Брешь

По карнизу — азбука Морзе,
По стеклу — воды кружева.
Город вымок в прозрачном торсе,
Спрятав в лужах свои права.

Я сидел у сырого плена,
Был пейзаж, как черновик,
Вдруг увидел: на грани тлена
Возникает чужой мужик.

Он стоял в пелене, как в раме,
Дождь ему заменял лицо,
Шевелил под дождём губами
И держал золотник-кольцо.

Оказалось, что в каждой капле —
Миллиард непрожитых лет.
Я окликнул, и капли дрябли —
Превращая посыл в ответ.

«Ты продрог, — говорю, — мужчина,
Заходи, обсушись, поешь».
Он качнулся, как тень кувшина:
«Я не гость, я сплошная брешь.

Я — тот дождь, что идет из детства,
Из старинных времён капель,
Я — гонец, что забыл одеться,
У меня под ребром — свирель.

Хочешь, дам тебе ключ от лета?
Хочешь, солнечный узелок?»
Я кивнул. Он растаял где-то,
Положив на карниз листок.

На листке же — ни строчки текста,
Только контур сухой звезды.
И с тех пор в непогоду вместо
Одеяла и ерунды

Я смотрю в небеса сырые,
Жду, что явится мой близнец,
Потому что сердца живые
Прирастают дождем вконец.

И когда мне особенно пусто,
И в груди остывает взвесь,
Я ладонь протяну за блюдцем —
Вдруг и правда он где-то здесь.