Манифест свободных гаек

(или: почему смех — единственная защита от глупости)
 
       Эпиграфы к манифесту:
        «…А на что гайка? На что?.. Ты не говори, на что ты гайку употребил, а ты отвечай: на что ты открутил гайку?..» А. П. Чехов, «Злоумышленник»

        «Чему смеётесь? — над собою смеётесь!..» Н. В. Гоголь, «Ревизор»

        Мы можем построить мир, где демагогу, обещающему «свободные гайки», будет стыдно открыть рот. Где любой следователь, требующий ответа не о том, сперва наткнётся на хохот — и только потом на протокол.

         Цитаты о человеческой глупости:

         Глупость — это устойчивое повторение действий, которые постоянно приводят к негативным последствиям, превосходящим полученные выгоды, при наличии у человека возможности заметить эту диспропорцию и изменить поведение – вытекает из золотого (основного) закона, сформулированного Карлом Чиполле («Фундаментальные законы человеческой глупости», 1976):
 
         Глупость — не отсутствие ума. Глупость — это готовность верить в любую простую идею, лишь бы не думать самому. И пока эта готовность жива, найдутся те, кто предложит «мир свободных гаек на родине слонов». Но страшнее другое: найдутся те, кто начнёт всерьёз допрашивать гайку, игнорируя поезд.

Преамбула
          Вся суть человека — в том, на какой вопрос он отвечает. Денис Григорьев отвечает на вопрос «на что?» — о деле. Следователь спрашивает «на что?» — о смысле. Они никогда не услышат друг друга. И в этой глухоте — судьба человечества.
          Спустя полтора века после того, как мужик Денис Григорьев в рассказе Чехова «Злоумышленник» открутил гайку с рельса, мы вынуждены с горечью отметить: этот персонаж не умер, он жив и стал системой. При этом нисколько не поумнел. Он стал громче, поняв лучше кричать. Сегодня его голос — это голос толпы, которая требует «свободных гаек» на «родине слонов», не понимая ни того, ни другого.
          «Свободные гайки» — это не просто обработанный кусок железа. Это любое обещание прав без обязанностей, результатов без труда, защиты без участия. Денисы верят в это, потому что не думают о поезде.
         А следователи? Их функциональная обязанность — допрашивать про гайки, а не восстанавливать сломанные рельсы. Следователи ныне размножились до невероятных размеров. Они задают вопросы, на которые нет ответов, потому что вопросы поставлены не к тому предмету. И пока следователь спрашивает «на что открутил?» вместо «что будет с поездом?», Денисы будут откручивать гайки. Бесконечно.
          Но есть и третий. Его нет в рассказе. Но кто-то решил провести сюда железную дорогу, организовал грузо- и пассажиропоток, определил правила пользования. Двое предыдущих боятся его, а в кабинете второго в качестве обязательного атрибута висит портфель третьего. Назовем его Управляющий.
          Мы можем построить мир, где демагогу, обещающему «свободные гайки», будет стыдно открыть рот. Где любой следователь, требующий ответа не о том, сперва наткнётся на хохот — и только потом на протокол.
          Оружие есть, и оно уникально: смех, ирония, сатира, гротеск, бурлеск. Всё, что заставит Дениса запнуться, следователя перечитать протоколы и покраснеть, а управляющего — на минуту забыть про рейтинг и подумать: «А не лох ли я на самом деле?»
          Мы, конечно, не победим. Глупость неискоренима. Но мы можем сделать так, чтобы ни допрашивающий, ни допрашиваемый, ни управляющий не чувствовали себя в безопасности, не услышав сначала смех.
         «Поезд, который идёт без смеха, падает молча».

