирался
Ждал, что соберешь лучинки
Чтоб не было там ни соринки
Амбары наши наклонялись
Тебя, родная, дожидались
Прогнулись, и давно, шесты
Повесила чтоб платья ты

С зимы дорожка ждет-пождет
Когда дева по ней пройдет
Хлев ждал помощи твоей
Хозяйкою назвав своей

Корова уже сутки ждет
Ту, кто корм ей поднесет
Лошадка ржала нам о ней
Кто утром сена подаст ей
Ягненок блеял нам о той
Кто вкусное несет с собой

Уже сутки старцы млели
У окон своих сидела
По брегу дети все шмыгали
И женщины у стен стояли
Ребята у сенных дверей
Большою стайкою своей
Все юную хозяйку ждали
Все невесту поджидали

Славься двор и древний род
На нем скопившийся народ
С ним, твои храбрые мужи
Защита Калевы межи!

Славься ты, овин, с гостями
Что пришли на встречу сами!

Слава сеням и кто зашел
Под вашу кровлю кто вошел!

Славься дом, его народ
Детишек малых хоровод!

Славься месяц серебристый!

Славься витязь наш лучистый!

Невесте слава и гостям
Что прибыли на свадьбу к нам!

Такого прежде небывало
Людьми чтоб землю закрывало
Не видели постройки рода
И столь прекрасного народа
Таких как эти, поезжан
Из ближних и далеких стран!

Женишок, мой сын прекрасный!
Развяжи ты узел красный
Платки из шелку ты сними
Свою куницу покажи!
Ту, что сватал и терпел
С любовью столько лет смотрел

Ту ли взял ты, что желал?
Ту ль кукушку ты забрал?
Ту ли взял с землицы белую?
Ту ли взял из моря свежую?

Но можешь мне не отвечать
Мне и так дано то знать
Кукушку, знаю, ты привез
Что стройнее всех берез
Что красотой своей сияет
И людей всех покоряет
Отросток самый юный взял
От кусточка оторвал
Ветку всех свежее срезал
От черемухи отрезал

На скамье сидел ребенок
И не то, чтоб из пеленок
Уже умел он говорить
И Ильмаринена спросить:
Тащишь что из мест ты мглистых?
Красоту ли пней смолистых
Стройность ли дегтярной бочки
Из полярной долгой ночки?
Что тебя так соблазнила
Хоть чуть выше мотовила
Ох, злосчастный женишок!
Ты надеждой жил, дружок
Что получишь ты девицу
Дорогую, как царицу
В сотню, в тысячу, ценой
И нет нигде другой такой
Ну вот ты и получил
Ворону род тебе вручил
Сороку ту, что на заборе
Птичье пугало на поле!
Лето прошлое без дела
Просидела твоя дева:
И чулок не навязала
И перчаток не связала!
Так ни с чем сюда явилась
Без даров тут появилась
Знать, лишь мыши в сундуке
Длинноухие в шкатулке!

Локки, Калевалы украшенье
Воспламенило возмущенье
От странной басни малыша
Она сказала, гнев глуша:
Злой, зачем ты так сказал?
Зачем бесчестно так солгал?
Пусть о другой такое скажут
Другую пусть позором вяжут
А не эту нашу деву
В славном доме королеву!
Плохо ты сейчас сказал
Видимо ты слишком мал
Словно только из пеленок
В ночь родившийся теленок
Иль щеночек однодневный
Симпатичный, но зловредный!

Хвала Илмари супруге
Лучше всех в своей округе:
Точно спелая брусничка
И на горке земляничка
Как кукушка в серебре
Точно птичка на заре
Точно пташка на рябине
Или пчелка на малине
Ни в земле немецкой нет
Не найти в эстонской след
Такой юной красоты
Нежных ручек белизны
Изгиба шеи тонкой славной
И походки такой плавной
Величавую осанку
И алмазных глаз огранку

Невеста не пустой пришла:
Шуб с собою привезла
Платьев, сколько ей угодно
И сукна у ней довольно

Девица вовсе не гуляла
Веретенцем много пряла
И работала катушкой
Своей лучшею подружкой
Не спала и не ленилась
Много пальцами трудилась
Платья свои зимой шила
А весною их белила
Их сушила теплым летом
Глянца блеск творя при этом
Простыни ее как паутинки
Подушки – мягкие снежинки
Платочки чистотой блестят
А покрывала глаза слепят

Ах ты, женушка – краса
С лицом свежим как роса
Дома славили без конца
Хорошей дочкой у отца
Будь прославленной не хуже
Нам невесткою при муже!

Заботы никогда не знай
И в печаль ты не впадай!
Не на болото ведь пришла
Не на край речушки вышла
Ты с земли богатой, дива
Из дому, где много пива
Пришла на землю что богаче
Хозяйство здесь ведут иначе
В дом, где пива много больше
Где в меру пьют его и дольше

Дева, добрая красотка!
Белокрылая лебедка!
По дороге к нам, видала?
Большие скирды замечала?
В них снопы лежат горой
Ржи запасы целой грудой?
Дому все принадлежит
Кто работает, тот сыт
Супруг твой хорошо пахал
И землю нашу засевал

Дева, добрая красотка!
Белокрылая лебедка!
Ты умела в дом приехать
Хозяйкой юною заехать
Так умей в нем и остаться
На хозяйстве расстараться!
Тут для женушки удобно
Для невестки бесподобно
На руках твоих все масло
Молоко, что так прекрасно

Хорошо здесь для девицы
Средь красавиц всех царицы
Здесь в бане широкие полки
В избе длинные скамейки
Здесь хозяин, что отец
Хозяйка, ближе всех сердец
Их, как братья, сыновья
Дочка их – сестра твоя
Когда желание тебе придет
Охота что-то съесть найдет
Отцовской рыбы из пучины
Или братниной дичины
Не у свекра их спроси
Не у деверя того проси
А проси их у супруга
У милого своего друга
Что сюда тебя доставил
И семье нашей представил!
Нет зверей в лесах богатых
В небе нету птиц крылатых
Нет и рыб в морской пучине
Чтоб по какой-либо причине
Их не смог супруг поймать
Твой муженек не мог достать

Хорошо здесь для девицы
Средь красавиц всех царицы
Не надо жернова вращать
В ступке зерна растирать
Здесь вода пшеницу мелет
Рожь потоком перемелет
Волна посуду обмывает
Пена моря очищает
Здесь прекрасная земля
Луга внизу, выше поля
А деревня, между ними
Домами славная своими
Под домами берег милый
С детства нами так любимый
А у берега водица
Та, где водяная птица
Любит плавать и нырять
Себе рыбку добывать

Песнь 2.
Гостей вдоволь угощают кушаньями и напитками. Вяйнемейнен поет и благодарит хозяина, хозяйку, свата и прочих провожатых.

Тут гостей за столы усадили
Накормили, напоили
Кусками мясо им подали
Пряников красивых дали
Дали пива из ядрицы
Браги легкой из пшеницы
Изобилие там поражало
Всем и есть, и пить, хватало
Было все на блюдах красных
На лотках собой прекрасных
Пироги лежат кусками
Масло сложено частями
Лососина там пластами
Сигов резали ножами
Из серебра, а не простыми
Лезвиями их золотыми

Лилось пиво там рекой
Мед, не купленный, а свой
Из крана пиво наливали
Через отверстье мед сливали
Пивом губы чтоб смочить
Медом мысли оживить

Но вот время пролетело
И петь песни подоспело
Кто же сможет ее спеть
Чтоб сердца людей задеть?
От кого же песни литься
Кто певцом должен явиться?
Вяйнемейнен же конечно
Что поет всем песни вечно!

Песнопевец с лавки встал
И, собравшимся, сказал:
Други-братья за столами!
Вы, богатые словами
Вы, речисто-золотые!
Вы послушайте, родные
Что сейчас я вам скажу
Своей песней расскажу!
Пение певцу – работа
Как хозяйке о доме забота
Как кукушке – кукованье
А вязальщице – вязанье
Как ткачихе платье шить
Или пряхе нить сучить

В северных краях прекрасных
Но столь бедных и несчастных
Редко гуси рядом станут
Сестры поболтать заглянут
Редко братья соберутся
У матери родной сойдутся

Но люди Лаппи ведь поют
Хоть в лаптях своих снуют
Лосиного мяса поев
Мяса грубого оленя съев
Так отчего ж и мне не спеть
И нашим людям не запеть
За едой из спелой ржи
Выпеченной из ее муки?

Люди Лаппи ведь поют
Хоть в лаптях своих снуют
Выпив ковшечек воды
И пожевав сосны коры
Так отчего ж и мне не спеть
И нашим людям не запеть
От пенящегося дива
От проваренного пива?

Люди Лаппи ведь поют
Хоть в лаптях своих снуют
На пепле лежа у костра
На черных углях очага
Так отчего ж и мне не спеть
И нашим людям не запеть
Под крышей сидя золотой
Под кровлей славною такой?

Хорошо здесь всем и ладно
Мужам и женщинам отрадно
У бочек с пивом пенным
С медком лесным отменным
Вблизи сигов что в проливах
Лососьих тоней что в заливах
Пища. где всегда бывает
И питье не иссякает

Хорошо здесь всем и ладно
Мужам и женщинам отрадно
Здесь едят не унывая
Без заботы проживая
До тех пор, пока живут
Хозяин и хозяйка тут

Песнь свою им отправляю
И за радушие прославляю!

Самый первый здесь герой
Хозяин дома, дорогой!
Его сначала буду славить
Он с отцом сумел поставить
На болоте дом большой
Для семьи своей родной
Из лесов стволы принес
Елей, сосен и берез
Балки снес он с гор крутых
Стропила из кустов густых
Доски с ягодной поляны взял
Бересту с березок снял
Мох у болота одолжил
В лучшем месте все сложил
Сколотил искусно их
С помощью мужей других
В превосходное строенье
Другим людям загляденье
Дом построен осторожно
Прочно он стоит, надежно
Сто мужей над ним трудились
Тысячи над срубом бились
Избу в жилище превращая
Ее досками обшивая

Немало хозяин потерял
Когда избу он сотворял
Волос на голове седых
Рукавичек меховых
В бурю и в вечерней мгле
Забыв их часто на скале
В непогоду, при ветрах
Оставлял на деревах
Шапку свою меховую
Крону ей задев густую
Хозяин часто то терял
То в болоте оставлял
Чулки кожаные с мехом
И босой бродил со смехом
Хозяин часто поднимался
Ранним утром собирался
На работу он спешил
Деревню тихо проходил
Оставлял шалаш дорожный
И огонь там осторожный
Глаза росою промывал
И веткой волосы чесал

И теперь он всех добрей
В покои свои набрал друзей
Певцов на лавках рассадил
Народ у окон посадил
И на полу народ шумит
За перегородкой говорит
По стенам толпой стоит
Мимо изгороди ходит
По широкому двору снует
По земле везде гуляет

Хозяину я славу воздал
Черед теперь хозяйки настал
Что пищу готовила нам
Посуду расставила по столам
Хлебов пышных напекла
И лепешек испекла
Все руками лишь своими
Пальцы легкие творили
Всех гостей она кормила
В изобилии была свинина
Хлебы прекрасные лежали
Пироги с сметаной ждали
Лезвия ножей согнулись
Стержни ихние погнулись
От голов сигов и щучьих
Крепких очень и могучих

Хозяйка добрая частенько
Поднималася раненько
Петухи еще не пели
Да и куры не галдели
Чтоб на свадьбу все устроить
Чтобы дрожжи приготовить
И сварить побольше пива
Пенного из зерен дива
Так хозяйка сотворила
Осмотрительно сварила
Напиток пенный и густой
Из ячменя земли родной
Солод в нем пахуч и сладок
И мешался он без палок
Лишь рукой его месила
В чистой бане все творила
На досках чисто помытых
Кипятком затем облитых
Беспокоилась о нем
Следила зорко ночью, днем
Чтобы зерна не росли
Не впитался дух земли
Даже в полночь приходила
В баню, солод, где хранила
Не боясь лесных зверей
Волков злобных, медведей

Вот, хозяйку я прославил
Свата бы теперь представил!
Жениху, кто оказал подмогу
Кто указывал дорогу?
Лучшим сват в деревне ходит
Счастье он в нее приводит!

Хорошо сват приоделся
В кафтан суконный он оделся
Как влитой на нем сидит
До земли подол висит
Его он тащит по пескам
Его волочит по полям

Хороша рубашка свата
Она не бедна, не богата
Ворот оловом расшит
Словно дочью Луны сшит

На чреслах пояс шерстяной
Дочью Солнца сработан самой
Дивно кольцами расшила
Когда не было огнива
В дни, когда огня не знали
И ночами тосковали

Чулки из шелка на ногах
Банты из шелка на чулках
Изукрашены подвязки
Шелковых чулок завязки
Словно золотом прошиты
Серебром они покрыты

Он в немецких башмаках
Как лысуха на брегах
Точно лебеди плывут
Иль гуси меж кустов снуют
Точно птицы в перелете
В их изумительном полете

До чего хорош собой
Златые кудри над главой
В златых косичках борода
В шлеме свата голова
До туч поднялся шлем горой
С верхушку леса вышиной
Его бесплатно не отхватишь
Марок тысячи заплатишь

Вот и свату отдал я честь
Но у него подружка есть
Теперь, буду ее славить
Слова песней о ней плавить
И откуда она взялась
Где счастливая нашлась?

Не за Таникой ль суровой
Там, за крепостью за новой
С замком гордым на скале
Как росинка на траве?

Или на Двине далекой
При воде ее широкой
При большом ее просторе
Словно уточка на море?

Нет, не там она нашлась
Она в Суоми родилась
На земле росла брусникой
На полянах земляникой
Травкой славной на полях
Золотым цветком в лугах!

Нежный у нее роток
Словно ткацкий челночок
Глазки добротой сияют
Словно звездочки мерцают
Ее височков краше нет
На море словно лунный свет

Хорошо она оделась
Подружка свата приоделась
Цепь на шее золотая
Лента на главе златая
В браслетах руки золотых
В кольцах пальчики златых
В ушах сережки золотые
На висках кружки златые
На бровках жемчуг золотой
На груди цветок златой

Думал месяц открыл окошки
Так блеснули там сережки
Думал лучик солнца сверкнул
Так ворот рубашки блеснул
Думал парус появился
Так платочек ее взвился

Вот, подружку я прославил
И к гостям я песнь направил
Посмотрю теперь на них
Хороша ль толпа пришедших
Крепки ли старики седые
Резвы ли люди молодые
Вся ль компания красива
Доброжелательна, игрива?

Всех гостей я посмотрел
Словно раньше с ними пел
Здесь такого не видали
И повторится ли едва ли
Столько славного народа
Из семей прекрасных рода
Крепких стариков седых
Настолько славных, молодых

Вся толпа в белом одета
Словно снег добавил света
Точно зорька расцветает
Час рассветный наступает

Серебра гостям немало
Да и золота хватало
На полях деньги горстями
И на улицах – мешками
Все для дорогих гостей
Ради славы свадьбы сей!

Песнь 3.
На обратном пути со свадьбы у Вяйнемейнена ломаются сани, он их чинит и едет домой.

Вяйнемейнен песни спел
Прославил тех, кого хотел
Поднял кружку, и другую
За молодых, семью большую
И скоро в санках закачался
В них домой к себе помчался

Пели сани чуть надрывно
И пел Вяйне непрерывно
Искусно песни пел мудрец
Одну, другую, наконец
Когда третью он запел
Полоз на камень налетел
Разлетелся на кусочки
На пеньке лежат брусочки
Бока у санок отвалились
И сани Вяйне развалились
Выпал старец из саней
На дорогу меж камней

Пол деревни прибежало
И помочь ему желало
Песнопевец быстро встал
И народу так сказал:
Нет ли здесь средь молодых
Средь стареющих, седых
К Туонеле кто б пошел
В царство Маны бы вошел?
Раздобыть буравчик там
Сани чтоб наладил сам
Чтоб полозья я приделал
Новое сиденье сделал!

Те ответили ему
Мудрому старцу своему:
Нет здесь среди молодых
Среди стареющих, седых
Столь отважного героя
Кто б без страха и не ноя
К Туонеле бы пошел
В жилище Маны бы вошел
Буравчик раздобыл бы там
Чтоб сани починил ты сам
Вновь устроил расписные
Выправил полозья злые
Новое сиденье сделал
Новые бруски приделал

Вяйне вздохнул и зашагал
Как когда-то слова добывал
Лодку чтоб свою достроить
Корму и мачту там устроить
И к Лоухи в Похьелу плыть
Чтоб жену себе добыть

Идет знакомою дорогой
Песни служат ему подмогой
Песню спел – вот Туонела
У которой нет предела
Песню спел – и он у Маны
Где как яд его туманы
Песню спел – и там все спят
Вяйнемейнена не видят
В жилище страшное вошел
Буравчик нужный там нашел
Взял его и песнь запел
Из тьмы подземной улетел

И вот уже у разбитых саней
Вяйне колдует песней своей
Вот напел он рощу пристойную
Ровные дубки, рябину стройную
Сани из них он построил
Сам полозья для них устроил
На бруски выбирает дерева
Из них же согнута им дуга
Теперь сани крепче прежних
Ненадежных и очень нежных

К саням привел коня гнедого
В них запрягает дорогого
В расписные сам садился
На сиденье опустился
Вожжами тронул спину коня
Тот рванул трензелями звеня

Без кнута помчал гнедой
Что есть силы мчит домой
Ко двору, где корм привычный
И овес в яслях отличный

Так Вяйне мудрый, славный
Калевалы певец главный
Приехал со свадьбы домой
И ступил на порожек родной

Руна 26.

Песнь 1.
Лемминкайнен, огорченный тем, что не был приглашен на свадьбу, решается все-таки в Похьелу, несмотря на запрещение матери и на погибель, которая, по словам матери, его ожидает в пути.

Свадьбу, когда в Похьеле затевали
Лемминкайнена не приглашали
Буйным чтоб характером своим
Веселье б не испортил им

Ахти так на острове и жил
Там поляны свои бороздил
Силой играя распахивал поле
Не зная, что ждет его вскоре

Однажды у мыса он рыбу ловил
И острым слухом шум уловил
То в деревне зашумели
На прибрежье загалдели
По льду слышит саней стук
И в лесу их слышит звук
И тут понял наш герой
В Похьеле ведь пир горой
Свадьбу люди там справляют
А его не приглашают

От злости Ахти побледнел
Зубами страшно заскрипел
Бросил все свои дела
Вскочил на лошадь, та понесла
Скачет Ахти в дом родной
К матери своей любимой
Прямо к дому подлетел
В покои, как стрела влетел
И сказал он, поспешая:
Матушка моя родная!
Дай поесть мне поскорее
Голод утолить быстрее
Баню также ты нагрей
Купанье приготовь скорей
Чтобы с тела грязь убрать
И красавцем снова стать!

Мать пищу тотчас собирает
Стол поспешно накрывает
Чтобы сын поел, попил
Голод страшный утолил
Потом баню растопила
Чтоб она грязь с сына смыла

Голодный Кауко поел, попил
Потом он в баню поспешил
В парной попарился умело
Омыл водою свое тело
Голова его как лен белела
И ярко шея заблестела

Из бани в избу он пришел
В покои торопясь прошел
И просит он старушку мать
Помощь ему оказать:
Мать, прошу, чтоб в сию пору
Ты прошла б в овин на гору
Вынь прекрасную рубашку
Кафтан крепкий на запашку
И принеси их побыстрей
Чтоб одеться мне скорей

Мать спросила его прежде:
Что за нужда в такой одежде?
Куда мне собирать тебя?
На рысь охота что ль твоя
Иль хочешь ты лося поймать
Или белок настрелять?

Лемминкайнен отвечает
И своей цели не скрывает:
Мать, дорогая ты моя!
Не буду бегать за рысью я
Не пойду и лося искать
И белок не буду стрелять
В Похьеле свадьбу справляют
Пирушку славную затевают
Хочу там вдоволь погулять
Других увидеть, себя показать!

Мать сыночку запрещает
Жена ему не позволяет
Обе громко голосят
Не ехать на пир его просят!
Мать-старушка так твердила
Убеждая его, так говорила:
Не ходи сыночек милый
В тот далекий край постылый
На пир великий в Похьелу
На свадьбу в злую Сариолу!
Ведь тебя туда не звали
Гостем быть не приглашали!

Веселясь, сын говорит:
Лишь дурак по зову мчит
Без зова молодец идет
Туда, куда его нога ведет
Есть у меня и приглашенье
Есть у меня и побужденье
Меч мой огненный зовет
Клинок, что искрами цветет!

Мать же о своем хлопочет
Удержать сыночка хочет:
Не ходил бы ты родной
В Похьелу на пир большой
Туда опасен путь герою
Там смерть грозит ему порою
Трижды она в глаза поглядит
Трижды гибелью пригрозит

Лемминкайнен ей сказал
Каукомьели тот отвечал:
Старый смерть видит всюду
И погибельность повсюду
Молодец же не боится
И ничего не устрашится
Но пусть будет, как кто хочет
Иль судьба ему пророчит
Ты скажи мне лучше мать
Где погибели мне ждать?
И как выглядят они?
Расскажи мне, не томи!

И рассказала Ахти мать
Где ему погибель ждать:
Прежде всех, сыночек мой
Вот где ждет губитель твой
В дорогу ты сейчас поедешь
Но лишь день один проедешь
Как посреди дороги той
Встреча с огненной рекой
В ней пучина огнем кипит
И скала в реке горит
На скале той холм сверкает
На холме орел пылает
Точит зубы он ночами
Когти свои точит днями
На чужих, кто там проходит
На людей, кто близко ходит

Лемминкайнен отвечает
Бесшабашный заявляет:
Так бабы могут умереть
Но не для мужа эта смерть
Средство я на то имею
Тут я справиться сумею
Чародейством сотворю я
Из ольхи с конем героя
Чтобы мимо он помчался
И взамен меня промчался
Сам я в воду тотчас войду
Быстро уткой в волны нырну
И, пока, орел его будет рвать
Зубами, когтями, кромсать
Реку я преодолею
И продолжить путь сумею
Ты скажи мне лучше мать
Где погибель еще ждать?
И как выглядит она?
И чем же так она страшна!

Мать ему и говорит:
Есть и вторая, кто спешит
Ты проедешь лишь немного
И в теченье дня второго
Ров ты огненный увидишь
Пламя рев его услышишь
Через дорогу он проходит
На запад и восток уходит
Нет начала у него
Конца не видели его
Кучи камней горячих в нем
Раскаленных глыб огнем
Там уж сотни погорели
Тысячи в огне сгорели
Были сотни те с мечами
Ну а тысячи с конями

Лемминкайнен отвечает
Как гибель отвести смекает:
Не от этого смерть мужу
Думаю и здесь я сдюжу
Знаю средство на эту беду
И тут выход себе я найду
Я снег в героя превращу
В мужа лед я обращу
Героя в пламя погоню
Его я в пекло загоню
С медным веником пойдет
С ним в ту баню и войдет
Сам стороною я скользну
И через пламя прошмыгну
Борода не обгорит
Да и кудри не подпалит
Ты скажи мне лучше мать
Где погибель еще ждать?
И как выглядит она?
И чем же так она страшна!

Отвечая, мать речет:
Такая третья гибель ждет
День в пути еще пробудешь
В узком месте, когда будешь
Ворота встретишь Похьелы
Что притаились у скалы
Волк во мраке там блуждает
Медведь жертву поджидает
Сотни там уже погибли
Тысячи героев сгибли
Отчего ж не съесть тебя
Беззащитное дитя?

Лемминкайнен отвечает
Матери он замечает:
Там можно ягненка сожрать
На части его разорвать
А не мужа, пусть дурного
Не героя, пусть плохого
Пояс мужа ведь на мне
И застежка на ремне
Героев пряжка у меня
И как спастись, то знаю я
От заколдованных зверей
Бродящих у ворот дверей
Узду накину колдовством
На морду волка я узлом
Медведя цепью спеленаю
Его в железо закатаю
Мечом своим их рассеку
На кусочки посеку
Свободно, я тогда пойду
И к своей цели я дойду

И сказала Ахти мать
Что гибель и там будет ждать:
Ах, мой храбрый молодец!
А ведь это не конец
Померкнут ужасы в пути
В Похью только лишь дойти
Ты, когда туда придешь
Страшнее чудеса найдешь!
Двор там охраняет частокол
Из железа каждый кол
Стальной стеной к небу идут
И колья-копья жертву ждут
Вместо прутьев, змеи висят
Переплелись и ядом грозят
Вместо связок, ящерицы там
Они как узлы, служат гадам
И играют все хвостами
Да вращают головами
Дол шипеньем оглашают
Головы приподнимают
И по земле они ползут
Пройти к воротам не дадут
Язык вверх приподнимают
И хвостами своими качают
Но страшнее всех одна
У входа прямо залегла
Она сама с сосну длинной
Бревно уступит толщиной
Шипит языком, пугая
Пасть раскрыла угрожая
Не кому-нибудь другому
Одному тебе, родному!

Лемминкайнен отвечает
Бесшабашный заявляет:
Пусть так дети умирают
Герои так не погибают
Чародейством змей сгоню
Гадюк оттуда изгоню
Я раз в змеиный угол пошел
Туда, где раб наш клад нашел
Там змеями все кишело
Я принялся тогда за дело
Голыми руками змей давил
Их я десятками убил
И гадюк до сотни черных
Ядовитых и проворных
Кровь змеиная струилась
По рукам она катилась
Их, на пальцах, жир остался
Тех, кто бился и кусался
Так что, я их не боюсь
Никогда не попадусь
В пасть гадюки разъяренной
Чарами моими усмиренной
Сам я гадов проучу
Подавлю и растопчу
Колдуя, змей я разгоню
С моей дороги прогоню
Двор тот Похьелы пройду
И свободно в избу войду

Лемминкайнену мать говорит:
Сердце у меня болит
Прошу тебя лишь об одном
Не ходи сынок в тот дом
В избу суровой Похьелы
В то жилище Сариолы!
Герои там не с калачами
Опоясаны мечами
От хмельного они шумны
Пьяные озлоблены
Заколдуют и убьют
Мечам огнистым предадут
Посильней тебя там были
Похрабрей тебя убили!

Лемминкайнен отвечает
И про прошлое напоминает:
В избах суровой Похьелы
В жилищах мрачных Сариолы
Немало я уже прожил
Там подвигами славу множил
Лапландцев я околдовал
Турьянцев в скалы превращал
Лось Хийси пойман мной
И лошадь с гривой огневой
Им и теперь меня не одолеть
Колдуя, заставлю их околеть
Огненным мечом побью
В куски им плечи расколю
Подбородки всем подрежу
На кусочки грудь разрежу!

Мать ему и говорит
А в глазах слеза блестит:
О, несчастный мой сынок!
Не ты ли мне давал зарок
Не ходить в страну чужую
Не искать жену другую?
Прошлое ты вспоминаешь
Но о том ты забываешь
Как в Туонелу святую упал
Реку Маны собой измерял
Черной пучины теченье
Царства мертвых владенье
Как там лежал забытый
Змеей безжалостно убитый
Мечом изрубленный на куски
Под травами святой реки!
Тебе бы и сейчас там лежать
Если б не твоя родная мать
С божьей помощью она
Пробудила тебя ото сна
Забрала потом с собой
И живым вернула домой!

Но послушай, что скажу
Еще о страшном расскажу:
Когда в Похьелу войдешь
К ее избам подойдешь
То увидишь там ограду
Новую тебе преграду
Огорожен двор столбами
С человечьими черепами
Лишь один пока стоит
Пустым концом в небо глядит
Ждет, чтобы на кол пустой
Посадили череп твой

Лемминкайнен усмехнулся
Молодец тот улыбнулся:
Лишь глупцы того боятся
Трусам страхи везде мнятся
Я ж готов лет пять, иль шесть
Все в сражениях провесть
Или целых семь сражаться
Герои битвы не страшатся
Для боя рубашку поднеси
Вооружение принеси!
Я меч отцовский подниму
Клинок я старца посмотрю
Лежал он долго в темноте
Много плакал в тесноте
Тосковал, без дела лежал
И вот черед его настал!

Рубашку боевую одевает
Клинок отцовский поднимает
Концом ударил в потолок
Потом качнул рукой клинок
Словно веткой по комарам
И сказал своим врагам:
Кто тут в Похьеле найдется
На мечах со мной сойдется?
Кто бы меч с моим померил
Глазами молча бы измерил?
Со стены он лук снимает
Крепкий, страшный, поднимает
Слова такие говорит
И такие речи молвит:
Того героем объявлю
Признавая мужем, похвалю
Кто этот лук сумеет согнуть
Тетиву на нем натянуть
Там, в избах суровой Похьелы
В жилищах мрачных Сариолы

Вот Ахти вооружение надел
И рабу своему велел:
Слушай раб, что я скажу
Сделай так, как прикажу!
Снаряди-ка скорее коня моего
Для битвы снаряди его
Чтоб я мог на пир доскакать
У людей Лемпо попировать

И послушный раб ушел
Поспешно он на двор пошел
Ретивую для боя снарядил
Красно-пламенную оснастил
Лошадь он к крыльцу подал
И пришедши, так сказал:
Приказанье я исполнил
И лошадку приготовил
У крыльца уж бьет ногой
В своей упряжке боевой
Лемминкайнену пора
Надо ехать со двора
Но одна рука толкает
Другая дома оставляет
Все же Ахти пошел к коню
Волю проявив свою

У дверей, у печки самой
Остановлен был он мамой:
Мой сыночек, мой родной
Поскорей вернись домой
Ты опора ведь моя
Дом захиреет без тебя
В Похьелу, когда придешь
На пирушку ты зайдешь
До середины кружку пей
Все оставшееся в ней
Тому, кто там похуже дай
В ней черви копошатся, знай
Змеи там на дне сосуда
Опасная для тебя посуда!

И еще ему сказала
Когда на околице провожала:
Когда там будешь ты гулять
На полсиденья лучше сядь
Полполовицы занимай
Половину же похуже дай
Тому, кто там слабей тебя
Утверждай ты там себя
Тем уважение добудешь
Истинным героем будешь
Чтобы ты толпу прошел
Под говор шумный смело шел
Героев сильных и опасных
Через множество бесстрашных!

Песнь 2.
Лемминкайнен отправляется в путь и, благодаря своим познаниям, счастливо проходит через все грозящие гибелью места.

Лемминкайнен поспешает
В сани лихо он влетает
Жемчужной плеткой бьет коня
И тот помчался, голову сломя

Шумно с Ахти вдаль летит
Трензелями громко звенит
Лишь немного он отъехал
Лишь часок всего проехал
Видит Ахти чернышей
Средь замерзших камышей
Утки быстро вверх поднялись
Коня гнедого испугались
Камыш крылами зацепили
Чуток перьев уронили
И быстро стали улетать
На дороге их оставив лежать

Поднял перья наш герой
Спрятал их в карман он свой
В дороге все случится может
Кто тогда ему поможет
Все ведь может пригодиться
Если что-то с ним случится
Всему есть место при нужде
И что поможет при беде

Снова сани Ахти мчатся
От скорости глаза слезятся
Но немного он проехал
От места чернышей отъехал
Вдруг конь зафыркал, заплутал
Словно кто-то испугал
Лемминкайнен приподнялся
Ищет, конь чего пугался
И вперед нагнувшись смотрит
И ту причину он находит

Как мать его предупреждала
Река дорогу преграждала
Пылает огнем в своем потоке
Водопад горит в протоке
Средь него скала горит
Холмик на скале стоит
А на нем орел пылает
Пламя горлом изрыгает
Огненные перья тлеют
Огненные искры сеют
Вдали он Ахти увидал
И вопрос ему задал:
Куда ты Кауко стремишься
Куда отчаянно так мчишься?

Лемминкайнен отвечает
Орлу он правду открывает:
На свадьбу в Похьелу скачу
На пирушке побывать хочу
Ты ж в сторонку отойди
Дорогу мне освободи
Дай проехать молодцу
Лемминкайнену бойцу
Тебя сторонкой обойду
Краешком я здесь проеду!

В ответ орел заклекотал
И глоткой огненной сказал:
Я тебе дорогу дам
Кауко ведь здесь же сам
Моей глоткой ты пройдешь
В горле путь себе найдешь
Дорога вот тебе куда
И мчаться должен ты туда
Долгий пир там и веселье
Бесконечное безделье

Ахти наше не растерялся
И тут же колдовать принялся
Руку он в карман сует
Перья уток достает
В комки поспешно их сбивает
Потом руками растирает
Между пальцами потер
Стаю глухарей натер
С ними рябчики явились
Ниоткуда появились
Их Ахти в пасть орлу бросает
Покормить его желает
Негоже, чтобы молодца
Съела огненная птица

Вот так, Ахти в первый день
Отвел от себя смерти тень

Едет дальше в Похьелу
На пирушку в Сариолу
Кнутом ударил он коня
Жемчугом на нем горя
Полетел конь по прямой
По дороге непростой

Но недолго конь скакал
Вдруг как вкопанный он стал
Снова лошадь испугалась
Ржала, убежать пыталась

На сиденье Ахти поднялся
И чуть-чуть вперед подался
Видит, все как говорила мать
И стоило тому внимать
Перед ним пропасть пылает
Собой дорогу отрезает
К востоку широко лежит
На запад без конца бежит
С горящими камнями она
Глыб раскаленных полна

Недолго Ахти тут томился
К Укко с просьбой обратился:
О ты, Укко, богов венец
Ты небесный наш отец
Мне тучу с севера пошли
Другую с запада пришли
С востока третью ты гони
Четвертую с юга пригони
Вместе пусть они сойдутся
Мощно друг о друга бьются
И просыпят снег большой
С копье героя вышиной
Пусть засыплет ров с камнями
С его горящими углями
С глыбами огромными
До бела раскаленными!

Услышал его верховный бог
И Лемминкайнену помог
Тучи с севера летят
С востока, с запада, спешат
Вот и с юга подлетают
Друг о друга ударяют
И посыпал снег большой
С копье героя вышиной
И засыпал ров с камнями
С его горящими углями
С глыбами огромными
До бела раскаленными

Озером та пропасть стала
Волнами забушевала
Тут же колдует Ахти герой
Устроил там мост ледяной
И на берег на другой
Скачет конь его гнедой

Так опять он в круговерти
В день второй ушел от смерти

Едет дальше в Похьелу
На пирушку в Сариолу
Кнутом ударил он коня
Жемчугом на нем горя
Полетел конь по прямой
По дороге непростой

Но недолго конь скакал
Вдруг как вкопанный он стал
Снова лошадь испугалась
Ржала, убежать пыталась

На сиденье Ахти поднялся
И чуть-чуть вперед подался
Видит, все как говорила мать
И стоило тому внимать
На воротах в Похьелу
На самом въезде в Сариолу
Волк большой стоит при входе
И медведь стоит в проходе

Ахти наш не растерялся
И тут же колдовать принялся
Руку он в карман сует
Шерсть овечью достает
В комки поспешно ее сбивает
Потом руками растирает
Между пальцами потер
Овечек стадо он натер
Ягнят немало появилось
Колдовством чудо явилось
Волки к овцам тем стремятся
Их ловить медведи мчатся

Третий раз от смерти спасся
Так как колдовством запасся

Лемминкайнен вдаль несется
Над опасностью смеется
Вот Похьелы увидел двор
Из железа там забор
Он высок, под облаками
Копья были там столбами
Змеи жердями служили
Связкой ящерицы были
И хвосты у них висели
С свистом головы шипели
Черепа вверху качались
Тех, кто тут пройти пытались

Призадумался герой
Лемминкайнен разбитной
Это – как мне мать сказала
Меня родная предупреждала
Вот забор тот самый стоит
Вниз на сто саженей вбит
На тысячу вверх потянулся
Концами копий неба коснулся
Глубоко змеи ползут
Но под забор не проползут
Птицы высоко летают
Но до вершин не долетают
Вместо прутьев, змеи висят
Переплелись и ядом грозят
Вместо связок там живут
Ящерицы, ядом что плюют

Лемминкайнен не стал ждать
Не стал веселый колдовать
Вынул меч из ножен свой
Страшный силой огневой
Рубит яростно ограду
В кусочки разломал преграду
Змей порубил и поколол
Забор железный расколол
Пять жердей его ломает
Семь шестов он подсекает

И Ахти в Похью поскакал
Уже к воротам подъезжал
Но поперек дороги к ним
Страшней того, что было с ним
Змея громадная лежала
Стоглазая ворота охраняла
Она сама в сосну длинной
Бревно уступит толщиной
Не знают счета ее жала
Глазами с решето сверкала
Язык ее с копье длиною
Что воин в бой берет с собою
В семь лодок шириной спина
А зубы, как ножей стена

Не стал герой наш прямо ехать
Мимо стоглазой той проехать
Иль тысячежальную убить
Ее мечом на куски разрубить
Понимал, если прямо ехать
В глотку змее той заехать
Мечом махать – зря силы терять
Ибо знал, не поддастся мечу она
Здесь, совсем другая сила нужна

И Лемминкайнен прокричал
К змее он крик свой обращал:
Змей, под землей проворный
Ты, Туонелы червяк черный
Ты в колосьях должен жить
Или в корнях у Лемпо быть
Иль в болотных топях спать
Или по дерну телом шуршать
Кто же мог тебя послать
И здесь ползать приказать
Извиваться у дороги
Похьи охранять пороги?
Кто высоко твой зев поднял
Кто приказ тебе отдал
Чтоб ты голову вздымала
Шею высоко держала?
Это мать, иль отец твой
Или может брат старшой
Иль меньшая то сестра
Или кто другой из рода?
Зев закрой и поникни главой
Спрячь язык огромный свой
Отодвинься чуть с дороги
Чтоб прошли коня там ноги
И скитальцу дай пройти
А лучше совсем с дороги уйти
В кустарник к Лемпо уползай
В вереск злая заползай
Удались, во мху скрывайся
И больше здесь не появляйся
Как клок из шерсти пропади
Осиновою стружкой уползи
Ты головой в траву уткнись
На холмике там затаись
Там убежище твое
Логовище и жилье
А если голову поднимешь
Град железный ею примешь
Укко стрелы свои метнет
И твою голову снесет!

Но не слушается гадюка
Жалами пугает злюка
Высоко, шипит, поднявшись
Слов героя не испугавшись
Страшный зев свой раскрывает
Голове храбреца угрожает

Лемминкайнен ей промолвил
Слово древности припомнил
Что от матери узнал
И змее он так сказал:
Коль ослушаешься слова
Не уползешь добра-здорова
То от болезни против воли
Будешь корчиться от боли
Духом смрадным разопрет
На три части разорвет!

Знаю, змей, кто мать твоя
Знаю, как родила она тебя
Знаю кто тебя творил
И твое место, что б там жил

Мать твоя ведь Сюэтар
Глубин моря злобный дар
Мать твоя в воду плевала
В волны же слюну пускала
Шесть годов она качалась
На хребте моря отсыпалась
Все шесть лет как на санях
На вздымающихся волнах
Там вода слюну тянула
По морю всему растянула
Солнце гибкость ей давало
Волной к берегу сгоняло
Где потом ее прибой
На берег выбросил родной

Там дочери творца гуляли
И слюну ту увидали
Три сестры стоят гадают
За слюною наблюдают
Из слюны что выйти может
Отец ей душу если вложит
И подарит ей глаза
Что получится тогда?

Слышит творец тот разговор
И детям говорит в укор:
Дрянь из дряни всегда выходит
Злое из отходов восходит
Если душу в них вложить
И глаза им подарить

Слова те Хийси услыхал
И дурное дело творить стал
Даровал слюне он душу
Прибой, что выбросил на сушу
Той, что Сюэтар бросала
Злая в воду, что плевала
Из слюны змея явилась
Гадюкой черной объявилась

Жизнь и цвет ей угли дали
Что в грудах Хийси пребывали
Сердце, Сюэтар вложила
И своей злобой наделила
Из пены морской кипучей
Мозги у гадюки той злющей
Из пучины водопада
Чувства изверга у гада
Голову дал боб дрянной
Чтоб пугать народ простой
Из зерна Лемпо льняного
Глаза у изверга живого
Уши, из листьев березы
Что у Лемпо проливает слезы
Рот змеи, из пряжи Сюэтар
Это ее, гадюке, особый дар
Язык от копья у гадюки той
Кейтолайнен ей дал его злой
Зуб гадюки, ядовито-отменный
То с Туонелы усик ячменный
Десны, дева ему сотворила
Дочка Маны ему их вложила
Спина змеи от ухвата печного
Их у Хийси довольно много
Из косы нечистой силы
Хвост колышется змеиный
Туони чрево гадюки создал
Для того ей свой пояс отдал

Вот, твое происхожденье
Твое местоположенье!
Житель ты подземный, черный
Туонелы червяк ты проворный
Ты в Маналу свою возвращайся
Герою скакать не мешайся
Я еду на свадьбу в Похьелу
На пир великий в Сариолу!

И стоглазая поникла
Головою жуткой сникла
Быстро уползла с дороги
В свои подземные чертоги

Лемминкайнен наш герой
Задиристый и молодой
Мчит свободно в Похьелу
Едет прямо в Сариолу
Чтоб на свадьбе погулять
И себя там показать!

Руна 27.

Песнь 1.
Лемминкайнен прибывает в Похьелу и держит себя очень заносчиво.

Пасть смертей минуя многих
После дней в дороге долгих
В Похью Ахти приезжает
К жилищу Лоухи подъезжает
Чтоб на пирушке побывать
И себя там показать

Вот, Лемминкайнен, наконец
Цветущий жизнью удалец
Незваным в этот дом заходит
И сам собой в покои входит

На середину он прошел
Из липы покачнулся пол
Загудела вся изба
Из елей хоть была сама
Здесь он вовсе распрямился
И к сидящим обратился:
Ну, здорово, вот и я!
Всем, кто приветствует меня
Здравствуй, я тогда скажу
Никому не откажу!

Слышь, хозяин Похьелы
Не найдешь ли на дворе ты
Ячменя на корм коню
А мне пива, весь горю?

Хозяин на углу стола сидел
На Ахти строго посмотрел
И ответил он ему
Незваному гостю тому:
Сделал бы, как говорю
Место бы нашел коню
И овсом бы покормил
Про тебя бы не забыл
Если б дом ты уважал
И сам сюда бы не шагал!
У дверей бы остановился
Там, где наш котел томился
Возле трех его крючков
Не делая вперед шагов

Лемминкайнен обозлился
Еще больше распалился
Кудрями льняными покачал
И хозяину дома прокричал:
Сам Лемпо пусть сюда придет
И у дверей приглашения ждет
Сажей пусть покроется весь
И постоит он в пятнах здесь!
Никогда родной отец
Никогда мой милый старец
У входа в избу не стоял
Его стропила не подпирал
Имел он место за столом
Постоянное, притом
Коню в стойле место было
Что овсом его кормило
Имел отец и угол свой
В избе отдельной, гостевой
Где он дневал и ночевал
К тебе, когда он приезжал
Где мог перчатки положить
Одежду, обувь, просушить
Мечи повесить на стене
Отчего ж нет места мне?

Подальше в избу он прошел
К концу стола уж подошел
И, продолжая все сердиться
На край скамьи уже садится
Та заскрипела, содрогнулась
Сосновая дугой прогнулась
Лемминкайнен все ворчит
Сел и гневно говорит:
Видать некстати я пришел
Видать зря я к вам зашел
Почему-то меня ругают
Как собаки злые лают
Ни о чем меня не спросят
Как гостю пива не приносят

Ильпотар, хозяйка сама
Ему сказала такие слова:
О ты, Ахти, юная кость
Ты не смотришься как гость!
Ты ищешь головы моей
Виски раскроить рукой своей!
В ячмене пока здесь пиво
Не хмельное, не игриво
А ячмень пока лишь солод
Но и он пока что молод
Тебе б вчера сюда приехать
Иль хоть завтра бы заехать

Лемминкайнен разозлился
Так, что рот перекосился
Набок волосы все сбились
И слова будто взбесились:
Значит, нет уже пирушки
Раз убрали даже кружки
Угощенья, что здесь были
Меж собою поделили
Пиво выпили и мед
Гнусный вы-таки народ!

Ну, ты, Похьелы хозяйка
Длиннозубая зазнайка!
Уж и справила ты свадьбу
По-собачьи на усадьбу
Людей звала к себе сюда
Хлебы большие испекла
Быка огромного убили
Чтоб колбаса и мясо были
Много пива наварила
Бочки медом ты залила
По шести местам сзывала
Девять дружек нанимала
Позвала убогих, бедных
Позвала людей последних
Навоз, отбросы, зазывала
Калек и нищих приглашала
Народ ты всякий собирала
И лишь меня не приглашала

За добро платят добром
Но видно то в доме другом
Скоро старая забыла
Как ячмень себе просила
Чтобы пива наготовить
Его к свадьбе приготовить
Все несли тебе в ковшах
И в твоих же закромах
Его умеренно ссыпали
Сусеки тихо наполняли
Я ж к тебе, со всей душою
Пришел с кучею большою
И ячменем сусек засыпал
Зерно отборное я сыпал
Что сам сеял, жал, сушил
Тебе на свадьбу подарил!

Зря ругаете меня
Хорошим гостем не буду я
Коль мне пива не дадут
И котел не подадут
Где наварите свинины
Но не меньше половины
И не поделитеся спальней
После той дороги дальней!

Ильпотар рабу зовет
И приказ ей отдает:
Ты, рабыня, слуга моя
Вот тебе что скажу я
В котле съестного принеси
И пива гостю поднеси!

Девчонка, юная раба
Что посуду быстро мыла
Что все ложки вытирала
Все ковши там вымывала
Пищи принесла в котле
Рыбьи головы на дне
Да обглоданные кости
От мяса, что поели гости
Увядшей репы там ботва
Да сухая корка хлеба
В кувшине пива принесла
Словно в луже набрала
Пива жидкого, дрянного
Все для гостя дорогого
Чтобы тот его попил
И свою жажду утолил

И говорит ему раба
Про кувшин, что принесла:
Если муж ты настоящий
И кувшин ты тот стоящий
Разом весь его осушишь
Уважение у нас заслужишь

В кувшин Ахти посмотрел
И гадов на его дне узрел
Ящерицы и гадюки
В клубках извиваются злюки
Лягушки рядышком плывут
И черви по краям ползут

И сказал рабе герой
Злясь от наглости такой:
В Туонелу тебя, за эту гадость
В Маналу тебя, за эту пакость
Раньше, чем месяц взойдет
Раньше, чем солнце зайдет!

И продолжил говорить
Собираясь, пиво пить:
Пиво, дрянной напиток ты
Теперь набралось срамоты
Но хоть гадючьим ты и стало
Выпить мне тебя пристало
А всю нечисть я уберу
Своим пальцем соберу
Брошу наземь, разотру
В порошок ее сотру!

Руку он в карман сует
Оттуда мешочек достает
А из мешочка вынимает
В кувшин тут же опускает
Крючок удильный, непростой
Жила от лося, сам золотой
Змей он всех там подцепил
Лягушек сотню прихватил
Ящерицы все попались
Черви на него сползались
На пол нечисть он бросает
Острый нож свой вынимает
Ее рубит, измельчает
И в порошок все растирает

Лемминкайнен выпил пиво
Да и говорит гневливо:
Видно, гость я нежеланный
И как есть не долгожданный
Раз дали напиток дрянной
Потешаясь надо мной
Лучшее не принесли
И побольше не несли
И барана не сварили
И быка мне не убили
Не забили вы вола
Пища чтобы мне была

Сам хозяин отвечал
И язвительно вопрошал:
Ты зачем сюда явился
Незваным гостем появился?

Лемминкайнен, так сказал
Ответ на его вопрос он дал:
Званый гость хорош, похоже
А незваный гость дороже
Слушай, хозяин Похьелы
Если жаден очень ты
За деньги пива мне подай
За наличные продай!

Песнь 2.
Хозяин Похьелы сердится и, не победив Лемминкайнена в искусстве заклинания, вызывает его драться на мечах.

Хозяин ответом нелепым
Обозлился, стал свирепым
Заклинаниями разразился
В избе прудочек появился
Возле Ахти, у самых ног
Перекрыв собой порог
Рассмеялся и говорит:
У ног твоих река бежит
Похлебай герой оттуда
Да без кружки или блюда

Не стал Ахти рассуждать
Сразу начал отвечать:
Не теленок я лохматый
И не бык тебе хвостатый
Чтобы на колени стать
И воду языком лакать
И Ахти сам стал колдовать
Песни петь и волхвовать
Быка, он песнями своими
Напел, с рогами золотыми
Тот всю лужу выпивал
Остатки воды с пола слизал

Похьелы сын долговязый
Противник Ахти неотвязный
Волка сотворил себе
Чтоб быка загрыз в избе

Лемминкайнен не отстал
Зайца белого создал
Перед пастью волка злого
Чтоб попрыгал он немного

Хозяин дома отвечает
Собаку чарами созидает
Чтоб та зайца растерзала
И тем героя наказала

Ахти же, ему в отместку
На стропилах сделал белку
По балкам чтоб она скакала
И собаку отвлекала

Сын Похьелы не отстает
Куницу желтую он создает
На белку сразу та напала
И на стропилах ее поймала

И герой медлить не стал
Лисицу бурую создал
Чтоб та куницу захватила
И красивую б убила

Спасаясь, хозяин в этот раз
Сделал курицу тотчас
Что б та по полу летала
И лисице бы мешала

Песни Ахти, словно сами
Явили ястреба с когтями
Что б ту курицу убить
И хозяина Похьи проучить

Хозяин Похьелы тут сдался
И Ахти угрожать принялся:
Не будет пира в избе сей
Не поубавим коль гостей
Ты, чужеземец, уходи
Мой дом покинь, освободи
Исчадье Хийси, убирайся
И никогда не возвращайся
Тварь дрянная, иди домой
Лети злоба в край родной!

