Пыль дорог

Я не в золоте витрин — я в пыли дорог,
Где закат, словно рубаха, ложится у ног.
Где слова — не забава, а хлеб и порог,
И душа, как берёза, дрожит между строк.

Я не прячу лицо за чужой стороной,
Мне милее метель, чем покой расписной.
Пусть дорога хрустит под усталой стопой —
Я останусь собой, я останусь собой.

Мой говор — как ветер над тихой рекой:
То завоет протяжно, то станет строкой.
В нём и степь, и тоска, и рассвет голубой,
И земля, что зовёт меня к жизни простой.

Я не ищу лёгких троп — мне бы вглубь и в огонь,
Где и радость — как всполох, и боль — как гармонь.
Я ломался не раз, но держал я ладонь
За ту правду, что в сердце стучит, как огонь.

Но скажи мне, душа, не таясь, не тая:
В чём же правда моя? В чём же правда моя?
В этом ветре степном, что зовёт за края,
Или в тихой тоске у родного ручья?

А моя правда в том — выше всяких тревог:
Мне важнее всего — это вера и Бог.
И молитва приходит не вдруг, не врасплох —
Она тихим огнём согревает мне вздох.

А моя правда в том не предать чтоб корней
Любить ближних своих мать отца и детей
И сквозь бури и годы средь тысяч путей
Оставаться живым средь людей всех мастей.

И пусть все говорят мне: по речи — южанин,
Мне родной суровый край — я его каторжанин.
Пусть метели и ветры мне душу терзали —
Я с землёй этой связан, как корень в печали.

И люблю эту землю всем сердцем до боли,
Ведь она мне дала не сдаваться без боя.
И эту черту я точил, как клинок,
Со словами отца: «Не сдавайся, сынок».

Мне бы помнить себя, как весенний разлив,
Чтобы голос мой жил, ничего не забыв.
Не продать свою суть за пустой перелив
И остаться живым до конца, не остыв.