Стэнли Пармли. Иисус плакал

Стэнли Пармли (1939-2019)- американский поэт



По-моему это самое короткое предложение
в Новом Завете.
Оно связано с воскрешением Лазаря и,
в не меньшей степени,
с распятием самого Иисуса,
когда фарисеи осознали силу
голоса,
способного воскрешаиь мёртвых.
Иисус, по-видимому,
отождествляет себя с этом
братом
Марфы и Марии,
фактически со всей плачущей
общиной.
"Уберите камень, Лазарь, выйди",
и тот, кто был мёртвым,
вышел, связанный по рукам
и ногам погребальными одеждами,
а его лицо было обмотано
салфеткой. "
Обними его и отпусти".

Сейчас я всё время плачу,
кто же не хочет чтобы его
призвали,
не говоря уже о том,
чтобы завернуть в белое?
Я верю в смерть, я верю
в последнее дерево, которое я
когда-нибудь увижу, возможно,
в то время, когда ветер будет
трепать его и оно окрасится
в белый цвет.
Я верю в слёзы моих друзей
и в ужасное горе своей жены,
но почему, с этой стороны,
когда смерть всё ещё
остаётся
маленькой тайной, шевеляшейся
внутри меня,
мне так больно от жалости
к самому себе.
Как будто один за другим,
всё, к чему я прикаснусь, исчезнет.
И то, что я глубоко увижу,
внезапно,
станет для меня невидимым?

Это из-за одиночества,
из-за того, что тело исчезло,
из-за стола, стула и ыазы,
в которой плавали бессердечные
цветы?
Значит всё, что оставалось - это
душа,
которая заменяет тебя?
Когда я был жив, я помню,
что иногда мне было
не по себе,
как будто я уже был в другом
месте, и в то мгновение был
в двух местах
одновременно,
ни в каком другом месте
и в месте, где меня не было:
в то мгновение, я полагаю,
было так одиноко,
и этого было достаточно.
чтобы заставить тебя плакать,
хотя я не думал, что тогда
было так много всего,
но позже,
когда это отсутствие осталось
с тобой и стало тобой,

Jesus Wept

The shortest sentence, I
believe, in the New
Testament.
Having to do with the raising
of Lazarus, and no less
the crucification of Jesus himself
once the Pharisees
realize the power of a voice
that can call forth the dead.
Just seems to be identifying
with the brother of Martha
and Mary, with in fact the
whole weeping community.
"Take away the stone, Lazarus
come forth", and he that was
dead came forth, bound
hand and foot with graveclothes,
and his face was bound about
with a napkin. "Loose him
and let him go"

Then why am
I now weeping all the time,
who does not want to be
called forth, let alone
wrapped
white? I believe in death, I
believe in the last tree I will
ever see, perhaps with wind in
it just as it's turning colour.
I believe in my friends
weeping and in the terrible
snow
of my wife, but why, on this
side of things, with death
still
only a small secret moving
inside me, and I so hurt
with pity
for myself, as if, one by one,
anything I touch will
disappear,
whatever I see deeply will
suddenly become invisible
to me?

Is it the loneliness, the body
gone, the table and the
chair
and the bowl that had the
heartless flowers floating in
it?
So that all that is left is
whatever a soul is as your
stand-in?
When I was alive I remember
feeling myself beside myself
sometimes, as if I'd already
passed to somewhere else
and f
or that moment was in two
places at once, no place and
a place whithout me: a
moment, I suppose, so
lonely it was
enough to make you weep,
through not so much then
but
later when the absence stayed
with you and became you.