Лемминкайнен отвечает
Свирепея, замечает:
Затянись ремнем потуже
Даже муж меня похуже
Не позволит никогда
Даже если и орда
С места чтоб его сгоняли
Да с сиденья прогоняли!

Тут уж хозяин Похьелы
Хватает меч свой со стены
Меч свой огненный рванул
Им злобно в воздухе махнул:
Так, мне никогда не отвечали
Ну что ж, померимся мечами
Мой ли меч получше твоего
Или страшнее твой моего?

Ахти ему преподает урок:
Не очень годен мой клинок
Затуплен весь он черепами
Врагов, поверженных костями
Но пусть будет как поешь
Если в гости ты так зовешь
Давай меряться мечами
Кто лучший, решат они сами!
Мой отец, бывало, прежде
Доверяя своей надежде
Храбро мерился мечами
Даже с сильными врагами
Не изменился в сыне род
Меч прикладывай, урод!

Песнь 3.
Во время поединка Лемминкайнен отрубает голову хозяину Похьелы, а хозяйка Похьелы, чтобы отомстить за убийство мужа, собирает против Лемминкайнена войско.

Вынул Ахти меч долой
Огненный хранитель свой
Из ножен шерстью покрытых
На ремнях из кожи свитых
Вот померяли, оценили
Длину мечей своих сравнили
У владельца Похьелы
Меч оказался большей длины
На кончик ногтя подлинней
И Ахти сказал: первым бей!
Раз меч твой длиннее моего
Бой начинаем с удара твоего!
Хозяин начал нападать
Яростно удары сыпать
В голову Кауко ударить хочет
Но попасть никак не может
По стропилам полосует
Меж балок с мечом танцует
В куски стропила изломал
Связки у балок исщепал

Ахти хозяина остановил
И, возмущаясь, пристыдил:
В чем стропила согрешили
Балки чем тебе навредили
Что мечом стропила бьешь
Балки в щепки разбиваешь?
Ты послушай, северянин
Слушай, Похьелы хозяин
Мечи в избе с трудом летают
Да и женщины мешают
Испортим горницу мы здесь
Пол зальется кровью весь
Не лучше биться нам на воле?
Выйдем-ка сражаться в поле
На поляне будем биться
Там и крови бы пролиться
Красивее она на дворе
Да на заснеженном ковре!

Вот на двор они выходят
Коровью шкуру там находят
На дворе же растянули
И оба на нее шагнули

Ахти, словно Укко посланец
Сказал: слушай, похьеланец!
Клинок твой моего длиннее
Меч твой моего страшнее
Им меня ты первым бей!
Им достать меня сумей!
Воспользуйся моим советом
Пока не простился со светом
Пока ты голову не потерял
И я ее бы на кол поднял!

И долговязый похьеланец
Как Лемпо злого посланец
Машет яростно мечем
Рубит воздух сильным плечом
Не может в Кауко попасть
Мерзко корчит свою пасть
Не может тело его достать
Или кусочек кожи содрать

Лемминкайнен, наконец
Каукомьели, тот молодец
Говорит ему: черед настал
Чтоб я свой удар послал
Меч пошлю своей рукою
Уж давно черед за мною!

Но тот, ничего не замечает
Без устали свой меч бросает
Но Ахти удары отбивает
Его меч огнем пылает
Снопом искры вылетают
Хозяина Похьи освещают
Блики сверкают вокруг него
И блеском озаряют шею его

Сыну туманной Похьелы
Говорит сын Калевалы:
Слушай, северянин злой
Странно выглядишь собой
Шея подлая блистает
Словно зорька расцветает!

Повернулся северянин
Смотрит Похьелы хозяин
Хочет блеск тот увидать
Причину бы его понять

Лемминкайнен в тот же миг
Словно молнии небесной зиг
Блеснул мечом и нападает
В шею хозяину попадает
Череп его подрезает он
Голову с плеч срубает вон
Так репу у корня отрезают
Так колос от стебля отделяют
И с долговязого злюки, ворча
С его кровавого плеча
Глава косматая скатилась
Упала в снег и покатилась
Как тетерка, пробитая стрелой
Падает с ветки вниз неживой

Сто столбов там возвышались
Людей черепа на них качались
Лишь один пустым стоял
Лемминкайнена видно ждал

Ахти отрубленную главу взял
На кол пустой ее поднял
Череп насадил на него
Врага, убитого своего

В избу потом прошагал
И там девице он сказал:
Прошу тебя водой полить
Чтобы руки мне отмыть
От крови хозяина дрянного
Мужа бешенного, злого!

Лоухи бело-гневной стала
Сто мужей наколдовала
Были все они с мечами
С топорами и ножами
Лемминкайнену угрожают
Смерти сыну Калевы желают

Ахти оценил врага сначала
И что отступать пора настала
Понял с горечью наш герой
Лемминкайнен молодой
Нельзя в Сариоле оставаться
И с дружиной целой драться
Из Похьелы надо бежать
Свою жизнь теперь спасать!

Руна 28.

Песнь 1.
Лемминкайнен спешно покидает Похьелу, прибывает домой и спрашивает у матери, где бы он мог скрыться от похъёланцев, которые, по его словам, скоро нагрянут и будут во множестве воевать против него одного.

И веселый Лемминкайнен
Ахти, тот Островитянин
Собирается споро в путь
Спешно чтоб ему покинуть
Села туманной Похьелы
Той суровой Сариолы

Из избы, как буря, бежит
Как дым ко двору летит
От злодеяний убегает
От убийства себя спасает

Но когда выбежал во двор
Затуманился Ахти взор
Коня не может отыскать
Чтоб поскорее убежать
Камень лишь один на поле
Только ива в этом доле

Кто бы мог тут подсказать
Иль совет хороший дать
Чтоб не лишился он главы
Волос своих, как луг травы
Чтоб не летали на ветру
Той Сариолы по двору

Гул из деревни донесло
Пыль облаком понесло
Уже в окнах сверкают глаза
Назревает людская гроза
Видится выход один ему
Обличье сменить самому
В облике другом явиться
И отсюда тайно скрыться

Орлом выпало взлететь
До неба хочет долететь
Но солнце щеки обжигает
Височки месяц освещает

И герой наш тут взмолился
К богу Укко обратился:
О ты, Укко, бог-отец
Ты, из всех, благой мудрец
Ты грозою управляешь
Тучи в небе сотворяешь
Облачками меня закрой
И туманом меня скрой
Чтоб невидим для врагов
Я б летел средь облаков
Чтоб на родину вернуться
Родного дома бы коснуться
Старушку-мать свою обнять
Ее седую бы поцеловать

Недолго Ахти вдаль летел
Вдруг назад он посмотрел
Видит, ястреб догоняет
В его глазах огонь пылает
Как у хозяина Похьелы
Который лишился головы
И старый ястреб прокричал
Ахти, ты куда сбежал?
Мы не закончили сражаться
Снова буду с тобой драться!

Отвечал Островитянин
Молодец тот, Лемминкайнен:
Ты ко мне не подлетай
Домой лучше улетай
Не справиться тебе со мной
Опять рискуешь головой!
Когда вернешься в Похьелу
Расскажи народу своему
Что не смог орла одолеть
В его объятиях только смерть
Ястребу никогда не суждено
Убить орла и съесть его!

И полетел дорогой прямой
К дому матери родной
С печалью забот на лице
И тучей огорченья в сердце

Вот прилетел, домой идет
Дорожка к изгороди ведет
Туда, где мать его стояла
Сынка любимого встречала

Видит мать, сын опечален
Глаз его взор затуманен
И седая спросила его:
Мрачен сын ты от чего?
Отчего из Похьелы
Возвратился печальным ты?
Может кружку тебе не дали
Когда на свадьбе пировали?
Так лучшую возьми вдвойне
Отцом добытую на войне!

Отвечает Лемминкайнен:
Кружку бы не дал хозяин
Я б его там поучил
Сто героев бы проучил
Всю бы тысячу обидел
Так, как свет еще не видел!

Мать спрашивает его:
Так мрачный, ты отчего?
Иль опозорен ты конем
Споткнулся на бегу на нем?
Если конь твой опозорен
И ты насмешками расстроен
Должен ты купить другого
Сильного и молодого
На богатство твоего отца
На большой достаток старца!

И сын матери сказал:
Если б конь мой так скакал
На бегу бы осрамился
И народ над ним глумился
Я б хозяина проучил
Ездоков бы приструнил
Этих сильных с их конями
И с прекрасными санями!

В ответ, мать, молвила ему:
Тогда ты мрачный, почему?
Почему печальный шагаешь?
Что ты от меня скрываешь?
Может женщины гурьбой
Смеялись злые над тобой?
Иль девицы насмехались
Над тобою издевались?
Так можно высмеять и их
Глуповато-злых таких!

Сын ответил, усмехаясь:
Если б женщины смеялись
Надо мною издевались
Иль девицы всей толпой
Потешались надо мной
Я б их хозяину, тогда
Помял бы споро все бока
Сотне жен отпор бы дал
Девиц тысячу б обсмеял!

И мать спросила его мило:
Что ж с тобой, сыночек было?
Иль дорогой что случилось
В Похьеле, что приключилось?
Иль покушал ты обильно
Пива ли напился сильно?
Или сон какой душил
Где ты ночку проводил?

Прижавшись к матери своей
Отвечает сынок ей:
Пусть бабы головы ломают
Что сны им ночью посылают
Знаю свои сны ночные
Сновидения дневные
Лучше помощь мне окажи!
В мешок припасов положи
Муки в сумку мне насыпь
В мешочек соли ты отсыпь
Дорога дальняя ждет меня
Должен из страны уехать я
Бросить дом любимый свой
Дворик, с детства мне родной
Мечи уж точат на меня
И навастривают копья

Мать его тревожно спросила:
Какая гонит тебя сила?
Мечи и копья, чему точат
И за что беду пророчат?

Лемминкайнен отвечает
И мать все больше огорчает:
Мечи и копья точат на меня
За то, что в Похьеле я
Убил хозяина Похьелы
Лишил бешенного головы
Вышел спор у нас и битва
И мечом, острым как бритва
Я снес косматую ему
И на кол посадил главу
Теперь хотят мне отомстить
И кол в мою главу всадить
Колдунья Север весь подняла
И нам грозит теперь война
Похьела идет войною
И я бы с радостью большою
Своим мечом врага крушил
Сынов бы Лемпо искрошил
Но я устал в битве немного
И я один, а их так много!

Песнь 2.
Мать упрекает сына за то, что он поехал в Похьелу, предлагает ему различные места, где бы он мог скрыться, и, наконец, советует ему удалиться на остров за морями, где раньше во время больших войн мирно жил его отец.

И мать тогда ему сказала:
Я ведь тебя предупреждала
Говорила, запрещала
В Сариолу не пускала
Если бы ты здесь остался
И в Похьеле не оказался
В жилище у матери бы жил
Под ее защитой был
На дворе твоей родимой
С детства так тобой любимой
И колдунья б не бесилась
И война б не разразилась!

Но убежишь куда же ты
От случившейся беды?
Страшной мести б избежать
Да голову свою спасать?
Чтоб мечом ее не сняли
И на кол бы не подняли
Шеи чтоб не рассекли
И волос бы не иссекли
И по ветру их не пустили
Все чтоб про тебя забыли!

Лемминкайнен отвечает
Что куда бежать не знает:
Где убежище мне найти?
Мать родная, помоги!
Ты куда велишь укрыться
И от мести Похьи скрыться?

И мать сыну так сказала:
Где укрыть? Если бы я знала!
Не знаю, где тебя укрыть
И от страшной мести скрыть
Хоть ты елкой будь на воле
Можжевельником на поле
То и там беда найдет
Несчастье и туда придет
Часто елочку срезают
На лучину расщепляют
Можжевельник же срезают
И для подпорок облупляют
Березой, коль в долине стать
Иль ольхою в роще встать
То и там беда найдет
Несчастье и туда придет
Березу часто ту срубают
И на поленья разрубают
Ольху же в роще, вырубают
И под пашню ее сжигают
Станешь ягодой лесной
Или ягодкой нагорной
Земляничкою родной
Иль черникою чужой
То и там беда найдет
Несчастье и туда придет
Там девицы тебя сорвут
И в лукошках унесут
В море, если щукой станешь
Или сигом в реку канешь
То и там беда найдет
Несчастье и туда придет
Сеть забросят и поймают
Или в невод закатают
Если волком в лес уйдешь
Медведем в дебри побредешь
То и там беда найдет
Несчастье и туда придет
Покрытый сажей молодец
Наточит своего копья конец
И в лес пойдет добычу искать
Волка с медведем убивать

Ахти умоляет мать
Куда бежать ему сказать:
Места дурные знаю и я
Где несчастье ждет меня
Там, где смерть меня отыщет
Где судьба злая разыщет
Матушка моя родная
Моя старушка дорогая
Ты же жизнь мне даровала
Молоком своим питала
Ты куда велишь мне скрыться
От несчастия укрыться?
Уж у рта погибель стоит
К бороде несчастье летит
Страшное вот-вот случится
И я могу головы лишиться

Отвечает ему мать:
Как могу я отказать
Пожалуй, место я найду
Подходящее тебе назову
Где виновный может скрыться
Преступный от беды укрыться
Клочок землицы знаю я
Где там спрячешь ты себя
Где нет раздоров никогда
Копье и меч не заходят туда
Но мне клятвой поклянись
Страшной, истинной, клянись
В том, что шесть текущих лет
Меч твой не увидит свет
И в сражениях тебе не быть
Хоть захочешь золота добыть

Лемминкайнен отвечает
Клянется матери и заверяет:
Страшной клятвой я клянусь
Что к мечу не потянусь
Все шесть лет его хранить
На сраженья не ходить
Да и ранами я весь покрыт
Плечо от ударов еще болит
Язвы на груди остались
Когда с бешенным сражались
От мечей острее бритвы
На полях обширных битвы
Где мужи друг друга бьют
И кровь свою ручьями льют

Мать на сына посмотрела
И тотчас ему велела
Видя сникший дух бойцовский:
Так возьми челнок отцовский
И там укрыться поспеши
Девять морей ты проплыви
Полдесятого проедешь
Прямо к острову подъедешь
Пристань к утесу над водой
В дни бывалые отец там твой
В год, когда война шумела
Кровь мужей рекой кипела
Укрывался и спасался
И с бедою он не знался
Прожил горя там не зная
Свою голову спасая

Ты ж пять лет там проживи
На шестой, домой плыви
К отцовской дорогой избе
Здоровым и уверенным в себе
Выйдешь вновь пахать на воле
На родительское поле!

Руна 29.

Песнь 1.
Лемминкайнен отправляется через моря на лодке и благополучно прибывает на остров.

Лемминкайнен наш герой
Каукомьели молодой
Запасы в мешок сложил
Годы чтобы он прожил
Масла летнего в лукошко
На год, положил немножко
На другой берет свинину
Потом будет есть дичину
И уходит укрываться
От врагов своих скрываться
Удаляется, спешит
И такое говорит:
Вот ухожу я, уплываю
На шесть лет край покидаю
Злобным змеям его жрать
Рощи – рысям отдыхать
Лосям резвиться – эти поля
Гусям – поляны для жилья
Мать родная, ты прощай!
Лишь одно пообещай
Когда прибудет из Похьелы
Племя злобное Пиментолы
И станет искать меня
Им скажи, прочь ушел я
Когда их хозяина убил
Мечом ему главу срубил

И, с обитых сталью, катков
С тех богатых медью валов
Он челнок в воду столкнул
Быстро парус натянул
Полотно вознес на рее
Сам уселся удобнее
На корме, веслом он водит
На теченье челн выводит
Сам вперед он наклонился
Ветру другу поклонился
Попросил его помочь
Силу моря превозмочь:
Ветер, в парус мой повей
Лодку разгони быстрей
Пусть ладья стрелою мчится
К острову тому стремится
Где на годы я укроюсь
От беды смертельной скроюсь
Девять морей надо проплыть
А на десятом, ему быть

Ветер лодку раскачал
И по течению погнал
По хребту морской воды
К острову его надежды
Там два месяца качает
Ну, а третий, все венчает

На горизонте, наконец
Видит Ахти молодец
Точка черная явилась
Лодка к ней и устремилась
Точка в остров вырастает
Свиданье с Ахти приближает

Девицы на мыске сидели
Во все стороны смотрели
Взоры к морю обращали
Все своего кого-то ждали
Та, ждет брата дорогого
Эта – батюшку родного
Ну а третья, ждет-пождет
Когда любимый приплывет

Встрепенулись вдруг они
Видят, облаком вдали
Между небом и водой
Что-то плывет само собой
И девицы загадали
Девы острова сказали:
Незнакомое на море
Странное на морском поле!
Из наших, если ты корабль
То на остров парус правь
И плыви скорей домой
Прямо к пристани родной
С чужбины вести принеси
Новое нам расскажи
Приморье миром ли живет
Или где война идет?

Ветер лодку подгоняет
Сильно на волнах качает
Прямо на мысочек мчит
На утес, что там стоит
Возле берега крутого
Ахти острова чужого

И подплыв, девиц спросил
Помочь ему, их попросил:
Место есть на вашей земле
Где бы лодку вытащить мне
На катки ее поставить
И на месте сухом оставить?

Девы острова отвечали
И так они ему сказали:
Места есть на нашей земле
Где б лодку вытащить тебе
На катки ее поставить
И на сухом месте оставить
Берег пристанями богат
Катки там готовые стоят
Сотню лодок они вместят
Даже тысячу разместят

Ахти молвит: слову внемлю!
Лодку вытащил на землю
На катки ее загнал
И вопрос девам задал:
Место есть на вашей земле
Где б укрыться можно мне?
Слабому от ран мечей
И с силой малою своей
От игры мечей звенящих
Мужей в битвах не щадящих

Девы острова отвечали
И так они ему сказали:
Место есть на нашей земле
Где укрыться можно тебе
Слабому от ран мечей
И с силой малою твоей
Есть и крепости на ней
Дома жилые для гостей
Сто мужей они вместят
Героев тыщу разместят

Ахти от девиц не отстает
Вновь вопрос им задает:
Место есть на вашей земле
Где было бы можно мне
Подсечь маленький лесочек
Иль другой земли кусочек
Чтобы землю приготовить
Ее к пашне подготовить?

На вопрос девы отвечали
И Ахти вот что рассказали:
Места нет на нашей земле
Где можно было бы тебе
Подсечь маленький лесочек
Иль другой земли кусочек
Чтобы землю подготовить
Ее к пашне приготовить
Даже в кадку шириной
Нет у нас земли такой
Давно остров поделили
Все поляны разделили
Лес по жребию раздали
И луга все расхватали

Ахти интерес все гложет
И вопрос сдержать не может:
А скажите мне девицы
Лугов местных вы царицы!
Место есть на вашей земле
Где было бы можно петь мне?
На устах уже песни мои
Долгие, как летние дни

Девы те повеселели:
Есть места, где б песни пели!
Можешь песни распевать
А захочешь, и плясать
На полянах этой земли
В рощах, где поют соловьи
В поле можешь запевать
В лугах зеленых напевать
Главное, искусно петь
И сердца наши задеть

Чтоб сомненье дев стереть
Лемминкайнен начал петь
Рябины, сразу появились
Дубочки, рощицей явились
Ветви на дубах большие
На них желуди литые
Ветки песнями сгибает
В кольца их он превращает
Кольца золотом горят
На них кукушечки сидят
Те куковать лишь начинают
Клювом золото являют
Медь стекает по бокам
С серебром напополам
Золотом холмы покрывают
Горки серебром одевают

Лемминкайнен все поет
Заклинаньями колдует
Песок, в жемчуг превращает
Камни чудные созидает
Деревья, красным облитые
И цветочки золотые

Напел колодец, Кауко молодой
С красивой крышкой золотой
На крышке ковш из серебра
Чтоб мужи, жены, детвора
Чтобы юноши здесь пили
Чтоб глаза девицы мыли
Пруды в полянах напевает
Синих уток туда пускает
Лапками медными те сияют
Сребряной головой вращают
Сверкают щеками золотыми
И гладь пруда освещают ими

Девы острова удивились
Те девицы изумились
Песням Ахти молодца
Их чарованью без конца

И Лемминкайнен им сказал
На неудобство указал:
Я бы лучше песню спел
Чудесней я бы прозвенел
Если б я под крышей пел
На углу стола б сидел
Коль избы мне не найдется
На пол стать не доведется
Песни в лес, тогда заброшу
А заклятья, в рощу брошу!

Девицы, тогда сказали
Успокоив, пообещали:
Найдутся избы для жилья
Жива была чтоб песнь твоя
Чтоб со стужи ее взять
В избе теплой укрывать

Ахти, в избу как вошел
Сразу песнь свою завел
Колдуя, кружек он напел
Те с пивом были, захотел
По краям стола расставил
Среди них кувшин поставил
С хмельным медом молодым
Блюда, полные съестным
Масло в чашке, как гора
И свинина там была
Чтоб наелся наш герой
Лемминкайнен удалой!

И Ахти сразу важничать стал
Пищу он не принимал
Пока не напел нож золотой
С ручкой серебряной, литой
Лишь потом стал пировать
Хмельное пиво попивать

Песнь 2.
На острове Лемминкайнен соблазнил много девушек и женщин, за что мужчины, рассердившись, решают убить его.

И весть о чудном полетела
В избу каждую влетела
Девы, вдовы, все мечтали
С этим чудом встречи ждали

И девам острова на радость
Им на встречах даря сладость
Все деревни Ахти прошел
В избу каждую зашел
Длиннокосым – на отраду
Их любовь – себе в награду
Головой лишь повернется
Поцелуй ему несется
Руку лишь куда протянет
Дева схватит, к себе тянет

На ночевки Ахти ходил
Когда Укко свет гасил
Богат остров деревнями
Каждая с десятью дворами
В каждом десять дочерей
Падких до его затей
Ни одна не избежала
В его объятьях побывала
Сотни вдов ему достались
Невесты тысячей сдавались
Не осталось не обольщенных
Дев и вдов им увлеченных

Лемминкайнен веселился
Весь от радости светился
Так пять лет и пролетело
Чарами властвуя умело
Девам радость он дарил
Отрадой вдовам сладкой был
Но одну он обошел
К деве старой не пришел
Та в десятом селе жила
На конце большого мыса

Ахти уже думал о дороге
О родном ему пороге
Что пора домой вернуться
И на ложе своем проснуться
Вдруг та дева к нему пришла
И Лемминкайнену пригрозила:
Кауко, страдать ты будешь
Если ты меня забудешь!
И далекий путь домой
По волнам, грозит бедой
Пожелаю, чтоб твой челн
Рифом был бы расщеплен!

Но не вставал он ночью темной
Чтоб со старой девой томной
Забавляться до зари
До петушиной колготни

Однажды поздно, наконец
Решился Ахти молодец
По порядку деревни пройти
Девам и вдовам визит нанести
И порадовать всех ждущих
В своих объятиях могучих
Да к старой деве постучаться
Чтоб потом над ней смеяться
Еще месяц не всходил
Час петушиный не пробил
А он торопится, спешит
Благое дело ведь вершит

Словно рысь ночная рыщет
В деревнях добычу ищет
По порядку все прошел
И к десятой подошел
Что на большом мысу стояла
И свет моря отражала
Деревня не спит, явился страх:
По три дома на всех дворах
В каждом доме по трое мужей
Не скрывая злобы своей
Точат острые мечи
При лучине у печи
Топоры готовят злые
Чтобы за грехи большие
Лемминкайнена убить
Главу срамную отрубить

Песнь 3.
Лемминкайнен поспешно собирается и покидает остров, к большому сожалению девушек.

И веселый Лемминкайнен
В деревне больше не хозяин
Боясь голову потерять
Начинает причитать:
День, ты ночи мглу снимая
Солнышко, взойдешь сияя
Обрекаете меня на смерть
Кто не даст мне умереть?
Разве Лемпо защитит
Своей рубашкой оградит
Иль своим плащом закроет
Или шапкою покроет
Против сотни злых мужей
Против тысячи ножей!

Так он девушек не обня;л
На прощанье руки; не подня;л
К лодке повернул скорее
К челноку идет быстрее
Ну а беды словно плыли
Нет челнока, его спалили
Весь в золу он превратился
И угля;ми раскатился!
Хочет он челнок устроить
Лодку новую построить
Но нет деревьев для того
Нет и досок у него
Стал по берегу искать
Дощечки малые подбирать
От катушки пять штук взял
От веретенца шесть поднял
Он из них челнок устроил
Лодку новую построил
Песнями наколдовал
Мудростью своей создал
Раз ударил – пол-лодки есть
Два ударил – вот остов весь
Ну а в третий - ударяет
И лодку новую являет

На волны вытолкнул ее
И заклинание сказал свое:
Плыви себе как пузыречек
Как по течению цветочек!
Орел, три перышка дай мне
Два – воро;на на корме
Пусть лодку крышею накроют
Плохой челнок собой укроют

Ахти в свой челнок садился
В задней части поместился
Сел на дно, печаль явилась
Шапка на сторону сбилась
Он не смел теперь остаться
И на острове являться
Девам, вдовам, угождать
Кудрявым радость доставлять

И промолвил Лемминкайнен
Как сердец женских хозяин:
Жаль, что должен удалиться
С этим островом проститься
Забавы девичьи оставить
Пляски девушек не славить
Девы и вдовы не рады тому
И не играют они потому
Здесь печаль во всех домах
И несчастье во дворах

Девы острова страдают
Деви;цы на мыске рыдают:
Отчего, жених, бросаешь
Лемминкайнен уезжаешь?
Дев тебе ли не хватало
Или вдов веселых мало?

Ахти им и отвечает
Но причину не ту называет:
Нет, дев на острове немало
Да и вдов мне здесь хватало
Сотню вдов я мог бы взять
Тысячу девиц обнять
Оттого, я, удаляюсь
Оттого, жених, скрываюсь
Что тянет родина меня
Свой край хочу увидеть я
У себя рвать землянику
На своем дворе клубнику
Дев на собственном мысочке
Обнимать в своем лесочке

Песнь 4.
На море сильная буря разбивает судно Лемминкайнена, он вплавь добирается до берега, добывает новую лодку и
приплывает на ней к родным берегам.

И по синей спине моря
Почерневший весь от горя
Лемминкайнен уплывает
Ветер парус поддувает
Волны лодку погоняют
К берегам родным толкают

А по бережку; стояли
И на камнях его рыдали
Девы острова златые
Его невесты молодые
Плачут брошенные им
Женишком их дорогим
Провожают горьким взглядом
Того, кто долго с ними рядом
Песни пел и колдовал
Любил и нежно обнимал
И пока мачта не пропала
Дев толпа не исчезала

Ахти в лодке сам страдает
Остров взглядом провожает
Толпу там плачущих деви;ц
Уже не различая лиц
Жалеет дев прекрасных он
Жалеет, как чудесный сон
Прерванный чужой рукой
С мыслью злобною одной
Пустить ножом чужого кровь
Мужа;м доставившего боль

День, другой, по во;лнам моря
Еще страдающий от горя
Мчится Ахти в челноке
В край родной, что вдалеке
В третий день все изменилось
Море синее взбесилось
Буря с острова пришла
Парус весь изо;рвала
Бока у лодки разломала
И путь домой ему прервала

Свалился Ахти в бездну вод
В волну вцепился и плывет
Быстро он гребет руками
Правит на волна;х ногами
И плывет и день, и ночь
Некому славному помочь
Вдруг на западе, вдали
Облачком кусок земли
Появился, мысом стал
К нему Ахти и пристал

На берег выбрался с трудом
Недалеко увидел дом
Дым коромы;слом из трубы
Хозяйка, знать, печет хлебы;
В дом вошел едва, натужно
Видит, тесто месят дружно
Дочки матери родной
И болтают меж собой
Лемминкайнен поклонился
И к хозяйке обратился:
Ох ты, добрая хозяйка!
По одежке не встречай-ка
Я ведь только-что из моря
Где хлебнул немало горя!
Море штормом челн разбило
Меня, едва не утопило
Плавал я и дни, и ночи
Соль повыела все очи
Но охраняемый ветрами
И дружелюбными волнами
Я доплыл до мыса сам
И вот теперь явился к вам
Если можешь, покорми
Пивом сладким угости
Чтоб насытился усталый
Гость, хотя бы и нежданный

Ахти выслушав рассказ
Хозяйка добрая тотчас
В свой амбар за дом пошла
Масла в чашке принесла
Принесла кусок свинины
Пива сладкого в кувшине
Свинину жарит, угощает
Пиво в кружку подливает
Чтоб насытился голодный
Герой усталый и холодный

Хозяйка Ахти накормила
Пивом и медом напоила
Обогрела, обсушила
В свою лодку посадила
Чтобы ехать мог герой
По морю на брег родной

Песнь 5.
Лемминкайнен видит, что дом его сожжен и вся местность пустынна. Он начинает плакать и жаловаться, боясь, что и мать его погибла.

Вот и приехал, наконец
В места родные, мо;лодец
Берег, землю узнает
Минуя острова плывет
По знакомому проливу
К тихому, как сон, заливу
Видит, пристань его ждет
И места, где люд живет
Видит сосны на пригорке
На холмах он видит елки
Но избы любимой нет
Не мани;т окошек свет
Стены больше не стоят
Трубы печек не дымят
Там, где изба отца была
Теперь черемуха цвела
У колодца – можжевельник
Во дворе колючий ельник!

Тяжко вздыхая, Ахти сказал:
Вот в этой роще я играл
Прыгал по каменьям там
Рыбу с них ловил я сам
По траве я здесь катался
И на пашне там валялся
Кто ж избу отсюда унес
Кто родную кровлю снес?
Жили;ще недруги сожгли
А пепел, ветры разнесли

И заплакал от горя он
Словно видел дурной сон
Но не по дому Ахти рыдает
Не по жили;щу он страдает
Плачет день герой, другой
О семье своей родной

Видит он, орел слетает
Тот, что в небесах летает
Видит зоркий далеко
Ахти и спросил его:
Ты, орел, небесный царь
Зорко видишь земли даль!
Ты не можешь ли сказать
Где моя родная мать
Что в себе меня носила
И любя меня вскормила?

Но не помнит орел ничего
Разве кроме одного:
Что погибли родные все
Там, в сгоревшей их избе
Мечи всех острые сразили
Секиры злые порубили

От гнева Ахти молвил едва:
Будь же ты проклята, Похьела!
Мать мою ведь ты убила
Ту, которая меня носила
Умерла моя дорогая
Голубка милая, родная
Тело ее черви съели
На главе растут уж ели
Можжевельник меж костей
Любимой матери моей!

Вот мне, глупому награда
Родных могильная ограда
Все за то, что меч я мерил
Хозяина Похьи поумерил
Мне возмездие пришло
Колдуньей злою принесло
Род мой весь погиб в огне
Истлела мать в сырой земле

Песнь 6.
Мать, однако, жива, она на новом месте, в глухом лесу, где Лемминкайнен, к большому своему счастью, находит ее.

Но надежда все ж живет
Тот, кто ищет, тот найдет!

Ищет Ахти знак заветный
Видит, след едва заметный
Травы вот слегка прижаты
Злаки сильно попримяты
В лес тропинка появилась
Там дорожкою открылась

Он прошел версту, другую
И картину зрит такую:
В чащобе леса, среди скал
Домик маленький стоял
Стены из ветвей его
Трава кровлей у него
И прижат к большой сосне
А в избушке, как во сне
Мать родная тихо ходит
И порядок в ней наводит

Ахти сразу встрепенулся
К матери стрелой метнулся
Старушку нежно он обнял
И целуя, ей сказал:
Мать любимая, родная
Счастлив я, что ты живая
Я уж выплакал все очи
Слезы лья и дни, и ночи
Думал я, что ты убита
И в земле уже зарыта
Что мечом тебя сразили
Что копьем тебя пронзили!

Песнь 7.
Мать рассказывает, как народ Похьелы пришел и испепелил их жилище. Лемминкайнен обещает построить новое, еще лучшее жилище, а также отомстить Похьеле и рассказывает своей матери о веселой жизни на острове, где он скрывался.

Мать старушка зарыдала
Глотая слезы, отвечала:
Как я рада, сыночек мой
Что вернулся ты домой!
Чудом я живой осталась
И убийцам не досталась
Когда мужи из Похьелы
Злобой страшною полны
Войной пришли в наши края
Чтоб схватить и убить тебя
А узнав, что ты сбежал
Голову свою спасал
Дом наш в пепел превратили
Родственников всех убили
Мне удалось от них укрыться
И в лесной чащобе скрыться
Так во мраке леса, гор
И живу я до сих пор

Сын говорил, мать обнимая:
Не плач, моя ты дорогая!
Не время горе горевать
И печаль свою питать
Новый дом тебе построю
Получше я его устрою
Похьелу пойду стреножить
Племя Лемпо уничтожить

Спрашивает Ахти мать:
Сынок, не хочешь рассказать
Как на острове ты жил
Где скитался, ел и пил?
Воды много утекло
Много времени прошло

Лемминкайнен отвечает
Но подробности скрывает:
Хорошо мне там жилось
По сердцу мне все пришлось
Там красные деревья растут
Поляны голубые цветут
Ели серебряные стоят
Цветы золотистые спят
Из меда горы, перевалы
Из яиц куриных скалы
По веткам ели мед течет
Сосна же молоко дает
Плетень их масло выделяет
Пиво по жердям стекает
Хорошо мне там жилось
Жить и дальше бы хотелось

Только вдруг все изменилось
Мужей племя там взбесилось
Стали за девиц бояться
И за женщин опасаться
Будто все эти бедняги
Девы, вдовы, бедолаги
Горе от меня терпели
И боясь, ночами грели
Я же бегал от девиц
И от вдовушек сестриц
Народец этот я боялся
По ночам от них скрывался
Вот как волк свиней боится
Иль кур ястреб сторонится

Тогда плохо мне пришлось
Там оставаться расхотелось

Руна 30.

Песнь 1.
Лемминкайнен отправляется со своим прежним боевым товарищем Тиэрой воевать против Похьелы.

Время лебедем летит
На мысочке жизнь кипит
Расцветает остров Ахти
Прошлые забыв напасти

Вот однажды Лемминкайнен
Острова того хозяин
Вышел рано на заре
Прогуляться по земле
Свое хозяйство осмотреть
Подладить что, иль подпереть
Вот на пристань он приходит
Чей-то стон к нему доходит
Видит, лодка там стоит
Своими крючьями скрипит:
Долго ль буду я стоять
И под солнцем высыхать?
Десять лет я Ахти жду
Когда парус подниму
Чтоб помчаться по волнам
В логово к своим врагам
Серебра войной там взять
Да и золота набрать!

В ответ Ахти улыбнулся
Рукавицею челнок коснулся
Рукавицей не простой
Расшитой матерью самой
И стенающему говорит:
Вижу, что твоя смола кипит
С превосходными боками
В бой торопишься с врагами!
Не тревожься, ты, бедовый
На войну пойдешь, сосновый
Полон ты гребцами будешь
И на сражение убудешь
Ветер парус твой надует
Завтра, прежде чем минует!

Ахти к матери идет
И такую речь ведет:
Время мести подошло
Похьеле за ее зло
Ты не плачь, о мать родная
Моя старушка дорогая
Если я уйду сражаться
Днем и ночью чтобы драться
Истреблять негодный род
Похьи злой дрянной народ!

Ахти мать не отпускает
И сынку опять внушает:
Не ходи ты в Похьелу
Ты забудь свою войну!
Смерть тебя там поджидает
Радуется, руки потирает

Упрямый Ахти не испугался
Похью воевать не отказался
Клянется все разрушить там
Но с помощником, не сам

И задумался герой:
Нужен муж с мечом такой
Чтоб в бою подмогой был
Спину бы мою закрыл
Куура подойдет вполне
Тиэра крепко предан мне
Смелого возьму с собой
Он с мечом пойдет за мной
Племя Лемпо истреблять
Он мне будет помогать

Через деревню он проходит
К Тиэре на двор приходит
В избу зашел и говорит
Кууре, что на печи лежит:
Тиэра, друг сердечный мой
Мой любезный, дорогой!
Время помнишь ты былое
Время буйное, лихое
Как мы оба вместе жили
Как с тобою мы ходили
На поля сражений больших
Как рубили мы чужих?
Деревень прошли немало
Десять изб в каждой стояло
В каждой десять же мужей
Героев сильных и мечей
И из них никто не спасся
Ни один жить не остался
Всех с тобой в бою убили
Всех мы в битве поразили

Отец Тиэры у окна стоял
Древки для копий вырезал
На пороге у амбара
В кадке сливки мать сбивала
Братья у ворот трудились
Сани ими мастерились
Сестры были, где мосточки
И стирали там платочки

И сказали в один глас:
Не время биться ему сейчас
Воевать с копьем не время
У него сейчас есть бремя
Тиэра сделку заключил
По рукам уже ударил
Он хозяйку взял недавно
И на ней женился славно
Но к груди не прижимал
И ее грудей не трогал

Куура тут же встрепенулся
На печи быстро обулся
Выбежал во двор тотчас
Там надел на себя пояс
У калитки застегнулся
И за копьем своим нагнулся
То копье не из больших
И не то, чтобы из малых
Длиной оно как горы складка
На конце стоит лошадка
Скакунок по древу скачет
На ручке волчья стая плачет
Медведи на кольце рычат
Проголодались и есть хотят

Вот копьем он потрясает
Потрясает и бросает
Лишь на сажень улетело
В глинистой земле засело
В твердый луг оно вонзилось
Лицо у Кууры исказилось
Вновь берет он копье то
С его руки летит оно
Во двор Ахти залетает
Землю у его копья пронзает
Радуется Тиэра
К бою готов, ехать пора
К Ахти быстро устремился
Идти на битву, согласился

Вот с катков челнок столкнули
Парус споро натянули
И змеей меж островов
В помощь ночи взяв покров
На дальний север мчат они
В море проклятой Похьелы

Песнь 2.
Хозяйка Похьелы посылает против Лемминкайнена и его товарища сильный мороз, который замораживает их судно на море и, чуть было, не заморозил героев, находившихся на судне. Однако Лемминкайнен своими заклинаниями и проклятиями изгоняет мороз.

Далеко колдунья видит
Хорошо колдунья слышит
Знает, Ахти к ней плывет
Погубить весь ее род
И хозяйка Похьелы
Чтоб избежать большой беды
Вызвала мороз к себе
На зыбь морскую в Похьеле
На открытое теченье
Чтоб ему дать порученье
И ужасному говорит
Наставление ему чинит:
Морозец, ты малютка моя
Сынком вскормила я тебя!
Ты иди, куда пошлю
Сделай то, о чем прошу
Заморозь в открытом море
Лодку Ахти, мое горе
Пусть замерзнет сам герой
На воде, иль под водой
Пусть веселый в море сгинет
Пусть оттуда он не выйдет
Никогда, пока ты жив
Холодом его убив
Пока сама я не решу
И жить ему я разрешу

С нравами дурными, юный
Тот мороз словно безумный
Море синее морозить стал
Сковать теченье поспешал
А пока он к морю шел
По земле своей прошел
Листы деревьев покусал
Все семена у трав забрал

Но вот до моря он дошел
На берег Похьелы пришел
Ночью бухты заморозил
Все озера проморозил
Берег моря льдом сковал
Моря самого не трогал
Птицы там еще резвились
Не замерзая, веселились

Второй ночью расстарался
Он все дальше простирался
Стыд совсем тот потерял
И ужасно дерзким стал
Все морозить стал теперь
Словно бы голодный зверь
Все леденит, что попадет
Выше лося сделал лед
На сажень снегу набросал
Лодку Ахти забросал
Ко льду моря приморозил
И на Ахти силы бросил
Начал Ахти он морозить
Хочет в льдинах заморозить
Уже за пальцы стал кусаться
И до ног стал добираться

Лемминкайнен рассердился
Рассердившись, обозлился
Он схватил мороз руками
Держит злого кулаками
И в огонь его толкает
В печь, что в челноке пылает
Весь от злобы он дрожит
И морозу говорит:
Ты, северного ветра сын
Силен, ты думаешь, один!
Пальцы рук не смей морозить
На ногах их заморозить
Ушей моих ты не касайся
И к голове не прикасайся!

У тебя же есть работа
Другая у тебя забота
Ты морозь болот именья
И холодные каменья
Землю, сколько хватит силы
На воде морозь ты ивы
Осины колют пусть морозы
Облупи кору с березы
Раздирай сосну большую
Но не тронь кожу людскую
Матерью рожденных тело
Ты морозь другое смело
Каменья, раскаленные огнем
Горячие утесы в нем
Скалы, железом облитые
Горы дикие стальные
Пусть Вуокси цепенеет
Иматра пусть онемеет
Пучине глотку ты заткни
Ее свирепость укроти

Зря из себя героя строишь
Знаю я, чего ты стоишь
Знаю кто твои мать и отец
Знаю как ты рос, юнец!

В Сариоле, за избой
Ветер северный, отец твой
Сошелся с Лоухи, колдуньей
И, как-то, ночью новолуньей
В ивы обратив себя
Хозяйка Похьи родила тебя
И оставила на них
На ветвях безгрудых их
Змеи там тебя вспоили
Ядовитые вскормили
Северный ветер, отец твой
Баюкал тебя на ветлах собой
Над дурной водой болот
И не знал других забот
Плохо они тебя воспитали
Нравы дурные тебе передали
И без имени ты рос
Пока не стали звать Мороз

По заборам, потом, ты шлялся
По кустарникам таскался
В трясинах летом пребывал
По верхам болот ты плавал
Зимой ты в елях все трещал
В сосновых рощах бушевал
Над березами издевался
Над ольхами изгалялся
Холодом ты травы смял
В лесу поляны выровнял
Цветы у вереска сорвал
Кору у сосен покусал
У елок корку пощипал
И к живым смолой пристал

Меня ты хочешь заморозить
Мои уши обморозить
Хочешь ноги мне отнять
Пальцев кончики забрать?
Перестань меня морозить
С такой злобою тревожить
Суну я огонь в чулки
Головешки в башмаки
Углей по складкам наложу
Под ремни жар положу
И тебе меня не схватить
И в лед меня не превратить
Заклятьем тебя погоню
В северную пустыню твою
И когда туда прибудешь
Зверем все морозить будешь
Застуди котлы с едой
Угли сделай ты золой
Руки женщин заморозь
К тесту в кадках приморозь
Заморозь младенцев всех
На груди у жен у тех
У всех овечек молоко
Чтоб ягнят убить легко
Жеребят всех умертви
Что у кобылиц сидят внутри

Будешь дальше бушевать
Меня героя обижать
Тебя я к Хийси погоню
В кучу его угля загоню
К Лемпо на печной очаг
В огонь засуну тебя враг!
На наковальню посажу
А кузнецу я прикажу
Чтоб помял тебе слегка
Твои замерзшие бока
Бил молотком изо всех сил
И колотилом тебя раздробил

Если ж слушаться не хочешь
Будешь делать что захочешь
К лету я твой рот отправлю
В его теплицу язык направлю
Чтоб всегда там оставался
Его жарой уничтожался
До тех пор, пока сам не решу
Свободно жить не разрешу

Страх мороза обуял
Близкую беду почуял
О пощаде тут взмолился
К Ахти слезно обратился:
Давай, герой, с тобой дружить
Друг другу больше не вредить
Пока живы мы с тобой
Сияет месяц над головой
Коль услышишь, что нарушил
Клятву я, ее разрушил
Ты в огонь меня направишь
В пламя смертное отправишь
К Ильмаринену в горнило
Жаром пышущее как светило
Меж кузнечными углями
С пламенеющими краями
К лету ты мой рот направишь
В его теплицу язык отправишь
Чтоб всю жизнь там оставался
И назад не возвращался

Песнь 3.
Лемминкайнен со своим товарищем добирается по льду до берега, опечаленный бродит по глухим лесам, пока, наконец, не возвращается домой.

Унесся мороз домой в Похьелу
И Ахти оставив лодку свою
Вросший в лед челн боевой
Вместе с другом пошли домой

Смело по льду Ахти ступает
Тиэра вслед за ним поспешает
По ровной глади день идут
И другой они бредут
Третий уж когда кончался
Мыс Голодный показался
Крепость стоит на мысе том
Деревушка дрянная на нем
В замок крепости Ахти вошел
И такую речь повел:
Мир пусть в крепости живет!
Мне ответь честной народ
Есть ли мясо для озябших
Есть ли рыба для ослабших
В жилищах ваших из камней
Героям шедшим много дней?
Но скорбная тишина в ответ
Ни мяса здесь, ни рыбы нет
И Ахти зло тогда вскричал
Проклятье в гневе прокричал:
Крепость пусть огонь сожрет
Пусть водой ее снесет!

И оттуда дальше пошли
В леса густые они зашли
Ни дорог там, ни жилья
Идут тропами зверья

Дни и месяцы блуждают
Пух мягкий они собирают
По каменьям тут и там
И волокна по утесам
Чтоб одежду свою штопать
А не голыми по лесу топать

Как-то Ахти дорогу искал
Но зря только время терял
Не нашел он дороги домой
А тропы ведут в лес густой
И Лемминкайнен огорченный
Неудачею смущенный
Сказал печально Тиэре:
Днем ли, ночью, на заре
Не найти нам, братец мой
Дороги, чтоб вела домой
Будем вечно здесь кружиться
Нам домой не воротиться!

И Тиэра запричитал
Хотя б в бою лишь зубы б сжал:
Лоухи злая вся местью горит
Колдунья смертью нам грозит
Погибель несчастным посылает
Дорогу домой чарами скрывает
Для войны мы пришли сюда
Род Похьи уничтожить навсегда
Иль в битве славной умереть
Красна для героя такая смерть!
Вот и хочет она жизни лишить
Навсегда нас с тобой погубить
На местах совсем негодных
Для воронья едва пригодных
Где могут они размножаться
Где могут падалью питаться
Чтоб и наши тела исклевали
Мертвых клювами растерзали
Чтоб никто и никогда не узнал
Кто и где нашу кровь выпивал
На какой утес вороны летали
Где наши кости разбросали

И мать родная не будет знать
Где сыночка своего искать
На болотных ли равнинах
В водопадных ли стремнинах
Иль, где в сражении он бьется
И кровь его ручьями льется
Иль на хребте моря большого
Среди течения речного
Или средь сосен на горе
К кустам густым ли на дороге

Мать не узнает ничего
Про сыночка своего
Ей известно лишь одно
Нет от сына вестей давно
Значит умер в туманной мгле
Погиб в проклятой Похьеле
И начнет мать причитать
Горько плакать и рыдать:
В Туонеле мой сын тоскует
Поле Калмы боронует
Луку дал он отдохнуть
Благородным дугам – сохнуть
Птицы могут не бояться
И в кустах своих питаться
И медведям жить на воле
И лосям играть на поле!

Лемминкайнен отвечает
Тиэру он ободряет:
Да, сейчас нам трудно стало
Время бед теперь настало
То ли жизнь раньше текла
Когда мать рядом была
Как цветок меня холила
Словно ягодку растила
Все завидовали нам
Ее заботливым рукам
А теперь лишь ветер знаем
Солнце редко замечаем
Тучи его от нас скрывают
Дожди собою закрывают
Но все это не страшит
Другое душу бередит
Как живет моя родная
Старушка мама дорогая
Хорошо ль живут девицы
Играют как лугов царицы
Веселятся ль жены сами
Поют ли невесты вечерами
Или страдают от скорби они
Горюя и плача целые дни?

Коль чародеи здесь чаруют
Колдуны коль здесь колдуют
Чтоб в дороге мы погибли
В местности негодной сгибли
Пусть их чары развернутся
И к жилищам их вернутся
Друг на друга пусть колдуют
И детишек заколдуют
Род свой быстро умерщвляют
И родных уничтожают!

Никогда прежде отец мой
Старец уж совсем седой
Колдунам не подчинялся
Перед ними не склонялся
И лапландским колдунам
Отвечал, как скажу я сам:
Могучий Укко, помоги!
Смилуйся и защити!
Мощной охрани рукой
И твоей великой силой
От коварных мыслей мужей
От злословья бородачей
От коварства женщин злобных
От злых слов сынов их родных!
Будь защитою мне вечной
И охраной бесконечной
Чтобы я не заблудился
Чтоб сын матери не сбился
С тобой указанной дороги
Туда, где ждут родных пороги!

И Ахти начал колдовать
Коней рысистых создавать
Из забот висящих на них
Коней из скорби вороных
Две узды из дней печальных
Седел два из бедствий тайных
Уселись на своих конях
Шагом движутся в лесах
И по взморью не несутся
По песку едва плетутся
Едут к матерям любезным
К их сердцам открытым, нежным
Чтоб обнять своих родных
От горестей матерей седых!

Руна 31.

Песнь 1.
Унтамо начинает войну против своего брата Калерво, убивает Калерво вместе с его войском, оставив в живых из всего рода только одну беременную женщину; эту женщину он берет с собой, и у нее в Унтамоле родится сын Куллерво.