Глава первая. О природе глупости
           Карл Чиполле в «Фундаментальных законах человеческой глупости» (1976) выделяет несколько основных:
1. Человек всегда недооценивает количество глупых людей вокруг.
2. Вероятность глупости не зависит от образования, статуса, профессии.
3. Глупец — тот, кто наносит ущерб другому, не получая выгоды для себя (или даже получая убыток).
           Третий из них является фундаментальным (золотым) и наиболее точно описывает поведение глупого человека в обществе. Рассмотрим с его позиций поведение Дениса Григорьева, откручивающего гайку с рельса железнодорожного полотна. Ущерб — огромный (крушение, гибель). Выгода — ничтожная (грузило). Понимание последствий — ноль. Идеальный глупец, описанный Чиполле.
           Следователь — глупец иного рода. Он не ленив умом, но мыслит в слишком узкой системе: протокол, состав преступления, гайка как улика. Ущерб от следователя: Денис идёт в тюрьму без злого умысла; тратятся ресурсы государства на бесполезную меру; подрывается доверие к закону; поезда безопаснее не стали. Баланс по Чиполле: ущерб другим — реальный, выгода для себя — ноль (разве что закрытое дело). Следователь — более опасный глупец, чем Денис, потому что он рутинизирует глупость, превращает её в систему.
           Однако есть фигура, превосходящая обоих по масштабу разрушения. Не Денис, не следователь. Сидит в кабинете в кресле за большим столом, на стене портреты руководителей высокого ранга, а в шкафах — пронумерованные папки с названиями «Особо важные гайки. Зовут — Управляющий.
          Он, вообще-то, не глупый. Он даже хитрый. Но хитрит он так, что в конечном итоге дураком оказывается он же сам. Пример: требует от отдела план. Отдел сдаёт план. Управляющий говорит: «А почему без напряга? Переделайте». Переделывают с напрягом. Управляющий: «А почему с напрягом? Вы что, неэффективны?» Отдел не знает, что делать. Управляющий пишет докладную на отдел — «некомпетентны». Начальство его хвалит. Сотрудники отдела увольняются. Работа встаёт. Управляющий пишет докладную — «кризис на рынке труда». Начальство снова хвалит. Поезда не ходят. Гайки все откручены. Управляющий получает премию «За антикризисное управление».
           С бытовой точки зрения он хитрец. С точки зрения Чиполле — глупец, потому что итоговый баланс его действий: ущерб огромен, выгоды ноль.
          Глупый управляющий — начальник, директор, чиновник различного ранга, наделённый властью и ресурсами. Охарактеризуем его через золотой закон: он наносит ущерб всем нижестоящим (подчинённым, исполнителям, гражданам) и часто — самому делу или организации. Выгода для себя — минимальна или отсутствует: он не крадёт, не захватывает власть, не продвигает близких. Он просто управляет глупо — бессмысленными циркулярами, отчётами ради отчётов, авралами по прихоти. При этом он искренне уверен, что действует «по инструкции», «в соответствии с установленным порядком или правилами».
         Стоит оговориться: есть ещё четвёртая фигура — хищник. Он не глуп. Он точно знает, чего хочет: чужих гаек, власти и безнаказанности. Смех против него бесполезен — хищник мстит, а не краснеет. Но хищник и не наша цель. Он живёт по другому закону, и рано или поздно его догонят другие хищники - те, кто сильнее. Манифест не про него. Манифест про тех, кто разрушает систему искренне — по глупости, а не по корысти. «Потому что циничный вор хотя бы знает, что крадёт. А искренний глупец уверен, что спасает. И страшнее — именно он.»
          Надо отметить: возрастание численности хищников в управлении превращает подразделения в криминальные сообщества, ведёт к деградации систем. Но это тема другого разговора и другого манифеста.
          Почему глупый управляющий опаснее Дениса и следователя? Потому что Денис действует локально и случайно. Следователь — в рамках предписанной системы, хотя и бессмысленной. А управляющий воспроизводит глупость масштабно и системно, заставляя других быть глупыми за него. Он создаёт среду, где умное действие становится невозможным или наказуемым.
           Вывод: именно такими персонажами — формальными, уверенными, глухими — легко править. Ими управляли президенты, цари, феодалы и помещики. Ими управляли также комиссары в определенный период времени, ими управляют современные демагоги руководители разных рангов. Но истинный фундамент пирамиды глупости — это управляющий, который думает, что он «наводит порядок», а на самом деле лишь на ком стоит, сам не ведая на ком.