В Унтамоле мать жила
Детьми богатою была
Трех цыплят она холила
Лебедями их растила

С насеста как-то их сняла
К большой речке привела
Только в воду отпустила
Их тень орлиная накрыла
Тех цыплят орел схватил
Одного в Россию утащил
Другого в Карьялу унес
Третьего домой отнес

Каждый из братьев подрастал
Тот в России, торговцем стал
Тот, кого карелам орел отдал
Имя Калерво там принял
Ну а тот, кто дома жил
Унтамойненом назван был

Унтамо вырос злым и жадным
Просто зверем кровожадным
Несчастье он принес отцу
И боль материнскому сердцу

Как-то сети он поставил
Калерво, где затонами правил
Калервойнен видит сети чужие
В них бьются рыбы небольшие
Стал он сети те снимать
В мешок свой рыбу убирать
Унтамо на брата рассердился
Злобой страшною налился
У Калерво хочет сети отнять
Да рыбью мелочь отобрать
Руки в злобе своей распустил
С родным братом в бой вступил
Долго боролись они и бились
Пеной бешенства покрылись
Из-за мелких окуней
Дрались братья до кровей

Тут как-то Калерво овес посеял
У жилища Унтамо поле засеял
А Унтамойнена овца
Ела там всходы без конца
Пес Калерво туда прибежал
И овечку ту разорвал и пожрал

Унтамойнен взбеленился
С братом на войну решился
Род Калерво весь прикончить
Всех домашних уничтожить
От мала до велика всех убить
Жилища их огнем спалить

Мечами он мужей снабдил
Молодых копьями вооружил
Топоры всем раздает
И на брата войной идет

Калерво сноха-красотка
Белокрылая лебедка
Как раз у окна сидела
В то окошко посмотрела
Странную тучу увидала
И, удивляясь, свекру сказала:
Что за туча там большая
Темная и очень злая?
Может это дым клубится
Над дорогой новой мчится?

Но не тучей край покрылся
И не дым густой клубился
Войско Унтамо толпою
Шло на Калерво с войною!

Вот пришли мужи с мечами
С копьями и с топорами
Всех у Калерво убили
Племя большое его изрубили
Дотла весь двор его сжигали
А потом с землей сравняли

Спастись удалось лишь деве
С плодом в ее чреве
Люди Унтамо деву схватили
И для себя ее сохранили
Увезли к себе домой
Чтоб была у них рабой
Полы в избах подметать
Да грязную работу выполнять

Мало времени проходит
На божий свет малыш выходит
Сыночка дева родила
Куллерво, его она прозвала
А Унтамо тогда сказал:
Хочу, чтоб воин вырастал!

Положили тут малыша
Что рос без отца крепыша
В колыбель, чтобы качался
Сил могучих набирался
День, другой, люлька качает
Он уж волосами повевает
Когда третий разгорался
Малыш ногами распинался
Люльку надвое сломал
Свивальник с силой разорвал
На одеяло он ползет
Попутно все пеленки рвет
Выйти мужем обещает
Героем, всех кто побеждает

В Унтамоле народ ждет
Когда в возраст он войдет
Смыслом жизни он нальется
Да и силы наберется
Сотни он рабов заменит
А то и тысячи подменит

Песнь 2.
Куллерво еще в колыбели думает об отомщении Унтамо, а Унтамо пытается различными способами убить его, но это ему не удается.

Так три месяца он растет
Колен материнских уже достает
А на третий, хоть и мал
Рассуждать ребенок стал:
Эх, вырос бы побольше я
И сил прибавилось бы у меня
Я отомстил бы за отца
Знаю кто его убийца
И за скорбь своей родимой
Матушки моей любимой!

Унтамо ту речь услышал
От страха из себя вышел
И сказал он своей родне:
Погибель в нем семье и мне
Новый Калерво растет
Который не простит, убьет
Мужи стали размышлять
Стали женщины тут думать
Как бы мальчика изжить
Или вовсе уничтожить

Вот его в бочку посадили
На волны в море опустили
Чтобы плыл Куллерво в ней
По просторам всех морей
Чтобы в ней он задохнулся
Иль водою захлебнулся
Три дня и ночи они ждали
На день четвертый побежали
Проверить гибель малыша
Увидеть тело крепыша
Но в бочке тот не задохнулся
Морской водой не захлебнулся
Из бочки выполз на волну
Сел на понравившуюся ему
Рыбу ловит медной удой
Палкой с леской шелковой
Моря измеряет глубину
Оно по щиколотку ему

Унтамо мучают думы его
Куда девать ребенка того
Что ж придумать ему такого
Чтоб убить малыша чужого?

Велит он рабам лес рубить
Сосны толстые валить
Березовых поленьев взять
И из них костер создать
Чтобы сжечь на нем ребенка
Семьи губителя, а не ягненка
Вот собрали, все сложили
Дров березовых положили
На тысячу саней бересты
Бревен толстых из сосны
Ясеня полных сто сажен
И огонь был подожжен
Тот по куче дров понесся
Народ Унтамо разошелся
В кучу бросили ребенка
В пекло самое ягненка
День там жгут его, другой
Третий жгут его толпой
На четвертый посмотрели
И от страха околели
Сидит малец, в золу зарылся
Даже потом не покрылся
Кочерга в его руках
Словно ветка на ольхах
Он ею угли разгребает
Сильнее пламя разжигает
Целы волосы на нем
Играет Куллерво с огнем

Унтамо совсем взбесился
На ребенка ополчился
Что ж с ним делать то теперь?
Пусть его сожрет злой зверь!

В лес дремучий с ним пошел
Подходящий ствол нашел
Куллерво к дубу привязал
И три дня с тревогой ждал
Решил проверить на четвертый
Жив ли мальчик или мертвый
Может зверь уже какой
Расправился с его бедой
И раба в лес посылает
Тот Куллерво проверяет
И испуганно домой бежит
Чтоб хозяину доложить:
Куллерво у дуба стоит живой
В руке гвоздик небольшой
Им вырезает на стволах
Мужей с мечами на челнах
Все стволы изрисовал
Копья по бокам приделал

Унтамо руки опустил
Чтобы он не применил
Не может мальчика изжить
Не может Куллерво убить
Какую б гибель не послал
Живым ребенок представал

Песнь 3.
Когда Куллерво вырос, он портит всякую работу, которую ему поручают, и рассерженный Унтамо продает его в рабство Ильмаринену.

Наконец Унтамо угомонился
Убивать Куллерво утомился
И решил растить отныне
Как дитя своей рабыни
И сказал мальчонке злобно:
Поведешь себя пристойно
Будешь жить, как я велю
В доме здешнем поселю
У меня рабом трудиться
На работе веселиться
Будешь ты иметь и плату
Или скорую расплату
Поясок на тело себе
Или в ухо удары тебе

Вот Куллерво подрос чуток
Стал повыше на вершок
Стали ему работу давать
Сначала дитя обхаживать
Нянчить крошку малыша
Ростом с палец крепыша
Сказал Унтамо, как гроза:
Следи за ним во все глаза
Дай вовремя ему поесть
Сам остатки можешь съесть
В реке платьице постирай
Там же, пеленки оттирай
Нянчится тот день, другой
Да все бьет мальца ногой
Вырвал ручки, глазки колет
Малышок от боли воет
А на третий, перестал
Куллерво его доконал
Побросал пеленки в речку
Колыбельку сжег как свечку

И подумал Унтамо тогда:
Вижу, не будет годен никогда
Куллервойнен деток нянчить
Так куда его назначить?
Лесочек, разве, подсечет
И тем пользу принесет?

Куллерво в лес он посылает
Рубить деревья заставляет
Куллервойнен так ответил
Гордо Унтамо заметил:
Я стану мужем лишь тогда
Топор мне в руки дадут когда
Буду лучше многократно
Посмотреть будет приятно
Стану сильнее пятерых
Крепче буду шестерых

Куллерво к горнилу поспешил
И кузнеца там попросил:
Брат кузнец, ты горн раздуй
Получше мне топорик скуй!
Как герою, секиру большую
Из крепкого железа, стальную!
На подсечку в лес иду
И там рубить деревья буду

Работал тот кузнец поспешно
Он топор сковал успешно
Железо по руке рубца
Секира по силам бойца

Куллерво день железо точит
Острее бритвы сделать хочет
Топорище к ночи строгает
Утром в лес идти желает
Унтамо велел там быть
И старые деревья рубить

Но он ищет лес строевой
Вместо древесины больной
Как траву живые косит
Одним ударом он их сносит
Целую гору нарубил
А когда слегка остыл
То воткнул в колоду топор
И прокричал в дремучий бор:
Лемпо пусть деревья рубит!
А Хийси на балки их разрубит!
По лесу громко засвистал
И такое вслед сказал:
Пусть повалится весь лес
До места, голос, где исчез
И пока месяц сияет
А жизнь теченье продолжает
Пусть здесь ветка не растет
Ни былинка не взойдет
Где сын Калерво лес срубил
Землю под пашню освободил
Коль ячмень сюда посеют
И всходы новые поспеют
Всходами пусть остаются
В колос никогда не вьются!

С проверкой Унтамо приходит
Посмотреть, что происходит
Прилежно ль раб лес убирает
Землю под сев освобождает?
Но увидев, лишь страдает
Лес строевой землю укрывает

Унтамойнен стал гневиться:
Куллерво и на это не годится
Строевой весь лес попортил
Бревна лучшие испортил
Землю не освободил
Ее стволами завалил
И к чему его приставить?
Ладно, пусть плетень поставит!
И на следующий же день
Велит Куллерво плести плетень

И Куллерво плести стал
Стволы огромных елей взял
Кольями плетню наладил
Сосны жердями приладил
Плетень вяжет из рябин
Из огромных, в сто аршин
Тот плетень стоит стеной
Нет калитки ни одной
Нет ворот, чтоб отворить
А Куллерво и говорит:
Кто летать птицей не может
Тот никогда сюда не сможет
Толи въехать, толь войти
Через ограду мою не пройти!

Унтамо из дому выходит
Посмотреть сюда приходит
На плетень рабом сплетенный
И остолбенел он удивленный
Стоит плетень сплошной стеной
Нет прорубки ни одной
Облаков плетень коснулся
И даже выше потянулся
Унтамо опять сердится:
И на это не годится!
Его плетень стоит стеной
Нет калитки ни одной
Нет ворот, чтоб отворить
Можно было чтоб входить
К облакам его поднял
Даже выше приподнял
Я ж не птица, чтоб летать
Тот плетень перелетать

Что же делать, как тут быть?
Какую работу рабу поручить?
Пусть мне разве рожь молотит?
А самого от злобы колотит

Куллерво он в амбар отправил
Рожь молотить его заставил
Тот цепом и начал молотить
От зерна лишь пыль летит
В труху солому превращает
Играя силой, напевает

Пришел хозяин посмотреть
Услышав, раб что начал петь
Видит, пыль вместо зерна
Вся солома как мякина
Разгневался Унтамойнен:
Никуда слуга не годен
Делает работу он
Словно это страшный сон
В Россию, что ли отвести
Иль к Ильмаринену свести
И знаменитому продать
Там будет молотом махать?

Сына Калервы он продал
Так на кузню тот попал
К Ильмаринену кузнецу
Железа и стали певцу
Цену дал кузнец какую?
Цену дал кузнец большую:
Два котла отдал он старых
Три крюка железных ржавых
Кос пяток он дал негодных
Шесть мотыг уж непригодных
За раба весьма плохого
За парнишечку лихого

Руна 32.

Песнь 1.
Жена Ильмаринена назначает Куллерво пастухом и со злости запекает ему в хлеб камень.

Ильмаринен парнишку взял
Отцовской заботой его обнял
Теперь он в носочках синих
В новых башмачках красивых
Золотоволосый, стройный
Но бездельем недовольный
Вечером, как-то, Куллерво идет
К Илмари в кузню, где тот кует
И просит хозяина своего
Найти работу тотчас для него
Но кузнец, вконец занятой
Отправил его к жене молодой
Дескать, она работу найдет
Для тебя что-нибудь подберет

Утром слуга к хозяйке спешит
И простодушно ей говорит:
Мне б работу надо дать
Семье чтоб вашей помогать
Ты скажи, что делать мне
Мои руки как в огне!

Дочка Лоухи, колдуньи злой
Ставшая Ильмаринену женой
Возненавидела мальчишку
За то, что Илмари парнишку
Словно сына полюбил
Его заботой окружил
Пастухом его послала
Следить за стадом приказала
А чтоб обиду у него разжечь
Хлеб для слуги стала печь
Верх пшеничный, низ овсяный
Внутри камень окаянный
Мажет хлеб уже негодным
Маслом в пищу непригодным
Пастуху тот хлеб вручает
И Куллерво поучает:
Хлеб ты этот ешь лишь тогда
Стадо в лес загонишь когда!

Песнь 2.
Жена Ильмаринена выпускает стадо на луг, провожая его заклинаниями.

Вот хлев хозяйка открывает
Споро стадо выпускает
Заклинанья произносит
И богов помочь ей просит:
В лес коров я выпускаю
Молочных в рощу погоняю
По березам криворогих
По осинам пряморогих
Чтобы жиром запасались
Молока чтоб набирались
На лесных полянах чистых
Среди рощиц золотистых
Средь березняков густых
Лесов сосновых золотых
Средь осин в высоких травах
И в серебряных дубравах

Миеликки, хозяйка лесная
Заботу о стаде проявляя
Служанок лучших ты пошли
Рабынь повыше отошли
Чтоб смотрели за стадами
Утром, днем и вечерами
Пока лето не прошло
Что творец дал на тепло
Что всевышний нам подарил
Чем милосердие свое явил!
В потоке вод пусть смочат руки
Стада омоют и исчезнут муки
От слепней злых и мошек
От кровопийных крошек

В платьях из тумана сшитых
С кудрями золотом облитых
Теллерво, Тапио дочь
Я прошу тебя помочь!
Сохрани стада мои
Среди радушной Метсолы
Средь Тапиолы травяной
Их охраняй своей рукой!
Пальцами руки прекрасной
Сделай шерсть коров атласной
Как рысья пусть она блестит
Как рыбьи перья пусть горит
Как шерсть тюленя засверкает
Овечки дикой замерцает!
Как стемнеет, свечереет
Вечер день тот одолеет
Веди стада тогда тропой
Рекой молочною домой!
А как солнышко зайдет
Птичка к ночи запоет
Ты стадам тогда скажи
Криворогим прикажи:
Ко двору теперь идите
Молоко домой несите!
Хорошо вам будет в хлеве
Спать там будете на сене
Не то, что по лесам блуждать
По прибрежью шумно топать
А когда домой придете
В тепло хлева попадете
Омоют вымя вам служанки
И подоят вас, гулянки
На медовой на траве
Да на ягодной земле

Нюйрикки, Тапиолы сынок
Помоги мне, дай зарок
Проведи стада мои
Сквозь густые леса свои
На грязь ты постели мосты
Стволами елей и сосны
На трясины и на топи
На трясущемся болоте
И стада по ним веди
Хоть неудобные они
Криворогих веди к дому
К очагу для них родному
Без вреда они чтоб шли
Без блужданий бы пришли
Болота чтоб не проглотили
Грязи чтоб не утопили!

Не послушается стадо
К ночи дома что быть надо
Ты тогда, рябины дева
Из тебе родного древа
За черемушной горой
Там, где Тапио дом родной
Срежь ты розги и хлысты
Ко дворам гони стада ты
Только там начнут топить
Баню к вечеру готовить
Скот домашний весь, домой
В Тапиолу, весь скот лесной!

Отсо, бурый зверь лесной
С медовой лапою большой
Мир, да будет между нами
На года, что живем сами!
На стада не нападай
Скот молочный ты не трогай
Долгим летом по долам
Что дал творец на тепло нам!

Звук колокольчика поймаешь
И призыв рожка узнаешь
Ты тогда на дерн ложись
В кочки головой уткнись
Или в чащу убегай
Холмы другие выбирай
Чтоб не слышать бубенцов
Ни пастушечьих рожков

Слушай, Отсо, зверь лесной
С медовой лапою большой
Можешь ты хвостом махать
Там, где стада будут стоять
Но не смей трогать их языком
Хватать своим противным ртом
Зубами скот мой раздирать
Своею лапой удушать
Обходи кругом лужайку
Ту молочную полянку
От бубенцов подальше держись
Рожков пастушечьих страшись!

Стадо на поляне будет стоять
Должен ты к болоту бежать
На болоте если стадо
Тебе в дубраву бежать надо
Пасется стадо на горе
Ты у подошвы лежи на земле
Ходит стадо под горою
На вершине будь собою
В поле будет стадо пастись
Ты в лесочек удались
По лесочку ходит стадо
Тебе в поле уйти надо
Кукушкой улетай златой
Иль голубкой серебристой
Ходи сторонкой как сижок
Катись как твоей шерсти клок
Когти в лапы ты попрячь
Зубы в десны глубже спрячь
Чтобы стадо не пугалось
По лесам не разбежалось!

Веди себя со стадом смирно
Пусть оно гуляет мирно
Пусть спокойно выступает
По полям и болотам шагает
По лугам с ковром зеленым
По лесным полянам сонным
Только их ты там не пугай
И лапой своею их не хватай!
Вспомни, там у Туонелы
Где живущим всем пределы
Там, где все покрыто тленом
Пред всевышнего коленом
Клялся ты стада не рвать
А увидев, убегать
Да, разрешили тебе там
Приближаться летом к стадам
Трижды к месту подходить
Колокольчик, где звенит
Но тебе не разрешали
Позволенья не давали
Молочный скот зубами рвать
И то все лето продолжать

Если злость к зубам подступит
И грызть желание наступит
Злость на лес ты обращай
На елках ты ее срывай
Дерев грызи стволы гнилые
Иль растенья водяные
Или к холмам ты удаляйся
И там над ягодами издевайся

А захочешь ты поесть
В Тапиоле все ведь есть
Там поля грибов прекрасных
Корни кушай стеблей красных
В муравейнике поройся
Иль в малиннике укройся
Кусками мед ешь среди скал
Где трещинами их оскал
Иль на липу забирайся
Медом из дупла напивайся
На золотых Тапиолы холмах
На серебряных ее пригорках
Там ты, алчный, наедайся
Там от жажды ты спасайся
Той еде конца там нет
Тот напиток не иссякнет
Но не трогай молочный скот
Травой набитый их живот

Тогда с тобой договоримся
О мире вечном сговоримся
Чтобы жить в довольстве нам
И по лесам, и по домам
Вместе мы землей владеем
От нее мы все имеем

Если битвы ты захочешь
Воевать со мною хочешь
Тогда зимы дождись, герой
Сразимся на снегу с тобой!

Когда лето к нам вернется
И тепла земля напьется
Пропадет на речках лед
И с заливов, и с болот
Ты проваливай оттуда
Стада слышны тебе покуда
А вернешься ты сюда
К рощам, где мои стада
То тебя здесь стрелы встретят
Смертью лютою приветят
Ну а если там не воткнутся
То они у нас найдутся
Да не забывай и про меня
Хочу тебе напомнить я
Могу испортить пути тебе
Беду послать твоей дороге
Чтоб ты вред с собой не нес
Стадам погибель не принес
Против божьей вышней воли
Не страшась ужасной доли

О ты, Укко, бог богов
Зачаруй моих коров
Преврати мое все стадо
Для безопасности, так надо
Милых всех моих в деревья
Дорогих моих в каменья
Коль чудовище подойдет
Глыба на стадо нападет!

Если б я была тобой
С большой лапой медовой
Я не вертелась никогда бы
Под ногами старой бабы
Есть для тебя места другие
Загородки есть иные
Где лентяй может таскаться
Или праздно прохлаждаться

Уходи туда скорей
Свои лапы не жалей
Идя, коли их до тех пор
Пока мясо не сойдет с икор
Средь синеющих лесов
По камням средь них утесов
Иль иди по кочкам поля
Топай по песку вдоль моря
По проторенным дорогам
К дальним Похьелы порогам
На лапландские просторы
Где леса густые, горы
Будет чем тебе питаться
Тебе б навеки там остаться

Не нужно летом башмаков
Не нужно в осень и носков
По просторным топям топать
По широким болотам шлепать

Не можешь если ты пройти
Туда дороги не найти
Так спеши дорогой другой
Беги скорее ты тропой
В лесные чащи Туонелы
Калмы дальние пределы!
Там найдешь болота себе
Боры есть для прогулок тебе
Будет их богатство твое
Там и Кирье, там и Карье
И других коров стада
В крепких путах из железа
На шеях в десяти цепях
Что держат их в своих когтях
Жир худые наживают
Мясо кости набирают

Лес и роща, прошу я вас
И к дубраве мой же глас!
Благосклонно, с добротой
Успокойте скот весь мой
Покой дайте криворогим
Дайте отдых летом долгим
Что творец на тепло подарил
Благосклонность свою явил!

Куйппана, прошу при встрече
Псов своих держи покрепче
Их, помощников столь важных
Брехунов своих отважных!
Ноздри им грибами заткни
Или ягоды в них воткни
Чтоб унюхать не смогли
Где пасутся стада мои
Глаза и уши завяжи
Повязку из шелка наложи
Чтоб не видеть им ходящих
И не слышать им бродящих!

Если ж этого им мало
Слушаться им не пристало
Подальше ты их прогони
С прибрежья и дубрав гони
Проводи их с луговинок
И с полей больших травинок
Спрячь в пещерах их просторных
Брехунов свяжи проворных
Золотистыми цепями
Серебристыми ремнями
Злодейства чтоб не сотворили
Стада мои чтоб не сгубили

Если ж этого им мало
Слушаться им не пристало
Укко, царь ты золотой
Серебряный защитник мой
Ты услышь слова мои
От сердца ведь идут они
Ты рябиновые узы свяжи
На тупые морды их наложи
Коль не сдержат они злых
Непослушных и голодных
Ты медные им узы скуй
В них пасти поганые закуй
Если ж сбросят с морд своих
То из железа выкуй их
Будут крепкими они
Сталью коль не повреждены
И их не портили ножами
И не рубили топорами
Коль не выдержит и оно
То железо не будет годно
Прошу тебя, ты в тот же день
Им палку золотую продень
Чрез костлявые их морды
Чтоб затихли эти орды
По концам стучи сильнее
Заклепай их попрочнее
Чтобы челюсти их сжать
Не дать зубов им разжимать!

Но вот хозяйка речь завершила
Заклинания свои прекратила
Гонит к воротам коров своих
Там чтобы в поле выпустить их
Настежь створки их открыла
Скот на пастбище пустила
Пастуху же приказала
Строго - строго наказала
Сзади за скотом шагать
За стадом зорко наблюдать

Руна 33.

Песнь 1.
Куллерво пасет стадо и вечером вынимает хлеб из сумки, начинает резать его ножом и ломает свой нож о камень, замешанный в хлеб. Особенно огорчило его то, что этот нож был единственной памятью, оставшейся ему от его рода.

Куллерво свою котомку берет
Еду в походный мешок кладет
И болотом погнал коров чужих
Лесом сосновым гонит их
На ходу судьбу клянет
Свои жалобы поет:
Ах, я парень горемычный
Самый жалкий, никудышный!
Что ж, теперь мне так и жить
Хвосты бычачьи сторожить?
За телятами тащиться
По болотам лишь влачиться?
Ползать по плохой земле
И за что все это мне!?

Сел, где солнышко пригрело
Поет о том, что наболело:
Божье солнце, дай тепла
Моя спина чтоб высохла
Света также ты пошли
Чтоб видели глаза мои
Кузнецу пасу стада я
Грей, свети, лишь для меня
Хозяйку же и кузнеца
Не грей и не свети им никогда!

Хорошо хозяйка живет
Хлеб пшеничный себе печет
Пироги приготовляет
Масло свежим покрывает
Ну а раб лишь черствый может
И сухую корку гложет
Хлебец овсяной разгрызает
Хлеб с мякиной разрезает
Из соломы хлеб его
С корой сосновой ест его
Воду берестой достает
Из-под кореньев ее пьет

Солнце, ты уж пропадай
Ты, божье время, исчезай
Скорей за сосны уходи
За лесочек заходи
За можжевельника колючки
За ольховые верхушки!
Пастуха домой сведи
На хлеб с маслом отведи
Чтоб он свежий хлеб поел
В пирогах середку выел!

Пока Куллерво шел домой
И песни пел на лад он свой
Ильмаринена жена
Масло в чашке соскребла
Середку в пирогах сожрала
Лепешки все исковыряла
Сготовила похлебку сама
Щей холодных для раба
Где весь жир собака съела
Сытно пестрая поела

В лесу птичка запевала:
Поесть рабу пора настала
На обед садись скорей
И желудок свой набей!

Пастух услышал птички совет
На тени земли смотрит в ответ
Что от солнца потянулись
И на восток собой повернулись
Постоял, вздохнул легонько
И сказал себе тихонько:
Да, уж время и поесть
Что в мешке у меня есть
Пора за обед приниматься
Запасом своим наслаждаться

Отогнал на отдых коров
Чтоб легли на лужайки покров
Сам уселся он на кочке
На земли зеленой почке
Со спины котомку снял
Хлебец из не достал
Повертел его в руках
И говорит себе в сердцах:
До чего хлебец хорош
Снаружи, сразу не поймешь
Что внутри сосны кора
Да под ней еще мякина

Вынул ножик он из ножен
Чем он хлеб нарезать должен
Нож воткнул он в тот хлебец
И лезвия сломал конец
О голыш тот нож сломался
На куски клинок распался

Увидав, что нож сломался
Куллервойнен разрыдался:
Принадлежал он отцу моему
Мать вручила его сыну своему
В память о погибшем отце
И рода нашего горьком конце
И вот о камень его сломал
О голыш, что в хлебе лежал
Злою бабой запеченный
В хлеб же ею испеченный!

Как отомщу за хлеб негодный
Злобной тварью испеченный
За насмешку над собой
Как отомстить мне бабе злой?

Ворон каркает с ветвей:
Ты напрасно слез не лей!
Калерво ты сын единый
Значит смелый ты и сильный!
Возьми в лесу ты хворостину
Загони коров в трясину
Дай половину медведям
Другую дай большим волкам!
Побольше ты их собери
В коров и телят их обрати
И, как стадо, гони на двор
Твой исполнить приговор
За смех, хозяйке отплатить
Скверной бабе отомстить!

Песнь 2.
Куллерво решает отомстить хозяйке, загоняет стадо в болото, а вместо него собирает стадо волков и медведей, которых вечером пригоняет домой.

Слова ворона седого
Воспламенили раба молодого
Глаза у Куллерво зажглись
Брови его грозно сошлись
И прошептал он, встав с земли:
Блудница Хийси, подожди!
Я плачу о ноже отца
Мое горе без конца
Ты ж побольше будешь выть
О коровах своих голосить!

В лесочке прут он отломал
И в болото коров погнал
Стадо в тальнике разделил
Половину медведям вручил
Другую половину волкам
Большим и серым зверям

И колдуя, заклиная
Злую бабу проклиная
В коров медведей обратил
В телят волков он превратил
И погнал это стадо зверей
На двор злой хозяйки своей

Солнце за полдень висит
На вечер оно уже спешит
На верхушки сосен сходит
И пора доить подходит

Куллерво, пастух несчастный
Но в злобе своей, страшный
То стадо к дому подогнал
И своему зверью сказал:
Вы хозяйке бедра рвите
Икры злобной вы грызите
Лишь она к вам прикоснется
Лишь доить она нагнется!

Стал мастерить себе рожок
Чтобы смог он, как пастушок
Известить хозяйку стада
Что коров встречать уж надо
Взял Туомикки рог для того
Затрубил очень громко в него
Трижды на горе близ дома
И шесть раз в конце прогона

А хозяйке все неймется
Молока ждет не дождется
Масла летнего желает
Чу, слышит рог раба играет
На болоте, на горе
На зеленой луговине
Облегченно завздыхала
И такие слова сказала:
Бог верховный, слава тебе!
Что помог сегодня мне
Слышу рог пастуха звучит
Значит стадо домой мчит
Но где взял пастух его
Сделал дудку из чего?
Громко он во что трубит
Так, что голова болит?
Сильно дует и играет
Шумом уши раздирает?

Ей Куллервойнен отвечает:
Твой раб на рожке играет
В болоте я его нашел
Мимо трясины, когда шел
Уже готово стадо к дойке
Все коровы в загородке
Огонь, дымящий, разведи
И доить коров иди!

Та, сама, к ним не идет
Старуху, доить коров зовет:
Мать, пойди-ка коров подои
Да молоко скорей неси!
Мне же некогда доить
Тесто надо замесить

Куллерво стал ей говорить
Чтобы самой коров доить:
Хорошая хозяйка знает
И по-другому поступает
Сама подоит коровок своих
И молоко сама унесет от них

Песнь 3.
Жена Ильмаринена идет доить и гибнет, дикие звери разрывают ее на куски.

Затронули ее слова раба
И жена Ильмаринена сама
Дымящий огонь разводит
И своих коров доить уходит

Стадо разом осмотрела
Скот рогатый оглядела
И довольно говорит:
Хорошо стадо выглядит
Шерсть медвежья у него
Как у волка шерсть его
Переполнено вымя коров
Молоко уже каплет с сосков

Тут она доить нагнулась
К соскам коровы прикоснулась
Потянула раз, другой
Хочет третий, своей рукой
Быстро волк ее кусает
И медведь ее терзает
Волк икры пастью хватает
Медведь за пятки кусает
Мясо в икрах покусали
Кости бедер поломали

Калерво сын, Куллервойнен
Был случившемся доволен
За насмешку бабы, отомстил
За осмеяние ею, отплатил

Ильмаринена жена
Завопила со двора:
Злой пастух, ты ли здоров?
Зверей привел вместо коров
Медведей и волков пригнал
И на скотный двор загнал!

Куллерво ей ответил бурно:
Как пастух, я сделал дурно
Также дурно, как и ты
В хлеб запекая камень злобы!
О него я нож сломал
Что отцу принадлежал!
Вот ты вопишь от мук страдая
То мстит тебе сталь родовая!

И хозяйка тут взмолилась
Уговаривать его пустилась:
О пастух, прости меня!
Виновата перед тобой я
Свои мысли измени
Свои заклятья отмени
Избавь меня от волка пасти
И медвежьих лап напасти!
Рубашек дам тебе других
Штанов достану дорогих
Хлеб пшеничный будешь есть
Масло свежее, сделай честь!
Молока дам посвежее
И свинины понежнее
Год без работы отдыхай
Другой, все даром поедай
Коль не избавишь ты меня
От стаи дикого зверья
Меня найдет тогда смерть злая
В сырую землю обращая!

Но Куллерво был непреклонен
И со злой немногословен:
Умирать, так умирай
Ты поскорее погибай!
Под землей тебе найдется
У Калмы место подберется
Сильнейшие в покое там
Могучие доверились снам

Тут хозяйка завопила
К Укко лик свой обратила:
Бог верховный, многоликий!
Натяни свой лук великий
С медной огненной стрелой
Пусть наконечник ее стальной
Мясо на лопатке пройдет
И в самое сердце войдет
Сына Калервы, врага моего
Жизнь отбери, стрелою, его
Пусть падет мой раб дрянной
В сырой земле найдет покой!

Куллервойнен возмутился
И сам к богу Укко обратился:
О, отец, верховный мой!
Не меня рази стрелой!
Злую ведьму стрелой бей
Самую худшую убей
Бей, пока на месте она
Бей, отсюда пока не ушла!

Ильмаринена жена
Как подкошенная она
На землю мертвою упала
Там же, где она стояла
Как сажа спадает с котла
Иль падает с неба вода

Так та женщина скончалась
Так жизнь красотки увенчалась
Та, которую шесть лет
Позабыв про целый свет
Ильмаринен все искал
Потом три года свадьбы ждал
А бог ее за все грехи
Заставил в Маналу идти!

Руна 34.

Песнь 1.
Куллерво убегает от Ильмаринена, скитается опечаленный по лесу и узнает от одной старушки, что его отец, мать, брат и сестра, еще живы.

Боясь гнева кузнеца
Заменившего ему отца
Куллервойнен решил скрыться
От великого удалиться
Пока весть ему не пришла
Что жена его в Маналу ушла
Тот великой злобой вскипит
И захочет Куллерво убить

И пошел он оттуда играя
Ильмаринена дом покидая
Трубит веселый по лесам
На новой пашне, по полям
Болота и земли сотрясались
Земные недра откликались
Веселью бывшего раба
Злорадным кликам пастуха

Уже в кузне слышно трубу
Бросил Илмари свою работу
Вышел вон ее послушать
Во дворе те звуки слушать
Кто в лесу трубит так громко?
Кто в песках играет звонко?

Вышел, двор свой осмотрел
И в тот же миг остолбенел:
На траве жена лежала
Красавица будто спала
Но мертвым было ее тело
От рваных ран оно сомлело

Застыл кузнец в безумном горе
Вскипело сердце словно море
Ночь провел он все рыдая
Потоком слезы проливая
Чернее дегтя мысли у него
Не белее угля сердце его

Куллерво дальше все шагает
Где попало он блуждает
Лесной чащобой день идет
По землям Хийси все бредет
А как к ночи потемнело
Пастушье тело ослабело
На земле он там уселся
Потихоньку осмотрелся
И стал наш сирота страдать
А страдая, размышлять:
Кто, бедняжку, меня создал?
Кто на свет меня рожал?
Чтоб блуждал я месяцами
Под чужими небесами?
Кто на родину стремится
Кто в свое жилище мчится
Мне же родина – лес темный
Мое жилище – луг просторный
Очаг мне ветер заменяет
Дождик баней мне бывает

Ой ты, Укко, бог богов!
К тебе я шлю свой этот зов!
Никогда, прошу тебя я
Не твори несчастным дитя
Чтоб сиротой было оно
Без родителей жило
Как был тобою создан я
Бедняжкой сотворил меня
Точно чайку в синем море
Одинокую в его просторе
Солнце ласточке сияет
Воробью оно блистает
Птиц небесных веселит
Его теплом весь мир залит
Только мне оно не светит
Не обогреет, не приветит
Живу во мраке мрачном я
Никогда мне нет веселья

Не знаю кто родил меня
В чреве чьем сидел я
Может утка то была
Меня в болото принесла
И оставила в трясине
Одинокого во всем мире

Отца моего враги убили
Они же род наш погубили
Меня от матери отняли
Башмаки из льда мне дали
Снежные чулки связали
И пустили в гололед
На качающийся мост
Чтоб в болото я свалился
В гнилую воду провалился

Но не мне в болоте быть
С его тиной вместе жить
В болотной луже лечь мостом
В его трясине быть бревном
Ведь две руки имею я
Десять пальцев у меня
А на них крепкие ногти
Да покрепче, чем у рыси когти

Чем бревном в болоте жить
Лучше Унтамо отомстить
За смерть отца моего
За гибель нашего рода всего
За слезы матери родимой
Им угнетаемой, любимой
За несчастья мои, что породил
Любви родительской лишил:
Уж, Унтамойнен, подожди
В гости меня к себе жди
Я приду с тобою биться
Твоей смертью насладиться
Разорю твое жилище
Двор превращу я в пепелище!

Вот идет баба лесная
Кривобокая, хромая
К нему тихонько подошла
Спросила его слышно едва:
Куллерво, ты куда бежишь?
Калервы сын, куда спешишь?

Старушке Куллерво отвечает
А лик его гневом пылает:
На чужбину отправляюсь
Где с Унтамо поквитаюсь
За гибель отца своего
За гибель рода моего
За слезы матери родимой
Такой далекой и любимой!
Убийца должен умереть
А дом и двор должны сгореть!

А старуха и говорит:
Нет, не весь ваш род убит
Жив Калерво отец твой
Хотя старик уже седой
Жива-здорова твоя мать
Скоро сможешь их обнять

Ты, старушка дорогая!
Мне поведай не скрывая
Где живут отец и мать?
Как родных мне отыскать?

Далеко они живут
Где лапландцы оленей пасут
Где много зверья в лесах
И рыбы в чистых прудах

Ты, старушка дорогая!
Мне поведай не скрывая
Как достигнуть той земли
Как туда дорогу найти?

Не так сложно туда дойти
Даже не зная дороги-пути
Ты иди сначала леском
Берегом реки потом
Так три дня побудь в пути
Потом на север поверни
На дороге гору встретишь
Издалека ее заметишь
Ее подошвой ты иди
Налево гору обойди
Справа будет там река
Она видна издалека
Ты по берегу пройди
И три порога там найди
На длинном мысе они стоят
Бешенной водой кипят
А на конце того мыска
Увидишь хижину ты рыбака
Там живут твои родные
Отец с матерью дорогие
С ними же сестра и брат
Будешь ты родней богат!

Песнь 2.
Куллерво находит родных, по указанию старухи, на границе Лапландии.

Куллерво бабе поклонился
Да и в дальний путь пустился

День идет он, и другой
Вот и третий с глаз долой
На север он теперь шагает
На дороге гору встречает
Слева подошвой ее обошел
И к реке широкой вышел
Идет дальше вдоль нее
Левым берегом ее
К трем порогам он подходит
Там вода пеной исходит
На конец мыска спешит
Рыбачья хижина там стоит
Дым из печной трубы клубится
Кто-то в доме копошится
Куллерво память пробуждая
Уж не мама ли родная!?

Куллерво в ту избушку входит
Вглубь от порога не уходит
Шлет хозяевам земной поклон
Но ими был не узнан он:
Ты откуда, гость нежданный?
К нам ли будешь, иль случайный?
Из семейства ты какого?
Рода мало ль, большого?

Куллерво им и отвечает
Боль свою он не скрывает:
Не узнаете вы меня?
Дитя родное ваше я!

Когда Унтамо отца убил
И род наш славный погубил
Мать рабыней он забрал
Я в ее чреве пребывал
В неволе она меня родила
И Куллерво прозвала

А подрос слегка когда
Мать рассказала мне тогда
Как моего отца убили
Как род большой наш погубили
И сказал младенцем ей
Вот бы вырасти скорей
Убийцам отомстить сполна
Род извести, все сжечь дотла!

Унтамо речь ту услыхал
Сам испугался и род напугал
Оторвал от матери меня
И чтоб обезопасить род и себя
Решил он смерти меня придать
Разные способы стал применять
Но живым оставался я
Не смог проклятый убить меня

После того, я как раб трудился
Унтамо же на меня обозлился
И Ильмаринену рабом продал
Чтобы я там молотом махал

Жена Илмари встретила злом
Меня определила пастухом
На дорогу хлебец испекла
И камень от злобы туда запекла
О тот камень я нож сломал
Который отцу принадлежал
За то, на нее, я зверей натравил
За железо рода ей отомстил
Когда звери злыдню изорвали
В леса мы сразу убежали
Боясь, кузнец нам будет мстить
И всех нас сможет погубить

Бродил я долго по лесам
В каких местах не знаю сам
Пока не встретилась седая
Старушка добрая лесная
Успокоила она меня
Сказала, что жива семья моя
Где живете рассказала
И путь-дорогу указала

И вот, наконец, я вас нашел
Долго к родному порогу я шел
Слез пролил немало я
Думая, что погибла семья моя!

Песнь 3.
Мать говорит Куллерво, что она считала его уже давно потерянным, как и свою старшую дочь, ушедшую по ягоды в лес и больше не вернувшуюся.

Мать зарыдала, запричитала
И в ответ сыну сказала:
Как я счастлива, что ты живой
Издалека пришел домой
Как по мертвому я рыдала
Слезы горькие проливала
Унтамо, когда тебя отнял
И в рабство Илмари продал

Я, улучив момент, сбежала
На пепелище рода прибежала
Живым я там нашла отца
И радуясь тому без конца
Почти убитого спасала
Его на ноги поднимала

Потом сюда вдвоем ушли
Место тихое нашли
Где мир царит, и где покой
И дом наполнен наш едой

Затем я дочку родила
За ней сыночка принесла
Потом еще дочь появилась
Младшая моя родилась

Но вот беда открыла двери
Вломилась будто злые звери
Доченька старшая пропала
И вестей не подавала
Также, как и ты пропал
И вестей не подавал
Но ты вернулся на свой двор
А доченьки нет до сих пор

Куллерво спрашивает мать:
Куда ж могла она пропасть?
Как и где сестра пропала?
Долго ль ты ее искала?

Мать ему и рассказала
Как сестра его пропала:
В лес по ягоды она пошла
Под гору, где малина росла
Там-то курочка и пропала
Неизвестно, что с ней стало
Исчезла дочка без следа
Как круги растворяет вода

Как по тебе, по ней ревела
Также сердцем я болела
И пошла ее искать
Хоть следочек отыскать
Как медведь я лесом мчалась
В роще выдрою металась
Когда неделя миновала
На горе вверху я стала
И с высокого холма
Громко дочь свою звала:
Дочь родная, отзовись!
Домой скорее воротись!
Так долго дочь я окликала
О пропавшей горевала

Мне в ответ горы сказали
В ответ дубравы прокричали:
Дочь свою не окликай
Громко домой не зазывай
Не вернется дочь к тебе
И к родительской избе
Чтобы к матери прижиматься
У пристани отца дожидаться!

Руна 35.

Песнь 1.
Куллерво пытается работать у своих родителей, но помощи от него мало, и отец отправляет его везти подать.

Время птицей пролетает
Живет Куллерво, подрастает
Под кровлей родителей своих
Силой своей удивляя других
Ум только детским остался
Рассудка мужа не набрался
Какую работу не поручи ему
Делает ее по плечу своему
Но сила без ума не созидает
И итог того печальным бывает

Так дурно его Унтамо воспитал
Когда дитем у матери отнял

Вот рыб ловить стал он желать
Снаряд для ловли расставлять
Сел он в лодку, весла взял
И рулевому так сказал:
Сильно ль невод мне таскать?
Веслами сильно ль загребать?
Иль тянуть его легонько?
Веслами грести тихонько?

Ему ответил рулевой
Седой качая головой:
Со всею силой хоть тяни
По-молодецки хоть греби
Лодку тебе не поломать
Да и уключин не сломать!

Куллервойнен усмехнулся
По-молодецки подтянулся
Приналег что было сил
Крюки у лодки отломил
Можжевеловые ребра смял
Дно у лодки оторвал

Калерво все это увидал
И тяжко вздыхая сыну сказал:
Да, не годишься ты грести
Ты сломал у лодки крюки
Можжевеловые ребра смял
Дно у лодки оторвал
Иди-ка рыбу в невод гнать
Там сгодится твоя стать!

Рыбу в невод загоняя
Сказал Куллерво, размышляя:
Со всего ль плеча работать
Со всей силы ли мне ботать?
Иль осторожно рыбу гнать
И потихоньку в сеть загонять?

Тащивший невод так сказал
И головою покачал:
Вот забота, так забота
Что ж была бы за работа
Не с полной силой если гнать
По-молодецки не работать!

И Куллерво сгоряча
Гонит рыбу со всего плеча
По-молодецки рыбу гоняет
Воду в кашу превращает
Невод в паклю изорвал
В кусочки рыбу порубал

Калерво все это увидал
И тяжко вздыхая сыну сказал:
Рыбу ты не годишься гнать
Невод умудрился изрубать
Разбил в кусочки поплавки
От рыбы лишь одни ошметки!
Пока зимние дороги
Ты поземельные налоги
Поезжай-ка оплати!
Может лучше ты в пути
Умом в дороге ты блеснешь
И меня не подведешь!

Уезжает Куллервойнен
Видя, что отец недоволен
Поземельные налоги платить
И себя пред отцом утвердить

Песнь 2.
Отвезя подать, Куллерво встречает на обратном пути пропавшую сестру, но, не узнав, соблазняет ее.

Налоги Куллерво оплатил
Как нужно подать уплатил
Зерно, положенное, все отдал
Отца с общиной рассчитал
Прыгнул в сани, кнут поднял
И домой на них помчал

С шумом сани побежали
Поляны Вяйне измеряли
Прежде им вспаханные поля
Чтоб цветущей была земля

Вот златокудрая девица
Вдоль дороги лыжней мчится
Куллерво с нею поравнялся
В своих санях слегка поднялся
Глаз с нее он не спускает
В свои сани приглашает:
Девица, в сани ты войди
На мягкой шкуре отдохни!

На ходу та отвечает:
Пусть сама смерть туда шагает
А на эту шкуру – болезнь!
И умчалась, словно тень

Куллерво ударил коня кнутом
Сверкнув на солнце жемчугом
Конь полетел словно стрела
Полозья раскалились добела
С сильным шумом он несется
Поземка за санями вьется
И скрипят сани по снегу
Помогая коня, бегу

Вот по хребту он моря мчится
Чистый лед под ним искрится
Навстречу девица идет
В хороших башмаках, поет
Куллерво удержал коня
Красиво голову склоня
Молвил вежливо девице той:
Садись рядышком со мной!
В сани, красота, садись
И со мною прокатись!

Та девица Куллерво отвечает
Как против шерсти пса ласкает:
Туони пусть с тобою мчится
Маналайнен веселится!

Куллерво ударил коня кнутом
Сверкнув на солнце жемчугом
Конь полетел словно стрела
Полозья раскалились добела
С сильным шумом он несется
Поземка за санями вьется
И скрипят сани по снегу
Помогая коня, бегу

Мчит вперед дорогой санной
Гладью Похьелы песчаной
Поля Лапландии пробегает
И вдруг девушку встречает
На санях она, на деревянных
И в украшениях оловянных

Он удержал вожжами коня
И его трензелями звеня
Девице вежливо сказал
Игриво в сани приглашал:
В сани девица садись
В мою полость завернись
В санках яблоки наливные
Да орешки золотые!

А она ему отвечает дерзко
С высокомерием и мерзко:
Плюю тебе на сани, я
И на сиденье негодяя!
Не будет под полостью тепло
Мне в санях твоих противно

Куллерво девицу подхватил
Ее к сиденью подтащил
В санках на меху сажает
И под полость ее толкает

Зло промолвила девица
Разъярилась молодица:
Меня с сиденья отпусти
Из рук малютку выпусти
Слов дурных чтоб не слыхать
Просьбы злого не исполнять
Иль я сани разломаю
Им бока пообломаю
Выбью длинные брусочки
Разнесу все на кусочки

Куллерво же спокоен был
Сундук с деньгами он открыл
Золото ей с серебром показал
Платки цветные разбросал
С каймой из золота пояски
С ниткой серебра чулки

Золото девицу пленяет
Мысли ей платок меняет
От чулок ее сердце горит
Серебро же гибелью грозит

Куллерво девицу ласкает
Увещает, обольщает
Утомленная от ласк девица
Под пологом с ним ложится
На роскошные меха
И до самого утра
Страстью греха согревались
Его властью наслаждались

Песнь 3.
Когда Куллерво и его сестра узнали, кто они такие, сестра бросается в реку, а Куллерво спешит домой, рассказывает матери, что он обесчестил родную сестру, и хочет покончить с жизнью.


Вот и утро им бог послал
Следующий день выслал
И девица Куллерво спросила
Хоть что-то узнать решила:
Из какой семьи ты будешь
В каком роде ты пребудешь?
Род видать у вас большой
Знатен значит и отец твой?

И Куллерво ответил ей:
Средних я краса кровей
Несчастный сын Калервы я
Сын, лишенный разуменья
Глупый, ни к чему не годный
Все лишь разрушать пригодный
Ты сама откуда родом?
Ты с каким живешь народом
Из какой семьи скажи?
Только правду расскажи

Тут девица вдруг взметнулась
От Куллерво отвернулась
И закрыв лицо руками
Сказала бледными губами:
Дева я неразумная!
Девица я негодная!
Братец ты же мой родной
Что ж мы наделали с тобой
Дочь Калервойнена я
В детстве он потерял меня
Я в лес по ягоды пошла
Малину под горой нашла
Целый день ее собирала
Под его конец устала
Ночь под горкой провела
На ее траве спала

Собирала день, другой
На третий собралась домой
Но дороги не нашла
Только дальше в лес ушла
Тропинки в чащу все вели
В нее меня и завели
Там я плакала сидела
Чуть от страха не сомлела
День проплакала, другой
На третий поднялась горой
И с высокого холма
Аукать стала я сама

Леса зеленые мне отвечали
И холмы в ответ звучали:
Дева глупая, ты помолчи
Безрассудно так не кричи
Не слышат крика твоего
От дома слишком далеко

Так неделю я блуждала
Уже смерти я искала
Но никак не умирала
Смерть меня не принимала

Тогда бы если б умерла
Если б слабая погибла
Уж бы травкой зеленела
Иль цветочком бы звенела
Или б ягодкой росла
Брусникой красной проросла
То не случилось бы позора
И смертного мне приговора

Едва она проговорила
Как с саней вдруг соскочила
Быстро к речке подбежала
И в пену водопада упала
В огненную его пучину
Там нашла себе кончину
В Туонелу она ушла
В Манале забвенье нашла
Калма ее приютила
В потоках покой подарила

Куллерво прыгнул из саней
Вслед за сестренкою своей
Но догнать ее не смог
В реке был виден лишь порог

И Куллерво волком завыл
Себя проклятьями покрыл
За тот грех, что совершил
Сестру родную обесчестил!

Горе матери с отцом
С таким сыном подлецом:
Вы к чему меня вскормили
Для чего на свет пустили?
Мне бы лучше не рождаться
На земле не появляться
Смерть неверно поступила
Что меня не умертвила
На вторую ж ночь от роду
Превратив дитя в колоду

Он хомут ножом разрезал
Ремней из кожи он нарезал
На белолобого коня садится
И домой стрелою мчится
Он спешит, дорогой скачет
И стенает он и плачет
Быстро на мысок приехал
И во двор отца заехал

На дворе там мать стояла
Видать сына поджидала
Тот галопом во двор влетел
Ветром он с коня слетел
Сказал ей, плача и стеная:
Лучше б ты моя родная
Едва на свет меня явила
В дымной бане б положила
Двери б крепко затворила
И там бы в дыме задушила
Иль на вторую ночь от роду
Ты б пошла со мною к броду
И утопила б там меня
Люльку в пламени огня
Ты б с пеленками сожгла
И без несчастий бы жила

Вдруг спросили б у тебя:
Где же люлька то твоя
Баня отчего прикрыта
Дверью крепко так закрыта?
Ты б сказала им тогда:
Люльку в печке я сожгла
А что в бане закрыта дверь
Солод там созревает теперь

Мать тогда его спросила:
Муха тебя какая укусила?
Что ты такое говоришь
Мысли чудные твердишь?
Ты словно в Туонеле был
Как из Маналы ты прибыл!

Куллервойнен волком взвыл
От безысходности заныл:
Мать моя, меня убей!
Не сын я пригожий – злодей!
Доченьку твою старшую
И сестру мою родную
Обесчестил, соблазнил
Тем ее к смерти приговорил!

Когда налоги уплатил
И домой к себе спешил
Девицу в дороге встретил
Соблазнил ее, приветил
И под пологом в санях
С ней купались мы в грехах

То была сестра моя
Дочка старшая твоя
В реку бросилась она
В водопаде умерла
В его страшной глубине
Упокоилась на дне

Теперь я хочу умереть
Но как и где найду я смерть
В пасти ль волка на клыках
Свирепой щуки ли в зубах
Страшного медведя в зеве
У кита в огромном чреве?

Песнь 4.
Мать Куллерво запрещает ему покончить с собой и уговаривает уехать, найти спокойный уголок и тихо доживать жизнь. Куллерво приходит в голову мысль отомстить за все Унтамо.

Мать сыночка обнимает
И на это отвечает:
Не ищи, сыночек, смерти
В этой жизни круговерти
В пасти ль волка на клыках
Свирепой щуки ли в зубах
Страшного медведя в зеве
У кита в огромном чреве
Суоми берега огромны
И Саво пределы просторны
Где преступному укрыться
От злого слезами отмыться
Можно там годами жить
Отца небесного просить
Время скорби все врачует
И мир просящему дарует

Куллерво матери отвечал
И твердо ей он так сказал:
Не стану я скрываться, мать
От своего стыда бежать!
А к пасти смерти я пойду
К воротам Калмы я уйду
Где сражения бушуют
И храбрейшие воюют

Унтамо еще на ногах
Не сгинул убийца в прах
Отомщу я за раны отца
За твои слезы без конца
Все страдания припомню ему
Что достались мне самому

Руна 36.

Песнь 1.
Куллерво снаряжается на войну и покидает родных. Одной только матери не безразлично, куда он пойдет, умрет ли, останется ли в живых.

Стал Куллерво снаряжаться
Он войной идти собрался
На Унтамо лиходея
Кровожадного злодея
За раны отомстить отца
За слезы матери без конца
За горькие свои страданья
Нет убийце оправданья!

Клинок блестящий наточил
У пики кончик навострил
Уже готов был уезжать
Как его остановила мать

Мать сказала: сыночек мой
Не ходи туда войной
Кто в битву сгоряча вступает
Тот и жизнь в войне теряет
Где железом все сверкают
От железа и умирают
Там, где слышен свист меча
От меча и ждет кончина
На коне ли в битву рвешься
Или на козе дерешься
Все они убиты будут
И про тебя там не забудут
Псом побитым ты вернешься
Лягушкой в дом ты заберешься

Но мать он слушать не желает
И неразумный ей отвечает:
На болоте я не сгибну
На песках я не погибну
Там, где вороны живут
И убитых в пищу ждут
На поле битвы я пропаду
В битве храбрых я паду
Под звон оружия умереть
Славная для героя смерть!
Он отходит не болея
Свет бросает не худея
Скоро жизнь герой кончает
Зато он славно умирает!

Мать сказала в возраженье:
Если ты умрешь в сраженье
Кто отцу защитой будет
Ему подмогой кто пребудет?

Ей Куллерво отвечает
Милосердия не проявляет
Будто Ютас в него вселился
И над родными веселился:

Пусть на прогоне он умрет
Со двора в Туонелу уйдет

Кто же твою защитит мать
Кто останется ей помогать?

Пусть на снопе она погибает
В грязном хлеве умирает

Рядом с братом кто пребудет
Помогать ему, кто будет?

Пусть в лесу он пропадет
Или на поле своем умрет

Кому сестру твою поддержать
И в несчастье ее утешать?

Пусть у колодца она упадет
Или платье стирая умрет!

Куллерво торопится, спешит
Все страшные слова твердит

Уходя, спросил отца своего:
Отец, поплачешь ты от того
Коль услышишь, что умер я
И средь рода нет меня?

Отец на Куллерво так глядит
Будто не сын перед ним стоит
И Калерво сказал в ответ:
О тебе я не заплачу, нет
Из тела жизнь, когда уйдет
И Калма тебя к себе заберет
Другого сына я приживу
С ним я лучше поживу
Меня, который, не забудет
И умней тебя намного будет

И Куллервойнен отвечает
Неразумность подтверждает:
Да и я не стану страдать
Слезы ручьями проливать
Коль весть дойдет до меня
Что Калма тебя с собой забрала
Сам себе отца устрою я
Голова будет из камня
Из глины болотной рот
Глаза из клюквы, что там растет
Борода из стеблей сухих
Ноги из сучьев ивовых
Кости из березы кривой
Мясо из древесины гнилой

Потом к брату обратился:
Ты б со мною брат простился
Заплачешь ли ты обо мне
Коль я сгину на войне
Коль услышишь, что умер я
И средь рода нет меня?

Брат махнул своей рукой
Словно тот не брат родной:
Не стану плакать по тебе
Коль погибнешь на войне
Меня не тронет твоя утрата
Я себе добуду брата
Он тебя получше будет
Красивей чем ты пребудет

И Куллерво говорит
Сам от злобы весь дрожит:
Да и я не стану страдать
Слезы ручьями проливать
Коль весть дойдет до меня
Что Калма тебя с собой забрала
Брата сам себе устрою я
Голова будет из камня
Из глины болотной рот
Глаза из клюквы, что там растет
Борода из стеблей сухих
Ноги из сучьев ивовых
Кости из березы кривой
Мясо из древесины гнилой

Он потом спросил сестрицу
Малолетнюю девицу:
Ты поплачешь обо мне
Если сгину на войне
Что исчез я из народа
Выбыл Куллерво из рода?

Зло ему ответила та
Будто и не сестра брата:
Не стану плакать о тебе
Коль погибнешь на войне
Меня не тронет твоя утрата
Я отыщу другого брата
Он тебя получше будет
И умней чем ты пребудет

И Куллерво ей сказал
Сам от злости задрожал:
Да и я не стану страдать
Слезы ручьями проливать
Коль весть дойдет до меня
Что Калма тебя с собой забрала
Сестру сам себе устрою я
Голова будет из камня
Из глины болотной рот
Глаза из клюквы, что там растет
Волосы из стеблей сухих
Ноги из сучьев ивовых
Уши из цветов болотных
Тело из сучьев кленовых

Тогда он мать свою спросил
Ее ответить попросил:
Мать любимая, родная
Матушка ты моя дорогая
Ты в себе меня носила
И кормила, и растила!
Будешь ли плакать обо мне
Коль я сгину на войне
Что исчез я из народа
Выбыл Куллерво из рода?

Мать тогда ему сказала
Хоть от горечи стонала:
Никто моих мыслей не знает
Как сердце матери страдает!
Горько я заплачу, завою
Когда заберет тебя с собою
Калма в покои свои
И успокоит все беды твои
Когда исчезнешь из народа
И своего родного рода

Я избу слезами залью
Их потоки на пол пролью
В хлеве я от слез согнусь
Я на улице разревусь
Снег от слез обледенится
Лед в талую землю обратится
Головы трава потянет
А потом от слез завянет

Устану если я стонать
На глазах у всех рыдать
В бане свою тоску я спрячу
Там тихонечко поплачу
Так, что лавки все всплывут
В потоках слезных поплывут

И вот Куллерво, Калервы сын
На войну пошел один
На войну идет играя
Кликами на битву вызывая
Трубил идя по болотам
По лесу Хийси громко топал
На полянах с громом пел
На лугах громко шумел

А тут новость его настигла
И ушей его достигла:
Уже скончался твой отец
Отошел навеки старец
Возвращайся чтоб успеть
На поминках песню спеть!

Неразумный не грустит
И его такой ответ летит:
Раз скончался, так скончался
Мой поход едва начался
Дома пусть мерина возьмут
На нем в могилу его свезут
В жилище Калмы опускают
И в покое оставляют

Идет болотами, трубит
Идет пожогами, гудит
А тут новость прилетает
И ушей его достигает:
Брат твой умер, возвращайся
С ним навеки попрощайся!

Неразумный отвечает
И без грусти замечает:
Раз скончался, так скончался
Мой поход едва начался
Жеребца пусть дома найдут
И в жилище Калмы отвезут!

И идя болотами, гудит
Идя по лесу, в рог трубит
А тут новость прилетает
И ушей его достигает:
Скончалась уж твоя сестра
Дочь родителей умерла
Как брат ее, ты возвращайся
С ней навеки попрощайся!

Неразумный отвечает
И без грусти замечает:
Раз скончалась, так скончалась
Битва еще не начиналась
Кобылу пусть дома найдут
И в жилище Калмы отвезут!

По жнивью идет, гудит
По лугам, в свой рог трубит
Новость по следам пришла:
Твоя мама умерла
К ней, сынок, ты возвращайся
С ней навеки попрощайся!

Куллервойнен застонал
И в ответ он так сказал:
Горе одно не ходит
За собой, другое приводит
Вот и мать моя умерла
Калма ее к себе позвала
Та, что меня родила
Сердце свое мне отдала
Укладывала спать устало
Под украшенное одеяло
Что на прялке пряжу пряла
И веретенцем все вертела

Я же не был, когда умирала
Не видел, как душа улетала
Может от холода умерла
Или от голода погибла
В доме мертвую обмойте
Самым лучшим мылом мойте
Оденьте умершую в шелка
Покрывалом укройте из полотна
Так в могилу отвезите
В лоно Калмы опустите
С скорбным пеньем отвезите
С громким воплем опустите!

Мне, мой путь домой, заказан
Унтамо мною не наказан
Злодей еще не умерщвлен
В прах огнем не превращен

Песнь 2.
Куллерво приходит в Унтамолу, убивает всех и сжигает жилища.

Идет Куллерво, в рог трубит
На битву с Унтамо герой спешит
В страну злодея победно идет
И богу Укко свою просьбу шлет:
Ой ты, Укко, бог верховный!
Меч пошли мне, благосклонный!
Самый лучший дай клинок
Чтоб с толпой бороться мог
Чтоб один я, с тем мечом
Стал для сотен палачом

Укко Куллерво навстречу идет
Лучший из мечей ему отдает

Тот мечом толпы сражает
Унтамо род весь истребляет
Избы в пепел превратил
Дворы, в пыль он обратил
Камни от печек лишь остались
Да рябины в крови купались

Так Куллерво Унтамо отомстил
За то, что тот род его сгубил
За раны своего отца
Страдания матери без конца
За то, что жизнь ему сломал
И неразумным воспитал

Песнь 3.
Куллерво возвращается домой, но дом его пуст, в живых на месте оказывается только старая черная собака, с которой он идет в лес, чтобы добыть себе пищи.

Отдохнув от битвы той
Куллерво отправился домой
Идет он к жилищу отца
На поля родного старца

Долго, коротко ль он шел
На родной мысок пришел
Домик отца на нем стоит
Но то ли умер, то ли спит

Вот в избушку он вошел
Никого там не нашел
Никто его там не обнял
Никто руки ему не подал

К печке быстро подошел
Ее остывшею нашел
Угли в топке не горят
Камни у печки холодят
Пол в избе не подметен
Слоем пыли покрылся он

На пристань он затем пошел
На катках лодок не нашел

Мертвыми дом и двор стоят
Родные все у Калмы лежат

Куллервойнен задрожал
Разрыдался, застонал
Плачет день он и другой
На могиле матери родной:
Добрая, родная мать!
Зачем оставила меня страдать?
Лучше бы взяла с собой
К Калме я б ушел с тобой!
Но ты не слышишь ведь меня
На глазах твоих стою я
На бровях твоих горюю
И на темени тоскую!

Пробудилась во гробе мать
Стала сына своего поучать:
Раньше срока идти со мной!
Черный пес будет с тобой
В лес теперь ваш путь лежит
Туда, где Тапио дворец стоит
Пес тебя туда отведет
К дочерям царя сведет
По ту сторону дубравы
Где вечно зеленеют травы
Девы синие живут
Свое подворье стерегут
К ним приблизься и откройся
Дочерей лесных не бойся
Там поищешь пропитанья
Там попросишь подаянья!

Песнь 4.
По дороге Куллерво попадает на то место, где соблазнил свою сестру, и убивает себя своим мечом.

Куллерво пса с собою взял
И в чащу лесную зашагал

Он долго по дороге шел
Лес густой уже прошел
Дальше шел он по песочку
И пришел к тому лесочку
Где он похотью блудливой
Обесчестил дочь родимой
Сестру опозорив сгубил
К смерти ее приговорил

Там прекрасный луг рыдает
Роща жалобно стенает
Травки юные горюют
На песках цветы тоскуют

Но на месте преступленья
Нет цветочного цветенья
Не растет трава весной
Только ветер ледяной
От водопада там летает
Слезами землю поливает

Опять Куллерво волком взвыл
Себя проклятьями покрыл
За тот грех, что совершил
Сестру родную обесчестил:
Мне бы лучше не рождаться
На земле не появляться
Смерть неверно поступила
Что меня не умертвила
На вторую ж ночь от роду
Превратив дитя в колоду!

Куллервойнен меч достал
Острый перед ним предстал
Горит в руках словно свеча
Он хочет знать желание меча
Повернул круг его
И спросил он у него:
Не хочешь ты ли пообедать
Мяса грешного отведать
Злобной крови нахлебаться
И навеки тут остаться?

Понял меч его желанья
И не ищет оправданья
Куллервойнену говорит
Словно кости чьи-то рубит:
Отчего ж мне не желать
Мяса грешного отведать
Ну а что б не подавиться
Крови злобной бы напиться
Коль безгрешных я пронзаю
Кровь неповинных выпиваю?

Он рукояткой меч втыкает
В землю глубоко вонзает
Грудью над острием склонился
И телом на меч навалился
Навстречу смерти поспешил
Так Куллерво жизнь завершил

Так погиб герой бесстрашный
Сильный телом, умом опасный
Неразумный, несчастливый
Но очень гордый и спесивый

Птицей весть тут полетела
Все округи облетела
Как Куллерво молодой
Был наказан за грех свой

И Вяйнемейнену весть пришла
Как Куллерво смерть нашла
И сказал мудрец седой
Чтобы слышал край родной:
Народ грядущий, крепко знай
Своих детей не отдавай
На воспитанье людям глупым
Людям злобным, безрассудным
Не давай чужим качать
Детей своих им поучать
Силой будет удивлять своих
И ею же пугать чужих
Только ум детским остается
Рассудка мужа не наберется
Но сила без ума не созидает
А итог того печальным бывает

Руна 37.

Песнь 1.
Ильмаринен долго оплакивает свою жену, потом с большим трудом выковывает себе новую жену, неодушевленную, из золота и серебра.

А Ильмаринен все страдает
О жене своей рыдает
Плачет ночи напролет
Плачет днем, не ест, не пьет
Ранним утром причитает
День начнется, он вздыхает
Злой Куллерво супругу убил
Зверей диких на нее натравил
Молот с медной ручкой лежит
Кузня Ильмаринена молчит

Месяц так уж пролетел
А кузнец одно лишь пел:
Горе мне и я страдаю
Как мне быть теперь, не знаю
Днем ли, ночью, все равно
Душу давит мне одно
Я в тоске по долгожданной
Я печалюсь о желанной
Думы все мои о ней
Я от горя все слабей
Часто ночью, я в бреду
На ложе милую ищу
Тщетно руки простираю
Лишь перину обнимаю
Тщетно щупаю от грез
Простынь, мокрую от слез

Без жены кузнец страдает
Его могучая сила тает
Без супруги постарел
И так три месяца он пел

Но четвертый вот настал
Он золота из моря взял
Серебро в теченьях ловит
Кучу дров себе готовит
Тридцать раз туда-сюда
Возит на санях дрова
В угли их пережигает
Горн углями заполняет
Золото туда кладет
Обломок серебра сует
В рост осеннего ягненка
Или зимнего зайчонка
Угли в горне поджигает
Рабов тотчас же заставляет
Меха за плату раздувать
И в горн воздух подавать

Рабы, голыми руками
С непокрытыми телами
Пустились раздувать меха
Нагонять в горн воздуха
Сам кователь проверяет
В горне углями играет
Проверяет изваянье
Невесту, свое желанье
Чтоб из злата и серебра
Как живая бы была

Но качают плохо рабы
Для мехов они слабы
Сам кователь поспешил
Раздувать меха решил
Раз качнул, качнул другой
Третий раз, своей рукой
Он на дно горнила смотрит
Что в огне там происходит?
Что выходит из горнила
Какое чудо печь сотворила?

Овца выходит из горнила
Покинуть печь она спешила
Шерсть из золота сияет
Медью, серебром, блистает
Все любуются овцой
Ее статью золотой

Рассердился наш кузнец
Не нужно мне сейчас овец
Волку лишь они нужны
Из злата ждал себе жены
Ждал супруги из серебра
Но желанная не вышла

Ильмаринен овцу хватает
И в огонь ее кидает
Золота добавил в горн
Серебра бросает он
И велит рабам опять
Мехами воздух раздувать

Рабы, голыми руками
С непокрытыми телами
Пустились раздувать меха
Нагонять в горн воздуха
Сам кователь проверяет
В горне углями играет
Проверяет изваянье
Невесту, свое желанье
Чтоб из злата и серебра
Как живая бы была

Но качают плохо рабы
Для мехов они слабы
Сам кователь поспешил
Раздувать меха решил
Раз качнул, качнул другой
Третий раз, своей рукой
Он на дно горнила смотрит
Что в огне там происходит?
Что выходит из горнила
Какое чудо печь сотворила?

Жеребчик из огня выбегает
И к мехам он подбегает
Грива золотом сияет
Серебром глава блистает
Все любуются жеребцом
Его золотом, да серебром
Рассердился наш кузнец:
Не нужен мне этот жеребец
Нужен он волку одному
Из злата ждал себе жену
Ждал супруги из серебра
Но желанная не вышла

Илмари жеребчика хватает
И в огонь его кидает
Золота добавил в горн
Серебра бросает он
И велит рабам опять
Мехами воздух раздувать

Рабы, голыми руками
С непокрытыми телами
Пустились раздувать меха
Нагонять в горн воздуха
Сам кователь проверяет
В горне углями играет
Проверяет изваянье
Невесту, свое желанье
Чтоб из злата и серебра
Как живая бы была

Но качают плохо рабы
Для мехов они слабы
Сам кователь поспешил
Раздувать меха решил
Раз качнул, качнул другой
Третий раз, своей рукой
Он на дно горнила смотрит
Что в огне там происходит?
Что выходит из горнила
Какое чудо печь сотворила?

Из горнила дева ступает
Золотыми волосами сияет
Серебряной головкой блестит
Станом чудным сердцу льстит
Как живая, страшно всем
Илмари ж ожил совсем

Днем и ночью он кует
Отдыха не признает
Все над изваяньем бьется
Нелегко ему куется

Вот он ноги сделал ей
Руки выковал скорей
Но ног дева не сгибает
И рука не обнимает
Уши сделал, рот, глаза
Но молчат ее уста
В глазах жизни лишена
И не слышит слов она

И кузнец сказал тогда:
Хороша была бы дева
Если б духом обладала
И свой голос подавала

Песнь 2.
Ильмаринен проводит с золотой девой ночь, но та сторона его тела, которою он касается золотой жены, становится холодной, как лед.

Ковать Илмари завершил
Жарко баню истопил
Ветвистый веник он связал
Мыла душистого наболтал
Да воды принес туда
Аж три кадки без труда
Чтобы девицу обмыть
Золотой нагар отмыть
Сам попарился кузнец
Искупался молодец

И повлек он золотую
На перину пуховую
На свою стальную кровать
Чтобы деву могла удержать

Постарался наш кузнец
Ложе приготовил молодец
На его постели из шелка
Выросла подушек горка
Суконных одеял пять-шесть
И платков цветных не счесть
Медвежьи шкуры две иль три
Чтоб до утренней зари
Со своей супругой спать
С золотой женой лежать

Лег он рядом с девой той
Хоть золотой, но не живой
И изваяние его не греет
Тело Илмари леденеет
И от страшного мороза
Каменеет его кожа

Ильмаринен тут очнулся
От изваянья отшатнулся
И от горя прошептал:
Зря с тобою я лежал
Такая в жены не годна
Молчалива, холодна
В Вяйнелу ее отвезу
Вяйнемейнену преподнесу
Как подарок дорогой
Ему будет пусть подругой

В сани деву посадил
И к Вяйнемейнену покатил

Вот приехал, Вяйне позвал
И на деву в санях ему указал:
О ты, Вяйне, старший брат
Подарить тебе красотку рад
Возьми ее себе, дорогой
Пусть будет тебе подругой!

Песнь 3.
Ильмаринен предлагает золотую жену Вяйнемейнену, но тот не берет ее и советует Ильмаринену выковать из нее другие предметы или отвезти ее а таком виде, как она есть, в другие страны и отдать ищущим золота женихам.

Илмари в сани деву посадил
И к Вяйнемейнену покатил

Вот приехал, Вяйне позвал
И на деву в санях ему указал:
О ты, Вяйне, старший брат
Подарить тебе красотку рад
Возьми ее себе, дорогой
Пусть будет тебе подругой!

Мудрый Вяйне посмотрел
И от подарка оторопел
Раздражением горит
И Ильмаринену говорит:
Мне зачем привез такое
Это чудище златое?

Ильмаринен отвечает
На раздраженье замечает:
Я тебе, как брату, другу
В дар привез злату супругу

Вяйнемейнен ему в ответ:
Братец, слушай мой совет!
Деву в горн отправь скорей
Да накуй различных вещей
Или к немцам ее свези
Иль к венецам отвези
Любит пусть ее богатый
Сватается пусть к ней знатный!

Неприлично в нашем роде
И то противно самой природе
Чтоб из золота невесты стать
Серебряную в жены брать!

Запретил тут Вяйнемейнен
Не велел Сувантоляйнен
Поколениям грядущим
И на смену роду идущим
Перед золотом склоняться
И серебру не поклоняться

И Вяйнемейнен тогда сказал
Чтоб и малолетний слыхал:
Вот, что дети вам скажу
Растущие герои, укажу
Достаток ли будет у вас
Или черный хлеб да квас
Берегитесь торопиться
Пока месяц наш светится
Сватать деву золотую
В жены брать серебряную
Злато холодом ведь пышет
Серебро морозом дышит!

Руна 38.

Песнь 1.
Ильмаринен отправляется в Похьелу свататься за младшую сестру прежней своей жены, но слышит в ответ ругань. Рассердившись, он похищает девицу и отправляется с нею домой.

Илмари послушал брата
Деву, что была из злата
Домой обратно возвратил
Ее он в кузне положил
Неподвижна, холодна
Ему такая не нужна

Живая ему нужна жена
Из кузни чтоб звала она
С медом пироги пекла
Во всем заботлива была
Под окошком песни б пела
И в постели ночью грела

Ильмаринен тут решился
В Похьелу заторопился
Чтоб посватать там вторую
Дочку Лоухи меньшую

Сбрую на коня надел
В расписные сани сел
Лошадку он кнутом стегает
И в Сариолу уезжает

День, другой, лесами мчится
За санями снег клубится
На третий в Похью приезжает
И к Лоухи во двор въезжает

Хозяйка на дворе стояла
Видно зятя поджидала
Говорить тут начинает
И все выведать желает:
Хорошо ли дочь живет
Вкусно ль ест и сладко пьет
Как живется у свекрови
Много ль выпила та крови?

У Илмари глава склонилась
Шапка на сторону сбилась
Он печали не скрывает
И тихонько отвечает:
Ты не спрашивай меня
Как живет там дочь твоя
Не расспрашивай ты больше
От того мне еще горше
Смерть ее уже схватила
И в могилу утащила
Лютой гибель ее была
От зверей смерть приняла
В землю ягодку зарыли
В ее песочек положили
Под корнями трав лежит
У Калмы в доме сладко спит


Вот пришел к тебе домой
Отпустить, просить, со мной
Дочку младшую, вторую
Я отвезу ее родную
В дом супруги первой моей
На скамью сестры своей!

Лоухи тут разозлилась
И Илмари бранить пустилась:
Плохо прежде поступила
Что дитя тебе вручила
Дурно раньше сделала я
Что дочь к тебе попала моя
Я дала тебе подругу
Чернобровую супругу
А ты ее уберечь не смог
Зверей пустил на свой порог
Тех, что нежную сгубили
Цветочек юный погубили

Не отдам тебе вторую
Доченьку мою родную
Чтоб с тебя сажу смывала
А потом, как та, пропала
Легче мне ее забросить
В водопад бурлящий бросить
В зев налима Маны страшный
В щуки рот его зубастый
В пасть пылающей пучины
Чем ожидать ее кончины!

Тут кователь взбеленился
Поник главою, рот скривился
Волосы набок смахнул
Курчавой головой махнул
Без приглашенья в избу входит
Девицу юную там находит

Ей кователь поклонился
И с предложеньем обратился:
Девица, пошли со мной
На скамью сестры родной
В дом супруги моей первой
Будешь мне женою верной
Будешь хлебы печь в печи
С лесным медом калачи
Да варить получше пиво
Чтоб было вкусным и игриво

У окна малыш сидел
Он Ильмаринену пропел:
Лишний ты для нас, чужой
Уходи и дверь закрой!
Ты уже нам навредил
Когда раньше приходил
Старшую сестру увез
А в дом горе нам принес
Милая моя сестра!
Не влюбляйся в жениха
Что стоит на сильных ногах
Да с румянцем на устах
У красавца волчьи зубы
Кровожадны его губы
Медвежьи когти у него
Жаждет крови нож его
Им он головы срезает
Ремни на спинах вырезает

Дева Илмари отвечала
Так она ему сказала:
Своей чести не роняя
Не пойду за негодяя!
Ты супругу свою убил
Мою сестрицу погубил
И меня ты можешь убить
Жизни девицу лишить
Право, ведь я заслужила
Чтоб мужа лучшего любила
Чтобы в лучший дом уехать
На санях на лучших ехать
А не в кузницу с углями
С ее злобными огнями

Ильмаринен рассердился
Поник главою, рот скривился
Волосы все на бок сбились
Его мысли как взбесились
Девицу подбежал схватил
Ее руками обхватил
Из избы метелью мчит
К коню, с санями что стоит
В сани девицу бросает
Вожжи споро расправляет
И стрелой летит домой
С краденной девой молодой

Песнь 2.
По дороге девица оскорбляет Ильмаринена и доводит его до гнева. В ответ на оскорбления он превращает ее в чайку.

Горько плачет та девица
И молвит Илмари молодица:
К болотной клюкве еду я
Осока прибрежная ждет меня
Там я, курочка, и сгибну
Там от горя я погибну
Отпусти меня кователь
Небесной сферы созидатель!
Иль я сани разобью
По кусочкам расщеплю
Их коленями сломаю
И ногами разломаю!

Ильмаринен ей ответил
И красотке той заметил:
Сани эти сам ковал
Из железа я их сделал
Их тебе не разломать
И от меня не убежать

Дева бедная страдает
Пальчики свои ломает
Больно стискивает руки
Заглушить рыданий звуки
А Ильмаринену твердит
Что от него она сбежит:
Не отпустишь ты меня
Рыбой тогда стану я
Сигом в воду я уйду
В морской пучине пропаду

Но кователь ей в ответ:
Не уйдешь от меня, нет
Щукой за тобой пущусь
И тобою покормлюсь

Дева бедная страдает
Пальчики свои ломает
Больно стискивает руки
Заглушить рыданий звуки
А Ильмаринену твердит
Что от него она сбежит:
Не отпустишь ты меня
В лес зеленый убегу я
Горностаем на утесы
На недоступные откосы

Но кователь ей в ответ:
Не уйдешь от меня, нет
Выдрой за тобой пущусь
И на откосы заберусь

Дева бедная страдает
Пальчики свои ломает
Больно стискивает руки
Заглушить рыданий звуки
А Ильмаринену твердит
Что от него она сбежит:
Не отпустишь ты меня
То жаворонком стану я
Спрячусь в туче от тебя
Не найдешь ты там меня

Но кователь ей в ответ:
Не уйдешь от меня, нет
За тобой пущусь орлом
И пожалеешь ты о том

Илмари путь продолжает
Лошадь фыркать начинает
Головку дева приподняла
След по снегу увидала
И Ильмаринену говорит:
На снегу след чей-то лежит
Зверь какой-то пробежал
И лошадку испугал!

Ильмаринен отвечал:
Косолапый здесь бежал
Дева сразу завздыхала
Горько-горько зарыдала
Кузнецу и говорит:
Сердце у меня болит!
Было б мне не так больней
Если б я могла скорей
За этим зайцем побежать
За косолапым убежать
А не с тобою оставаться
Старой шкурой укрываться
Волосы лучше у него
Рот покрасивей твоего

Сам кователь тоже страдает
Смотрит вниз, губы кусает
Ну не люб он деве той
Может зря везет домой?

Илмари путь продолжает
Лошадь фыркать начинает
Головку дева приподняла
След по снегу увидала
И Ильмаринену говорит:
На снегу след чей-то лежит
Зверь какой-то пробежал
И лошадку испугал!

В ответ дева услыхала:
Здесь лисица пробежала
Дева сразу завздыхала
Горько-горько зарыдала
Кузнецу и говорит:
Сердце у меня болит!
Было б мне не так больней
Если б я могла скорей
За лисой этой побежать
За хитроумной убежать
А не с тобою оставаться
Старой шкурой укрываться
Волосы ее погуще
Да и рот ее получше

Сам кователь тоже страдает
Смотрит вниз, губы кусает
Ну не люб он деве той
Может зря везет домой?

Илмари путь продолжает
Лошадь фыркать начинает
Головку дева приподняла
След по снегу увидала
И Ильмаринену говорит:
На снегу след чей-то лежит
Зверь какой-то пробежал
И лошадку испугал!

Илмари ответ ей дал:
Волк недавно пробежал
Дева сразу завздыхала
Горько-горько зарыдала
Кузнецу и говорит:
Сердце у меня болит!
Было б мне не так больней
Если б я могла скорей
За волком этим бежать
За кровожадным убежать
А не с тобою оставаться
Старой шкурой укрываться
Волосы лучше у него
Рот покрасивей твоего

Илмари наш все страдает
Смотрит вниз, губы кусает
Ну не люб он деве той
Может зря везет домой?

Лошадка быстро сани мчит
Вот деревенька на пути стоит
Ночь здесь надо провести
Деву дальше чтоб вести

Кузнец, уставший от дорог
Едва переступил порог
Завалился крепко спать
На предложенную кровать

А жена с другим смеялась
Над уснувшим издевалась
Как супруга оскорбляла
И все зла ему желала

Кузнец поутру проснулся
Ото сна едва очнулся
Видит, дева ночь гуляла
Не одна постель всю смяла
Главу понурил, рот скривил
Волосы все набок сбил
И промолвил, зубы сжав
От невесты злой устав:
Петь пора мне начинать
Свою невесту заклинать
Сделать зверем ее лесным?
Или зверем водяным?
Если в лес ее прогнать
Может лес весь распугать
Коли бросить ее в воду
Рыб не будет здесь отроду
Нет, лучше я возьму клинок
Пусть послужит мне дружок
Тем мечом я с ней покончу
Им беспутную прикончу

Угадал клинок желанье
Ищет стали оправданье
Чтоб кователь поостыл
И клинок свой отложил:
Я ведь не для того ковался
Чтоб над женами издевался
Бессильных женщин убивать
Несчастных жизни их лишать!

Отложил кователь меч
И чтоб заклятия навлечь
На беспутную невесту
Затянул тогда он песню
Начал громко заклинать
Девицу в чайку превращать
По утесам чтоб скакала
По скалистым чтоб пищала
По прибрежью чтоб крутилась
И в непогоду бы носилась

Песнь 3.
Ильмаринен возвращается домой и рассказывает Вяйнемейнену о беззаботной жизни Похъёлы, обладающей Сампо, а также о том, что с ним случилось во время сватовства.

Улетела чайка в море
Чтоб оплакать свое горе
А Ильмаринен в сани сел
И по дороге полетел

Шумно едет он домой
Поникнув печально головой
На знакомые поляны мчит
На родину свою спешит

Брат на пути его встречает
Вяйнемейнен, и замечает:
Брат кователь, дорогой!
Что произошло с тобой?
Отчего печаль случилась
Шапка на сторону сбилась?
Знаю, был ты в Похьеле
Как живут в той стороне?

Илмари стал говорить:
Что ж ей, Похьеле, не жить!
Сампо мелет неустанно
Шумит крышка беспрестанно
Мелет день людей питать
На другой, чтоб продавать
Третий мелет для пирушки
Подружек и друзей старушки
Сладко там народ живет
Сампо все ему дает

Вяйнемейнен все вопрошает
Брата Илмари пытает:
Где ж супруга то твоя?
Дочка Лоухи вторая
Где ж знаменитая девица
Средь красавиц всех царица?
Чему один ты воротился
И страданьями покрылся?

Кузнец ответил напрямую:
Я жену свою дрянную
В морскую чайку обратил
Свободу я ей подарил
И теперь она над морем
Мечется объята горем
Все кричит она и кличет
Зовет кого иль что-то ищет
То над утесами летает
Криком скалы оглашает

Руна 39.

Песнь 1.
Вяйнемейнен предлагает Ильмаринену отправиться вместе с ним в Похьелу за Сампо. Ильмаринен соглашается, и герои отправляются на лодке в путь.

Вяйне слушает кузнеца
Чело задумчиво мудреца:
Хватить Похье жировать
А народу моему страдать
Вернуть Сампо в Калевалу
Чьей всегда была по праву!

И Вяйнемейнен говорит:
Весь желанием горит:
О, мой брат, чудес кователь
Сампо мельницы создатель
Едем в Похьелу с тобой
Чтоб забрать ее с собой
Калевале пусть все дает
Крышкой пестрою поет!

Но Илмари, чудес кователь
И чудо-мельницы создатель
Вяйнемейнену рассказал
Что о Сампо сам он знал:
Сампо невозможно взять
Ее у Лоухи отнять
Хозяйка туманной Похьелы
И вечно мрачной Сариолы
Сампо спрятала в скале
В утесе медном в Похьеле
За дверью с девятью замками
Мельница обросла корнями
На девять сажен в глубину
Один ушел в земную кору
Другой за берег зацепился
За гору третий ухватился

Вяйнемейнен не сдается:
Едем брат, все обойдется
Корабль построим мы большой
Мельницу везти на нем домой
Замки стальных дверей собьем
Корни выросшие оторвем
Сампо из пещерных оков
Вынесем, и был таков!

Ильмаринен согласился
Но плыть морем не решился
Лемпо морем пусть плывет
На волнах там смерть живет
Ветер может нас настигнуть
Может буря опрокинуть
Как бы не гребли мы сами
Там, как веслами, руками

Вяйнемейнен объясняет:
Путь по суше часто бывает
Безопасней, но не проще
Он извилистый и дольше
В лодке хорошо же плыть
В челноке приятно быть
Он прямой дорогой мчится
По равнинам вод стремится
Ветры челночок качают
Волны вдаль его толкают

Но пусть будет, как ты хочешь
Раз по морю плыть не можешь
В Похьелу по суше едем
По прибрежью мы поедем!

Только меч мне огневой
Выкуй прежде, дорогой
Чтобы страх я им посеял
Похьелы народ рассеял
Ибо Сампо брать иду
В гранитно-скальную среду
Туманно-мрачной Похьелы
Той суровой Сариолы

У горна Ильмаринен стал
В огонь железа набросал
Бросил сталь на кучу углей
Золота добавил к ней
Туда подбросил серебра
И кричит рабам: Пора!
Вам свои мехи качать
В пламя воздух подавать!

И рабы мехи качают
Сильно воздух раздувают
Сталь уже как тесто тает
Железо кашицей пылает
Водой блистает серебро
Волной струится золото

Ильмаринен проверяет
Дно горнила озирает
На краю печи горящей
Видит он из стали блестящей
Уже клинок лежит большой
С рукоятью золотой
Его из пламени он вынул
На наковальню его кинул
Тяжелый молот застучал
И споро Илмари сковал
Меч, который он хотел
Его в золото одел
Славным серебром отделал
И клинок прекрасный сделал

Вяйнемейнен тут приходит
Посмотреть, что происходит
Огневой он меч берет
Рукоятку рукой жмет
Поворачивает, смотрит
И такое произносит:
А придется ль по мужу меч
По силе рук и его плеч?

И пришелся по мужу меч
По силе рук его и плеч
На конце месяц сияет
Посредине солнце сверкает
На рукоятке звезды мерцают
Внизу жеребчики играют
Наверху кричат котята
На ножнах лаются щенята
Рубит он мечом утес
И железный сразу снес
Вяйне Илмари сказал:
Давно я о таком мечтал
Скалы можно разрезать
Горы твердые кромсать!

Сам кователь размышляет
И Вяйнемейнена пытает:
Ну а чем бы мне закрыться
Опоясаться, защититься
От того, что шлет нам смерть?
Может мне броню одеть?
Взять железную рубашку
Стальной пояс на запашку?
Богатырю в железе легче
Он в поясе из стали крепче!

Вот вооружились
В броню обрядились
Уезжать пришла пора
Братья идут со двора
Искать в дорогу в лес густой
Лошадь с гривой колосистой

Повода на себя навили
Сбруи на плечи взвалили
Ищут в чаще леса коня
Шагают, уздечками звеня

Смотрят в чаще вековой
На опушке на лесной
После поиска большого
Они нашли коня гнедого
Средь дубравы он скакал
Словно братьев поджидал

Вот коня они взнуздали
Хомутом к саням привязали
И помчал их конь гнедой
В край далекий и чужой

Много ль, мало они мчат
Сани полозьями стучат
По прибрежному песку
И там где-то на мыску
Вопль далекий услыхали
Там у пристани рыдали

Вяйне слышит и молчит
А потом и говорит:
Видно девушка рыдает
Горько плачет и страдает
Ближе к пристани подъезжает
Посмотреть, кто там страдает

Подъехали, посмотрели
И на миг остолбенели
То не девушка рыдает
Горько плачет и страдает
Это лодочка там стонет
Челночок печально воет

Вяйне сбоку от лодки стал
И вопрос ей свой задал:
Плачешь лодка ты о чем?
И печаль твоя-то в чем?
Иль грубо сделали тебя
Творили спешно не любя?
Крюки для весел тяжелы?
Иль сами весла как стволы?

Челнок дощатый отвечал
Челн с уключинами сказал:
С катков мне хочется скатить
В море синем чтобы плыть
Как и девушка стремиться
В доме мужа появиться

Вот потому, несчастный, ною
На катках смолистых вою
В воду чтоб меня спустили
С катков в море отпустили

Мне, как строили, сказали
О том песни распевали
Лодкою военной быть
Корабликом для битвы плыть
На дне богатство чтоб возить
Сокровища перевозить

Но на войну не взяли меня
За добычею не ездил я!
А других не забывают
На войне они бывают
Хоть и хуже они меня
В битву идут они, а не я
Трижды в лето выезжают
Другие земли посещают
Назад с сокровищами плывут
На дне своем богатство везут!

Я ж, построенный прекрасно
Меня кто видит, это ясно
Гнию на щепках здесь забытых
На катках, смолой покрытых
Здесь червям земным покойно
Подо мной живут спокойно
Птицы на меня садятся
И на мачте моей гнездятся
Да лягушки из травы
На боках моих видны

Лучше б быть мне горной елью
И соседствовать с метелью
Иль на песочке быть сосною
Жила бы жизнью я другою
Белка бы по мне скакала
Собака б подо мной плясала

Ей Вяйнемейнен бок погладил
И печаль словами сгладил:
Челнок дощатый ты не плачь
Будет и у тебя полоса удач
На войну ты скоро пойдешь
В сраженье счастье обретешь

Но на сколько ты ладна
Искусно ль мастером создана?
Сможешь боком ли одна
По каткам скользить сама
Не трогать чтоб тебя руками
И не двигать своими плечами
Пальцем даже не касаться
К корме твоей не прикасаться?

Отвечал челнок печально:
Мой род не ходит изначально
Пока их в воду не столкнут
И власти волн не отдадут

Вяйнемейнен вопрошает
Челнок с уключинами пытает:
Коль в воду столкну тебя сам
Побежишь ли по волнам
Без руля и парусов
И без помощи гребцов?

Отвечал челнок печально:
Мой род не ходит изначально
Никто из нас не поплывет
Если кто-то не гребет
Если руль не помогает
Парус ветер не вздымает

Вяйнемейнен не отстает
Снова челноку вопрос задает:
По волнам будешь бежать
Если веслами загребать
Если руль тебя направит
Ветер парус твой расправит?

Челнок Вяйнемейнену молвит:
Весь обширный род мой ходит
Если руки весла сжимают
Если весла плыть помогают
Руль подвижный направляет
А парус ветер раздувает

Из саней Вяйнемейнен встал
Лошадку к деревцу привязал
Пеньем своим челнок толкает
На воду пеньем его спускает
И там у лодки он спросил
Ее ответить попросил:
Челн, изогнутый прекрасно
Я ль трудился не напрасно?
Так же чудно поплывешь
Как дощатый ты хорош?

Отвечал челнок согласно:
Я могу ходить прекрасно
Поместить на дне могу я
Без ущерба для себя
Сто мужей, весла держащих
Или тысячу сидящих

Начал Вяйне заклинать
Тихонько песни напевать
Только песни полетели
Молодцы-красавцы сели
Много силы в их руках
У них сапожки на ногах
На одном борту уселись
На другом борту расселись
Девы с кольцами на руках
В блестящих медью поясках
В украшеньях оловянных
На скамьях на деревянных

Вяйне заклятия распевает
Мужами все скамьи занимает
Старцев на дно посадил
Их потеснее он усадил

Сел у руля, чтоб управлять
С кормы команды подавать
И приказывает лодке
Как лебедушке молодке:
Ты беги, мой челн, волной
В край далекий и чужой
По пространству без деревьев
Без завалов и кореньев
Ты беги как пузыречек
Иль по течению цветочек!

Молодцов грести заставил
Дев без дела сидеть оставил
Молодцы прилежно гребут
Но словно вперед не плывут

Он девиц грести заставил
Молодцов сидеть оставил
Девицы сильно гребут
Но словно вперед не плывут

Стариков грести заставил
Молодых сидеть оставил
Усердно старики гребут
Но словно вперед не плывут

Ильмаринен не утерпел
Сам, наконец, за весла сел
И побежал челн по волне
К туманной, мрачной, Похьеле
Удар от весел лишь несется
Да визг уключин раздается
Вода струится как из лейки
И качаются скамейки
Он гребет, как будто тонут
Весла из рябины стонут
Ручки их, как куропатки
Как лебедки, их лопатки
Нос челна журавлем звучит
Как ворон он кормой кричит
И летят герои к славе
Вернуть Сампо Калевале

Вяйнемейнен управляет
Лодку с плеском направляет
На корме красной сидит
И рулем дела вершит

Песнь 2.
Лемминкайнен встречает Вяйнемейнена и Ильмаринена и, услышав, куда они едут, просит взять его с собой, на что они охотно соглашаются.

Мчится лодка по волнам
Вдаль к суровым берегам
Вдруг мысочек появился
Словно облако явился
С деревушкой на спине
С густым лесом в синеве

На том мысочке Ахти жил
Дни в печали проводил
Со старой матерью своей
В доме в бухте, у камней

Рыба в сеть не попадает
Хлеба кушать не хватает
Больно мал амбар дощатый
И челнок подвел проклятый
Весь на части развалился
И в корыто превратился

Вот Кауки на мыс идет
На голодный он бредет
Чтобы лодку ту поправить
И на воду ее поставить

Вот устроил он бока
Дно приделал у челнока
С моря слышит шум походный
Слух у Ахти превосходный
Слышит весла как шумят
Как уключины скрипят
Он север, запад, осмотрел
Потом на солнце посмотрел
Вроде радуга сияет
Ветер тучку подгоняет
Но не радугу большую
И не тучу дождевую
Лемминкайнен увидал
То кораблик проплывал
На хребте прозрачном моря
И с теченьем гордо споря
Муж отважный лодкой рулит
Ну а славный на веслах сидит

Лемминкайнен удивлен
Сам себе и говорит он:
Такой лодки я не знаю
Челнока не угадаю
Что из Суоми сюда плывет
Веслами с востока бьет
Носом к западу стремится
И куда-то лихо мчится

Громко Ахти закричал
Крик его до лодки достал:
Это чья на море лодка?
Чья качается лебедка?

С лодки молодцы сказали
Их девицы поддержали:
Что за муж ты на мыске
Что за храбрый на песке
Лодку коль не узнаешь
Челнока не признаешь
Ладьи Вяйнелы дощатой
Многовесельной, крылатой
Рулевого не признаешь
Гребца на веслах не узнаешь?

Лемминкайнен отвечал
И в ответ им прокричал:
Знаю я и рулевого
И гребца лодки лихого
Вяйнемейнен на корме
Лодкой правит на руле
А Ильмаринен ваш гребец
Вековечный сам кузнец
Вы куда, герои, летите
По каким делам спешите?

Вяйнемейнен громко сказал
Так, что Ахти его услыхал:
Едем мы на север крайний
Где живет народец славный
Где героев поедают
Иль в море синее бросают
Там надо Сампо захватить
И в Калевалу возвратить
В туманных скалах Похьелы
Вечно мрачной Сариолы

Лемминкайнен тут взмолился
К Вяйне с просьбой обратился:
Вяйнемейнен, дорогой!
Ты возьми меня с собой
Буду левой твоей рукой
И как третий ваш герой
Ибо ты идешь Сампо взять
Крышку пеструю отобрать!
Если драться будет нужно
По врагу ударим дружно

Вяйнемейнен рад подмоге
Сгодится Кауко в дороге
В лодку молодца зовет
Что с собой его берет

Вот веселый горделиво
Входит в лодку торопливо
Легким шагом он идет
И бруски с собой несет
Вяйнемейнену для челнока
Если сломаются его бока

Вяйнемейнен ему сказал
На дерево в лодке указал:
Есть в челне у нас запас
Брусочков я вполне припас
Бревна ты зачем принес
И чуть лодку не разнес?

Лемминкайнен почти стонет:
Не чрез помощь лодка тонет
Тонет не чрез осторожность
В море Похьелы тревожность
Бури с лодок брусья срывают
Ветры доски отрывают

Вяйнемейнен отвечает
И Лемминкайнену объясняет:
У военного челнока
Чтоб спасти его бока
Чтобы ветры не вредили
Бури лодку не разбили
От летящих стрел горящих
Копий, с берега разящих
Выгиб из железа отлит
Сверху сталью он обит

Руна 40.

Песнь 1.
Вяйнемейнен с героями приплывают к водопаду, и под водопадом лодка наскакивает на большую щуку.

Лодкой Вяйне управляет
От мысочка направляет
В даль далекую морей
Мельницу б вернуть скорей
Правит и поет он в волю
Полный радости, по морю

Смотрят с берега девицы
Своей стайкой словно птицы
Смотрят, слушают, гадают:
Что за певцы их распевают
Что за песни над водой?
Да одна лучше другой
Таких прежде не слыхали
Поют лучше, чем певали!

Но до открытой до воды
Трудный путь надо пройти
Направляет Вяйне челн
В первый день по речке он
По болотам на другой
Мчит умелый рулевой
В третий правит по порогам
Трудным для челна дорогам

Лемминкайнен помогает
Заклинанья вспоминает
Как он прежде слушал их
У потоков огневых
У пучины реки святой
Когда ездил за невестой

И сказал слова такие
Речи молвит огневые:
Ты, порог, бурно не пенься
Ты, вода, не ерепенься!
Дева рек, сядь на скалу
Захвати в руки волну
Сожми прибой в своих руках
Сожми ты пену в кулаках
На нас брызгать запрети
Их шипенье прекрати!

Старуха, что в глуби большой
Что живешь в пене морской
На волны моря поднимись
Над пеной грудью, появись
Не буйствовать ей прикажи
Волны дикие свяжи
Чтоб невинного не сгубили
Безгрешного не погубили!

Вы утесы и каменья
Каммо страшного творенья
Вы чело свое нагните
Героев лодку пропустите
Не чините вы препятствий
На пути ладьи прекрасной!

Если это не поможет
Киви-Киммо тогда сможет
Сквозь подводные каменья
Сквозь утес среди бурленья
Буравом ты щель пробей
Чтобы лодка шла быстрей
И нигде бы не застряла
И людей не потеряла!

Если мало для плывущих
Ты, хозяин вод текущих!
Мох в каменья преврати
Челнок в щуку обрати
Так чрез волны он пройдет
Горы водные пронырнет!

О ты, дева водопада
Если нам помочь ты рада?
То нитку из тумана скрути
Сквозь воду ее протяни
Чтобы челн по ней скользил
Спокойно сквозь потоки плыл!

Мелатар, жена благая
Странникам ты помогая
Руль бери каким ты правишь
Чем ты лодку направляешь
В зачарованных потоках
Средь порогов и в протоках
Мимо жилища злодеев
Мимо окон чародеев!

Если это не поможет
Бог верховный Укко сможет
О ты, Укко, бог верховный
Помощи прошу греховный
Нам помоги своим плечом
Лодку проводи мечом
Ты клинком своим блестящим
Дорогу дай в челне летящим
Челнок дощатый чтоб бежал
И на пути преград не знал!

Вяйне лодкой управляет
Через волны посылает
Меж подводными камнями
Пены, с дикими струями
Нигде челнок не зацепился
И нигде не остановился

Вот закончилось мученье
На открытое теченье
Лодка Вяйне поплыла
Вдруг свой бег остановила
Челн не движется вперед
Застыл на месте, не плывет

Ильмаринен поспешает
Весла в море упирает
Ахти жердь воткнул в теченье
Чтобы началось движенье
Все усилия напрягают
Сдвинуть лодку все желают
Но стоит на месте челн
Сдвинуться не может он

Старый Вяйне заворчал
И Лемминкайнену сказал:
Посмотри туда, нагнись
Что держит лодку, разберись
Почему наш челн стоит
По потокам не бежит?
Может камня там громада
Иль другая там преграда?

Через борт тот перегнулся
К зеркалу воды нагнулся
Под лодку смотрит и молчит
А потом и говорит:
Не на камне челн застрял
И не пень его поймал
У щуки на плече сидит
Морская собака его держит

Песнь 2.
Щуку Вяйнемейнен и его товарищи убивают, втаскивают в лодку, варят и съедают.

Вяйне спешит ему ответить:
Под водой все можно встретить
Есть там пни и есть каменья
Щуки и дерев коренья
Если у щуки сидим на спине
У морской собаки на бедре
Ударь мечом своим по ней
Разрежь на несколько частей

Лемминкайнен тут веселый
Ловкий очень и здоровый
Острый меч свой достает
К краю лодки с ним идет
Ударил по воде мечом
Провалился своим плечом
С борта лодки покатился
И в море синее свалился

Илмари за волосы его схватил
Вытащил, в лодку уложил
Нерасторопному говорит
И бестолкового стыдит:
Все повыросли мужами
Бородатыми все стали
А ума как у ребенка
Как у игривого ягненка!

Ильмаринен был встревожен
С подпояски он из ножен
Меч достал огромный свой
Чтоб покончить с рыбой злой
Щуку хищницу убить
И на части разделить

Ударяет вниз под лодку
Щуке в самую середку
Но клинок в куски разбился
Хищник не пошевелился

Вяйнемейнен рассердился
На них бранью разразился:
По пол мужа в вас всего
От героев ничего
Разум мужа выдает
А вам ума не достает!

Сам клинок свой вынимает
Железо острое сверкает
Поднимает над бортом
И вонзает меч рывком
В спину той огромной щуки
Между ребер морской злюки
Мечом убил он этот страх
Но меч застрял в его костях

Вяйне тянет щуку в лодку
Ухватив ее за глотку
У старика хватает сил
Сам до лодки дотащил
Ее он в лодку поднимает
На две части разрывает
Голова и хвост упали
Дружину чуть не распугали
Снова мог челнок проехать
К Похьеле далекой ехать

Вяйне лодку повернул
К берегу ее приткнул
Хороша добыча в ней
Пирушка будет веселей

Вяйне спрашивать всех стал
Кто бы щуку распластал
Разделил бы на куски
Помещались чтобы в миски:
Кто из старших здесь мужей
Щуку б распластал быстрей?
На части рыбу разделил
Щучью голову бы отделил?

Мужи с лодки отвечали
С борта женщины сказали:
Нет прекрасней рук ловца
Песнопевца и отца!

Тот сталь холодную достал
Ножик в свои руки взял
Стал он щуку разрезать
На куски ее кромсать

Вот он рыбу распластал
И девицам так сказал:
Ваш черед, рыбу варите!
Да на пирушку ее несите
Чтоб на завтрак и обед
С пищей мы не знали бед!

Девы принялись варить
Завтрак и обед готовить
От щуки кости лишь остались
На скале они валялись
Да челюсть отдельно лежала
Зубами страшными сверкала

Песнь 3.
Вяйнемейнен делает из челюстей щуки кантеле, на котором многие пробуют играть, но ни у кого не хватает уменья.

На кости Вяйне посмотрел
Со всех сторон их осмотрел
Ильмаринену показал
И кузнецу он так сказал:
Выйти что может из них
Если бросить в горнило их
Мастеру отдать ковать
Что можно из них сделать?

Отвечает кователь ему:
Бросать их в горн, ни к чему
И мастеру отдавать ковать
Бесполезно время терять
Не выйдет ничего из них
Если в горн забросить их

Вяйне с Илмари согласился
И новой мыслью поделился:
Однако из костей, возможно
Кантеле устроить можно
Звонкий короб сотворить
Чтоб народ наш веселить
Только мастера где взять
Многострунный чтоб создать?

Но лучше Вяйне не сыскать
Сам стал кости он скреплять
Мастер выше всех похвал
Вот он и кантеле создал
Вещь на вечную усладу
Народу своему в отраду
Коробом, где растут звуки
Челюсти огромной щуки
Гвоздями кантеле служили
Зубы рыбы, что сварили
Струны из коня волос
Что у Хийси давно рос

Готовое кантеле лежит
Чудесное, как будто спит
Ждет короб мастера игры
Вот и молчит он до поры
Но лишь коснутся его руки
Волшебные польются звуки
Песни прекрасные зазвучат
И над Суоми полетят

Собрался народ прибрежный
Здесь и старый, здесь и нежный
Молодцы и молодицы
И старухи, и девицы
И мужи во цвете лет
Кантеле чтоб посмотреть
Чтоб своей рукой сыграть
Иль других игру послушать

Вяйне добротой сиял
Кантеле он всем давал
Юным дал и старым дал
Мужам пробовать дозволял
Чтобы пальцами играли
Струны бы перебирали
На коробе из рыбьих костей
Страшной щуки челюстей

Люди средних лет играли
Младые пальчики ломали
Седые трясли головой
Но не было музыки никакой
Хороших песен не звучало
И веселье не вскипало

Ахти тут решил вмешаться
Стал на играющих ругаться:
Вы дети полоумные
Девчонки тупоумные
Вы народ совсем негодный!
Играть на кантеле неспособный
Звуки искусно извлекать
И песни родные распевать
Мне вы короб этот дайте
Мне вы кантеле подайте
На колени мне поставьте
Под пальцы мои подставьте!

Кантеле Ахти предложили
На колени положили
Держит короб он руками
Ерзает под ним ногами
Пальцами потрогал струны
Но молчат они как дюны
Не звучат и не поют
И услады не дают

Расстроенный Вяйне сказал:
Никак я не ожидал
Что средь народа не нашлось
Кому сыграть бы довелось
На кантеле, струны разбудить
Народ усладой напоить!

В Похье может проживает
Кто на кантеле сыграет
Извлечет из струн отраду
Людям и себе в награду?

Короб в Похью направляет
Туда кантеле отправляет
Там все пробуют играть
Из струн звуки извлекать
Даже старая хозяйка
Любопытная всезнайка
К тому кантеле прикасалась
Ноготками струн касалась
Руками сильно их рвала
Но звука так не извлекла

В Похьеле все поиграли
Струны все поистрепали
Жалко волосы стонали
Звуки грубо рокотали
Дурно кантеле звучало
И веселье не вскипало

В углу на печке слепой спал
Старик свернувшись там лежал
Звуки кантеле его разбудили
И очень сильно разозлили
На печке сидя он забурчал
В углу, приткнувшись, заворчал:
Перестаньте вы играть
Шум несносный создавать!
Вы мне голову разбили
В ушах щели пробурили
Сон отбили надолго мой
Безобразною игрой!

Коль игра столь многих вас
Не радует нисколько нас
Нам отрады не приносит
Дремоту сладкую уносит
Сна приятного лишает
И боль в ушах лишь вызывает
В воду кантеле вы бросьте
В глубину морей забросьте
Иль назад его несите
На колени положите
Под создавшие его руки
Чтоб полились иные звуки!

Тотчас кантеле зазвенело
И старику в ответ пропело:
Не хочу в воде я быть
Вглубь морскую уходить
Мастер пусть на мне играет
Рукой искусной управляет!

Струны поправили, подтянули
Вяйнемейнену короб вернули
Осторожно подносили
На колени положили
Под создавшие его руки
Чтоб ожили кантеле звуки

Руна 41.

Песнь 1.
Вяйнемейнен играет на кантеле, и все, живущее в воздухе, на земле и в море, собирается послушать его игру.

Вяйнемейнен с места встал
Руками кантеле поднял
Идет тихо на пригорок
Что серебрится между елок
Сел на камень песнопенья
Вековечный творец пенья
К игре готовиться начинает
Свои пальцы разминает
Два больших он послюнявил
На колени выгиб поставил
Руки на кантеле положил
И всех слушать пригласил:
Приходите слушать сюда
Кто не слышал никогда
Напевов кантеле отраду
Вечных рун моих усладу!

Вяйне пальцы плавно вскинул
Большие широко откинул
И полились звуки без конца
Под искусной рукой старца

Их Вяйне пеньем дополняет
Всех веселье обнимает
Радость с радостью слились
Песня с песнею сплелись
Волшебная игра идет
Кантеле струнами поет
Рыбьи кости подпевали
Щучьи зубы тон давали

И в лесу не стало зверей
Кто б туда не спешил скорей
Услышать музыку стараться
И, ликуя, восторгаться

Белка мордочку показала
По ветвям сюда прискакала
Горностаи подоспели
И на изгороди сели
Слушая, лось на поляне застыл
А можжевельник рысь приютил
Волк на болоте проснулся
Услышав кантеле, встрепенулся
Полем широким бежит
Слушать музыку спешит
Медведь те звуки услыхал
Он в сосновой чаще спал
По леску туда несется
Его сердце сильно бьется
Прибежал, поторопился
И к забору прислонился
Забор на камни повалил
На сосну тогда вскочил
Чтоб игрою наслаждаться
Ликовать и восторгаться

Сам Тапиолы повелитель
И всей Метсолы властитель
Вместе со своим народом
Лезут дружно хороводом
На высокую гору
Чтоб послушать ту игру

Хозяйка леса сама явилась
Старушка бодрая появилась
В синих чулочках притом
Подвязав их красным бантом
На нарост березы села
Послушать тоже захотела

Птички певчие слетелись
Прилетели и уселись
На ветвях вокруг певца
Его слушать без конца
Звукам радостным внимать
Восторгаться и ликовать

Вот орел услышал дома
Тело сладкая истома
Заполняет и пленяет
Слушать музыку желает
Птенцов в гнезде оставил он
И улетел, собравшись, вон
Кантеле игру послушать
Мудреца напевы слушать
С высоты орел спустился
У ног певца остановился

Спустился ястреб с облаков
Вышли утки из потоков
Лебеди с болота снялись
Малютки-зяблики примчались
Чижики, жаворонки прилетели
Тысячей вверху шумели
Крутились около певца
На плечах возились старца

Так играл почтенный отец
Вековечный песнопевец
Вяйнемейнен всех восхищал
Своей музыкой пленял

Девы воздуха явились
Творенья дети появились
И, ликуя, восторгались
Игрой кантеле наслаждались
На радугу присела одна
Другая на облаке видна
Заслушались, как пел певец
Руны свои, сплетая в венец

Дочь Луны и дочка Солнца
У небесного оконца
Золотую ткань там ткали
Ткать серебряную стали
Звуки песен ввысь взлетели
Девы враз оцепенели
Берда выпали из рук
Ускользнул челнок-паук
Нить из золота порвалась
Серебряная разорвалась

Приплыли щуки, псы морские
Все нескладные, большие
От рифов семги подплывали
Сиги из глубин всплывали
Окунь красноглазый здесь
Стаей корюшка, не счесть
Стали рыбы в один ряд
В камышах вместе стоят
Чтоб напевы Вяйне слушать
Звуки кантеле послушать

Появился царь воды
С бородою из травы
На поверхность тихо всплыл
На морском цветке он плыл
Звуки дивные он слышит
Сам притих и еле дышит
От волнения Ахто сказал:
Ни разу в жизни не слыхал
Чтоб так звуки извлекали
Как Вяйнемейнен бы играли
Как он руны распевает
И отчизну прославляет

Дочки-уточки сестрицы
Тростниковые девицы
На берегу морском сидели
И о чем-то все галдели
Волосы свои чесали
Локоны свои ровняли
Гребни золотом сияют
Щетки серебром сверкают
Звуки чудные уловили
В изумлении застыли
Щетки в воду соскользнули
Гребни в море утонули
Так волос не расчесали
Музыке они внимали

Наконец, сама собою
Вся покрытая травою
Из глубин морской среды
Появилась хозяйка воды
В тростнике она таилась
И на риф облокотилась
Слушать кантеле распевы
Вяйнемейнена напевы
Видать умаялась она
Пока до рифа доплыла
И под звуки песен дивных
Чарующих и красивых
Вод хозяйка задремала
На скалу лицом припала
И уснула глубоким сном
На камне теплом и большом

Песнь 2.
Игра Вяйнемейнена за душу хватает слушающих, слезы выступают у них на глазах. Из глаз самого Вяйнемейнена падают на землю крупные слезы и, скатываясь в воду, превращаются в чудесные голубые жемчужины.

Старый Вяйне день играет
Другой уж силу набирает
Ни одного там не осталось
Чье бы сердце не сжималось
Ни героев сильных, храбрых
Ни мужей отвагой славных
Ни старух уже дрожащих
И ни жен, косы носящих
Кто б не плакал, не рыдал
Песнопевца не прославлял

Плачут юноши и старцы
В кулаки сжимая пальцы
Полувзрослые ребята
И девицы-голубята
Плачут маленькие дети
Так чудесны звуки эти
Так играет самый лучший
Песнопевец наш могучий

Вяйнемейнен плачет сам
Льются слезы по щекам
Из очей капли сбегают
Вниз жемчужные стекают
Они брусники больше
И горошины потолще
Крупней чем яйца у орла
Чем у касатки голова
А с его прекрасных щек
Устремляется поток
К бороде его широкой
Дальше, по груди высокой
На колени, на сапоги
Вниз его высокой ноги
Потом на землю попадает
И в море синее стекает
Всю одежду пропитал
До самой кожи он достал

Вяйне слезы так роняет
Что побережье заполняет
А оттуда струей блестящей
В глубину воды кипящей
На дно, в самую пучину
На чернеющую тину

Вяйнемейнен тут спросил
Слова такие говорил:
Может есть из юных кто
Чтоб сейчас нырнуть на дно
Кто б пучину презирал
Слезы б эти мне собрал?

Вяйнемейнену отвечали
И в народе так сказали:
Не найдется здесь таких
Нет отважных и лихих
Чтобы в бездне вод искать
Твои слезы собирать

Старый Вяйне тут сказал
И награду обещал:
Кто в глубины вод нырнет
Мои там слезы соберет
И принесет их мне сюда
Тому дам шубу из пера!

Ворон к Вяйне подлетел
Закаркал, шубу захотел
Вяйне ворону сказал
И на море указал:
Слезы, ворон, мне принеси
На дне моря их отыщи
Из перьев шубу тебе дам
Как управишься ты сам

Ворон над водой летает
Шубу получить мечтает
Но каркающему не дано
Глубоко нырнуть на дно

Утка синяя подлетела
Тоже шубу захотела
Вяйне утке той сказал
И на море указал:
Видел я, как ты ныряешь
И глубины покоряешь
Слезы, утка, мне принеси
На дне моря их отыщи
Наградой шуба ждет тебя
Коль порадуешь меня

Уходит утка собирать
Слезы старца подбирать
В морской опасной глубине
Там на черном вязком дне
Слезы она собрала
И в руки Вяйне принесла

Слезы старца изменились
В жемчуг они превратились
Блеском голубым сверкают
Песнопевца утешают

Руна 42.

Песнь 1.
Герои прибывают в Похьелу, и Вяйнемейнен говорит, что они приехали поделить Сампо. Если они не получат половины, то возьмут насильно все.

Вяйнемейнен, весь седой
Ильмаринен удалой
Лемминкайнен вместе с ними
По морю спокойно плыли
По равнине вод открытых
Горизонтом еще закрытых
В мрачно-холодную Похьелу
В сумрачную Сариолу
Где героев в море бросают
И мужей уничтожают

Илмари и Ахти подгребают
Лодку веслами толкают
Илмари веслом передним
Ахти же веслом последним

Старый Вяйне на корме
Он же старший на челне
Челн по морю направляет
Потоки им перерезает
И летит он птицей смелой
По теченью с бурной пеной
К пристани той Похьелы
К перекатам Сариолы

Вот туда они подходят
И причал себе находят
Лодкою туда пристали
Ее на сушу тащить стали
На катки установили
По стальным ее втащили
И оставили стоять
Обивкою стальной сиять

Челн поставив, в избу входят
Быстро внутрь они проходят
Лоухи гостей встречает
У прибывших выясняет:
Что, мужи, привело вас к нам?
Что, герои, надо вам?

Вяйнемейнен ответ дал
Хозяйке старой он сказал:
Для того сюда мы шли
Долгий, трудный, путь прошли
Чтобы Сампо поделить
Крышку пеструю разделить!

Рассмеялась хозяйка злая
Кривобокая, хромая:
Не делят белку никогда
Зря вы ехали сюда
Сампо я буду владеть
Пестрой крышкою вертеть
В недрах медного утеса
Куда не сунете вы носа

В ответ Вяйне ей сказал
Предупреждая, обещал:
Не хочешь если ты делить
Нам половину отделить
Сампо мы тогда возьмем
И в свою лодку унесем!

Песнь 2.
Хозяйка Похъёлы не соглашается отдать Сампо и поднимает против них всех жителей Похъёлы. Вяйнемейнен берет кантеле, начинает играть и погружает своей игрой в сон всех в Похьеле. Затем вместе с товарищами он разыскивает Сампо, достает его из каменной горы и кладет в лодку.

Лоухи сильно разозлилась
И как будто бы взбесилась
Народ Похьи созывает
Тот с мечами прибывает
Вяйнемейнена убить
И друзей его сгубить

Вяйне тотчас кантеле взял
По струнам ударил, заиграл
Начал он прекрасно играть
От убийства народ отвлекать

Все заслушались игрой
Волшебно-сладкой, неземной
Чудным звукам удивились
Все мужи развеселились
У жен улыбка на устах
Сверкают слезы в их глазах
На коленях все ребята
Попритихли жеребята
Весь народ старец ослабил
На земле лежать заставил
Тот, кто слушал, тот дремает
Кто дивился, засыпает
Детям, старцам, игрой он
Навеял крепкий, сладкий, сон

Вяйне, пока народ не гомонит
В свой карман залезть спешит
Мешочек кожаный достал
Стрелы сна оттуда взял
Дремоту на глаза навел
Крепко всем ресницы свел
Веки запер на замок
Чтоб народ надолго смолк
Долго, крепко бы, он спал
Увезти мельницу не мешал

Крепко спит народ Похьелы
Сладкие видит буйный он сны
Вяйне к глыбам скал пошел
Утес медный он нашел
Где в пещере за дверями
За железными замками
Сампо крышкою вращало
Богатство Похье добывало

У утеса Вяйне сел
Тихим голосом запел
Железные двери покачнулись
Крюки дверные провернулись
Запищали, затрещали
Громко звуки издавали

Чтобы те не голосили
И народ не разбудили
Смазал Илмари тугие
Мажут вместе с ним другие
Жиром на двери замки
Дверные петли и крюки
Замки он пальцем открывает
Рукой засовы поднимает
Вот в пещеру дверь открыл
К Сампо путь освободил

Молвил старый Вяйнемейнен:
О веселый Лемминкайнен!
Ты выше всех моих друзей
Сампо поднимай скорей
Вместе с крышкой поднимай
Пеструю не оставляй!

Лемминкайнен разбитной
Каукомьели молодой
Что готов без приглашенья
Скор всегда без поощренья
Устремился Сампо взять
Вместе с крышкою поднять
На ходу он похвалился
Сам собою возгордился:
Я, мужчина, непростой
Укко сам создатель мой
Богатырь я и силач
Сампо я собью тотчас
Вместе с крышкою родной
Лишь только двину я ногой!

Ахти Сампо ударяет
Но ее он не сбивает
Тогда руками обнимает
Колено в землю упирает
Но Сампо не пошевелилась
Крышка пестрая не сбилась
Корни крепкие у ней
В глубине пещеры сей

В Похьеле бычище был
Рослым и могучим слыл
С очень крепкими боками
С очень сильными ногами
Были в сажень его рога
В полторы сажени морда

Лемминкайнен быка взял
Плуг с окраины забрал
Корни у Сампо перерезал
Корешки у крышки срезал
Мельницу слегка толкает
С места он ее сдвигает

Ильмаринен, Вяйнемейнен
И веселый Лемминкайнен
Руками мельницу подняли
Потихоньку идут сами
Из пещеры ее выносят
На ладью свою относят
Там ее они сгружают
И поспешно укрывают

Песнь 3.
Взяв Сампо в лодку, Вяйнемейнен и его товарищи отплывают из Похъёлы и счастливо плывут домой. На третий день хозяйка Похъёлы пробуждается и, увидев, что Сампо похищено, насылает густой туман, большой ветер и прочие препятствия, чтобы задержать похитителей Сампо, пока она сама их не догонит. Во время бури Вяйнемейнен теряет в море свое новое кантеле.

Челн мужи с катков спускают
В море синее толкают
Стодощатый в воду спустился
По теченью устремился
И Илмари тут спросил
Слова такие говорил:
Но куда мы Сампо свезем?
Чтоб ни ночью и ни днем
Хозяйка злобная не знала
Где б наша мельница стояла?

Вяйнемейнен отвечает
Для Сампо место определяет:
Мы Сампо вот куда свезем
На мыс далекий отвезем
Остров там мглою покрытый
От людей туманом скрытый
Чтоб всегда там счастье было
Чтоб оно там вечно жило
Там одно местечко есть
Где бы мельнице осесть
Невредимый и спокойный
И мечом не посещенный!

И из суровой Похьелы
Сном объятой до поры
Челн героев мчит стрелой
В Калевалу, в дом родной

Вяйне лодкой управляет
Ее веселый наставляет:
Челн, домой теперь стремись
От Сариолы отвернись
Нос к отчизне направляй
Кормой чужбину закрывай!

Ветер, ты челнок качай
Волна, ты лодку подгоняй
Помощь веслам окажи
Лопаткам легкость одолжи
На равнинах синих моря
Что гребцы не знали горя!

Коль у лодки весла малы
И гребцы не так сильны
Кормчий в челне никакой
Как дитя правит рукой
Ахто, весла твои дай
Лодку новую создай
И садись у весел сам
Чтоб летел челн по волнам
Под уключин гоготанье
Водной пены бормотанье!

По равнинам вод открытым
По глубинам морем скрытым
Гонит Вяйне свой челнок
Словно быстрый ветерок
Илмари и Ахти сильно гребут
Сампо на родину свою везут

Лемминкайнен вдруг сказал:
Сколько б в море не бывал
Заняты водой гребцы
Искусным пением певцы
У нас же только весел скрип
Да волны в борт бьющей хлип
Нету песен в нашем челне
Несется лодка в тишине

Мудрый Вяйне отвечает:
Пенье в море расслабляет
Начинать в потоках пенье
Обречь себя тем на мученье
Песни гребле лишь мешают
Гребцы леность проявляют
День тускнеть уж скоро станет
Темнота нас здесь застанет
На равнинах вод прекрасных
На их течениях опасных

Лемминкайнен тут говорит:
Время все равно уходит
День прекрасный исчезает
Сумрак ночи набегает
Так что пой или не пой
На море будет мрак ночной

Челн с героями летит
По волнам домой спешит
Вяйне правит день, другой
Уже на третий, молодой
Лемминкайнен снова встал
И Вяйнемейнену сказал:
Отчего ж ты не поешь
Молча нас домой везешь?
У тебя ж что ты хотел
Сампо ведь ты завладел!

Мудрый Вяйне отвечал
И Лемминкайнену сказал::
Рано нам песни распевать
На волнах торжествовать
Лишь тогда пристойно петь
Праздником своим греметь
Когда дверь свою увидишь
И рукой калитку сдвинешь

Лемминкайнен отвечает
От нетерпения сгорает:
Если б я кормчим сидел
Изо всех бы сил запел
Пусть хоть дурно, неумело
Зато весело и смело
Если сам не хочешь петь
Другому дай песню спеть

Не внимая мудрецу
Вековечному певцу
Ахти начинает петь
Чтоб веселье разогреть
Голосом запел осипшим
И над морем над притихшим
Грубый голос полетел
Шесть деревень он пролетел
Улетел за семь морей
Укко молнии быстрей

Там на пеньке журавль стоял
Пальцы ног своих считал
Пенье Ахти слышит он
С пенька упал от страха вон
Ноги кверху поднимает
Вопить с испуга начинает
Потом на ноги поднялся
Взмахнул крылами и помчался
В туманно-мрачную Похьелу
В сумрачную Сариолу

Вот в Похьелу он прилетел
На болоте мшистом сел
Что есть силы закричал
Похьелы народ поднял
Пробудил негодных людей
Истерикой на болоте своей

Лоухи там встрепенулась
Подскочила и проснулась
В хлев бежит стада считать
Зерно в овине проверять
Стадо в хлеве она считает
Зерно в амбарах проверяет
Стадо целым там стоит
Зерно не тронутым лежит

Тогда к скале она спешит
К утесу медному бежит
Где за железными дверями
На засовах и с замками
Чудо-мельница стоит
И крышкой пестрою вертит

Прибежала, посмотрела
От увиденного обомлела:
Все поломаны замочки
От засовов лишь кусочки
Все крюки совсем разбиты
Двери прочные открыты

Внутрь пещеры забежала
И вместо Сампо увидала
Корни рубленные лежат
Корешки от крышки вопят
Нет там мельницы самой
С пестрой крышкою резной
Коварством Вяйне ее взял
У ней сокровище отнял

Лоухи завыла, рассердилась
Вся от злобы распалилась
Видит, власть ее слабеет
Былой славой уже не веет

Удутар просит она
Чтобы та ей помогла:
Дева мглы, тумана дочь
Ты могла бы мне помочь
Ты туман сквозь сито сей
Мглой густою все залей
С неба воздух дай сгущенный
В пар тобою обращенный
На хребет морей блестящих
Глаз простором веселящих
Вяйнемейнен чтоб там стал
Сувантолайнен бы застрял!
Прилечу я к ним когда
За все воздам я им тогда

Если ж это не поможет
Укко сын помочь мне сможет:
Ику-Турсо появись
Со дна моря поднимись
Свою силу покажи
Мужей Калевы накажи
В пучине сгинут пусть они
А Сампо в Похьелу верни!

Если ж это не поможет
Укко сам помочь мне сможет:
Ой ты, Укко, бог верховный
Грозный и немногословный
Мой царь воздушный золотой
С мечом и пикой огневой!
Бурю на море поднимай
Плыть той лодке не давай!
Скоро с войском я прибуду
Сампо возвращать я буду

Дочь тумана услыхала
Мглой на волны надышала
Закрыла паром все округ
Чтобы Вяйне не смог вдруг
Подряд три ночи морем плыть
Его челнок должен застыть
Посреди морей широких
И от родины далеких

Лодка Вяйне остановилась
Даль морская мглой закрылась
Мудрый думает, гадает
Что теперь их ожидает
Что лучше ехать, чем стоять
Мести Лоухи ожидать

И Вяйне мудрый говорит:
Пусть туман густой висит
Нечего нам здесь стоять
И колдунью поджидать
Даже самый слабый муж
Из героев, что не дюж
Не потонет средь тумана
В испарениях обмана!

Мечом своим он воду взбил
Мед клинок его покрыл
Сладкий тот в воду сбегает
И испаренья поднимает
Поднялись туманы густы
Скоро воды стали чисты
Все потоки прояснились
Дали дальние открылись
И побежал челнок домой
В Калевалу, в край родной

Мало времени прошло
Едва мгновенье протекло
И у лодки, чей бок красный
Шум послышался ужасный
Пена брызжет и взлетает
Лодку Вяйне накрывает

Ильмаринен испугался
Без крови в лице остался
Глаза от страха он закрыл
С головой себя укрыл
Чтоб не слышать эти звуки
Вызывающие муки

Тотчас Вяйне осмотрелся
За борт лодки он всмотрелся
И увидел, сын Укко явился
Ику-Турсо появился
Голову из воды поднял
И Ильмаринена испугал

Вяйне за уши его хватает
И повыше поднимает
Строго Турсо он спросил:
Ты зачем сюда приплыл?
Ты со дна зачем сорвался
Ты зачем из вод поднялся
Перед Калева сынами
Мужественными их очами?

Турсо только удивился
Что за герой тут появился
Сам молчит, глазами вращает
На вопросы не отвечает

Вяйне выше его поднимает
Второй раз он вопрошает
А потом и в третий раз:
Ты, сын Старца, жуткий глаз
Зачем со дна ты оторвался
Ты зачем из вод поднялся?

Чудь силу Вяйне понимает
И жалостливо отвечает:
Я затем со дна сорвался
Я затем из вод поднялся
Чтобы всех вас утопить
Род Калевы погубить
Сампо с лодки унести
И на север отнести
Коль меня ты не удавишь
Жизнь мне жалкую оставишь
Уже в другой раз не явлюсь
Пред человеком не покажусь

Тотчас Вяйне его отпускает
Турсо, напутствуя, изрекает:
Наказ мой на усы завей
Из моря выходить не смей
Ото дна не отрываться
Никогда не подниматься
Пред очами человека
От сегодня и до века

Не смеет никогда теперь
Из моря выйти этот зверь
Пред очи человека явиться
Пока в небе месяц светится
А солнце с воздухом чаруют
Радость светлую даруют

Вяйне лодкой управляет
Ее от Похьи удаляет

Мало времени прошло
Едва мгновенье протекло
Укко, воздуха властитель
Царь небес и повелитель
Бурю с неба посылает
Землю с морем накрывает

Ветры сильно зашумели
Бури страшно загудели
Ветер с запада бушует
С юго-запада лютует
Он с восхода напирает
С юга жутко поддувает
Страшно с севера ревет
Все с северо-заката рвет

С деревьев листья он сорвал
У сосен иглы оторвал
Оборвал с лугов цветочки
А у злаков стебелечки
И погнал пески земные
На просторы водяные

Сильно ветры задували
Волны лодку захлестали
Смыли кантеле долой
Короб щучий неземной
На радость Ахто его ждущим
Всем у Велламо живущим

Ахто короб тот схватил
С собой в пучину утащил

Вяйне плачет и страдает
Тихо слезы вытирает
От огорченья говорит
То, о чем душа болит:
Вот исчезло, что создал я
Сгибла души отрада вся
Радость старца утонула
Волна злая ее столкнула!

Видно кантеле из костей
Было последней утехой моей

Илмари сильно испугался
И Вяйнемейнену признался:
Горе мне, что согласился
И по морю в путь пустился
Я на бревнах, да на ветвях
И меня разбирает страх!
Знавал я ветры и бури большие
Видал я в море и дни злые
Но редко бурю я видал
Чтобы шел за валом вал
Потоки страшные бурлили
И волны лодку бы топили

Хоть бы ветры не сгубили
Волны моря пощадили!

Вяйне Илмари не поддержал
Строго тот ему сказал:
Не надо в лодке слезы лить
Головой борта ей бить
Лишнее дело в ней страдать
И о будущем гадать
Плач в несчастье не поможет
И печаль помочь не сможет!

И стал Вяйне заклинать
Распевая колдовать:
Сынов ты, море, удержи
Чад своих волна сдержи
Ахто, волны вниз спусти
Велламо, своих останови
Чтоб челнок мой не залили
В его ребра бы не били
Ветер в небо поднимись
Там за тучи зацепись
В тех местах, где ты родился
Откуда в море появился
Дощатой лодки не вали
Челн сосновый не крути
В лесу деревья вырывай
На высях ели нагибай!

Лемминкайнен стал кричать
Птиц на помощь лодке звать:
Орел турьянец прилетай
Тройку перьев передай
Ворон, пару принеси
Лодку от гибели спаси
Бока ей надо нарастить
От волн ужасных защитить!

Вот они перья принесли
Тот превращает их в бруски
Боковые доски сделал
Новые борта приделал
Высотой в сажень одну
Чтобы страшную волну
Не пустили б они в лодку
Не дали б утопить красотку

Хорошо челнок поправлен
Сбоку хорошо подправлен
Чтоб ветер мог его качать
И на волнах его бросать
Если по пенному морю пойдет
По высоким волнам поплывет

Руна 43.

Песнь 1.
Хозяйка Похъёлы снаряжает военный корабль и отправляется за похитителями Сампо.

Хозяйка Похьелы страдает
Северный народ сзывает
Раздает тугие луки
В сильные мужские руки
Собирает меченосцев
Именитых ратоборцев
Челн военный снаряжает
На корабль мужей сажает
Как за уткою птенцы
С ней туда идут бойцы
Сотни там мужей с мечами
Тысяча с луком за плечами

В лодке мачту утверждает
На рее парус закрепляет
Полотно вниз побежало
Словно облако упало
Ветер парус тот поймал
И челн по морю побежал
Обратно Сампо отбивать
Из лодки Вяйне ее взять

Вяйне челн домой спешит
По волнам легко бежит
Мудрый правит челноком
В море смотрит зорким оком

Вот Вяйне на корме привстал
И Лемминкайнену сказал:
О сын Лемпи, всех веселей
Лучший из моих друзей!
Ты на мачту полезай
На стеньгу ты ее влезай
Вперед, назад, ты посмотри
Увидишь может что вдали
Ясны ли воздуха границы
Не мелькают где зарницы?

Лемминкайнен заводной
Веселый, ловкий, молодой
Что готов без приглашенья
Скор всегда без поощренья
На самый верх легко влезает
Восток и запад озирает
Южный край он осмотрел
Потом на север посмотрел
Долго на Похьелу глядит
А потом и говорит:
Воздух ясен впереди
Небо мутно позади
Тучка с севера к нам мчится
Мрачным облаком клубится

Вяйне молвил негневливо:
Ты сказал несправедливо!
С севера не тучка мчится
И не облако клубится
Это лодка с парусами
Лучше рассмотри глазами

Смотрит Ахти раз второй
И его ответ такой:
Север не тучею грозился
Остров в море появился
Соколы там на осинах сидят
Глухари на березах ворчат

Старый Вяйне терпеливо:
Ты сказал несправедливо
Соколы там не живут
И глухари там не поют
Мужи Похьи едут сами
Лучше посмотри глазами!

Лемминкайнен зоркий глаз
Прилежно смотрит третий раз
Долго смотрит и молчит
А потом и говорит:
Лодка с Похьелы идет
Сотней весел воду бьет
Сидят у весел сто мужей
Тысяча внутри на ней!

Когда Вяйне все узнал
Он гребцам команду дал:
Ильмаринен, налегай
Лемминкайнен, помогай
Люди, побыстрей гребите
От погибели уйдите!

Налегают Ильмаринен
И веселый Лемминкайнен
Люди с ними все гребут
Сколько сил есть, отдают

Руль еловый с треском ходит
От уключин стук исходит
Челн сосновый содрогнулся
Нос его вперед рванулся
И тюленем заревел
Кормой, как омут зашумел
Вся вода кипит волнами
Пена движется клубами
Герои что есть сил гребли
Мужи на весла налегли
Но успех к ним не пришел
Челнок дощатый не ушел
От парусника с Похьелы
Из туманной Сариолы

Вяйне мудрый понимает
Что беда их настигает
Что грозит ему несчастье
Здесь погибнуть в одночасье
Он подумал, как тут быть
Как беду предотвратить?
А потом и говорит:
Средство у меня лежит
Чудо маленькое есть
Чтоб беду от нас отвесть

Лезет он к себе в мешочек
Кремня достает кусочек
И словно пальцам горячо
Через левое плечо
В воду быстро его бросает
И тихонько заклинает:
Из кремня отмель появляйся
Утес подводный поднимайся
В те утесы ты уткнись
Лодка Похьи развались
Средь прибоев диких, жадных
Среди волн его громадных!

Вырос камень под водой
И утес явил собой
К востоку он идет в длину
Идет на север в ширину

Лодка Похьелы несется
Еще немного и бой начнется
Вдруг на отмель наскочила
Подводный камень зацепила
Раскололась на досочки
Разлетелась на кусочки
Мачта, паруса, упали
В объятья волн они попали
Резкий ветер их подхватил
И в даль морскую утащил

Лоухи на отмели страдает
Остатки лодки озирает
Развалилась пополам
Доски несутся по волнам
Ребра все переломались
Все крюки ее распались
Борта у лодки отвалились
И, как крылья, разложились

Долго думала, гадала
Сильно злилась и страдала
Рычит она, как дикий зверь:
Кто ж поможет мне теперь?
Кто совет мне может дать
Руку помощи подать?

Но зря время не теряет
Быстро облик свой меняет:
Пальцы в когти превратила
Из кос, мотыг, их сотворила
Когти в горсть она сжимает
Вмиг пол-лодки поднимает
Под колени подвязала
Борта крыльями привязала
Руль, как хвост, себе надела
Свое войско оглядела
И приказала не рядиться
А на нее быстрей садиться
Сто мужей на крылья сели
Тысяча на хвост присели

Колдунья крылья распустила
Орлом огромным в небо взмыла
По туче бьет крылом одним
По морю бьет крылом другим
Чтоб Вяйнемейнена догнать
Сампо мельницу отнять

Ильматар все это знает
Помочь сыну она желает
Из глубины ему сказала
На опасность указала:
Вяйнемейнен, мой родной
Ты глаза свои открой
Пелену ты с них сними
Назад немножко посмотри!

Тотчас Вяйне встрепенулся
Назад глазами повернулся
Смотрит на небесный свод
Там птица страшная плывет
То колдунья подлетала
Героев лодку догоняла
Ее тело, как у орла
Как у ястреба голова

Песнь 2.
Когда Лоухи их настигает, на море между Похьелой и Калевалой завязывается бой, в котором побеждает Калевала.

Вот та птица прилетает
К самой мачте подлетает
На верхушку стеньги села
Словно к мачте прикипела
Корабль перевернуть желает
Уж набок его наклоняет

Ильмаринен разъярился
С жаром к Укко обратился
Бога он усердно просит
Веря, что в беде не бросит:
Всесильный Укко, защити
О бог прекрасный, огради
От гибели злой сына
Чтоб не спеленала его тина
Чадо матери спаси
Дорогу смерти прегради
Защити творенье свое
Охрани созданье твое!

Ой ты, Укко, всюду славный
Бог верховный, самый главный!
Шубу огненную мне дай
Горящую рубашку подай
Чтоб защита у меня была
Голова б моя не пала
Волосы на ней бы вились
И ничем не повредились
Чтоб не случилось и пореза
В играх острого железа!

Вяйне мудрый понимает
Решающий час наступает
Лоухи начал предлагать
Чтоб сраженья избежать:
О ты, хозяйка Похьелы!
Чтобы не было войны
Хочешь, Сампо мы разделим
С крышкой пополам поделим
На краю земли твоей
Там, на острове теней?

Хозяйка Похьи отвечает
Иронично на Вяйне взирает:
Не хочу я Сампо делить
Тебе несчастному уступить
Добром прошу, Сампо отдай
А потом, домой езжай!

Песнь 3.
Однако хозяйке Похъёлы удается выхватить Сампо из лодки, оно падает в море, где разбивается на куски.

Лоухи Сампо подхватила
Когтями мельницу схватила
И из лодки с силой тащит
Глаза огромные таращит

Только Ахти не зевает
Меч свой с пояса хватает
С левого бока его вынул
Острое железо вскинул
По когтям орла ударил
Словно кипятком ошпарил
Бьет мечом он по ногам
По раскинутым крылам
Ему веселье доставляет
Бить мечом и прибавляет:
Ну-ка, вниз, мужи, валитесь
Мечи с героями катитесь
С крыльев и с хвоста орла
Знайте, ваша смерть пришла!

Колдунья с мачты зашипела
Усмирить его хотела:
Муж преступный, ты солгал
Матери, что обещал?
Шесть, а то и десять лет
На оружие запрет
Ни с кем не будешь воевать
Золота и серебра желать
Ты мать родную обманул
Когда мечом своим взмахнул!

Вяйнемейнен тут решил
Уж час удобный наступил
Он дубовый руль поднял
Крылья чудищу помял
Когти ему отрубил
Только малый не сгубил

Мужи с крыльев все упали
Герои в волны все попали
С крыльев сотня повалилась
С хвоста тысяча свалилась
Сама орлица не устояла
На борт лодки с шумом пала
Как тетерка, что подбили
Или белка, что убили
Но коготок не разжимает
С борта мельницу толкает
Вместе с крышкой непростой
В глубину воды морской

Песнь 4.
Большие куски Сампо тонут в море, но мелкие куски волны выбрасывают на берег, к великой радости Вяйнемейнена, видящего в них основу будущего благоденствия.

Так в море мельница разбилась
Крышка пестрая переломилась
Куски большие вглубь ушли
И в тине дна там залегли

Там от них в воде богатство
Радуется Ахто царство
И сокровища в руках царя
Там жизни новая заря
И пока месяц сияет
Солнце землю освещает
Вод богатство не погибнет
Ахто сокровище не сгибнет

Те обломки, что поменьше
Хотя силы в них не меньше
Качаются на волнах
На лазурных моря хребтах
Теченье их к земле несет
Скорость ветер им дает

Вяйнемейнен наблюдает
Куда осколки погоняет
Видит волны от прибоя
Видит, как на берег моря
Те осколки попадают
И светом солнечным играют

Вяйне радоваться стал
И такие слова сказал:
Вот отсюда выйдет семя
И уйдет лихое время
Те осколки, что примчало
Неизменных благ начало
Выйдут пашни и деревья
И различные растенья
И посевы здесь взойдут
Луга цветами расцветут
И луна свой свет прольет
Солнце ясное взойдет
Над любимой стороной
Над Суоми нам родной

Песнь 5.
Хозяйка Похъёлы угрожает уничтожить все счастье Калевалы, но угроз ее Вяйнемейнен не боится.

Лоухи от горя страдает
И Вяйнемейнену угрожает:
Рано радуешься старый
За народец свой бесславный
У меня выход найдется
Средство нужное подберется
Пашни ваши погубить
И посевы потравить
Против пастбищ и растений
И лугов ваших цветений
Против солнца и луны
Чтоб вам были не видны

Упрячу солнце я в горе
Месяц заточу в ее норе
Заморожу морозом я
Ваши засеянные поля
Град стальной туда пошлю
Железом пашни отравлю
Чтоб и к вам беда пришла
Ни травинка б не росла

Я медведя к вам пришлю
Редкозубого нашлю
Пусть жеребчиков терзает
Пусть кобыл он разрывает
Пусть коров твоих сожрет
И стада твои пожрет
Уничтожу весь твой род
Мором изведу народ
Пока солнце сияет огнем
Не было б и слуху о нем!

На угрозы Вяйне отвечает
Злой колдунье замечает:
Лапландских чар я не боюсь
И турьянских не страшусь!
Один лишь Укко властелин
Ключам судьбы он господин
Не чудовищу их иметь
Не врагу ими владеть
Если я творцу доверюсь
На его благо понадеюсь
Он червей с посевов сгонит
Злодеев с жатвы он погонит
Чтоб посевы не губили
И растенья б не убили
Стебли бы не истребляли
И побегов не сжирали

О ты, Похьелы хозяйка!
Колдовская ты зазнайка
Ты в скалу сажай беду
В гору прячь свою ты злобу
Ты в пещеру, в наказанье
Заключай свое страданье
А не солнце и луну
Мраком чтоб залить страну!

Морозом, в лед ты преврати
Своею стужей застуди
Что посеешь ты сама
Бросив в землю семена!
Железным градом их побей
Стальные клинья в землю вбей
Где твои же плуги снуют
Пашни Похьеле дают!

Медведя из чащи посылай
Редкозубого, но знай
Он на выгоны твои пойдет
Твои стада зверь задерет!

Песнь 6.
Огорченная потерей своей власти, возвращается хозяйка Похъёлы домой, захватив с собой от всего Сампо только щепочку от крышки.

Лоухи тут застонала
Волком выла, причитала:
Власть моя уже слабеет
И могущество бледнеет
Мое богатство под водой
Сампо в глубине морской

Она с плачем домой идет
В Похьелу со скорбью бредет
Ничего не утащила
Сама мельницу разбила
Только щепочка досталась
Что от крышки оторвалась
Отсюда бедность в Похьеле
Мало хлеба в той стороне

Песнь 7.
Вяйнемейнен старательно собирает с берега обломки Сампо, высаживает их и желает своей стране вечного счастья.

Вяйнемейнен на берег сошел
Куски от Сампо там нашел
Щепочки от пестрой крышки
Некоторые мельче мышки
Он их собрал по побережью
По песчаному безбрежью
Осколки Сампо посадил
Щепки в землю он зарыл
Средь тумана на мысочке
Там, на мглистом островочке
Чтоб росли и размножались
Чтоб собой преображались
В рожь прекрасную для хлеба
Да в амбарах, что до неба
И в ячмень литой для пива
Что Осмотар сама варила

Потом мудрый Укко просит
Веря, что он их не бросит:
Ой ты, Укко, бог верховный
Мудрый и немногословный
Дай нам счастие на век
Чтобы жил с ним человек
От сегодня и до края
И с честью кончил умирая
В Карьяле прекрасной этой
На поляне Суоми светлой

Укко всесильный, защити
О бог прекрасный, огради
От мужей и жен недобрых
И от духов земных злобных
От злых сил водной среды
Чтоб не делали беды!

Будь защитой сынам своим
Помогай всемерно им
Будь опорою для них
Охраняй все время их
Пусть солнце ласково сияет
И месяц серебром мерцает
Ливни чтоб здесь не лились
Злые ветры не кружились
Не повредят нам холода
Или злая непогода!

Забор железный ты устрой
Крепость каменную построй
Вокруг того, чем я владею
Края родного, о нем радею
Чтоб с небес сюда спускались
А с земли ввысь поднимались
Жилища наши б защищали
Оберегали их и охраняли
Чтоб злодей не нападал
Враг плодов не отбирал
Пока солнышко сияет
Месяц в вышине блистает!

Руна 44.

Песнь 1.
Вяйнемейнен отправляется в море искать потерянное кантеле, однако не находит его.

Как-то Вяйне заскучал
Размышлять неспешно стал:
Хорошо б игру затеять
Чтоб веселие навеять
Жизнью новою пожить
Свои палаты оживить
Только кантеле пропало
Море его к себе забрало
Оно там, где рыбы живут
Семги меж камней снуют
Служит Ахто утешеньем
А Велламо украшеньем
Не отдадут его обратно
Хоть проси их и стократно

Вяйне к Илмари спешит
Помощь чтобы попросить:
О кователь, брат родной
Помоги мне, дорогой!
Знаю, ты вчера ковал
Сильно, видимо, устал
Но ты снова горн раздуй
И сегодня еще покуй!
Грабли из железа сделай
Ручку длинную приделай
Чтоб дно моря доставали
Что там есть, они б сгребали
По всему прибрежью моря
Чтоб избавиться от горя
Кантеле свое найти
В дома радость принести
Из глубин, где рыбы живут
Семги меж камней снуют!

И чудесный тот кователь
Небесной сферы созидатель
Из железа грабли сделал
Ручку медную приделал
Зубья часто посадил
На сто сажен их нарастил
Ручку в пятеро длиннее
Чтоб он греб по дну вернее

Вяйне эти грабли взял
Руками крепкими поднял
И пошел лодку искать
Чтоб граблями дно чесать

По каткам идет причальным
По пустынным и печальным
Сталью крепкою обитым
Медью славною покрытым
Долго ль, коротко ль, шагал
Наконец он увидал
Две совсем готовых лодки
Как присевшие лебедки
Лодка новая одна
Другая старая была

Вяйне к лодкам тем подходит
И с новой разговор заводит
Просит лодку в море плыть
И ему там подсобить:
Лодка, на воду со мной сойди
Челнок на волны поспеши
Чтоб без рук править тобою
Чтоб плыла сама собою!

Тотчас лодка в море выходит
Там течение находит
Уселся Вяйне на корме
С граблями длинными в руке
И пошел он море чесать
Его теченье подметать
Цветочки водяные смял
У прибрежья весь мусор собрал
Даже тростника кусочки
Растений водяных комочки
Он сучок каждый сгибает
Граблями рифы он цепляет
Но нигде не может найти
Кантеле из щучьей кости
Его утехи, как небывало
Кантеле навсегда пропало

Вяйне старый и печальный
Возвратился в стан причальный
Лодку на катки поставил
Грабли там свои оставил
И пошел к себе домой
С опущенною головой
Шапка на сторону сбилась
В голове одна мысль билась:
Не будет больше у меня
Взяв другую щуку я
Прежних звуков при игре
Утешенья в щучьем зубе

Вот лесочком он идет
Вот опушкою бредет
Береза слышит там стенает
Вершиной горько так качает
Вяйнемейнен на плач пошел
И к той березе подошел:
Что красавица стенаешь
Головой своей качаешь?
На челн ли боевой не берут
И на битву не ведут?
Иль ты плачешь и рыдаешь
От того, что жизнь ругаешь?

Береза ветви наклоняет
И тихонько отвечает:
Может многие расскажут
Насудачат и наскажут
Будто весело мне жить
Смеясь листвою шевелить
Я ж забот не сосчитаю
Не веселюсь я, а страдаю
О себе в часы несчастья
Что нету в жизни моей счастья
Я печалюсь и жалею
Что сил больших я не имею
Бедной что была всегда
Вот и плачу иногда

Я бездольная бедняжка
Без опоры мне так тяжко
Здесь, на выгоне скота
Нет на свете хуже места
У других так много счастья
С надеждой ждут конца ненастья
Что время теплое наступит
И радость лета в права вступит
Я же слабая, должна
Терпеть страдания без дна
Чтоб с меня кору сдирали
Эти ветки обрубали

Дети краткою весной
Ко мне идут всегда толпой
Острый нож в меня вонзают
Сок из сердца выпивают!

Пастух, в теченье лета, злой
Белый пояс снимает мой
Для ножен и чаш его берет
Кузовки для ягод плетет
Очень часто подо мной
Девицы шумною толпой
Собираются и бродят
Вокруг ствола меня обходят
Ветки смотрят, режут их
И вяжут веники из них
Березки часто убивают
При подсечке подсекают
Расщепляют на поленья
В печь, для жаркого горенья
Трижды в лето мужи были
С топорами подходили
У ствола они стояли
Все смотрели, измеряли
Чтоб головушку срубить
Меня жизни бы лишить
Вот и вся от лета радость
И от солнышка мне сладость

От осени обид немало
Черной злобы покрывало
Ветром боль мне причиняет
Забот инеем прибавляет
Зелень шубы вихрь уносит
Иней, всю одежду сбросит
И тогда-то я, бедняжка
Как бездомная дворняжка
В лютой стуже без одежды
Обнаженная и без надежды
Я стою, дрожу, стенаю
На морозе замерзаю

И зимой не лучше мне
Когда снег на всей земле
Уж всегда кручина злая
Горе облик мой меняя
Голову мою склоняет
Лицо белым заслоняет

Березку Вяйне понимает
И утешая, заявляет:
Моя березка, не страдай
Дружок зеленый не рыдай
Ты скоро счастье обретешь
Новой жизнью заживешь
Слезы радости прольются
И звуком песен отзовутся

Песнь 2.
Вяйнемейнен делает из березы новое кантеле, играя на нем, восхищает все, что есть в природе.

На укрытом мглой мысочке
На туманном островочке
Из березы крючковатой
И прожилками богатой
Вяйне кантеле сработал
Целый летний день работал

Сначала короб вырезает
Тщательно его строгает
Чтобы короб прочным был
Основой кантеле служил

Короб был когда закончен
Гладко выструган, обточен
Вяйне бороду почесал
И сам себе он так сказал:
Где же я достану гвоздики
Где хорошие возьму колки?

На дороге дуб стоял
Ветви высоко поднял
Ветви ровные, тугие
Словно струны дорогие
Желуди висят на них
Как колки для струн таких
На каждом желуде кукушка
В пять тонов поет подружка
А из клюва вытекают
И гвоздочками мелькают
Капли золота и серебра
Под дубом их уже гора

Взял на короб он колки
Взял для кантеле гвоздочки
Пяти струн лишь не хватало
Кантеле чтоб заиграло

Призадумался мудрец
Песнопевцев всех отец:
Где ж мне эти струны взять?
Где мне звучные достать?

И пошел Вяйне струны искать
По полянам и лесам шагать
И в одном дальнем лесочке
Видит деву на пенечке
Песню грустную та поет:
День пусть поскорей минет
Поскорей бы друг явился
Ее желанный появился

Вяйне к девице спешит
Торопится, почти бежит
Добежал он до девицы
Волос просит у молодицы:
Дай, девица, волос своих
Из кудрей дай мне твоих
Струны чтоб из них связать
Им вечною усладой стать

Девица тотчас встрепенулась
Локонов своих рукой коснулась
И подала волос тончайших
Шелковистых и блестящих

Так струны кантеле родились
Тугие на коробе появились
Голоса отрады вечной
Песни звонкой бесконечной

Вяйне струны тут приладил
Утеху славную погладил
На ступеньку у дома садится
Лицо его счастьем светится
На колени отраду поставил
Выгиб ее к небу направил
И настраивает струны
Чтобы пелись под них руны

Вот наладил музыки родник
Рукою к струнам он приник
Пальцы по тонким побежали
Те с весельем зазвучали
Береза тут же зазвенела
Зеленая красавица запела
Кукушка голос подает
Волос девы нежно поет

Старец сильнее заиграл
Большой палец свой поднял
Пальцами струны перебирает
Звуком их он слух ласкает

Скачут горы, камни рвутся
Скалы весело трясутся
В море риф треснул, распался
Хрящ на волнах закачался
Сосны с радости плясали
На полянах пни скакали

Жены ту музыку услыхали
Тут же работу побросали
Как река на звуки мчатся
Как поток, туда стремятся
Девицы со смехом бегут
Хозяйки веселыми идут
Чтоб игрой той наслаждаться
И, ликуя, восторгаться

Все мужчины, что стояли
Свои шапки молча сняли
Все жены щеки подпирали
Девы слезы утирали
Парни на колени стали
Звуку кантеле внимали
Звону чудному дивились
Слушая не шевелились

Как одними устами на всех
Одним языком для всех
Люди добрые сказали:
Мы доселе не слыхали
Такой прекрасной здесь игры
В теченье жизни, с той поры
Как светит месяц в тишине
Сияет солнце в вышине!

Чудный звон далеко летит
Громко над Калевалой звучит
Никого там не сыскать
Кто б не шел игру послушать
Чудным звоном насладиться
Звукам кантеле дивиться

Все, как есть, лесные звери
Когти подобрали, сели
Чтобы звуками наслаждаться
Ликовать и восторгаться

Птицы разные слетелись
И на ветках все расселись
Стаи рыб и тут, и там
Жмутся ближе к берегам
Наверх черви выползают
Слушать кантеле желают
Вяйнемейнена игру
Вечную его отраду

Вяйнемейнен все играет
Кантеле не замолкает
Издает он чудно звуки
Ласкают струны его руки
День играет и другой
Нет передышки никакой
Не сменяя своей рубашки
И цветные подпояски

В своем жилище он играет
Дом сосновый сотрясает:
Кровля дома его звучит
Пол жилища весь дрожит
Потолок пел, двери пели
Окошки шумно заскрипели
Печь, те звуки, закачали
Притолоки все звучали

Еловым лесом он идет
По сосновой роще бредет
Ели все поклоны слали
Сосны головы склоняли
Иглы их к корням упали
Шишки наземь все опали
И по рощам ли проходит
Иль к кусточкам он подходит
Рощи весело играют
Кусточки радостью сияют
Лепестками цветы воркуют
Под звуки кантеле танцуют

Руна 45.

Песнь 1.
Хозяйка Похъёлы насылает на Калевалу ужасные болезни.

Лоухи мельницу потеряла
И в Похье жизнь худою стала
А тут весть как-то пришла
Вяйнела, мол, расцвела
Все в Калевале процветают
Обломки Сампо им помогают

Колдунья сильно разозлилась
О мести мысль у ней родилась
Стала думать и гадать
Смерть какую им послать
Какие беды, жизни жрущих
В Вяйнелу для всех живущих
Детям Калевы отважным
Рассчитаться чтобы с каждым

К Укко с просьбой обратилась
Умолять его пустилась:
О ты, Укко, верховный бог!
Я прошу чтоб ты помог
Калевы народ сгуби
Железным градом погуби
Стрелами с концом из стали
Чтоб все умерли и не встали!
Род проклятый уничтожь
Болезни лютые там множь
Чтоб мужи все в поле сгибли
В хлеве женщины погибли!

Дочка Туонелы слепая
Ловьятар, девица злая
Гаже всех в Манале была
Самой гадкой из детей слыла
Бедствий всех была истоком
Целой тысячи пороков
Черный лик она имела
Мерзковолосатой кожей прела

На траве постель постлала
Ложе тайное создала
На него она легла
Ветер, жениха, ждала

С востока вихорь зашумел
Ужасный к деве подлетел
Лишь мгновение он дул
Глупой деве плод надул
Чрево бременем наполнил
Желание слепой исполнил
Ложе тайну сохранило
Только Укко сообщило

И носила тяжесть чрева
Девять месяцев та дева
Девятый месяц вот истек
И десятый уж потек
Твердой сделалась утроба
Болью мучит как хвороба
Но не зачатый, не рождался
И на свет не появлялся

И пошла искать блудница
Место чтобы разродиться
Плодом, что ветер сотворил
Чтоб на белом свете жил

Между гор она проходит
В ущелье место там находит
Меж двух скал она легла
Но разродиться не смогла
Не зачатый, не рождался
И на свет не появлялся

Вновь начинает она бродить
Ищет место утробу освободить

Около болот зыбучих
У источников ревущих
Но найти не может места
Вихря буйного невеста
Чтоб от плода разрешиться
От боли в чреве освободиться
Хочет скинуть порожденье
Там, где бурное теченье
В пену бурного потока
В глубину воды той стока
Иль в пучину трех порогов
Средь стремнины гор отрогов
Но плод на свет не появлялся
Не зачатый, не рождался

От боли тело деревенело
Страшно чудовище ревело
Куда идти, она не знала
Делать что, не понимала
Чрево бы освободить быстрее
Чтоб детей родить скорее

Ей с небес Укко сказал
И что делать указал:
В стране тумана Похьеле
В вечно мрачной Сариоле
Там, где у моря можно сесть
Изба, с тремя углами есть
Отправляйся туда рожать
Бремя чрева оставлять
Там тебя уж поджидают
Там детей твоих желают!

Спешит слепая сквозь туманы
Скверное отродье Маны
К избе подходит в Похьеле
Прямо к бане в Сариоле
Чтоб детей скорее родить
На свет потомство выпустить

Лоухи, колдунья злая
Редкозубая, кривая
Тотчас в баню деву ведет
Тропою тайною туда идет
Чтоб деревня не узнала
Ничего бы не слыхала

Баню быстро натопила
Пивом дверь она смочила
А задвижку на дверях
Брагой мажет второпях
Чтобы дверь не заскрипела
И задвижка не запела

Потом стала умолять 
Ильматар ей помогать:
Древнейшая на свете мать
Сияет златом твоя стать
Ты, для женщин, покровитель
Их учитель и целитель!
Помоги несчастной деве
Что таскает плод во чреве
У ерша слюну бери
Слизь с налима собери
Меж костями ей помажь
Бока ее той слизью смажь
Женщину избавь от боли
От родильных мук неволи
От жестокой боли чрева
Чтоб не мучилась та дева

Если ж этого все мало
И помочь ей не достало
Укко, ты творец верховный
Милосердный, немногословный
Опустись скорей сюда
В гости к нам пришла беда
Очень женщина страдает
От боли в чреве изнывает
В бане здесь лежит она
Среди дыма, едва жива
Ты возьми правой рукой
Палку в оправе золотой!
Устрани ты все преграды
Сокруши столбы ограды
Замок творца ты открывай
Все задвижки там ломай
Большой и малый чтоб пролез
Чтобы слабосильный вылез

Выпускает та дрянная
Дева Маналы слепая
Полноту своей утробы
Избавляясь от хворобы
Злых детей своих сложила
На полок всех положила
Покрывалом их укрыла
И занавескою закрыла

Девять сыновей она
Летней ночью родила
В бане, пока печь топилась
Пока негодная там мылась
Силой чрева породила
Из брюха полного родила

Сыновьям дала названья
От присущего им призванья:
Раной одного назвали
Колотьем другого звали
Третий назван ломотой
Звать четвертого сухоткой
Водянкой пятого назвали
Шестого коростой прозвали
Зван седьмой гниющей язвой
А восьмой чумной заразой
Но как девятого назвать?
Слепая не стала размышлять
Заклинателем на воду шлет
На побережье пусть идет
Там пусть воду заклинает
Раздор и зависть рассевает

Лоухи, колдунья злая
Кривобокая, хромая
Всех их вместе созывает
В Калевалу направляет
Против Вяйнелы народа
На погибель Калевы рода

В Вяйнелу пришла беда
Народ болеет как никогда
Болезни страшные пришли
Герои Калевалы слегли
Мучаются и страдают
Заразы сил все набирают
Так, что гниль полы съедает
Потолки все покрывает

Песнь 2.
Вяйнемейнен исцеляет народ мощными заговорами и мазями.

Вышел Вяйнемейнен старый
Прорицатель Калевы славный
Чтоб болезни отвести
Болящих души бы спасти
С Туонелой идет он биться
С ее болезнями сразиться

Баню жарко нагревает
Камни сильно накаляет
Лишь чистейшими дровами
Что камни плавить могут сами
Покрытой воду он принес
Чистых веников нанес
Водой горячей их заливает
Густолистые смягчает
Плеснул на камни он воды
Для спасительной жары
Пар медовый поднимает
И тот всю баню заполняет

Вяйне просит Укко помочь
Все болезни чтоб ушли прочь:
Укко, в банный жар сойди
Создатель, нам ты помоги
Чтоб болезни отвернуть
Нам спокойствие вернуть!
Здесь злые искры затопчи
Тленье злое здесь погаси
Чрезмерность жара уничтожь
Пусть дурной уходит прочь
Детей твоих чтоб не сгубил
Твоих творений не убил!

Вот снова прыскаю водой
Водой чистейшей ключевой
На горячие каменья
Частицы твоего творенья
Пусть она тут медом станет
Медовым озером предстанет
Иль рекой течет медвяной
На каменьях печи банной!
Пусть невинные не сгибнут
Без болезни пусть не гибнут
Что пошлешь, великий, рукой
И без смерти данной тобой
Кто губить будет детей твоих
Пусть погибнет от слов своих
От злобных мыслей в голове
Пусть сложит ее к твоей стопе

Но если сил моих не хватит
И мой дар народ не избавит
От несчастья и от бедствий
Болезней тяжких и последствий
Пусть Укко вновь сюда придет
Тот, кто мироздание блюдет
Тот, кто тучи направляет
В облаках кто восседает
Облачка по небу водит
Порядок на земле наводит:
О ты, Укко, бог верховный
К своим детям мудро ровный
Сюда скорее тогда спускайся
К тебе взываю, появляйся!
Людей мученья отмени
Хворь из народа прогони
Несчастья отошли любые
Болезни страшные и злые!

Меч огненный ты мне пошли
Огневой клинок пришли
Чтоб сразил я этих злобных
И прогнал зверям подобных
Болезни страшные, мученья
Утесов, в погреба забвенья
В пещеры дикие железных гор
Чтоб прекратить народа мор
Чтоб вернулось снова счастье
Навеки б сгинуло несчастье

Если ж это не поможет
Туони дочка помочь сможет:
Кивутар, дева болей!
Ты сильна своею волей
Ты живешь в горе страданий
У трех потоков из рыданий
Камни болей ты вращаешь
Болезней скалами играешь
Приди, болезни собирай
Пасти камня их отдай
Иль сведи ты их на море
В глуби его топи ты горе
Где ни ветерок не дует
И луч солнца не балует!

Если ж этого все мало
И больных меньше не стало
Дочка ран и болей дочь
Появись чтоб нам помочь
Ты, всех женщин красивее
Приходи к нам поскорее
Чтобы всем здоровье дать
Успокоенье даровать!
У болей силу отними
От нас мученья прогони
Дай больным спокойно спать
Заботы слабым бы не знать
Чтоб ослабевший оживал
Храбрый на ноги вставал!

В бочонке боли ты укрой
Мученья в ящике закрой
И отнеси их поскорей
На главу утеса болей
В глубину горы болезней
И, что будет всем полезней
Там свари болезни те
В самом малом котелке
Не больше пальца подойдет
Ноготь лишь куда войдет
Средь горы камней не счесть
А один с отверстьем есть
Бурав его там просверлил
Железо камня он прошил
Туда болезни побросай
Муки злые затолкай
Диких тварей там сдави
Все несчастья там сожми
Чтоб в ночи бы не являлись
Чтобы днем не появлялись

Мажет Вяйне места больные
Где засели болезни злые
Девятью из мазей лучших
Средств волшебных и могучих
При этом, Укко попросил
Творец ему чтоб подсобил:
О ты, Укко, верховный бог
Ты мне не раз уже помог
Помоги мне в трудный час
С помощью приди тотчас!
С востока тучу ты пришли
Тучу с севера ты вышли
Пусть с юга, запада, прискачут
Медовой влагою заплачут
Чтоб болезни эти смягчить
Здесь мученья облегчить!
Не справлюсь с ними один я
Если не поможет рука твоя!

Творец, приди на помощь мне
Чтоб видел, знал, я, что и где
Помогай, всевышний, дружно
Чтоб я видел то, что нужно
Чтоб, где нужно, рукой творил
Чтобы, что нужно говорил!

Где рука не тронет моя
Пусть коснется рука твоя
Где не тронут мои персты
Своими там коснулся б ты!

Заклинать, создатель, явись
Волшебной силой объявись
Пусть люди исцелятся в ночь
Здоровье днем им напророчь
Чтоб не болела голова
Не страдали чтоб тела
Сердца от страха б не немели
Чтоб болезней не имели
Пока в небесной вышине
Купается месяц в серебре!

Вяйнемейнен, как волшебник
Творца небесного посредник
Так несчастье прогоняет
Все болезни изгоняет
Радость жизни людям дарит
Недугам преграду ставит
Людей от смерти защищает
Род весь Калевы спасает!

Руна 46.

Песнь 1.
Хозяйка Похъёлы натравливает медведя на стада Калевалы.

Слышны вести в Похьеле
В той туманной Сариоле:
В Вяйнеле все исцелились
Все болезни удалились
Все несчастия пропали
В Калевале избежали
Наколдованных ей бедствий
И ужасных их последствий

Лоухи слышит эту весть
Кипит от злобы ее спесь
Как змея она зашептала
И такое тогда сказала:
Другое средство я сыщу
Иным путем я отомщу:
Я медведя к ним пришлю
Редкозубого нашлю
Пусть жеребчиков терзает
Пусть кобыл он разрывает
Пусть он там коров сожрет
Стада Калевы пожрет
Уничтожу весь их род
Мором изведу народ
Пока солнце сияет огнем
Не было б и слуху о нем!

Вот медведя из чащ выгоняет
Из леса косолапого погоняет
К Вяйнеле на скот рогатый
На Калевалы двор богатый

Песнь 2.
Вяйнемейнен убивает медведя, и, согласно древнему обычаю, в Калевале устраиваются по этому случаю торжественные празднества.

Вяйнемейнен про то узнал
И Ильмаринену сказал:
Брат, кователь, выручай!
Мне пику новую создай
Сделай трехгранным то копье
Рукоять, чтоб из меди литье!
Надо бы медведя убить
Зверя с мехом завалить
Чтоб кобыл он не терзал
Жеребцов не раздирал
Чтобы коров он не сжирал
Мои стада не пожирал

И кузнец ту пику создал
Не малую, не длинную, сковал
На рукоятке жеребец
Там волк уселся на рубец
На острие медведь лежит
Лось по основанию бежит
Там у головки олень сел
Медведя подразнить хотел

Свежий снег поутру выпал
Дороги, нежный, все засыпал
Как заяц зимний он белеет
Овечки шубой землю греет

Вяйнемейнен пику взял
И в Метсолу с ней зашагал
Рассуждая, говорит:
Само время меня торопит
К девицам леса я иду
К деве синей ко двору
Косолапого искать
За разбои наказать
Иду от Вяйнелы мужей
Героев Калевы с пикой своей
Лес, прими меня радушно
Тапио, мне добродушно
Помоги счастливым стать
Красу леса мне поймать!

Миэликки, хозяйка леса
Пропусти  там, где завеса
Там, где много веток висит
Где дубовый навес стоит
Привяжи собак своих
Верных слуг сторожевых

Отсо, яблочко лесное
То медовое, то злое
Слышишь, что явился я
И что храбро иду на тебя
Запрячь когти в мех густой
Зубы деснами прикрой
Чтоб они к ним прикипели
Чтоб и двинуться не смели!

Отсо, разлюбезный мой
Красота с медовой лапой!
Ляг, усни, в густой траве
На прекраснейшем холме
Сосны песни тебе б пели
Ели б над тобой шумели
Иль там катайся на спине
С медовой лапой в тишине

У старого Вяйне острый слух
Слышит, пес его залаял вдруг
На дворах, где Отсо гордый
На местах, где тупомордый
Вяйне объясненье ищет:
Думал я кукушка кличет
Птичка милая распелась
Там, на ветках, где уселась
Только это не кукушка
Не сребристая пичужка
То мой пес Отсо нашел
Меня зовет, чтоб я пришел!

На зов Вяйне поспешает
Пику страшную сжимает
Видит, в логове лежит
Тот медведь, спокойно спит
И во сне тому не снится
Что кто-то может и решиться
К дому подойти его
И растревожить самого

Вяйне пику свою вздымает
Медведя в ложе протыкает
Убивает лиходея
Потрошителя злодея
Посланника колдуньи злой
Нарушить Калевы покой
А потом и говорит
И такие речи молвит:
Да прославится создатель
Всевышний, мира основатель
Медведя он мне даровал
Лесное золото отдал!

На убитого старец смотрит
И такую речь заводит:
Отсо, разлюбезный мой
Красота с медовой лапой!
Не сердись, не я ведь бил
Ты ведь сам себя убил
Ты ведь с дерева упал
На кривом, где восседал
Одежду разорвал сучками
Лапы там сорвались сами
Скользко осенью бывает
День и ночь туман не тает

Вставай медовый, просыпайся
Потряхивая мехом, поднимайся!
Жилье холодное бросай
Его пустынным оставляй
Дом, из веточек берез
Шалаш из сучьев ивы, брось!
Славный, ты пойди со мной
Тропой нехоженой лесной
В своих легчайших башмаках
В голубых своих чулочках
К мужам героям, мы вдвоем
К народу Калевы пойдем!

Тебя не дурно примут там
И заживешь неплохо сам
Лесным там медом угощают
Из сот сладчайшим запивают
Всех гостей и всех входящих
Всех людей к ним приходящих
С плохого места трогай в путь
Гнездо дрянное свое забудь
Иди под крышу, там и тише
И превосходное жилище
По равнине снежной шагай
Через эти ветки шмыгай
Как цветочки по прудочкам
Точно белки по сучочкам!

Мудрый Вяйне развернулся
К Калевале повернулся
По полям идет, играет
Песками песни распевает
Рядом с гостем ступает он
Что в шубу меховую облачен
К дому несется та игра
Уж пенье слышно у двора

И в избе воскликнул народ
Толпа сказала, как один рот:
Слышно, шум сюда бежит
Может новая беда спешит?
Нет, то звуки из дубравы
Где заснеженные травы
Звон клеста гремит как спицы
И рожок лесной девицы!

Из дубравы Вяйне выходит
Ко двору неспешно подходит
Все навстречу побежали
И люди добрые сказали:
То не золото ль явилось
Не серебро ли приключилось?
Может мех пришел играя
Иль монета золотая?
Лес ли лакомку до меда дал
Иль хозяин рысь отдал
Что вы с песнями пришли
На лыжах торжествуя шли?

Славный Вяйне отвечает
На медведя намекает:
Выдру взял и воспеваю
Божий дар я прославляю
С песней оттого пришел
На лыжах торжествуя шел
Только то не выдра есть
И не рысь со мною здесь
Красота лесов пришла
Знаменитость к нам зашла
Это старый появился
В кафтане из сукна явился

Вы калитку отворяйте
Гостя чудного встречайте
Если люб вам чужеземец
Из других лесов пришелец
Если ж он вам не по нраву
По законному вы праву
Калитку тотчас закрывайте
И чужеземца не пускайте!

Но народ ему ответил
И приветливо заметил:
Здравствуй, золото лесов
Здравствуй, славный медолов!
Проходи на двор просторный
Для тебя не раз метенный
Украшенное место занимай
Тебя ждем давно, так и знай!

Мы всю жизнь тебя прождали
С молодых годов желали
Чтобы рог Тапио раздался
В лесах эхом отозвался
Злато леса бы явилось
Серебро тут появилось
На дороге в снегу талом
На дворе для него малом

Словно урожая ждали
Словно лета ожидали
Так лыжи первоснега ждут
Сани ожиданием дорог живут
Жениха так ждет девица
А мужа с поля, молодица

К ночи у окна сидели
Утром у ворот смотрели
При въезде месяцами ждали
У овина зимой поджидали
На снегу стояли твердом
На ветру злом и морозном

Когда он таял, мы стояли
На сырой земле все ждали
И когда пылью ее занесло
И когда все округ расцвело
Утро каждое гадали
В голове своей держали:
Наш медведь куда пропал
Где любимец леса застрял?
Что-то долго его нет
Кто нам даст на то ответ?
Может он из Суоми ушел
И в Эстонию пошел?

Вяйнемейнен тут спросил
Как народ с ним быть решил:
Куда гостя вести дорогого
Проводить куда златого?
В овине ль его разместить
Иль в солому поместить?

И в народе ему отвечали
Люди добрые сказали:
Ты гостя, пожалуй, отведи
Дорогого проводи
Под кровлю славного жилища
Где столы прогнула пища
Где напитки в ряд стоят
Доски чистотой горят
Как оперенье у синицы
И протерты половицы
Женщины принарядились
В платья лучшие обрядились
Платочки белые у них
И в украшениях головы их

Вяйне Отсо и говорит
Ему слова такие молвит:
Отсо, разлюбезный мой
Красота с медовой лапой!
По земле пройдись со мной
Гостем будешь, золотой
Ты пройди в чулочках черных
Ты пройди в штанах суконных
По тропинке для синицы
Добродушнее нет птицы
Воробьиною дорожкой
Вытоптанной малой ножкой
В дом, где пять стропил стоят
Они огромные и крышу держат
В дом, который не из палок
В нем крепчайшие шесть балок

Жены бедные, смотрите
Стадо свое берегите
Чтоб весь скот не испугался
Малый, чтоб не разбегался
Как в избу медведь полезет
С косматой мордой туда влезет!

Из сеней парни уйдите
От ворот девы бегите!
Ведь герой к избе подходит
Краса мужей в нее заходит!

Отсо, яблочко лесное
Золотое, наливное!
Этих девушек не бойся
Не страшись, не беспокойся
Женщин тоже не пугайся
Равнодушным оставайся!
Вы же, женщины в избе
За загородку скорее к себе
Коль в избу мужчина входит
Гордый молодец заходит!

Вяйне старый размышляет
Что делать дальше выясняет:
Боже, благополучье дай!
Под эти балки посылай
Под кровлю славного жилища
Где есть напитки и есть пища!
Но где любимца мне оставить
Куда мохнатого доставить?

Люди старцу отвечали
И место нужное указали:
Милости просим, проходи
И пичужку свою проводи
Усади красу лесную
На скамеечку стальную
Чтоб на мех нам посмотреть
Всю шубу Отсо осмотреть!

Отсо! Ты не беспокойся
Не сердись ты и не бойся
Осмотр меха что начнется
Шубу осмотреть придется
Твою шубу не погубим
Мех чудесный мы не сгубим
Не отдадим его оборванцу
На одежку голодранцу

Вяйне нож свой острый взял
Шубу с того медведя снял
В кладовой ее сложил
В котел мясо положил
На огонь его поставил
И вариться там оставил

В печке медный котелок
Мясом забит под ободок
Толстыми кусками с кровью
И обсыпанные солью
Из дальних мест ее везут
От немцем корабли идут
По морю, что за Двиной
И по проливу к Калеве родной

Как мясо медведя сварили
И котел с огня удалили
Его поставили на сосновый
Стол, украшенный огромный
С посудой, что золотом сияет
На кружках серебро мерцает
Из них можно медку хлебнуть
Пиво в бочке зачерпнуть

На столе из меди блюда
Ложек серебряных груда
Золотые ножи блестят
Острые, мясо резать хотят

Когда в чашки положили
До краев самих набили
Тем богатым леса даром
Исходящим в котле паром
Вяйнемейнен тут сказал
В гости лесных хозяев позвал:
Ты, хозяин Тапиолы!
Оставь на время свои долы
Метсолы краса, супруга!
Спутницею будь у друга
Нюйрикки, сынок их родной!
В красной шапке меховой
И ты на час оставь могучий
Свое жилище - лес дремучий
Теллерво, дочка Тапиолы!
Кому послушны отца долы
А также Метсолы весь народ!
Которых любит Калевы род
На пирушку поспешите
Всей семьею приходите!
Есть запасы, чтоб покушать
Выпить, кантеле послушать
Потом деревню накормить
Медом, пивом, напоить!

Тут народ его спросил
И рассказать им попросил:
Как медведь на свет родился
Не в соломе ль появился?
Как с прекрасным мехом рос
Уж не в бане ли он вырос?

Вяйнемейнен дает ответ
Как медведь появился на свет:
Не в соломе он родился
Не в овине появился
Гость лесной наш золотой
С огромной лапой медовой
Родился он на небесах
У Медведицы в ногах
Возле месяца и солнца
У девы воздуха оконца

Как-то дева та гуляла
Легко по воздуху шагала
На краю какой-то тучки была
По самой грани неба шла
Была она в синих чулках
Гуляла в пестрых башмаках
Ящик с шерстью она держала
Сама который наполняла
И тут с небес она бросает
Тот волос, в волны отправляет
Ветер их теперь качает
По воде передвигает
Там теченье закачало
К прибрежью волнами погнало
К сладкому на брег мысочку
Там к медвяному лесочку

Миэликки деве внимает
Клочки шерсти собирает
Их тотчас в комок скатала
Как ребенка спеленала
В короб его положила
Что из коры кленовой сшила
Эту люльку прикрепила
К веткам, в зелени укрыла
Цепи ее золотые сверкают
Ветры прехорошую качают
И баюкают младенца собой
Под цветущею сосной

Так медведя и взрастила
Мехом знатным наградила
Посреди лесов медовых
Рощ сосновых и еловых
Прекрасно жизнь его текла
Ни бед там не было, ни зла
Низконогим рос комок
Косолапым сын-зверек
С головой весьма широкой
Плоскомордной, тупоносой
В мягкой шубе меховой
С ног до головы в такой
Зубы лишь не показались
Когти лишь не появлялись

Миэликки и говорит тогда:
Я бы ему и когти дала
Зубы крепкие б даровала
Если бы я верно знала
Что он на злое не пойдет
Ими вреда не принесет

И медведь тот клятву дал
У ног хозяйки присягал
Перед богом всемогущим
Отцом-создателем могучим
Что не будет вершить он зла
Не будет творить дурные дела

Миэликки медведю верит
Что на добро злом не ответит
Ищет зубы для него
Когти сделать из чего
Смотрит плотную рябину
Можжевельник и крушину
Смотрит корни и стволы
Все обшарила углы
Целый день по долам ходит
Зубов, когтей, там не находит

Сосна в лесочке там росла
На горке елочка была
Серебро в ветвях сосновых
Золото в ветвях еловых
Их она с собой берет
Когти медведю создает
Зубы в челюсти сажает
Прямо в десны помещает
Отпускает любимца своего
Гонит прочь медведя того
На болота чтоб бежал
Дубравы, рощи, посещал
Опушкой леса чтоб бродил
Поляны быстро проходил

Но идти велит пристойно
Осторожно и достойно
Жить себе грустить не смея
Золотые дни лелея
На болотах и в лесах
Жизни полными, полях
Башмаков летом не зная
В осень чулок не надевая
В непогоду отдыхать
Зимой же себя укрывать
Под черемухой ветвистой
Возле крепости иглистой
У корней прекрасной ели
В можжевеловой постели
В толстой шубе меховой
Мороз не страшен никакой

Там я и взял добычу мою
Удачно завершил охоту свою

Молодые тут спросили
Старцы ответить попросили:
Отчего лес добрым был
Хозяин ласкою светил
Благосклонен сын его
Отдав любимца своего?
Иль за ним с копьем бежали
Иль стрелою напугали?

Вяйнемейнен отвечает
Свою удачу объясняет:
Леса доброта была
Роща милостью цвела
Сам Тапио мне помогал
И в лесу дорогу дал
Миэликки помогала
Мне путь-дорогу показала
Нюйрикки, сын ее родной
С Теллерво, красой лесной
Тропинки бодро мне топтали
Метки на них оставляли
Знаки делали на холмах
И зарубки на деревах
Чтобы знал куда идти
И где медведя мне найти
К месту, где его берлога
К дверям знатного порога

И когда я туда пришел
К берлоге Отсо подошел
Я копье свое не бросал
Из лука тоже не стрелял
Сам он с дерева скользнул
С мокрой ветки соскользнул
Сучья грудь ему порвали
Ветки брюхо разорвали

Затем он к Отсо обратился
Чтобы тот не рассердился
Когда разделывать начнут
Голову на кусочки разберут:
Отсо, яблочко лесное
Золотое, наливное!
С головы одежду снимай
Хищной пастью не кусай
Челюсть нам свою подари
Зубами редкими одари
Не сердись, что приступаем
Твою головку разрываем
Что под руками она треснет
В новом облике воскреснет!

Вот беру нос на удачу
К прежде взятому в придачу
Не беру для посрамленья
Беру для вещего славленья
Не только это я беру
Еще другое заберу

Беру вот ухо на удачу
К прежде взятому в придачу
Не беру для посрамленья
Беру для вещего славленья
Не только это я беру
Еще другое заберу

Вот глаз беру я на удачу
К прежде взятому в придачу
Не беру для посрамленья
Беру для вещего славленья
Не только это я беру
Еще другое заберу

У Отсо лоб беру на удачу
К прежде взятому в придачу
Не беру для посрамленья
Беру для вещего славленья
Не только это я беру
Еще другое заберу

Морду беру вот на удачу
К прежде взятому в придачу
Не беру для посрамленья
Беру для вещего славленья
Не только это я беру
Еще другое заберу

Беру язык у Отсо на удачу
К прежде взятому в придачу
Не беру для посрамленья
Беру для вещего славленья
Не только это я беру
Еще другое заберу

Того я мужем назову
Того героем я почту
Кто зубы Отсо посчитает
А затем повырывает
Их из челюсти стальной
Своей железною рукой!

У головы ждет молодца
Но не нашлося храбреца

Сам тогда он зубы считает
Сам ряды их вынимает
Руками выбил, как поленом
На медведя став коленом

Вот вынул у медведя зубы
И его сказали губы:
Отсо, яблочко лесное
Золотое, наливное!
Пошли из тесного гнезда
Где кровля чересчур низка
В дом высокий перейдем
И в широкие покои войдем

Выйди, золото, пройдемся
Мы с тобою проберемся
По тропе, где свиньи бродят
Поросята где проходят
К соснам, ветками богатым
Стоветвистым, статью знатным
На тот холм лесом покрытый
А зимой снегом укрытый
На высокую ту гору
Где найдешь себе ты нору
Там побудешь, поживешь
Свое счастье обретешь
Где бубенчик громко бьется
Колокольчик раздается

Оттуда Вяйне возвратился
В дом к себе пойти решился
Молодежь тогда сказала
Вяйнемейнену вопрос задала:
Ты куда добычу доставил
Где улов ты свой оставил?
Ты не в лед ли его заковал
Не в снегу ли закопал
Иль в болотной тине сложил
Иль глубоко в песках зарыл?

Вяйне молодежь приветил
И такое им ответил:
На льду его я не бросал
И в снегу не закопал
Собаки бы его там рвали
Птицы б скоро замарали
В топи болот его не сложил
В песок глубоко не зарыл
Черви б там его проели
Муравьи бы одолели

Отнес я, проявляя волю
Эту маленькую долю
К вершине золотой холма
Там, где медная гора
На сосне ее пристроил
На стоветвистой обустроил
Чтоб видно было издалека
Лесное чудо на века
Человеку на усладу
И прохожему в отраду

Я к востоку пасть поставил
К западу глаза направил
Высоко не поднимал
Ветер чтоб не донимал
Не испортил вихрь воздушный
Беспощадный и бездушный
И не приблизил их к земле
Чтоб не достались бы свинье
Чтоб их она не утащила
Своим рылом не своротила

Песнь 3.
Вяйнемейнен поет, играет на кантеле и желает Калевале счастливой жизни на будущие времена.

Чтобы вечер украшался
День весельем завершался
Вяйнемейнен стал тут петь
Громко кантеле звенеть
Песнь прекрасная звучала
Весь народ очаровала
Ставец с лучиною сияет
Вяйне струны перебирает
Песня новая всем наградой
Звучат уста его с отрадой

Долго пел он и играл
Весельем вечер наполнял
Когда же петь он завершил
Укко снова попросил:
Дай, создатель, нам навсегда
Дай на будущие времена
Чтоб мы праздники справляли
И никогда б не забывали
Пир мохнатому устроить
И тем счастье свое утроить!
Только ты нас не забывай
Всевышний, знаки подавай
На дороге и в лесах
На деревьях и кустах
Где то золото найти
И добычей привести
Молодцам народа храбрым
Калевы героям славным!

Ты позволяй, всевышний, сам
Благой создатель, всегда нам
Слышать рог царя лесного
Нюйрикки дудку молодого
Целый день пускай играют
Вечерами забавляют
Молодежь страны родной
Суоми нашей дорогой
На полянах и на холмах
На дворах и в их домах
Пусть Калевы род горя не знает
Растет молодыми и процветает

Руна 47.

Песнь 1.
Луна и солнце сходят с неба, чтобы послушать игру Вяйнемейнена. Хозяйка Похьелы захватывает их, прячет в гору и похищает даже огонь из очагов Калевалы.

Вяйнемейнен не отдыхает
Все на кантеле играет
Пеньем радость пробуждает
Наслажденье доставляет

Звуки к небесам восходят
Вот до месяца доходят
Донеслись они до солнца
Что сидело у оконца
Месяц из избы долой
И на березе сел кривой
Солнышко из замка смело
На сосновой ветке село
Игрой кантеле наслаждаться
И, ликуя, восторгаться

Лоухи, колдунья злая
Злобой к Калеве пылая
Тут же солнышко схватила
С солнцем, месяц прихватила
С ними быстро она скрылась
В страну тумана удалилась

В Похьеле она их прячет
Где только эхо лихо скачет
Чтобы ночь чернее стала
В утес тот месяц заковала
Чтобы днем как ночью было
Чтобы солнце не светило
Внутрь горы его укрыла
И в железной там закрыла
Не уставая при этом твердить:
Никогда не выйдут светить
Никогда не выйдут на волю
Солнце и месяц по своеволью
Пока я их не отпущу к народу
Пока сама не дам им свободу
Но при условии, опять:
Если девять жеребят
От матки одной сюда подам
И в жертву стражникам отдам

Но дальше мстить она мечтает
Гибели Вяйнелы желает
Колдует ведьма в темноте
В своей звериной слепоте
Просит Лемпо ей помочь
В эту воровскую ночь:
Огонь очажный там красть
Чтоб роду Калевы пропасть
Жилища все огня лишить
Свет в просторных погасить
Чтоб там от голода страдали
И поголовно вымирали

Лоухи пламя похищает
Огонь очажный умирает
Ночь настала над страной
Мрак бесконечный и густой

Песнь 2.
Верховному богу Укко тяжело без света, и он высекает огонь для новой луны и солнца.

В Калевале ночь торжествует
Лоухи с нечистью ликует
Нет ни солнца, ни луны
Жилища Вяйнелы темны
Даже там, на небесах
Поселился ночи страх
Темнота в жилище Укко
Жить без света это мука
Без огня — вершина печали
Люди все затосковали
Укко даже заскучал
И пока не понимал
Где там месяц пропадает
Кто солнце от него скрывает
Верховный бог тому дивится
Как такое могло случится?
Что за чудо приключилось
Что освещенье прекратилось?

К границе неба зашагал
На край темной тучи стал
Он стоит в синих чулках
В прекрасно-пестрых башмаках
Смотрит, не появится ли кто
Месяц, солнышко ль само
Нет их, мрак и темнота кругом
Тотчас огненным мечом
Укко пламя выбивает
Из ногтей огонь пускает
В верхней области небесной
За оградой звездной тесной

Высек он огонь небесный
Его искру в мешочек тесный
Шитый золотом вложил
И в шкатулку положил
Что из серебра ковалась
И годами создавалась

Шкатулку в люльке золотой
Воздушной деве молодой
Отдает, чтоб та качала
Баюкала и величала
Чтобы новый месяц вырос
Солнце новое явилось

Люлька под облаком висит
Серебром цепочек блестит
Раутамонни на туче восседает
Пламя баюкает, качает
Но спокойно тому не лежать
Хочет силу свою показать

Люлька лошадью взбрыкнула
Серебро цепочек погнула
В туче шум, движенье, гам
Прогнулась неба крыша там
В люльке так огонь качался
На свободу вырывался
Дева на руки взяла смутьяна
И качает, и ласкает, буяна
Не понимает лишь одного
Искра Укко желала того

Песнь 3.
Огонь падает на землю, и Вяйнемейнен с Илмариненом отправляются его искать.

Выпрыгнул вдруг огонь лихой
У девы безрассудной, глупой
Выскочил из рук качавших
Из перстов его ласкавших
Небеса от огня потряслись
Двери воздуха раскрылись
Искра огненная улетает
Капля красная стекает
Сквозь крышу неба она скользит
Сквозь толщу тучи она шипит
Все девять небес пронизала
И на землю звездой упала

Вяйне видел как пламя летело
Как полнеба огнем горело
Ильмаринену он сказал
Когда небесный огонь увидал:
Ильмаринен, брат кователь
Может это сам создатель
С небес огонь нам посылает
И, тем самым, помогает?
Огонь какой-то там спустился
Искрою яркою светился
Через врата небес литые
Вниз на области земные
Может месяца кружочек
Или солнышка кусочек!
Давай пойдем и разузнаем
Что за огонь нам посылаем!

И в разлитой темноте
В свете звезд и налегке
В путь герои зашагали
Вместе думали, гадали
Как туда попасть вернее
Как туда пройти прямее
Где упал огонь небесный
Яркий очень, неизвестный

Долго ль, коротко ль, шагали
Пока реку не повстречали
Широко она воды разлила
Дорогу пешим преградила

Вяйнемейнен в лес подался
Лодку ладить расстарался
Челнок ловко смастерил
Тихонько на воду спустил

Весла Илмари несет
Из сосны, что здесь растет
Руль еловый ловко сделал
И к корме его приделал

Так была готова лодка
Быстроходная лебедка

Герои в лодку ту садятся
В путь пора им отправляться
Ильмаринен загребает
Вяйнемейнен управляет
По Неве-реке плывут
Звезды указывают им путь
Надеясь вернуть огонь домой
Чтоб запылал очаг родной

Песнь 4.
Дочь воздуха рассказывает им, что огонь попал в озеро Алуэ и там его проглотила рыба.

День плывут, второй гребут
Но найти огонь не могут

И Вяйнемейнен тут решился
К матери своей обратился:
Мать родная, помоги!
Мы много дней уже в пути
Ищем огонь, что с небес упал
И как будто бы пропал!
Пламя исчезло без следа
Для нас это большая беда
Без огня мы долго живем
Во мраке работает и поем
Потому мы отправились в путь
Чтобы огонь домой вернуть
Что с небес сюда свалился
И как сквозь землю провалился
Осветить бы страну родную
Суоми нашу дорогую!

Едва затихло эхо над водой
Как над красавицей Невой
Ильматар сама явилась
И к героям обратилась:
Нелегко то пламя сыскать
Трудно будет его увидать
Забот немало оно принесло
Зла порядком наделало!

Укко то пламя сотворил
В сребряный ларец уложил
Новые солнце и луну растить
Небо и землю чтоб осветить
Деве младшей дал качать
Его баюкать, величать
Но неспокойным тот оказался
Из ларца на волю рвался
Чтоб успокоить того буяна
Лихого приласкать смутьяна
Дева на руки огонь взяла
Хитрости его не поняла

Выпрыгнул вдруг огонь лихой
У девы безрассудной, глупой
Выскочил из рук качавших
Из перстов его ласкавших
Небеса от огня потряслись
Двери воздуха открылись
Искра огненная мчит
Сквозь крышу неба скользит
Все девять небес пронизала
И на сухие стропила упала
Сквозь отверстие на крыше
Там, где новое жилище
Тури построил, края властитель
Земной природы повелитель

Как огонь туда свалился
В жилище Тури появился
Начал он дела дурные
Преступленья мерзко злые:
Он девицы грудь хватает
Ее на части разрывает
Колено мальчику повредил
Бородку хозяину опалил

Мать решила дитя покормить
Крошку, что в колыбели лежит
А свирепый огонь уже в ней
Пожирает дитя пастью своей
Груди матери опаляет
Крошку в Маналу отправляет
Ибо смерти был назначен
Для кончины предназначен
Он от огня и мук сомлел
В красном пламени сгорел

Мать чудом себя спасла
В царство Маны не сошла
Заклинать огонь умела
Крошку спасти не успела
Знала как то пламя изгнать
Сквозь ушко иглы прогнать
Чрез отверстье в топоре
И мотыги при дворе

Вяйне задает вопрос тогда:
Искра то та, делась куда?
В лес ли зеленый покатилась
Или в море утопилась?

Ильматар ему сказала:
Искра из дома убежала
Бежало пламя по полям
По болотам и лугам
Потом в воду покатилось
В волны Алуэ скатилось
Это озеро вскипело
От огня там все блестело

По три раза в летней тьме
Девять раз в осенней мгле
Это озеро вздымалось
К верхушкам елей поднималось
Как в котле вода бурлила
Рыбы много наварила
Волной несчастных погоняла
И их о скалы разбивала

Рыбы думают, гадают
Окуньки там размышляют
Что им делать и как быть
Чтобы пламя погасить
Плачут рыбы о доме своем
Что был испорчен тем огнем
Окунь, о своем дворе
Ерш, о крепости в скале
Решили искру проглотить
И в желудке ее погасить

Вышел окунь тут горбатый
Злостью и силою богатый
Искру огненную хочет сожрать
Только не может ее догнать

Вышел синий сиг, погнался
За искрою увязался
В скорости не уступает
Миг и искру настигает
Пасть зубастую открыл
И злую тут же проглотил
Тотчас озеро упало
На место привычное стало
Вода покой вновь обрела
Там жизнь по-прежнему текла

Мало времени проходит
Сиг глотатель болью исходит
Не зная как избавиться от беды
Мечется в бездне водной среды
Плывет он день, другой плывет
К острову, где сиг живет
Мимо тысячи мысочков
Мимо сотни островочков
Каждый мыс ему говорит
Каждый остров слово молвит:
Не найти здесь никого
Чтобы убить беднягу того
Страдальца сига проглотить
Боль от жара уничтожить
Прекратить его метанья
От страшного огня страданья

Пеструшка слышит, понимает
И тотчас сига того глотает

Мало времени проходит
Глотатель сига болью исходит
Не зная как избавиться от беды
Мечется в бездне водной среды
День плывет она, другой
Где утесы семги над водой
Где в пещерах щуки живут
Свои жертвы кусками рвут
Мимо тысячи мысочков
Мимо сотни островочков
Каждый мыс ей говорит
Каждый остров слово молвит:
Здесь не сыщешь за версту
Кто б убил бедняжку ту
Страдалицу мог бы проглотить
Боль от жара уничтожить
Прекратить ее метанья
От страшного огня страданья

Щука серая словам тем внимает
И пеструшку жадно глотает

Мало времени проходит
Щука от пеструшки болью исходит
Не зная как избавиться от беды
Мечется в бездне водной среды
День плывет она, другой
Где утесы вороны морской
Мимо тысячи мысочков
Мимо сотни островочков
Каждый мыс ей говорит
Каждый остров слово молвит:
Здесь не сыщешь за версту
Кто б убил бедняжку ту
Страдалицу мог бы проглотить
Боль от жара уничтожить
Прекратить ее метанья
От страшного огня страданья

Песнь 5.
Вяйнемейнен и Ильмаринен отправляются ловить рыбу сетью из мочалы, но поймать ее им не удается.

Ильматар все рассказала
И, чрез мгновение, пропала

Снова в звездной тишине
Качается лодка на волне
Ильмаринен загребает
Вяйнемейнен управляет
К озеру Алуэ по Неве плывут
Веря, что рыбу ту они найдут

Темные дни и ночи мелькают
Уж озера волны лодку толкают
Громады утесов пасти раскрыли
Но не глотать, а пригласили
В место тихое героев зайти
Для своей лодки причал найти

Вот нашли, к нему пристали
Лодку крепко привязали
Идут на берег незнакомый
Для лова невод творить новый

Вяйнемейнен, песен ваятель
Ильмаринен главный кователь
Тотчас режут можжевельник
В воде мочат этот веник
Луб с коры они срезают
И мочало получают
Грубые волокна из него берут
И сеть огромную плетут
Затем с ивы кору снимают
И ею сети в невод скрепляют

Невод готов, нужны руки
Вяйне запел под кантеле звуки
Сладкая песня местных позвала
Жен и девиц толпа прибежала
Слушали женщины, наслаждались
Поплакали вволю и посмеялись
Благодарные помочь решили
Самых крепких дев отрядили
Вяйне славных в лодку усадил
И сеть тащить им поручил

Ильмаринен загребает
Вяйнемейнен управляет
За лодкой сетка тянется
Руками женщин управляется

Тянут сети возле кос
Островочков, где мох рос
Возле гротов семги темных
Скрытых в водах скал огромных
Островков, где сиг живет
Где камыш густой растет
Тянут невод, погружают
Потом дружно проверяют
Порой наискосок влекут
Наклонивши его тянут
Но как команда не старалась
Щука с искрой им не попалась

Тут женщины мужчин позвали
Те пришли, руками сети взяли
Тянут мощно и толкают
Невод дергают, ругают
Возле рифов, по заливам
По извилистым проливам
Возле Калевы утесов
И по чудным ее плесам
Но не могут рыбу поймать
Чтоб огонь у ней отобрать
Ячейки в сетке были крупны
Щуку не взять такой из воды

Исходом таким недовольные
Говорили рыбы вольные:
Иль храбрецы уже мертвы
Сыны все сгибли Калевы
Те, что вязали сеть из льна
Из ниток делали невода
Что баграми рыб пугали
Палкой длинною стучали?

Вяйне ответил недовольным
На сужденья рыбам скорым:
Храбрецы не умирали
Герои Калевы не погибали
Мертв один, а два родятся
Силой, ловкостью, гордятся
И у них багры мощнее
Ловят палкой подлиннее
Сетью вдвое пострашней
Скоро будет щука в ней!

Руна 48.

Песнь 1.
Сыны Калевы изготовляют сеть из льна и отправляются ловить проглотившую огонь рыбу, которую и вылавливают.

Вот к пристани они подплывают
Ловцы на брег устало шагают
Пожженный бешенным огнем
И призадумались на нем
Стали думать и размышлять
Как бы сеть из льна связать
Чтоб в сто раз была длиннее
Легкой, мелкой и прочнее:
Надо землю здесь вспахать
Льняные семена посеять
Невод чтобы приготовить
Стопетельную сеть изготовить
Рыбу злую ту поймать
И божественный огонь забрать!

Вот нашли земли клочочек
Несожженный огнем кусочек
На болотной на трясине
Меж двух пней посередине
Тотчас вырвали их из земли
Льняное семя под ними нашли
Червем Туонелы хранимо
Так, что силы свои сохранило

Там золы кучка оставалась
Лодка здесь как-то сжигалась
Здесь и был посеян лен
В золу сухую погружен
В темноте его сажали
Лишь звезды землю освещали

Мало времени прошло
Семя льна то проросло
Побеги от него побежали
Урожай богатый дали

Вяйне снова сладко поет
К себе помощников зовет
Набежали жены, девы
Слушать Вяйнелы напевы
Послушав, стали помогать
Лен тот с поля собирать

Девы быстро лен собрали
Обобрали, ощипали
Отрепали, как возможно
Очесали осторожно
В воду для мочки положили
Затем быстро осушили
В жилище его принесли
Там растолкали, как могли
Со старанием помяли
На волокна растрепали
Расчесали, положили
Весь по связкам разложили
Затем на веретена мотают
Только пальчики мелькают
Нитки крепкие прядут
И мужчинам отдают
Молодые сеть плетут
Их отцы веревки вяжут
Спицы взад-вперед летают
На полице петли скрепляют

Вот и связали сеть из льна
Сто саженей в длину она
Прекрасный невод был готов
Начинать пора той рыбы лов

К низу, камни привязали
Верх, поплавками обвязали
Стали к неводу молодые
Дома, их отцы седые
Все гадают, размышляют:
Этой сетью ли поймают?
Те взяли сеть и потащили
Ее всю в воду погрузили
Вдоль воды прилежно ходят
В ширину воды проходят
Ловят ершиков писклявых
Ловят окуней костлявых
И богатых желчью плотиц
Годных для кормежки птиц
Но рыбу так и не поймали
Для которой сеть связали

Вяйне стал брату говорить:
Пойдем ка сами ее ловить
Сами потянем эти сети
Да не так, как эти дети!
И пошли вдвоем к воде
Искусно тянут сеть к себе
Одним краем развернули
И на пристань повернули
А другою стороной
На мысочек небольшой
Вот бечевку натянули
Сеть на пристань потянули
Тянут невод, сил не жалеют
Руки их от тяжести немеют
Рыб достаточно поймали
Большую кучу набросали:
И пеструшек, и окуней
Разной семги и лещей
Но рыбу так и не поймали
Для которой сеть связали

Вяйне думает, решает
К сетке другую добавляет
Прибавляет по краям
Крепко сети вяжет сам
В пятьсот сажен шириною
А в семьсот уж с бечевою
И Ильмаринену он говорит
Тот, отдыхая, на камне сидит:
Сеть оттащим мы подальше
Туда, где не ловили раньше
Через воду сеть потянем
Рыбу мы с огнем достанем!

Вот герои в лодку сели
И хоть руки онемели
Сеть к глубинам потащили
Невод в воду опустили
Ильмаринен загребает
Вяйне сетью управляет
Тянут сеть уж раз второй
Да с надеждою большой

Вяйне мудрый тут взмолился
К хозяевам воды обратился:
Велламо, воды хозяйка
Краса морская, выручай-ка!
Рубашку ты свою смени
Кафтан скорее замени
Ведь рубашка твоя — камыш
В которой ты спокойно спишь
Покрывало - пена морская
Что баюкает тебя лаская
Дочки ветра и моря дарили
Стать твою чтобы прикрыли
Я же дам тебе льняную
Полотняную, но не простую
Дочь Луны ей нитки плела
Солнца дочь ее соткала
Помоги щуку с искрой поймать
Чтобы людям огонь дать!

Ахто, владыка глубин морских
Не откажи в просьбах моих
С палкой, великий, разомнись
По озеру всему пройдись
Все дно озерное перерой
В тростниках ею порой
К нам гони ты стаи рыб
Даже самых сонных глыб
В сеть льняную их загоняй
Нам как можешь помогай
Из заливов рыб гони
Из ям лососьих подними
Из его больших пучин
И его без дна глубин
Где мрак холодный верховодит
И по песку никто не ходит

Ахто просьбе Вяйне внял
И помощь ему тотчас послал

Из воды великан появился
На волнах остановился
И вопрос героям задал:
Нужен вам, кто б рыбу гнал?
Большой палкой пять сажен?
Для того и отряжен

Вяйне сам великана приветил
И на его вопрос ответил:
Нужен нам, кто б рыбу гнал
Большой палкой управлял!

Великан сосну срубает
Красе ветки обрубает
Скалу вверху ей прикрепил
И озабоченно спросил:
Из всей силы мне рыбу гнать
Со всего плеча работать?
Или гнать насколько нужно
Чтоб вам было не натужно?

Вяйнемейнен отвечает
И благодарно замечает:
Будешь гнать насколько нужно
Только спасибо скажем дружно!

Великан работать стал
Большие стаи рыб нагнал
К месту, где невод тащили
Что сотней поплавков оснастили
Ильмаринен загребает
Вяйне сетью управляет
Невод повыше сам приподнял
И сеть посильнее тянуть стал

Вот Вяйне и говорит:
Много рыб в сетке сидит
Когда я невод приподнял
Стаю рыб там увидал

Великан ему кивнул
И в пучине озера сгинул

Невод к лодке подтянули
В лодку же перевернули
Вытрясли рыбу из сетей
Разновеликую, всех мастей
И щуку с искрой увидали
Для которой сеть вязали

Песнь 2.
Огонь находят в брюхе рыбы, но он быстро выскальзывает и сильно обжигает щеки и руки Ильмаринену.

Дело сделано, знать можно
С этой рыбой осторожно
К пристани знакомой плыть
И там щуку потрошить

Вот они к пристани пристали
Груду рыб из лодки достали
Своим помощникам отдают
За помощь и нелегкий труд
Кроме щуки той с искрой
Что лежать осталась одной

Мудрый Вяйне рассуждает
И Ильмаринена вопрошает:
Взять ли рыбу мне рукой
Чтоб потрошил ее нож мой
Иль без рукавиц железных
Кожа сгорит на руках нежных?

Сын Солнца Вяйне услыхал
Подошел и так сказал:
Взял бы щуку я рукою
Распластал ее б другою
Нож отца б здесь оказался
Что от предков ему остался

Вмиг с неба выпал нож отца
Прямо к чреслам сына Солнца
С череночком золоченым
С лезвием посеребренным

Нож предков сын подбирает
Тело щуки разрезает
Потом утробу вскрывает ее
И достает пеструшку из нее
Пеструшке брюхо он вскрывает
Сига оттуда вынимает
Вот сига он распластал
Клубок синий из брюха достал
Когда клубочек тот раскрылся
Клубочек красненький явился
Изнутри того клубка
Вышла огненная искра
Та, что с высей неба упала
Тучи грозные пронизала
И в озере себя укрыла
Пока рыба не проглотила

Вяйне уже думает, гадает
Как искру везти решает
К избам, где пламени нет
И в окнах не горит свет

А она вдруг ускользнула
Из рук сына Солнца упорхнула
Вяйне бороду сожгла
Сильнее кузнеца обожгла
Бесстыдно щеки опалила
Чуть руки ему не спалила

Песнь 3.
Огонь распространяется по лесу, опустошает много земель и движется все дальше, наконец его вылавливают и доставляют в темные жилища Калевалы.

Искра в озеро ныряет
В волнах Алуэ мелькает
Можжевельник уже сожгла
Равнину всю выжгла дотла
Лес еловый уже горит
А она все дальше бежит
Уж пол-Похьелы она сожгла
Пределы Саво опалила
По лесам Карелии прошлась
И где-то тихо затаилась

И отправляется Вяйне в путь
Чтобы огонь найти и вернуть
Лесами обгорелыми мчится
По следам огня стремится
Немало времени проходит
И огонь он тот находит:
В дупле пня ольхи гнилой
Вяйне увидел огонек свой

Огню Вяйне поклонился
И так к нему он обратился:
Божье созданье, себя успокой
Больше не твори разбой
Леса напрасно не поджигай
И горе людям не причиняй!
Лучше в печи изб вернись
И там в своих искрах ложись
Под углями утихомирься
Чтобы днем ты пригодился
Березовые поленья разжечь
Для стряпни приготовить печь
А на ночь тебя б укрывали
И в очаге бы сохраняли

Он искру огненную берет
На кусок коры березы кладет
В котел из меди опускает
И с искрой домой шагает
На укрытый мглой мысочек
На туманный островочек
Там пламя избы получили
Свои жилища осветили

Песнь 4.
Ильмаринен оправляется от ожогов.

Ильмаринен же обожженный
Убежал, как прокаженный
По берегу к скале устремился
И на ней остановился
Там пламя он утишает
От которого страдает
Молит его силу ослабить
И его в покое оставить:
Божье созданье, оставь меня!
Чем тебя разгневал я?
Что ты щеки мне спалил
Мои бедра опалил
И бока ужасно обжег
Чем тебя разгневать мог?
Как тебя смогу унять
Твою силу ослаблять
Бессильным твой сделать жар
На теле потушить пожар?
Не жег бы ты больше меня
Не мучился б больше я!

О дочка Турьи, приходи
Дочь Лапландии, спаси!
Лед и иней обувь твоя
Одежда вся замороженная
С инеем носишь котел свой
С холодной ложкой ледяной!
Водой холодной окропляй
Льдинок побольше набросай
На места обожженные
Злым огнем припеченные!

Если ж этого все мало
Помощи той не достало
Сына Похьелы прошу я
Спаси ты от огня меня!
Муж земли туманной той
С сосну ты будешь вышиной
Из снега обувь на ногах твоя
Снежные рукавицы греют тебя
Шапка из снега — головной убор
На поясе из снега ледовый узор
Снега в Похьеле ты возьми
Льда в деревне набери
Снега в Похьеле засилье
Льда в деревне той обилье
Там от мороза люди плачут
Снежные там зайцы скачут
Ледяные медведи там ходят
По горам из снега бродят
И лебеди из снега там
От уток ледяных стоит гам
В снеговом потоке живут
У порога ледяного снуют
Лед сюда на санках вези
Снег на возах привези
Охлади ты снегом чистым
Заморозь льдом серебристым
Все, что мне огонь спалил
Жизни меня чуть не лишил

Если ж это не поможет
Укко, бог верховный сможет:
Укко, ты, что в тучах правишь
Облаками управляешь
Тучу от востока шли
Другую с запада пошли
И концами ударь их
Наполни пустоту меж них!
Лед и иней пошли вниз
Хорошей мазью поделись
На места, что пламя опалило
И чуть жизни меня не лишило!

Так Илмари пламя утишил
Сил злого огня лишил
От ожогов исцелился
Здоровьем и силой укрепился

Руна 49.

Песнь 1.
Ильмаринен выковывает новую луну и новое солнце, но не может заставить их светить.

Солнце больше не приветит
Месяц серебром не светит
Ни над Вяйнелы домами
Ни над Калевы полями
Морозы посевы убивают
Стада от болезней страдают
Птицы больше не поют
Люди уже от темноты ноют
Как без солнца и луны
Жить теперь они должны?

Щука, где ее омут знает
Орел, путями птиц летает
Ветер ведает дорогу челна
Куда бежит морская волна
И только люди того не знали
Никак они не понимали
Утро ль серое уже настало
Иль ночка движется устало
На укрытом мглой мысочке
На туманном островочке

Молодые совещались
Старцы думать собирались
Девицы полные заботы
Судачили вместо работы:
Как без месяца им жить
Жизнь без солнца сохранить
Под небом Калевы родной
Суоми, всем им дорогой?

Вот собрались и пошли
К кузнецу они пришли
Пришли они к нему толпой
И сказали: Дорогой!
Кузнец, с постели поднимись
От теплой печки оторвись
Пора новый месяц ковать
Новое солнышко сделать!
Плохо, коль луна не светит
Если солнце не приветит

Тотчас с постели он поднялся
От теплой печки оторвался
Месяц новый стал ковать
Круглое солнце создавать
Кует он месяц из серебра
Ну а солнышко, из золота

Старый Вяйне подошел
И такую речь завел:
Что любимый брат шумишь
Что там в кузнице стучишь?
Беспрестанно все колотишь
Словно кузницу разносишь?

Ильмаринен Вяйне кивает
И на вопрос так отвечает:
Месяц с солнцем в этот раз
Я кую сейчас для нас
Месяц будет из серебра
Ну а солнышко, из золота
Повешу я их в небесах
И посветлеет в наших краях

Мудрый Вяйне замечает
Илмари он огорчает:
О брат Илмари, прекрасный
Зря затеял труд напрасный!
Не станет месяцем серебро
Не будет солнцем золото!

Но вот светила он сковал
Их крепкими руками взял
Вверх осторожно поднимает
К деревам их прикрепляет:
Месяц - на высокой сосне
Солнце - на еловой вершине
Мокрый Илмари от пота
Так трудна была работа
Месяц с солнцем затащить
И на вершинах закрепить
Но светить они не хотят
Во мраке ночи не горят

Песнь 2.
Вяйнемейнен при помощи гадания узнает, что луна и солнце находятся в скале Похъёлы, он отправляется в Похьелу, сражается с людьми Похъёлы и одерживает победу.

Вяйне лишь плечами пожал
И сам себе он так сказал:
Придется ворожбу начать
И по знакам чтоб узнать
Где находятся светила
Какая сила их укрыла

Вяйне мудрый заклинатель
Вековечный прорицатель
Из ольхи лучинки справил
В порядке их сперва поставил
А потом перстами своими
Поворачивает и вертит ими
При этом Укко стал просить
Светила найти подсобить:
У творца я знака прошу
Настойчиво ответа жду
Божий знак, мне правду скажи
Знак всевышнего мне укажи
Куда светила твои укрылись
Иль они в небе растворились?
Отчего они не светят
Днем и ночью не приветят?
Знаменье, правду мне скажи
Где светила расскажи
Укажи мне верный путь
Чтобы смог я их вернуть!
Если знак обманет меня
В огонь его закину я
Пусть в огне тот знак сгорает
И обманом не играет

И правду открыло знаменье
Укко самого творенье
Что месяц и солнце скрылись
В скалах Похьелы укрылись
В утесе медном сидят они
В его пещере, и ночи, и дни

Вяйнемейнен рассуждает
И решение принимает:
В Похьелу идти тотчас
Тропой, где он ходил не раз
Чтоб солнце и луну забрать
И на небо вернуть их опять

В рубашке железной, с мечом
Думая лишь об одном
В землю Похьелы туманной
С ее хозяйкою коварной
Вяйне день идет, другой
Лишь на третий он ногой
Ступил на землю Похьелы
И горы ее ему уже видны

Вот к переправе подошел
Лодки там он не нашел
И Вяйне громко закричал
Перевозчика позвал:
Лодку мне сюда доставьте
Через реку переправьте!

Но крик его не услыхали
Лодку старцу не послали
Вяйне кучу деревьев собрал
Еловых веток туда набросал
Костер огромный зажигает
Пламя к небу улетает
Дым клубится над водой
Огромной черною змеей

Лоухи в окошко смотрела
Дым и пламя углядела
На переправе за рекой
Зажег кто-то костер свой
Лоухи стоит гадает:
Что за пламя там пылает?
Для войны его немного
Для костров рыбачьих много

Лоухи раба своего посылает
Пусть хорошо все разузнает
Кто там костер такой разжег
И почти все деревья сжег

Тот из Похьелы выходит
Поспешно он к реке подходит
Видит, за речною кручей
Стоит герой чужой могучий

Вяйне раба увидал
И второй раз громко сказал:
Ты, сын Похьелы, лодку дай
Челнок Вяйнемейнену подай!

Сын Похьелы не промолчал
И ответ такой он дал:
Незанятых здесь лодок нет
Мой тебе, герой, совет
Через реку сам плыви
Пальцами как веслами греби
А рулем пусть будет рука
Так и доберешься до берега

Вяйнемейнен размышляет
И решение принимает:
Того за мужа не сочтут
Кого с дороги отвернут
Щукой в реку он ныряет
Ее потоки преодолевает
Реку быстро переплыл
И на берег грязный ступил

Там Вяйне дети обступили
В гости дружно пригласили
Во двор его к себе ведут
А уж оттуда в избу зовут

В Похьелы он избу входит
В сени тесные заходит
Дверь за ручку открывает
И вовнутрь избы шагает
Там под кровлей мужи сидят
Мед попивают и галдят
Все оружием блистают
Мечи у пояса сверкают
На погибель мудреца
Песенников всех отца

Те пришедшего спросили
Так они ему говорили:
Муж негодный, нам скажи
Герой-пловец, нам расскажи!
Ты зачем пришел опять
Невесту себе добывать?

Вяйне на то не рассердился
Мужам Похьи поклонился
И ответил, не скрывая
Злых хозяев раздражая:
Не невесту пришел я искать
Хочу я солнце и луну забрать
Где они от нас укрылись
Где светила наши скрылись?

Говорит толпа дрянная
Оружьем вызывающе сверкая:
Где светила эти скрылись?
В глубине утеса укрылись
В железной скале они сидят
Крепкие запоры их сторожат
Никак им оттуда не убежать
Не уйти, пока их не выпустят

Вяйнемейнен отвечает
Рубашкой железною сверкает:
Если они не выйдут из скалы
Не покинут железной кабалы
То готовьтесь к бою негодные
Красть чужое лишь пригодные!

Вяйне меч свой вынимает
Месяц на конце сияет
На рукоятке солнце блестит
На спинке конек стоит
На головке кот мяучит
Значит враг свое получит

Вот померились мечами
Дрянной народ пожал плечами
У Вяйне меч был помощней
И на зернышко длинней
Значит первым бить ему
По озверевшему врагу

Вот из избы они выходят
Поляну просторную находят
Вяйне первым ударяет
Мечом он искры выбивает
Бьет он раз и бьет другой
Бьет он сверху и дугой
Потомки злобной Похьелы
Все лишились головы
Вяйне, хоть те были ловки
Срезал их как льна головки

Песнь 3.
Он хочет увидеть луну и солнце, но не может попасть внутрь скалы.

Теперь ему никто не мешает
И Вяйне поспешно шагает
К страшным скалам Похьелы
К утесам пестрым Сариолы
К их железным воротам
Дверям, засовам и замкам
В пещеру вход чтобы открыть
Светилам путь освободить

Недолго Вяйне прошагал
Остров зеленый он увидал
Береза там листьями блестит
Под березой той камень лежит
А у камня стоит утес
Диким мхом он давно зарос
Девять дверей в нем стоят
Вход в пещеру они сторожат
Сотни задвижек и замки на них
Солнце и месяц узники их

Трещину в утесе замечает
Вяйне меч свой вынимает
Острым колом в скалу вонзил
Добела его раскалил
Колет он огнистым клинком
Колет пламенным железом
Так, что камень раскалился
И на три части развалился

В пролом Вяйне посмотрел
От удивления даже присел:
Змеи сусло там хлебают
В скале пиво попивают
До чего ж утес пригож
На печень цветом он похож

Вяйне вслух себе сказал:
Такого я не ожидал!
То-то хозяйка возмущалась
Что здесь пива мало осталось
Что на черный день варила
И в скале его хранила
Тут сусло змеи хлебают
Пастями пиво распивают!

Змеям головы посрубал
Путь себе он расчищал
Пьяных гадов добивает
И навеки заклинает:
Никогда гадючья стая
От сего дня впредь считая
Пива больше не глотает
Пивного сусла не хлебает!

Вот и дверь перед глазами
Вяйне крепкими руками
Хочет дверь ту раскачать
Силой слова задвижки снять
Не открыл он дверь рукой
Не снял задвижки ни одной

Вяйнемейнен удивился
Потом сильно рассердился
Себе он горько говорит
Ругает сильно и корит:
Баба тот, кто безоружен
Без инструмента, если нужен!

Песнь 4.
Он возвращается домой, чтоб выковать оружие, с помощью которого можно было бы открыть скалу. Когда Ильмаринен принимается его ковать, хозяйка Похъёлы, в страхе, что ей придется плохо, выпускает из скалы луну и солнце.

Луну и солнце не достал
Домой он тотчас зашагал
Идет печальный и страдает
Лемминкайнена встречает
Вяйне ему рассказал
Как в Похьеле он оплошал
И промолвил Лемминкайнен:
О ты, старый Вяйнемейнен!
Отчего меня не взял
Я б с замков заклятья снял
И задвижки бы раскрыл
Дверь в пещеру бы открыл
Выпустил сиять светила
Над Суоми, что нам мила

Вяйнемейнен отвечает
Пыл героя охлаждает:
Не слушаются задвижки слов
Заклятья не берут замков
Их не подвинешь кулаком
Не сломать дверь локотком

Вяйне в кузницу спешит
Где брат его железо крушит
Да поможет ему его сила
Вызволить из плена светила

Вот и кузня, брат стучит
Ему Вяйне и говорит:
Выкуй, брат, трезубец мне
Чтоб мог ударить по скале
Копий дюжину к нему
Ключей немалую суму
Из пещеры чтоб большой
Светила отпустить домой!

И Илмари славный кователь
Небесной сферы созидатель
Что Вяйне просил, все сковал
Трезубец славный выковал
Сковал он копья и ключи
Громко стуча в черной ночи

Тот стук до Похьелы долетел
Лоухи интерес разогрел
Чтоб загадку ту понять
Решила в Калеву слетать
К бедрам крылья прикрепила
Птицей в небо она взмыла
Возле дома полетала
И в кузню Илмари помчала
Через море Похьелы
Туманно-мрачной Сариолы

Кузнец в окошко посмотрел
Думал бурю он узрел
Но не буря там бесится
Ястреб серый к нему мчится
У окошка птица села
Зорко в кузню посмотрела
Илмари ястреба спросил:
Что здесь серый ты забыл?
Зачем ты у окошка сел
Кузню зорко осмотрел?

Ястреб тут же ему ответил
Очень льстиво так заметил:
О Илмари, мастер кузнец
Славный кователь, молодец!
Ты и правда, мастер славный
Ты — кователь самый главный!

Ильмаринен ему в ответ:
Никакого тут чуда нет
Что кузнец я настоящий
Мастеров превосходящий
Если небо выковал я
И кровля воздуха работа моя!

Птица серая хитрит
Илмари сказать велит:
А сейчас, что ты куешь?
Не оружье ль создаешь?

И ответил Илмари едкий:
Я кую ошейник крепкий
Старухе злой из Похьелы
Чтоб приковать ее у скалы
Шеи чтоб не повернула
Пока светила не вернула

Лоухи сильно испугалась
Видит, к ней беда подкралась
Ей несчастье угрожает
Она тут же улетает
Стремглав через море домой
И чтобы не быть прикованной
Двери в пещере раскрывает
И в небо светила отпускает

Видом, затем, она изменилась
В виде голубя явилась
Запорхала, вновь полетела
К Илмари кузне прилетела
Подлетела голубком
И села у двери тишком

Илмари его заметил
И спросил, его приветив:
Ты зачем сюда явился
Иль ты может заблудился?

Голубь ему отвечает
И горделиво замечает:
К порогу ветер меня отнес
Чтоб новость я тебе принес
Ушли светила из скалы
Небо и земля света полны!

Илмари двери кузни открыл
От яркого света глаза закрыл
Затем открыл свои глаза
Смотрит пристально в небеса
А там месяц серебром сияет
И солнце золотом блистает!

Песнь 5.
Вяйнемейнен, увидев луну и солнце на небе, приветствует их и желает, чтобы они всегда украшали небо и приносили счастье людям.

К Вяйнемейнену он спешит
Ему слова такие говорит:
О ты, Вяйне, наш мудрец
Песнопевцев всех отец!
Ты глаза свои протри
Выйди, в небо посмотри
Светила там опять живут
Свет на землю снова льют!

Вяйнемейнен на двор побежал
К небу голову поднял
Видит, месяц там сияет
Видит, солнышко блистает
Как и прежде над страной
Над Калевалою родной

Вяйне радостно вздохнул
Руки к небу протянул
И какая есть в нем сила
Он приветствует светила:
Здравствуй, месяц ты наш ясный
Вновь ты кажешь лик прекрасный!
Здравствуй, солнце золотое
Вновь осеняешь все живое
Снова ты сияя всходишь
И небесный путь проходишь
Из железной из пещеры
Где томились вы без меры
Вырвались вы на свободу
Служить чтоб своему народу
На свои места вы стали
Прежний путь свой отыскали

Солнце, по утрам вставай
Счастьем день свой начинай
С нынешнего дня вовеки
Жили чтобы человеки!
Чтобы пашня хлеб давала
Добыча в руки бы бежала
Рыба к удочкам бы шла
Песнь над Калевой цвела!

Благополучно ты ходи
Блаженствуй на своем пути
Дорогу в красоте кончай
С отрадой ночью отдыхай!

Руна 50.

Песнь 1.
У девушки Марьятты рождается сын от брусники.

В Калевале без конца
У именитого отца
Дочь Марьятта подросла
Красотка при отце жила
Была при матери любимой
Тихой, скромной и стыдливой
Пять цепочек перетерла
Шесть колец она истерла
Где ключи отца носила
И на своей груди хранила
Полпорога, что над полом
Стерла вышитым подолом
Своим платочком, что носила
Перетерла полстропила
И полпритолоки дверей
Стерла рукавом руки своей
Протоптали половицы
Башмаки у той девицы

Марьятта скромницей была
И стыдливою слыла
Рыбой вкусною питалась
Корой сосновой пробавлялась
Яиц не ела никогда
Так как курица с петухом жила
От овцы мяса не брала
Коль с бараном та жила
Мать доить ее посылает
Но она идти не желает:
Никогда, дева такая как я
Не возьмет корову за вымя
Что с быком своим играет
Молока же не бывает
У телят или у телки
Едва покинувших пеленки

Отец ей жеребца запрягает
Она ехать на нем не желает
Брат тогда кобылу приводит
А девица ему слово молвит:
Не поеду на кобыле с отцом
Она играла с жеребцом
Жеребенка дайте потому
Месяц всего от роду кому

Марьятта красоткой была
Девицей чистою жила
Кроткою, не говорливой
И красавицей стыдливой
Стадо в поле выводила
За ягнятами ходила

Раз на холм ягнята пошли
На гору они взошли
Дева по поляне летает
Между ольх в лесу играет
Тут кукушка закуковала
Марьятту к себе позвала

Звуки слушая, та села
Там, где ягода краснела
И кукушке говорит
Ей такие речи молвит:
Золотая клич кукушка
Пой сребряная подружка
Молви ягодка-краса!
Долго ль я буду одна
Долго ль незамужней быть
Пастушкой по лугам бродить!
Буду лето или два
Иль пока растет трава?
Может шесть лет надо ждать
Или десять подождать?
Иль недолго ждать осталось
Чтоб мне счастье даровалось?

Заслушалась она кукушкой
Долго уж была пастушкой
Пастушья доля нелегка
Для дев особо не сладка:
Гадюки по земле ползут
В травах ящерицы снуют

Но змеи здесь не ползут
Ящерицы в траве не снуют
Брусника девицу позвала:
Лучше б ты меня сорвала
Подбери меня младая
Украшеньями сияя
С подпояскою из меди!
Не то съедят меня медведи
Или улитка съест меня
Добычей червя стану я
Сотни уж меня видали
Тысячи тут отдыхали
Девы, женщины и дети
Облюбовали места эти
Но никто меня не брал
Рукой своею не сорвал

Марьятта, девушка краса
По тропе немного прошла
Ягодку б ту увидать
Да со стебля бы сорвать
Кончиками пальцев снять
Губами нежными обнять

На горке ягоду увидала
То брусника там стояла
И на ягодку похожа
Только странностью не схожа:
Высоко, с земли ее брать
С дерева низко, не достать

Девица прутик тут взяла
И ягодку на землю сбила
Тут брусника подскочила
На башмак ее вскочила
На колено с башмака
А с колена на оборку
Платья синего из шелку
Потом на пояс ее путь
Ну а с пояса на грудь
На подбородок подскочила
Оттуда в губы угодила
В рот тихонечко скатилась
На язык там покатилась
С языка горлом прошла
И в желудок перешла

Марьятта ягоду ту съела
И от нее затяжелела
Понесла от брусники той
Утроба налилась полнотой
Без шнурка платья носила
И без пояса ходила
Тайно в баню удалялась
В темноте там укрывалась

И раздумывать мать стала
Так старуха размышляла:
Что с Марьяттою случилось
С доченькою приключилось?
Что шнурка не одевает
И без пояса гуляет
Что украдкой в баню ходит
В темноте там дни проводит?

Ей один малыш сказал
На очевидное указал:
Беда с Марьяттою случилась
Утроба полнотой налилась
Беда к ней оттого пришла
Что слишком долго она жила
Подчиняясь вашей воле
Не в дому, а со стадом в поле

И скорбя носила дева
Тяжесть пухнувшего чрева
Девять месяцев терпела
На десятом заболела
Чрево вовсе твердым стало
Деву мукой измотало

Просит мать она, страдая:
Мать моя ты дорогая!
Баню растопи скорее
Местечко дай мне потеплее
Дай нагретое местечко
Едва стучит мое сердечко
С помощью же божьей воли
Там избавиться от боли!

Мать ей строго отвечала
Так старуха ей сказала:
Блудница Хийси, уйди прочь!
Отвечай, с кем была в ночь?
Холостой или женатый?
Иль то Ютас был лохматый?

Рыдая Марьятта объясняла
И своей матери сказала:
Не была я с неженатым
И не зналась я с женатым
Я на пригорок как-то пошла
Там бруснику сорвала
Я на язык ее взяла
В горло мне она скользнула
В мой желудок пролетела
Я от нее и отяжелела

Тогда отца о бане просит
Веря, что ее не бросит:
Отец любимый, дорогой!
Баню истопи родной
Место потеплее дай
Дочь родную не бросай
Где бы я покой нашла
Мука где бы отошла!

Ответил ей отец сурово
Твердым было его слово:
Уходи ты прочь, блудница
Ты, презренная девица
На утес, к медведю шагай
Там в пещере дрянная рожай
Погибель тебя там ждет
Медведь дев в жены не берет!

Ему Марьятта отвечала
Слово мудрое сказал:
Не блудница дочь твоя
Совесть же чиста моя
Но великого героя
Я рожу чрез море горя
Сразит он сильного, самого
Вяйнемейнена седого

Дева бедная страдает
Ведь теперь она не знает
Где, в какую дверь стучаться
Чтобы в бане оказаться?
Служанку просит молодую
Пилтти, девочку лихую:
Пилтти, девочка, помоги!
В деревню ты сейчас беги
Найди там баню для меня
Где покой нашла бы я
Где б избавилась от мук
Чрева вздувшегося вдруг
Ты беги, помчись ты споро
Это нужно очень скоро!

Пилтти служанка отвечала
И такие слова сказала:
Но кого просить я буду
Где ж я баню раздобуду?
У кого просить подмоги?
Укажи пути-дороги!

Марьятта Пилтти рассказал
Пути-дороги указала:
К Руотусу твой путь лежит
Там, где речка Сара бежит
Прямо к нему ты отправляйся
Насчет бани расстарайся!

Пилтти ее словам внимает
Как пар из избы вылетает
Подбирает передник свой
Платье верхнее рукой
Славно девочка спешит
Прямо к Руотусу бежит
От бега горы затряслись
И пригорки закачались
Шишки скачут по пескам
Камни скачут по болотам

Вот и к Руотусу пришла
В его жилище вошла
Видит, муж безобразный тот
Пьет и пищей набивает рот
За столом в рубашке сидит
Ткань льняная от света блестит
С большою спесью обратился
И на скатерть облокотился:
Что, негодная, ты желала?
Ты откуда прибежала?

Пилтти девочка сказала:
Я о бане просить поспешала
Думала у вас найти
Туда бедняжку отвести
Где б покой она нашла
А хозяйка б ей помогла

Тут жена его приходит
Переваливаясь ходит
Руками бока подпирает
И расспросы начинает:
Кто же в баню так стремится
Кому помощь пригодится?

Служанка ей и отвечает:
Марьятта наша там страдает
Для бедняжки я вас и прошу
Дать на время баню вашу!

И ответила старуха злая
Руотуса жена дурная:
Для чужих здесь бани нет
И тебе даю совет
На пожог ее сведи
В лесу сосновом хлев найди
В нем блудница пусть рожает
В нем же пусть и погибает
Лошадь пару надышит там
Вот и париться в нем вам

Пилтти уж назад спешит
Что есть сил домой бежит
Вот к Марьятте прибежала
И бедняжке рассказала:
Бани в деревне для нас нет
Чтоб у реки горел ее свет
Хозяйка Руотуса ругалась
Баню давать отказалась:
Нет здесь бани для чужих
На речке бани для своих
Баней будет хлев на пожоге
В лесу сосновом, на отроге
Там блудница родить может
Лошадь славная поможет
Она в хлеве надышит пару
В нем и попаритесь на славу!
Потом пусть погибает там
Воздастся блуднице по делам!

Тут Марьятта зарыдала
И такое ей сказала:
Вот должна теперь идти я
Как поденщица какая
Как наемная рабыня
Чья не сломлена гордыня
На пожог далекий, в хлев
Куда гонит людей гнев!

Вот руками платье взяла
Край подола подобрала
Метелкой живот прикрывает
И на пожог поспешно шагает
При жестоких муках чрева
В темноту далекого хлева
В лес сосновый, что на горке
В домик Тапио на ее пригорке

Молит Бога бедная дочь
В трудном деле ей помочь:
Снизойди на помощь, Творец!
Будь защитой небесный Отец!
Чтоб не мучилась бы дева
От тяжелого ей чрева
Чтоб от болей ей не сгибнуть
От мучений не погибнуть!

Вот до места она дошла
И говорит такие слова:
Конек мой милый, поспеши
Лошадка, пару надыши
Чтобы он как в бане был
Своим жаром меня укрыл
Чтоб покой бедняжка нашла
Помощь бы болезной пришла

Конек добрый ее услыхал
Пару в хлеве надышал
Как его просила дева
На страдающее чрево
Как в бане стало от жары
Сгустились в капли те пары
И Марьятта молодица
Та стыдливая девица
Там сама себя помыла
В тепле чрево свое омыла
И родила на свет сынка
Совсем невинного ребенка
В ясли на сено его кладет
И к лошадке благодарно льнет

Затем сыночка обмывала
И в пеленки спеленала
На руках его укрыла
Грудью чистой покормила
И питала дорогого
Лучше яблочка златого
Этот прутик серебристый
Непорочный и пречистый
На руках своих качала
На коленях, когда уставала
На лоне своем укрывает
По головке его ласкает
Волосики чешет ему
Улыбаясь счастью своему

Песнь 2.
Ребенок куда-то исчезает, и его наконец находят в болоте.

А тут вдруг исчез ребенок
Как испарился из пеленок
И Марьятта громко ноя
Почерневшая от воя
Ищет своего сыночка
Как цыпленка ищет квочка
Свое счастье дорогое
Яблочко свое златое
Под ушатом посмотрела
И под жерновом глядела
Под санями и камнями
На дворе и за углами
Меж деревьев и в траве
Ярким днем и в ночной мгле
Долго сына она ищет
Но никак его не сыщет

На горах и в роще бродит
По пескам, полянам, ходит
Цветочек каждый проверяет
Каждый кустик разрывает
С корнями можжевельник рвет
У деревьев ветки гнет

Дальше ищет, поспешает
Вот звезду в пути встречает
Перед ней она склонилась
И с вопросом обратилась:
Созданье Божье, не откажи!
О сыночке расскажи
Куда мой маленький пропал
Куда из пеленок он убежал?

И звезда зло отвечала:
Если б знала, не сказала
Беды от него одни
Из-за него плохие дни
Я на холоде теперь блистаю
И в черной темноте мерцаю!

Идет дальше, поспешает
Месяц на пути встречает
Перед ним она склонилась
И с вопросом обратилась:
Созданье Божье, не откажи!
О сыночке расскажи
Куда мой маленький пропал
Куда из пеленок он убежал!

Месяц зло ей отвечал:
Если б знал, то не сказал
Беды от него одни
Из-за него плохие дни
Стражем по ночам сную
Ну а днем теперь я сплю!

Идет дальше, поспешает
Солнце на пути встречает
Перед ним она склонилась
И с вопросом обратилась:
Созданье Божье, не откажи
О сыночке расскажи
Куда мой маленький пропал
Куда из пеленок он убежал?

Мудрое солнце отвечало
Так, на ее вопрос сказало:
Знаю я сынка твоего
И что дело рук его
Чтоб я в золоте ходило
По прекрасным дням светило
А, бедняжка, твоего сынка
Трясина мучает пока
По пояс маленький в ней увяз
Ждет, от болота кто б его спас!

Марьятта к болоту поспешает
Сыночка от трясины спасает
Солнцу славу произносит
И домой сынка приносит

Песнь 3.
Для крещения приводят старца, но старец не крестит сына, у которого нет отца, до тех пор, пока не будет изучено и решено, должен ли он быть оставлен в живых.

У Марьятты сынок возрастал
Мальчиком прекрасным стал
Как назвать его не знали
Чужие праздным величали
Мать его цветочком звала
Другого имени не знала

Его уже хотели крестить
Святой водою окропить
Прибыл старец для крещенья
Вироканнас, для моленья
И сказал старец святой
Седой качая головой:
Твой сыночек заколдован
Какой-то дар ему дарован
И прежде, чем его крестить
Знающему надо предъявить
Тот тщательно его осмотрит
И крещение может одобрит

Песнь 4.
Вяйнемейнен приходит, чтобы изучить дело, и объявляет, что этот странный мальчик должен быть умерщвлен, однако младенец укоряет Вяйнемейнена за несправедливый приговор.

Кто же мальчика осмотрит
Кто крещение его одобрит?

Вяйне, песен созидатель
Вековечный прорицатель
Мальчонку осмотреть пришел
Причин к крещенью не нашел
И Вяйнемейнен заявляет
Свой приговор он изрекает:
Сей сын от ягоды родился
Затем в болоте он таился
Стало быть и место ему
Среди ягод на лугу
Иль в болоте пусть найдут
И палкой головку разобьют!

Полумесячный ребенок
Сказал ему из пеленок:
О ты, старец безрассудный
Сам, видать, ты неподсудный
Приговор ты глупо объявил
Законы ложно объяснил!
Ты за проступки пострашнее
За дела сто крат глупее
В болото не был отведен
И головы своей лишен
Вспомни, как брата ты сослал
Колдунье в руки его послал
Жизнь свою спасти старался
Ты от бед так избавлялся
Своим стремлением жениться
Заставил девицу топиться
В морских потоках, в глубине
И упокоиться на черном дне!

Песнь 5.
Старец крестит младенца как будущего короля Карелии. Разгневанный Вяйнемейнен уходит, предсказывая, что он еще однажды понадобится своему народу для нового Сампо, кантеле и света. Он уплывает на медной лодке туда, где сходится земля и небо, но кантеле и свои великолепные песни он оставляет в наследство народу.

Вироканнас речи внимает
Крещение мальчика совершает
Дитя невинное благословил
И принародно заявил:
Карьялы король да будешь
Ее властью ты пребудешь!

Вяйнемейнен рассердился
Рассердившись, устыдился
Место кумиру чтоб уступить
Из Калевалы решил уплыть

На берег моря он идет
Песню громкую поет
Там запел последний раз
Пеньем челн явил тотчас
В медь окованную лодку
Крутобокую лебедку
На корме той лодки сел
И птицей в море полетел

Только кантеле оставил
Чьим голосом Суоми славил
Усладу чудную живущим
Радость вечную грядущим
Своим детям — свое пенье
Мудрости его творенье

И сказал он, отплывая
Свои пророчества вещая:
Дни пройдут и дни настанут
В живых многих не застанут
Но меня здесь не забудут
Ждать, искать, меня все будут
Сампо чтоб я вновь устроил
Короб струнный изготовил
Вновь на небо месяц пустил
Солнце снова засветил
Ведь без них радости нет
Жизни людей — ключ их свет
Дух там злой еще витает
Лоухи всем отомстить желает

Потому знает мудрец седой
Придется вернуться домой
Где родился на волне
Одежду дал своей земле
Где пахал и в землю сеял
Собирал зерно и веял
Чтоб хозяйки Калевалы
Хлебы большие выпекали
Вещих песен плел венок
Силам зла святой замок
Чтоб родная Калевала
В любви жила и процветала

На челне, медью обитом
С парусом, руками сшитом
Едет Вяйнемейнен старый
Песнопевец вечный, славный
Где небо сходится с землей
Где можно встретиться с зарей
Там пристал с своею лодкой
Крутобокою лебедкой

Там и стал жить прародитель
Калевалы славной воитель
Девой Ильматар рожденный
И никем не побежденный
Песен славных сочинитель
Племени певцов учитель
Мудрец самый именитый
Вяйнемейнен знаменитый

Часть 51.

Стих 1.
Пророчества Вяйнемейнена сбываются. Орел приносит Вяйнемейнену весть о возвращении Лоухи в современную Финляндию.

Много уже воды утекло в Кемийоки
С тех пор, как один в край далекий
По морю широкому в медном челне
Свой кантеле подарив Суоми земле
Где сходятся вместе небо с водой
Оставив Калевалу, край свой родной
Уплыл Вяйнемейнен, место уступая
Новому кумиру, что жил подрастая

И, уезжая, пел песню великий певец
Пророческую, для остающихся сердец
Вот эти времена в небытие канут
Дни пройдут и новые дни настанут
Когда я здесь нужен буду опять
И все меня будут ждать и искать
Чтобы я снова Сампо устроил
Короб многострунный построил
Месяц вернул, на радость народу
Солнцу золотому вновь дал свободу
Радость вернул на землю родную
Мрачные силы истребив подчистую
Злой дух над Калевалой еще витает
Лоухи всем отомстить мечтает

И вот уже к нему царь небес летит
Могучее тело от усталости дрожит
Орел принес Вяйнемейнену весть
Вновь появилась, откуда невесть
Лоухи, пропавшая хозяйка Похьелы
И околдовала жителей его страны

Стих 2.
Колдунья творит зло.

Черной птицей Лоухи прилетела
В каждый дом, тихонько, залетела
Песни обманные пела без конца
И льдом покрывались людей сердца
Сладкую ложь им воркуя пела
И в их глазах зажигались огни гнева
Не понимая, что колдуя с ними
Хочет старая чтоб все стали такими

Баюкая, цветными снами посещает
Сказочную жизнь и негу обещает
Крепко спят Суоми дочери и сыны
Не видят, страну поглощающей, тьмы
Связь времен, колдуя, порвала
Про прошлое и будущее врала
Темным силам власть вручила
Лучики разума задушить поручила

Зерна увлажняет безумным бредом
Посеянные для вражды с соседом
И дали, что озерами глаз ласкают
Тиной и мхом теперь зарастают
Солнце и месяц с небес сорвала
На берегу в пещере скалы укрыла
За девятью дверями заперла их
По сто засовов на каждой из них
На каждом засове железный замок
Сдвинуть тяжелые засовы на чуток
Даже сильнейшему здесь не повезет
Их ни вещее слово, ни меч, не берет
Звезды в пещеру угнала за ними
Сделала их пленниками своими
Без них теперь жить народу
Им самим не обрести свободу

Некому людям теперь счастье нести
Не будет во дворах богатство расти
Не будет теперь добычи в сетях
Удачи не будет впредь в их руках

В поющем кантеле струны порвала
Откуда волшебная песня звучала
Никто теперь не снимет с глаз пелены
Колдуньи злой из мрачной Похьелы

Теперь всюду слышен голос воронья
Их песнями, как чашей ядовитого зелья
Околдованных с удовольствием поят
А залетные, гнезда везде свои строят
Черные вестники вражды и войны
По приглашению хозяйки Похьелы
Слетаются на новый кровавый пир
Еще не забыл о котором весь мир

Питаются они человеческими телами
Лесами, полями, недрами и домами
Сколько уже они стран разорили
Но хочет она чтобы опять послужили
Ей черные птицы, как в минувшие годы
Под сенью которых, тюремные своды
Лоухи и слуги, паучье царство плетут
Где ложь, жестокость и коварство живут
Где темные силы страной управляют
Где спящих, рабами своими считают

Стих 3.
Власть Лоухи над героями.

Вот кузнец Ильмаринен сложил руки
Хотя они едва не дрожат от скуки
Не разрешает ему Лоухи у горна стоять
Ведь может он что страшное сковать
Запретила она рукам мастера творить
Но может, говорит, и к горну допустить
Если из стали, и работой будет скор
Станет вдоль границ мастерить забор
Чтобы ни люди, ни звери, ни птицы
Не проникали сюда через границы
В закрытые двери чтобы не стучали
Дурман хозяйки Похьелы не разгоняли

Торопит Ильмаринена решение принять
Ведь ему еще предстоит Сампо сковать
Спрятать ее далеко, в медной пещере
Чтобы вовремя и в достаточной мере
Кормить и ублажать черную армию зла
Нечистую силу, которую сама взрастила

Бесстрашный охотник первородный
Лемминкайнен веселый, раздольный
Угрюмо сидит на краю постели
Хотя люди уже давно ничего не ели
Не позволяет ему Лоухи идти на охоту
Хийси и Накки, по приказу, ей в угоду
Не пускают отважного охотника в лес
Чтоб от жирной пищи народ не воскрес
Довольствует его крохами со стола
Остальное, все нечисть сама пожрала

Куллерво смелый, воинственный пастух
С глазами, в которых отваги свет потух
Боится старая колдунья, что опять
Удастся ему войско зверей собрать
Изгнать колдовские силы из страны 
Чары ее развеять на все стороны
Потому Пейко и Ику-Турсо поручила
Чтоб нечистая сила за ним следила

Все подчиняются ведьме из Похьелы
Не достает им бороться с ней силы

Но не так безграничны силы тьмы
Нет власти у злой хозяйки Похьелы
Вяйнемейнена певца, чарами извести
Сетями его окутать и в них заплести
Знает его могучую силу и боится
Что ее колдовство в прах разлетится
От песен волшебных невиданной силы
Исчезнут навек темных сил заправилы
Поэтому, ни за что не хочет она
Чтобы правда к нему дошла сполна

Но и могучий орел, чары преодолел
Вовремя он в темные небеса взлетел
Другу, чтобы горькую весть принести
И просить его родную землю спасти
Выше облаков, зерном мака поплыл
Достать его колдунье не хватило сил

Стих 4.
Вяйнемейнен возвращается в Калевалу.

Выслушал Вяйнемейнен друга орла
Мудрая, низко склонилась его голова
Понимает, что пришли те самые дни
Давно о которых он пел песни свои

Вышел из дома, седую голову поднял
И видит, клубится черных туч вал
Над его далекой родной стороной
Укутавших Суоми мерзости мглой

Рассердился Вяйнемейнен могучий
К лодке своей идет грозовой тучей
Песню свободы громогласно запевает
И на медном челне, парус поднимает
Плывет на родину силы злые изгнать
Солнце и месяц из оков освобождать
Заколдованных героев разбудить
И вместе с ними колдунью победить
Растопить лед в народных сердцах
Зажечь доброту в гневных глазах
Чтоб они вновь гостеприимными стали
А друзья и соседи их благословляли

Стих 5.
Лоухи чувствует близкий конец.

Острый слух у колдуньи злобной
Как и у любой нечисти подобной
Она далекие раскаты песни слышит
Подлая душонка от страха едва дышит
Торопится череду темных дел провести
Чтоб себя и нечисть от погибели спасти

Стих 6.
Заключительный.

Песни этих рун в веках живут
Поколения Калевы их поют
Героев могучих прославляют
Силы небесные восхваляют
Что превратили пустынный край
В царство лесное, озерный рай
Где поляны широкие, луга цветут
Пашни богатый урожай дают

И пока красное солнце сияет
А месяц ясный ночь освещает
Старики внукам о них расскажут
Матери-детям узелки их развяжут
Чтобы весельем утро начиналось
Радости море днем не кончалось
А вечер был тихим и ясным
Ночью, сон глубоким и прекрасным!

Вот и прошли мы дорогами преданий
Купаясь в море их радости и страданий
Попили из кубка мудрости довольно
С героями песни мы пели невольно
И пока все это в сердцах людей живет
Народ будет жить, народ не умрет
И никаким колдовским силам зла
Не вычерпать его душу до самого дна!

Примечание:
    1. А здесь на лапоть я попала - разговорное обозначение простоватого, невежественного или бестолкового человека.
    2. А на лето пропадаю – месяц имеет ввиду полярный день.
    3. Айно – персонаж эпоса, красавица-сестра Йоукахайнена. Имя означает единственная.
    4. Айникки – сестра Лемминкайнена.
    5. Алуэ — в переводе означает область, район. Исследователи так и не смогли привязать это название к какому либо озеру. Однако, учитывая, что герои плыли по Неве, описание мест где побывал огонь и куда упал в воду, можно утверждать, что речь идет о шхерном районе Ладожского озера. А указанное название озера лишь отражает его огромность, как отдельной области.
    6. Анникки – сестра Ильмаринена.
    7. Ахти – одно из имен Лемминкайнена.
    8. Ахти Сарелайнен – одно из имен Лемминкайнена.
    9. Ахто (Ахти) – бог и хранитель воды в карело-финском фольклоре. Муж богини воды Велламо.
    10. Балка — брус, опирающийся на двух точках и нагруженный в направлении, перпендикулярном или наклонном к его длине. 
    11. Бердо – гребень, являющийся одной из основных частей ткацкого станка, служит для уплотнения поперечной нити и всей ткани.
    12. Береста — верхний слой (белая наружная часть) коры берёзы.
    13. Блеском голубым сверкают - жемчуг чаще всего имеет цвет белый (редко чисто белый), чаще с розоватым, бледно-розовым, бледно-голубым, бледно-зелёным оттенками. Окраска жемчужин может быть и более интенсивной: известны синие, зелёные, фиолетовые и чёрные жемчужины.
    14. Ботало — длинный шест, на конце которого крепили небольшое деревянное изделие различной формы.
    15. Братчина двуручная – здесь, очень большая кружка пива, бочонок.
    16. Бобы — термин, как правило, обозначающий плоды либо семена любой зернобобовой культуры.
    17. Ботать — ловля рыбы, путем загона её в сети посредством ударов боталом по воде.
    18. Брехать - о собаках: лаять, в переносном смысле: говорить неправду, лгать, врать.
    19. Брусья по жернову вращая – вместо верхнего круга из камня, иногда пользовались кругом, сделанным из берёзы с набитыми на него железными пластинами.
    20. Бубенчик (бубенец) — колокольчик, который подвешивали на шею корове.
    21. Буланый конь – желтовато-песочный или золотистый с черными гривой, хвостом и нижними частями ног.
    22. Буравчик — небольшой ручной инструмент для сверления отверстий цилиндрической формы. 
    23. В конце красного моста – красивого моста.
    24. Вага – длинный шест, рычаг для поднятия тяжестей.
    25. Валек – деревянный брусок с рукояткой или округлая палка для валяния шерсти, обмолота.
    26. Велламо – богиня воды, озер и морей в финской мифологии. Муж Велламо-морской бог Ахто.
    27. Вереск — низкий вечнозелёный кустарник с очень мелкими листьями и лилово-розовыми цветками.
    28. Ветла — другое название ивы белой (серебристой).
    29. Випу Антеройнен – он же Випунен Антеро.
    30. Випунен Антеро – древний умерший великан, чье тело давно заросло деревьями: осиной, березой, ольхой, ивой, елью и сосной.
    31. Вироканнас (Палвойнен) - финский мясник из эпоса, который не сумел забить огромного быка к свадьбе красавицы Похьелы. В 50й руне Вироканнас призван окрестить непорочно зачатого младенца Марьятты и дать ему имя. Его роль сакральна: он выступает как священник и креститель. По мнению исследователя Мартти Хаавио, образ Вироканнаса происходит от образа христианского святого Иоанна Богослова.
    32. Виру (Выру) – население юго-восточного эстонского уезда Вырумаа.
    33. Водянка - патологическое скопление избыточной жидкости в полостях тела или между клетками тканей. Это не самостоятельное заболевание, а симптом, который указывает на наличие в организме определённых проблем.
    34. Вожжи – часть упряжи для лошади, состоящая из длинного ремня (или толстой тесьмы, веревки), прикрепленного к удилам и служащего для того, что править упряжной лошадью.
    35. Воздушной деве молодой — это младшая из матерей железа, созданных верховным богом Укко.
    36. Войлок — плотный нетканый текстильный материал из валяной шерсти. Представляет собой плотные пласты из неупорядоченно переплетённых волокон, имеющие разную форму, размер и толщину. 
    37. Воробы — приспособление для размотки пряжи, крестовина.
    38. Все девять небес пронизала — в мифологии, это многослойная система космоса, где каждое небо соответствует определённому уровню мироздания:
Первое небо — мир птиц и облаков, куда поднимаются дым костров и голубиные стаи.
Второе небо — владения ветров, где рождаются бури и ураганы.
Третье небо — чертоги туч, из которых льются дожди и сверкают молнии.
Четвёртое небо — солнечная дорога, по которой движется колесница Укко.
Пятое небо — лунные палаты, где Месяц набирает и теряет силу.
Шестое небо — хоровод звёзд, закреплённых на хрустальном своде.
Седьмое небо — источник живой воды, дарующий жизнь всему сущему.
Восьмое небо — обитель богов, недоступная для смертных.
Девятое небо — последний предел, граница между миром и изначальной пустотой.
    39. Вставай медовый, просыпайся — дух убитого медведя считался живым и с ним общались как с живым.
    40. Вуокса – озерно-речная система, включающая систему озер и проток в Финляндии и России. Основное русло системы является самой крупной рекой Карельского перешейка.
    41. Вымя — орган, образуемый молочными железами самок некоторых млекопитающих животных, например, у жвачных, таких как коровы, козы, свиньи, оленя, косули.
    42. Вьюшка в ткачестве - приспособление для сматывания нити с вороба и снования. Представляла собой лубяной или деревянный полый цилиндр на подставке.
    43. Вяйнела – родовое поместье Вяйнемейнена в Калевале.
    44. Вяйнемейнен, Вяйне– главный герой, обитатель первичного мирового океана. Мудрый старец, чародей и шаман.
    45. Гадюка (змея) - обыкновенная гадюка, единственная ядовитая змея в Финляндии, но она представляет опасность только для маленьких детей, старых, слабых или больных людей или для людей с аллергией на яд гадюки.
    46. Гадюка черная – (здесь) мифическая змея, в эпосе она получила жизнь от углей Хийси.
    47. Галка - птица, один из наиболее мелких представителей семейства врановых.
    48. Гатить – прокладывать дорогу через болото или топкое место.
    49. Гвоздик — здесь, шток колка.
    50. Глянца блеск творя при этом - с глянцевым блеском могут быть атласные или шелковые ткани.
    51. Гнедая лошадь — лошадь с коричневым окрасом корпуса различных оттенков, от огненно-рыжего до почти чёрного. Грива, хвост и нижние части ног (до скакательных и запястных суставов включительно) — чёрные. 
    52. Головка копья — место соединения древка и ударной части.
    53. Гора Хийси – гора Хийденвуори или гора Хийси. Название переводится с финского как гора Лешего. А по своей форме гора напоминает согнутую спину великана. Она возвышается над поселком Хийденсельга Питкярантского района Карелии.
    54. Горн – специальное устройство в кузнице, предназначенное для нагрева металла до нужной температуры перед его ковкой или прочими видами обработки.
    55. Горница – комната, расположенная обычно в верхнем этаже дома или чистая половина избы.
    56. Горностай - хищное млекопитающее семейства куньих.
    57. Груды Хийси - в карело-финской и прибалтийской мифологии дух леса, представлявшийся как призрак или великан, ему были посвящены огромные каменные валуны, груды которых назывались «садами Хийси».
    58. Гуж – верёвочная либо кожаная петля у хомута. Служит для того, чтобы скреплять оглобли с дугой.
    59. Двина – (здесь Северная Двина) крупная судоходная река на Русском Севере, протекающая в Вологодской и большей частью в Архангельской области. Впадает в Двинскую губу Белого моря. Образуется слиянием рек Сухона и Юг. В древности финно-угорская земля.
    60. Дева рек, сядь на скалу — одна из русалок богини Велламо, обитающих в подводном царстве Ахтола. 
    61. Дева Рябины - входит в число духов деревьев, которые помогают жене лесного хозяина Тапио Миэликки управлять лесным царством Метсола. Имена духов являются производными от названий сакральных деревьев. В функции Миэликки и духов деревьев входит, в частности, патронаж домашнего скота, пасущегося в лесу.
    62. Деверь – это брат мужа.
    63. Девы Велламо – русалки, окружение богини.
    64. Девы воздуха явились - в некоторых рунах волшебные девы именуются Луоннотар или Сюннютар — рождающие. Они сидят у корней мирового древа возле источника, питающего весь мир.
    65. Дёготь — жидкий продукт сухой перегонки (пиролиза - нагрев в духовом шкафу) древесины (древесная смола). Представляет собой густую, маслянистую неклейкую жидкость чёрного цвета с голубовато-зеленоватым или зеленовато-синим отливом в отражённом свете. 
    66. Дёрн — верхний слой почвы, густо заросший травянистыми растениями и скреплённый переплетением их корней.
    67. Дива - модная дама, известная красавица, вызывающая всеобщее восхищение.
    68. Дочка сумерек и ночи – долго сумерничает и рано встает.
    69. Дочки-уточки сестрицы — имеются в виду дочери царя воды Ахто.
    70. Дочь Луны - Куутар (Дева Луны), красавица, которая владеет серебром Луны, прядёт серебряные нити и шьёт из них одежду.
    71. Дочь Солнца - Пяйвятар (Госпожа Солнце), красавица, которая владеет золотом Солнца, прядёт золотые нити и шьёт из них одежду.
    72. Дротик – короткое копье, которое использовали для охоты или для ведения боя.
    73. Дружка – помощник жениха.
    74. Дуга - часть конской упряжи из согнутого тонкого ствола.
    75. Дымник - металлическая крышка на дымоходную трубу, обычно прямоугольной формы. Чаще всего устанавливается на кирпичную трубу.
    76. Дырья – бороздки или желобки на поверхности жерновов, по которым мука сыплется в центральное отверстие, а оттуда в сито.
    77. Жаворонок - певчая птица отряда воробьиных из семейства жаворонковых. С виду как воробей, но голова украшена хохолком. Окраска невзрачная, серо-коричневая, под цвет земли и сухой травы, что помогает оставаться незаметными.
    78. Жито - название ржи, ячменя или вообще всякого хлеба в зерне или на корню.
    79. Загон - огороженное место для скота (под открытым небом).
    80. Заклинать – использовать магическое воздействие для управления или влияния на человека, объект или ситуацию, посредством специальных слов, формул или ритуалов.
    81. Залив Лемпи – Лемпи, в переводе с финского, означает любовь. Согласно одной из гипотез, название Лемпи соответствует топонимам местности у озера Самро, расположенное в Сланцевском и Лужском районах Ленинградской области России.
    82. Замок творца ты открывай… - речь идет о помощи при родах.
    83. Затвор (затор) из солода - смесь дроблёного солода с горячей водой, которая используется для затирания — процесса приготовления сусла из солода.
    84. Затон — Длинный, глубоко врезавшийся в берег залив со стоячей, непроточной водой. Залив, используемый как место стоянки и ремонта судов. Запруда, плотина для ловли рыбы.
    85. Зачаровать — околдовать, подчинить себе чарами.
    86. Здесь вода пшеницу мелет - жители Карельского Поморья использовали силу речных вод и энергию приливов, ставя мельницы в устьях рек, впадающих в Белое море. Вода вращала лопасти колёс водяных мельниц, что обеспечивало их загрузку весь недолгий тёплый сезон. 
    87. Златоуст – красноречивый.
    88. Золовка – это сестра мужа.
    89. Зяблик - певчая птица семейства вьюрковых. Размер — с воробья. Окраска оперения у самца яркая (особенно весной): голова синевато-серая, спина коричневатая с зелёным, зоб и грудь буровато-красные, на крыльях — большие белые пятна. Окраска самки более тусклая. Песня — звонкая раскатистая трель с характерным росчерком.
    90. Ехидна – в карело-финском эпосе Калевала - образ змеи.
    91. И с вершин воды летящей, от святой реки кипящей – имеются в виду водопад Иматра и река Вуокса.
    92. Из березы крючковатой — имеется в виду карельская береза.
    93. Из воды великан появился — у Ахто, хозяина воды, владыки птиц и морских волн, на службе злые демоны-водяные и морские чудовища. А
    94. Из шести богатырей – в эпосе их пять: Вяйнемейнен, Ильмаринен, Лемминкайнен, Куллерво, Йоукахайнен.
    95. Изба с тремя углами есть - возможно, имелась в виду трёхкамерная изба. В состав такого дома входили изба, сени и третье помещение (обычно хозяйственная клеть или место для проживания летом).
    96. Ику-Турсо – в финской мифологии морское злое существо, которое иногда называли повелителем болезней, сын верховного бога Укко.
    97. Иль к венецам отвези — имеются в виду венеты (ванны), жители северных рек. Своё название они получили по названию реки Вина (Двина). 
    98. Иль на липу забирайся, из дупла медом наливайся - мёд, собранный дикими пчёлами с цветов липы и сохранённый в дупле этого дерева, считается одним из самых ценных. Такой мёд называют бортевым. Он отличается густотой.
    99. Ильмаринен – вечный молотобоец, кузнец и изобретатель из Калевалы.
    100. Ильматар – дочь воздуха, богиня, участвующая в создании мира. Мать Вяйнемейнена.
    101. Ильпотар – другое имя Лоухи.
    102. Илмари — сокращенное Ильмаринен.
    103. Иматра – водоскат в стране, на реке Вуокса, в 7 км от ее истока из озера Сайма. Находится в городе Иматра.
    104. Ингрия – Ингерманландия (Ижора, Ижорская земля). Историческая область на северо-западе современной России.
    105. Йоукахайнен, Йоука – персонаж эпоса, начинающий колдун, молодой парень, соперник Вяйнемейнена.
    106. Йоукола – место, где живет Йоукахайнен.
    107. К деве синей ко двору — имеется в виду дочь Тапио Теллерво, помощница охотников. Дочерей Тапио называли синими девами.
    108. К девицам леса я иду — имеются в виду лесные девы, которые живут в лесном царстве Тапиола (Метсола) вместе с хозяином и хозяйкой леса — Тапио и Миэликки (Мимеркки). Эти девы и духи помогают приглядывать за порядком в бескрайних лесах Карелии.
    109. Каве-мать – другое имя Ильматар.
    110. Кадка (кадь) — ёмкость цилиндрической формы, сделанная из деревянных клёпок (дощечек), стянутых металлическими или деревянными обручами. Название произошло от древнегреческого слова «кадо», что означает «ведро» или «кружка». 
    111. Кадушка - небольшое вместилище из деревянных дощечек, стянутых обручами, цилиндрической формы, расширенное книзу, имеющее крышку. Предназначено для хранения пищевых продуктов, в частности консервированных.
    112. Кайма - полоса по краю какого-либо предмета, ткани и т.п., отличающаяся цветом, узором, материалом. То, что полосой окаймляет, окружает что-либо.
    113. Калев – родоначальник карельских, финских богатырей.
    114. Калевайнен – здесь сын Калевалы, Вяйнемейнен.
    115. Калевала – это эпическое имя страны, в которой живут и действуют карельские народные герои. Место жительства Калева, мифологического родоначальника богатырей Вяйнемейнена, Ильмаринена, Лемминкайнена, Куллерво.
    116. Калеватар – дочь Калевы, помощница Осмотар.
    117. Калервойнен (Калерво) — отец Куллерво, героя-мстителя. 
    118. Калма – божество смерти.
    119. Каменка - печь, сложенная из камня, не имеющая трубы наружу и применяемая обычно для бань и саун.
    120. Каммо — божество ужасов.
    121. Каналья – (об. бранное франц.) бездельник, негодяй, мерзавец, продувной мошенник.
    122. Кантеле – струнный щипковый инструмент карелов, вепсов, финнов, ингерманландцев.
    123. Кап дерева – нарост на дереве с деформированными или хаотичными направлениями роста волокон древесины. Обычно встречается в виде округлого выроста на стволе или ветке, наполненного многочисленными мелкими древесными узелками спящих почек.
    124. Капо – другое имя Осмотар.
    125. Карелия – исторический регион в северо-восточной Европе, земля карел. Большая часть региона принадлежит России, а меньшая-Финляндии.
    126. Карельская берёза — древесина разновидности берёзы повислой берёзы карельской, имеющей характерные утолщения на стволе (кап), с узорчатой свилеватой текстурой древесины. Отличается красивым рисунком, прочностью.
    127. Карьё – (с фин. кривая) здесь кличка коровы.
    128. Карьяла — карельское и финское название Карелии. 
    129. Катракоски – водопад, расположен в окрестностях Куопио. Считается самым высоким в стране-40 м.
    130. Кауко – одно из имен Лемминкайнена.
    131. Каукомьели – одно из имен Лемминкайнена.
    132. Кауппи – искусный лыжный мастер.
    133. Кафтан — верхняя одежда, запашная или распашная, часто долгополая.
    134. Кейтолайнен — злой дух.
    135. Кемийоки – крупнейшая река Финляндии.
    136. Киви-Киммо - божество водопадов, речных порогов и подводных камней. 
    137. Кивутар - (букв. дева боли) дух или богиня, которую просят взять на себя боль и увечья людей. Живёт на Кипумяки (холм боли) или Кипувуори (гора боли), её часто называют девой подземного мира, дочерью Туони и сестрой Ловьятар. Она избавляет от болезней и повелевает болью, которая возвращает боль туда, откуда она исходит. 
    138. Кирьё – (с фин. тяжелый) здесь кличка коровы.
    139. Клест - род птиц семейства вьюрковых, отряда воробьинообразных. Название происходит от греческого слова, означающего «крест-накрест». Это название точно описывает их главную особенность — перекрещенный клюв. Окраска: у взрослых самцов оперение ярко-красное, а самки могут быть зеленовато- или желтовато-серыми.
    140. Колок — деталь струнных музыкальных инструментов в виде небольшого стержня для закрепления и натяжения струны. Состоит из 3-х элементов: шляпки, непосредственно червячной системы и штока – на него наматывается струна.
    141. Колотье - (разговорное) означает резкую, колющую боль. Часто онемением или слабостью.
    142. Конопатка – материал, используемый для утепления межвенцовых швов брусового или бревенчатого сруба во время его сборки и после усадки конструкции.
    143. Коноплянка (реполов) — вид певчих воробьиных птиц из семейства вьюрковых. Название получила из-за того, что часто употребляет в пищу семена конопли. 
    144. Корба – сырая низменность под ельником, частый лес, чаща, трущоба.
    145. Корни стеблей красных – возможно имелся в виду Дудник лесной. Многолетнее или двухлетнее растение высотой 50–250 см с коническим толстым корнем. Используется как приправа к первым и вторым блюдам, салатам, солениям, маринадам. Молодые побеги употребляют в пищу, их варят в сахаре или едят сырыми. Корни используют для ароматизации напитков.
    146. Коромысло — деревянное приспособление в виде длинной палки или дуги для ручного ношения двух вёдер с водой или других грузов. Представляет собой толстую изогнутую деревянную планку с крючками и выемками на концах. 
    147. Короста - гнойные струпья на коже (обычно при чесотке).
    148. Корюшка - небольшая серебристая рыба, отличается характерным запахом свежих огурцов. Принадлежат к особому роду семейства лососевых, который отличается довольно большим ртом, более длинной нижней челюстью, многочисленными и большими зубами и очень нежной чешуей.
    149. Косяк двери - каркасная конструкция, которая окружает дверной проём и служит основой для установки двери.
    150. Крушина – древовидный кустарник.
    151. Крюки у лодки – здесь уключины.
    152. Кряж - толстый, короткий обрубок древесного ствола, чурбан.
    153. Куйппана – лесной дух, хозяин охоты.
    154. Куковальщик – музыкант.
    155. Куковать – петь и играть.
    156. Куллервойнен (Куллерво) - трагический герой-мститель. Он обладает сверхъестественной силой и магическими способностями, ему покровительствует как хозяйка лесных дебрей, так и сам верховный бог Укко.
    157. Куманичка – ежевика.
    158. Куница – небольшой хищный зверь с ценным мехом.
    159. Кусками мед ешь среди скал (каменный мед) - при сборе нектара дикие пчелы откладывают мед между камнями и в трещины в скалах. Эта разновидность имеет твердую консистенцию. Внешне он выглядит как светловатого цвета леденец, напоминающий камень.
    160. Куура – (с фин. - иней, изморозь, мороз) боевой товарищ Лемминкайнена. 
    161. Кюлликки – персонаж эпоса. Красавица с острова Саари.
    162. Ламба – глухое озеро без истоков в лесу или на покинутом русле реки.
    163. Лапландия – северная часть Финляндии.
    164. Лаппи – сокращенное Лапландия.
    165. Лапти — обувь, сплетённая из лыка (внутреннего слоя коры липы, вяза или берёзы).
    166. Лемех – часть плуга, подрезающая пласт земли снизу.
    167. Лемминкайнен – смелый рыбак, удалой охотник, весёлый парень.
    168. Лемпи – отец Лемминкайнена.
    169. Лемпо – злой переменчивый дух, лесной демон, страшный великан или призрак.
    170. Ловьятар — богиня смерти и болезней. Слепая дочь Туони, бога смерти и его жены, Туонетар, королевы подземного мира. 
    171. Логовище — углубление в земле, служащее жилищем зверю. В переносном значении — место нахождения врага, преступника. 
    172. Локки – в эпосе мать Ильмаринена.
    173. Лось Хийси – один из сопутствующих образов духа Хийси в карело-финской мифологии.
    174. Лоутола – означает дальняя страна.
    175. Лоухи – (глыба, скала) хозяйка Похьелы в эпосе, могущественная колдунья.
    176. Лубяной — сделанный из луба (мягкого, рыхлого и эластичного слоя, расположенного между твёрдой корой дерева и древесиной). Обычно луб получают с липы.
    177. Лучина - тонкая длинная щепка сухого дерева, предназначенная для растопки печи или для освещения избы.
    178. Лысуха (лыска) — небольшая водоплавающая птица семейства пастушковых. Её легко узнать по белому клюву и белой кожистой бляхе на лбу.
    179. Люд — разговорное слово, которое означает люди, группа людей, объединённых общностью каких-либо условий: социальных, профессиональных, территориальных и т. п.
    180. Люликки – другое имя Кауппи.
    181. Лягушкой в дом ты заберешься — т. е. израненным заползешь.
    182. Мана – другое имя Туони.
    183. Манала – в финской мифологии царство мертвых.
    184. Марьятта - появление Марьятты и рождение чудесного ребёнка символизируют конец старого времени и начало нового.  Её образ имеет отсылки к христианскому образу Девы Марии. 
    185. Медведица – Большая Медведица, созвездие северного полушария неба. Семь звезд Большой Медведицы составляют фигуру, напоминающую ковш с ручкой.
    186. Медный великан – персонаж карело-финской мифологии, посланец моря.
    187. Медовая роща – роща, состоящая из одних лип, из которой пчелы приносят мед.
    188. Мелатар - богиня бурных течений, вероятно, жена Киви-Киммо. 
    189. Мерин — кастрированный самец домашней лошади. Традиционно животные ценились за спокойный нрав. Широко используются в сельском хозяйстве и конном спорте.
    190. Метсола – мифическая лесная страна. Находится в глубине лесов Карелии.
    191. Меха – поддувальный снаряд для кузниц, устройство для нагнетания воздуха куда-либо, растягивающееся, с кожаными и складчатыми стенками.
    192. Миэликки – финская богиня леса и охоты. В разных сказках она упоминается как жена, либо невестка Тапио и мать Нюйрикки и Тууликки.
    193. Мимеркки – еще одно имя Миэликки, богини леса.
    194. Можжевельник обыкновенный известен также под названием ве;рес. Тюркское название различных видов крупных древовидных можжевельников — арча;.
    195. Мороз – сын хозяйки Похьелы Лоухи и Северного ветра.
    196. Мотыга — ручное сельскохозяйственное орудие для рыхления земли.
    197. Мочало — вымоченные лубяные волокна некоторых деревьев (липа, ольха, осина). Материал для изготовления рогожи, канатов, малярных кистей для побелки, подвязок для растений, мочалок для мытья.
    198. Мужей Калевы накажи — род Калевы, родоначальника карельских, финских богатырей.
    199. Мыс Голодный – находится на берегу Похьелы.
    200. Мякина - отходы, получающиеся при обмолоте и очистке зерна хлебных злаков и некоторых других культур. Она состоит из измельчённых колосьев, стеблей, листьев и мелких частиц зерна.
    201. Мямми - традиционное финское пасхальное блюдо. Готовится из ржаной муки и солода с добавлением соли и сахара.
    202. Мянда – (диал.) мелкая сосна с крупнослойной и рыхлой древесиной, растущая в низменных местах.
    203. На пеньке лежат брусочки – из дерева, короткие, но прочные, которые поддерживает кузов саней.
    204. На Саксонском том проливе – возможно, имелся в виду Бьеркезунд (Койвистонсалми), пролив в Финском заливе Балтийского моря. Расположен между материком с полуостровом Киперорт и Березовыми островами (островами Бьеркского архипелага).
    205. Набилки - деталь ткацкого станка, рама из двух горизонтальных брусков (планшеток) с продольными желобками для вкладывания бердо.
    206. Навой – большая катушка, вал в ткацком станке для навивки нитей основы.
    207. Накки – в финской мифологии водяные существа, выглядящие как люди с конскими копытами вместо ног.
    208. Наст – ледяная корка на поверхности снега, образующаяся после оттепели (или лежания животного) и последующего подмерзания.
    209. Невод — крупное орудие лова, состоящее из сетки и канатов. 
    210. Нетель - молодая, ещё не телившаяся корова.
    211. Ниченки (ремизки) – деталь ткацкого станка, состоят из двух круглых деревянных планок с натянутыми на них нитями в виде петелек.
    212. Новый кумир – у девушки Марьятты рождается сын от брусники, будущий король Карьялы.
    213. Нюйрикки – дух леса, покровитель белок, охотников и пастухов. Он является сыном лесного хозяина Тапио.
    214. О ты, дева водопада — одна из русалок богини Велламо, обитающих в подводном царстве Ахтола. 
    215. Оборка — декоративный элемент отделки одежды, в том числе платьев. Представляет собой узкую полоску ткани, собранную в складки или присборенную по одной стороне, которая затем пришивается к основной части изделия. Может быть прямой или слегка волнистой.
    216. Оброть - конская узда без удил и с одним поводом, для привязи, обычно воровённая или лычная; недоуздок.
    217. Овин – хозяйственная постройка, в которой сушили снопы перед молотьбой.
    218. Оглобля – одна из двух круглых жердей, укрепленных на передней оси повозки и соединяющихся с дугой. Используется в качестве приспособления для запрягания лошади в телегу или сани.
    219. Огниво - состоит из кресала, кремня и трута. Процесс работы: от удара кремня о кресало высекается сноп искр, которые воспламеняют трут. Тлеющий трут раздувают, и при хорошем качестве трута немедленно вспыхивает пламя.
    220. Орел турьянец - возможно, имелся в виду беркут, одна из наиболее известных хищных птиц семейства ястребиных, самый крупный орёл. Распространён в Северном полушарии.
    221. Осмо, Осмойнен – мифологический первопредок, идентифицируемый с Калевой, Калевайненом.
    222. Осмойнен – здесь сын Осмо, Вяйнемейнен.
    223. Осмотар – дочь Осмо, богиня пива.
    224. Осока - травянистое растение с узкими плотными, нередко режущими длинными листьями, растущее обычно в сырых, болотистых местах.
    225. Осьмина (осьминник) — старая единица измерения объёма сыпучих материалов и площади. 
    226. Отсо — духи-медведи, с которыми обращаются как с разумными и божественными существами.
    227. Отсо, яблочко лесное - у большинства народов северного полушария медведя называли иносказательно, так как почтение и страх перед этим животным не позволяли называть его настоящим именем. Это связано с тем, что медведь занимал место на границе между человеческим и животным миром, и в представлении многих народов был похож на человека в силу физиологических особенностей. Тело убитого медведя с ободранной шкурой напоминало туловище человека, след его лапы — след человеческой ступни.
    228. Охлопок шерсти - пучок, клок, очесок какого-нибудь волокнистого вещества.
    229. Палвойнен – другое имя Тури.
    230. Палвойнен — другое имя Вироканнаса.
    231. Пейко – грозное существо, похожее на волосатого великана с большими ушами и носом.
    232. Пеструшка (сима) – рыба, разновидность лососевых.
    233. Пивное сусло — водный раствор экстрактивных веществ растительного сырья или солода, предназначенный к сбраживанию. Это жидкая основа для производства пива, где уже заложены ключевые характеристики: сладость, глубина вкуса и потенциал аромата.
    234. Пиментола – одно из названий Похьелы.
    235. Писа – гора в Финляндии, расположенная в районе Нилсия. Высота – 270,6 м.
    236. Плахи в бане – толстые доски, которые используют для изготовления полка.
    237. Плетень — плетёная изгородь из прутьев или ветвей. Для переплетения берут молодую поросль любых кустарников толщиной 2–5 см. Обычно плетень изготавливают из ивняка, но подходят также прутья лесного ореха или черноплодки.
    238. По морю, что за Двиной — имеется в виду Западная Двина (в Латвии — Даугава). Протекает по территории России, Белоруссии и Латвии. Впадает в Балтийское море.
    239. По Неве-реке плывут — приневский край был территорией карелов. Протекает по территории Ленинградской области и Санкт-Петербурга, соединяет Ладожское озеро с Невской губой Финского залива Балтийского моря. 
    240. Поводья - ремень, концы которого пристёгивают к кольцам удил, а другой конец находится в руках у всадника.
    241. Под печной топки — это горизонтальная поверхность внутри печи, на которую укладывается топливо для горения, дно топки.
    242. Подёнщица - (устар.) временная рабочая, занятая подённым трудом, подённой работой.
    243. Подножка - деталь ткацкого станка. Состоит из основы и двух педалей. Основа в виде толстой прямоугольной доски, с одного конца зауженной.
    244. Подошва горы (подножие) — место, где начинается гора, то есть основание, нижняя часть горы.
    245. Подпечек - узкое и низкое пространство под русской печью (для ухватов, кочерёг и т.п.).
    246. Подпорки в санях (копыл) — короткий брусок в полозьях саней, служащий опорой для кузова. 
    247. Подпояска — народно-разговорное слово, которое означает то, чем подпоясываются, пояс.
    248. Подружка свата (сваха) - женщина, профессионально занимающаяся сватовством, устройством браков. 
    249. Подсечь маленький лесочек - в общем смысле означает надсечь снизу, у основания, подрубить. Здесь – вырубкой очистить в лесу место под пашню.
    250. Пожниво – солома, оставшаяся после жатвы на корню, стерня.
    251. Пожог – место, где сожжён лес.
    252. Поземельный налог — это сбор, который платят владельцы земельного участка за возможность его использовать.
    253. Полица — (поморское) здесь дощечка, при помощи которой делают одинаковыми ячеи при вязании сети.
    254. Половица - одна из досок, составляющих деревянный пол.
    255. Полоз (полозья) – (здесь) ходовая часть саней, род лыжи.
    256. Полок в бане - настил в виде многоярусных лавок вдоль стен, на котором можно сидеть или лежать во время водных процедур и попариться веником.
    257. Полость в санях – покрытие, которым прикрывали ноги седока.
    258. Поляны Вяйне – места, где обитает Вяйнемейнен.
    259. Поножи – часть доспехов, которая защищает переднюю часть голени от колена до щиколотки.
    260. Попона - одеяло, покрывало на лошадь.
    261. Пороша - свежий, только что выпавший снег.
    262. Похьела (Сариола, Пиментола, Унтамола) – далекая суровая страна в карельских эпических песнях (рунах) и в поэме Калевала.
    263. Похья – сокр. Похьела.
    264. Появилась хозяйка воды — имеется в виду богиня воды, озер и морей Велламо, супруга морского бога Ахто.
    265. Припечек - место перед устьем русской печи, шесток.
    266. Присно – всегда.
    267. Притолока — верхний или боковой стоячий брус дверной рамы.
    268. Прогон - огороженная дорога или улица, по которой выгоняют скот на пастбище или водопой.
    269. Простенок - часть стены между проёмами окон, дверей.
    270. Псы не брехали – (брех, брехать) лай собак по незначительному (пустому) поводу, или без повода.
    271. Пяльцы — приспособление в виде рамок для фиксации натянутой ткани при вышивке.
    272. Рабы – бесправное низшее сословие в стране, использовалось в качестве домработников, разнорабочих и для сексуальных утех.
    273. Разведет он на мякине – обманет, одурачит.
    274. Развяжи ты узел красный - возможно, имелся в виду обычай, когда на свадебном платье невесты завязывают красную ленту с узлом. У некоторых народов, такой обычай означает, что красная лента символизирует чистоту и девственность невесты, а завязанный узел — соединение двух семей. 
    275. Рангоут — совокупность надпалубных конструкций и деталей судового оборудования.
    276. Раутамонни — дословно мать чугуна, младшая из трех матерей железа, созданных Укко.
    277. Ремунен – дух ручья.
    278. Рея (рей) — подвижный поперечный брус на мачте  или стеньге корабля.
    279. Риф - (нидерл. rif — ребро) подводное или надводное возвышение морского дна на мелководье. 
    280. Рожок - пастушеский рожок, духовой музыкальный инструмент.
    281. Розга — орудие для осуществления телесного наказания — порки. Представляет собой тонкий и гибкий прут.
    282. Росомаха - хищное млекопитающее семейства куньих, единственный вид в одноимённом роде.
    283. Рубец копья — упорное кольцо в верхней части рукоятки.
    284. Руотус — согласно некоторым представлениям, Руотус — Рус. Он знаменит тем, что у него, единственного в деревне, есть баня. Руотуса просили предоставить баню, где лапландская девушка должна была родить будущего короля Карелии, что, по некоторым представлениям, подтверждает, что русские были в числе верховных правителей страны.
    285. Рутьи – мифический огненный водопад.
    286. Рыбная тоня — место на реке или водоёме, на котором производится лов рыбы неводом или другими рыболовными снастями.
    287. Рысь — представитель семейства кошачьих, живущий в дикой природе. Внешний вид: у рыси очень густой и тёплый мех, большие мягкие лапы, короткий хвост и стоячие уши с кисточками.
    288. Саари – имеется в виду современный эстонский остров Сааремаа.
    289. Саво – северо-восточная часть территории Калевалы.
    290. Сажень – 2,1336 метра.
    291. Сам Тапиолы повелитель — Тапио, лесной бог, дух-покровитель и хозяин леса.
    292. Сампо – чудесная мельница, в изобилии дающая хлеб, соль и золото.
    293. Сампса Пеллервойнен – персонаж карело-финской мифологии.
    294. Сариола – другое название Похьелы.
    295. Сбруя - конская упряжь, предметы и принадлежности для запряжки, седлания и управления лошадьми.
    296. Сват – человек, предлагающий жениха невесте и просящий согласия на брак по поручению жениха или его родственников у невесты, ее родителей.
    297. Свекровь – это мать мужа.
    298. Свекор – это отец мужа.
    299. Свивальник — длинная узкая полоса ткани, которой прежде обвивали младенца поверх пелёнок. 
    300. Свитка - название устаревшей мужской и женской верхней длинной распашной одежды из домотканого сукна, разновидность кафтана.
    301. Своими крючьями скрипит - имелись в виду уключины лодки. Скрип в них может возникать по разным причинам, например: солевые отложения, нагрев и расширение в результате трения, перетянута уключина.
    302. Секира — старинный рубящий инструмент и холодное оружие, одна из разновидностей боевого топора с длинным лезвием.
    303. Сечка – приспособление для измельчения овощей.
    304. Сиг — род промысловых лучепёрых рыб семейства лососёвых. Распространены в реках и озёрах Европы, Северной Азии и Америки.
    305. Сито – инструмент для просеивания более мелких материалов, по величине их частиц.
    306. Скирда - плотно сложенная, сужающаяся кверху масса сена, соломы или снопов зерновых культур. Является разновидностью стога.
    307. Скоба для лучины, светец — подставка для горящей лучины. Первые светцы делались из старых подков: их забивали в деревянную стену, в эту скобу вставлялась лучина.
    308. Сноха – жена сына по отношению к его родителям: свекру и свекрови.
    309. Солод - любое зерно злака, которое было проращено путем замачивания в воде.
    310. Сошник плуга – тот же лемех.
    311. Спесивый — высокомерный, надменный, чванливый, кичливый.
    312. Спица — специальная игла ( обычно из кости) для плетения сетей.
    313. Сруб — деревянное сооружение, стены которого собраны из обработанных брёвен.
    314. Ставец - приспособление, подставка для укрепления горящей лучины или свечи.
    315. Старец счастья – имеется в виду Вяйнемейнен.
    316. Старуха, что в глуби большой — имеется в виду мать воды Ильматар.
    317. Стезя – путь, дорога (в торжественного приподнятой речи). Слово заимствовано из языка славян и происходит от того же корня, что и слово «стежка» (тропа).
    318. Стеньга (стенга, стенг) — часть судового рангоута, служащая продолжением верхнего конца мачты.
    319. Название происходит от нидерл. steng — шест, штанга.
    320. Сторица - вознаграждение, возмещение, превышающее ущерб, убытки во много раз (буквально: в сто раз, в стократном размере).
    321. Страда – напряженная летняя работа на полях, в период косьбы, жатвы, уборки хлеба. Время, пора, такой работы.
    322. Стреножить — имеет несколько значений: связать путами ноги лошади или коровы, в переносном значении — ограничить в возможностях, лишить свободы действий.
    323. Строевой лес — это высокие ровные деревья (не менее 24 метров) с небольшим количеством сучьев и маленькой конусностью. 
    324. Стропила — несущая система скатной крыши, состоящая из наклонных стропильных ног, вертикальных стоек и наклонных подкосов. При необходимости стропила связываются» понизу горизонтальными подстропильными балками.
    325. Ступка (ступа) — инструмент для толчения и растирания чего-либо. Выдалбливалась из части ствола дерева крепкой породы (берёзы, дуба). Форма: чаще всего имела в основании круг, несколько выступающий по отношению к стенкам — это делало ступу достаточно устойчивой. Две ручки: выдолбленные из того же ствола дерева, которые служили для перестановки ступы с места на место. Необходимая принадлежность: пест, который изготавливался до 100 см длины при диаметре около 7 см, которым растирали содержимое.
    326. Сувантола – место жительства Вяйнемейнена.
    327. Сувантоляйнен — другое имя Вяйнемейнена.
    328. Суовакко – старуха из Похьелы, возможно, мать Лоухи.
    329. Суоми – (страна болот) название Финляндии на финском языке. В эпосе так называли Калевалу.
    330. Суомеле – заболоченный участок земли.
    331. Суонетар – богиня жил.
    332. Супонь - ремень, который используют для упряжки лошадей. Им скрепляют хомут у животного под шеей.
    333. Сусек (засек, закром, сукром) — место в амбаре, забранное досками в виде неподвижного ларя (большого ящика). Предназначено для ссыпки зерна или хранения муки, а также закладки овощей и картофеля.
    334. Сухотка - сильная худоба от болезненного изнурения.
    335. Сына Похьелы прошу я — в рунах эпоса неоднократно подчёркивается исполинский рост древних обитателей страны Похьёлы.
    336. Сюэтар – злая волшебница, творец вредоносных существ.
    337. Тальник – устарелое название ивы или вербы.
    338. Таника – возможно имелся в виду эстонский Таллин (эстонская земля), где расположен древнейший замок (крепость).
    339. Тапио – лесной бог, дух-покровитель и хозяин леса.
    340. Тапиола (Метсола) – мифическое лесное царство, где живут хозяин и хозяйка леса Тапио и Миеликки (Мимеркки).
    341. Теллерво – дочь Тапио, дева леса, помощница охотников.
    342. Тенета – охотничья сеть для ловли животных.
    343. Терхенетар – богиня тумана.
    344. Тиэра – другое имя Кууры.
    345. Толока – 1. То же, что потрава. 2. Выгон для скота, общее пастбище.
    346. Толокно – мука, полученная из зерен овса или ячменя, или их смесь.
    347. Трензель - деталь конской упряжи, металлические удила с боковыми кольцами, связанными с поводьями. 
    348. Трепало – (устар.) орудие для трепания волокна (льна, пеньки, конопли) ручным способом. Представляло собой лёгкие дощечки из хвойного дерева лопатообразной либо ножевидной формы.
    349. Три дочери творца – создатели железа: из чёрного молока старшей девицы вышло мягкое железо, из белого молока средней — сталь, из красного молока младшей — некрепкое железо (чугун).
    350. Три самых крупных водопада в Финляндии:
Иматранкоски-на реке Вуокса, высота 18 м.
Хепокенгяс-на холмистой гряде Кайнуу, высота 24 м.
Пихтсускенгяс-в 45 км от деревни Кипписьярви, высота 17 м.
    351. Три высокие горы в Финляндии:
Халтиа-высота 1323,6 м, находится на границе с Норвегией.
Сокости-высота 718 м, находится в восточной части Лапландии.
Юлляс-высота 719,3 м, находится в Лапландии.
    352. Три самых крупных озера в Финляндии:
Сайма-самое большое озеро в стране и четвертое в Европе.
Пяйянне-второе озеро в стране, но первое по глубине-93 м.
Инари-самое крупное озеро Лапландии.
    353. Трут — воспламеняющийся от искр материал, который использовался для разжигания огня до распространения спичек. В качестве трута могли выступать, например: фитиль, ветошка, высушенный гриб трутовик, берёзовая кора, сухая трава, деревянные стружки, вощёная бумага, распушённая вата, еловые шишки, сосновые иголки.
    354. Туомикки – (с фин. близнец) здесь кличка коровы.
    355. Туонела – река, отделяющая землю мертвых от земли живых.
    356. Туонетар – богиня забвения. Жена бога Туони, с которым правит загробным миром. Считается матерью ящериц, лягушек и змей.
    357. Туони – хозяин царства мертвых, воплощение смерти.
    358. Тури (Палвойнен) — божество, наместник Укко на земле. Хозяин дома в чудесной местности Коломяки. Ныне Коломяги, исторический район на севере Санкт-Петербурга.
    359. Турсас богатырь (Ику-Турсо) – в финской мифологии морское злое существо, которое иногда называли повелителем болезней.
    360. Турсо — сокр Ику-Турсо.
    361. Турья — это вариант Лапландии, который обозначает пограничный регион, обширную страну на севере.
    362. Турьянец - коренной житель Кольского полуострова.
    363. Тууликки – дочь Тапио и Миеликки, богиня ветра.
    364. Ты ведь сам себя убил — поскольку дух медведя считался живым, разумным и божественным существом и мог мстить, охотник не должен был сознаваться в убийстве медведя.
    365. Ты, сын Старца — имеется в виду Ику-Турсо сын верховного бога Укко.
    366. Ты, хозяин вод текущих — имеется в виду Ахти или Ахто, бог и хранитель воды в карело-финском фольклоре.…
    367. Ты челночок красивый скуй – возможно, имелась в виду огранка «челнок» в контексте ювелирных изделий. Челнок, название огранки, которая при взгляде сверху напоминает лодочку или глаз.
    368. Тысячелистник – многолетнее травянистое растение семейства Астровые. В медицине применяется в виде настоев, отваров, экстрактов.
    369. У девы воздуха оконца — имеется в виду Ильматар.
    370. У печки столб – дымоход печи.
    371. Увантоляйнен – одно из имен Вяйнемейнена.
    372. Увещать — уговаривать, убеждать, склонять к чему-либо наставлениями, советами.
    373. Удутар — дева тумана.
    374. Узел ивовый - возможно, имелся в виду эскимосский булинь (также известен как эскимосская петля) — узел, который образовывал незатягивающуюся петлю на конце верёвки и использовался в санях. 
    375. Укко – верховный бог, громовержец в карело-финской мифологии. Представлялся стариком с седой бородой, разъезжающим по небу на колеснице, мечущим молнии и производящим гром. Известен как покровитель скота и урожая.
    376. Уключина — элемент гребной лодки, для подвижного крепления весла к борту.
    377. Унтамо – финский дух сна.
    378. Унтамойнен (Унтамо) — брат Калерво.
    379. Унтамола – другое название Похьелы.
    380. Финны (карело-финны) – в эпосе представлены как герои, которые живут в сказочной стране Калевале.
    381. Хвощ — многолетние травянистые растения. Русское название «хвощ» объясняется внешним сходством растения с хвостом некоторых животных. 
    382. Хийси - дух леса в карело-финской мифологии.
    383. Хозяйка леса сама явилась — Миеликки (Мимеркки), богиня леса.
    384. Хомут – (оголовок) часть конской упряжи. Используется для распределения нагрузки на шею и плечи лошади и передачи усилия по перемещению того или иного груза.
    385. Хорна – гора в Финляндии в районе Пори. Примерно в 152 км к северо-западу от Хельсинки. Высота – 1664 м.
    386. Хрящ на волнах закачался — здесь, остров в море.   
    387. Хялляпьюря – озеро в эпосе.
    388. Хяме – историческая область в Южной Финляндии. Население этой области на Руси называли емью.
    389. Цеп — ручное сельскохозяйственное орудие для обмолота (отделения зерна от колосьев). Обычно состоит из двух (реже — нескольких) подвижно связанных концами палок: более длинная (до 2 м) рукоятка и более короткая (до 0,8 м) рабочая часть, ударяющая по злакам.
    390. Чаровать - воздействовать на кого- или что-либо с помощью чар, колдовать.
    391. Чародей - колдун, маг.
    392. Чары - волшебство, колдовство.
    393. Час петушиный не пробил – время, когда поют петухи: первый раз - в час ночи, затем в 2 часа ночи и в 4 часа. Возникли даже выражения: вставать с первыми петухами, до третьих петухов. 
    394. Чёлн — небольшая лодка, выдолбленная из ствола дерева. В более широком смысле так может называться любая небольшая лодка, в том числе сшивная. 
    395. Челнок – рабочий орган ткацкого станка, прокладывающий поперечную нить между нитями основы при выработке ткани.
    396. Через них ты и узнаешь - в народных поверьях рябина считалась мощным оберегом, способным защитить от злых сил, порчи, болезней. Молодожёны сажали рябину у своего дома, гроздья ягод выкладывали на подоконник или между рамами. По старинному поверью, пока ягоды сохраняют свой цвет, семейному союзу ничего не грозит.
    397. Черныш - хохлатый черныш зовётся часто просто чернышом или чернью. Нырковая утка средних размеров. На голове хохол.
    398. Чиж - вид певчих птиц из семейства вьюрковых, отряда воробьинообразных. Общая окраска зеленовато-жёлтого или оливково-зелёного цвета, с неясными тёмными пятнами, снизу — с жёлтыми пятнами. Основание рулевых и большей части маховых перьев — жёлтое. Клюв серый. Самец отличается от самки шапочкой из чёрных перьев на голове. Название звукоподражательное, поскольку обычная песня чижа заканчивается характерной шепелявой растянутой трелькой «чижжж».
    399. Чресла - (устаревшее) поясница, бёдра.
    400. Шершень – род крупных общественных ос.
    401. Шесток - место перед устьем русской печи, припечек.
    402. Шмыгать — здесь, сновать, проскальзывать.
    403. Щавель — род одно- и многолетних трав, а также полукустарников семейства гречишные. 
    404. Щебень - неорганический, неокатанный, сыпучий материал с зёрнами диаметром от 1 до 10 сантиметров. Образуется в природных условиях при естественном дроблении более крупных обломков.
    405. Щелок – водный настой древесной золы и соды.
    406. Ютас – злой дух, черт.
    407. Ядрица — здесь, крупа из целых (нераздробленных) зёрен. При обработке зёрен снимается только верхняя оболочка (лузга). 
    408. Яловая корова – бесплодное животное, воспроизводительная функция которого оказалась нарушена в результате каких-либо причин.
    409. Яровая рожь - одна из форм посевной ржи, которую сеют весной, а урожай собирают в конце лета или в начале осени.
    410. Ящерицы - вид безногих ящериц семейства веретенициевые.