Глава вторая. О смехе как оружии

         Из первой главы мы вынесли три фигуры. Денис гайку открутил — поезд под откос. Следователь протокол составил — Денис в тюрьме, а гайки откручивают новые. Управляющий посмотрел, вздохнул и написал план «По усилению борьбы с откручиванием», в котором 90 страниц и ноль здравого смысла.
         Вопрос: есть ли от этого лекарство?
         Тюрьма не помогает. Штрафы — наверное тоже. Новые инструкции — это просто новые гайки. Умные лекции о вреде глупости — их никто не слушает. Денис не поймёт, следователь не применит, управляющий подпишет и положит под сукно.
          Остаётся одно: смех.
          Но не тот смех, которым смеются в курилке, фыркнув над очередной дурацкой бумагой. И не тот, которым смеются над анекдотом. Речь идет о смехе публичном, точном
и безжалостном.
          Почему смех работает против глупости? Чиполле утверждает: глупого нельзя переубедить, нельзя наказать, нельзя излечить. Он прав. Кроме одного — глупого можно высмеять.
         Смех не меняет глупца. Смех меняет среду вокруг него. А это — единственное, на что глупец реагирует, потому что глупец социально зависим.
         Разберём по фигурам:
        Для Дениса смех — шок. Он не понимает, почему над ним смеются. Он же хотел как лучше – соорудил грузило для ловли рыбы, а ведь до него никто не догадался. Почти герой и гордиться этим. А тут, все смеются над ним и будут смеяться каждый раз, когда он берётся за гаечный ключ. Тогда он остановится. Не потому, что понял. А потому, что стыдно. Денис способен на стыд. Это его слабое место.
        Для следователя смех опаснее. Он боится не смеха как звука. Он боится выглядеть смешным в глазах начальства. Если над его протоколом начнут хохотать в кабинете у прокурора — всё. Карьера под угрозой. А следователь карьеру любит. Поэтому смех может заставить его перечитать протокол и задуматься первый раз в жизни.
          Для управляющего смех — это катастрофа. Потому что управляющий живёт не только на зарплату. Он живёт на рейтинг, на авторитет, на страх подчинённых. Смех — единственное, что разрушает всё это мгновенно. Человека, над которым громко и публично посмеялись, перестают бояться. А если не боятся, то перестают выполнять приказы. А если не выполняют приказы — управляющий превращается в Дениса с бланком.
          Техника безопасности при использовании смеха
          Смех — оружие обоюдоострое.
          Смеяться не над человеком — над его действием. «Ты дурак» — не смешно. «Ты только что подписал приказ о запрете дышать в помещениях длиннее десяти метров» — смешно. Первое оскорбляет. Второе — обнажает.
          Смеяться можно только при свидетелях. У смеха нет силы в пустом кабинете. Нужны глаза. Нужны уши. Нужна публика, которая потом разойдётся и расскажет.
          Смех должен быть точным. Смеяться над тем, что не является глупостью, — значит стать глупцом самому. Проверяйте по золотому закону Чиполле: есть ущерб без выгоды? Да? Смейтесь. Нет? Идите мимо.
         Не смейтесь над Денисом в одиночку. Он обидится и открутит гайку назло. Смейтесь компанией. Денис боится толпы больше, чем следователя.
         Над управляющим смейтесь громко, но осторожно. Смех — это щелчок по носу, а не удар кувалдой. Если вы рассмешите весь завод, управляющий уволит половину. Если вы рассмешите одного человека, который потом расскажет другому, третьему, четвертому, пятому… — и так слух дойдет до начальника, который, возможно, покраснеет. Этого будет уже достаточно.
         А если не поможет?
Честно: смех не панацея. Бывают глупцы, которым смех не страшен. Они не чувствуют стыда. Они не боятся общественного мнения. Они находятся вне иерархии. Для них нет лекарства. Но таких — единицы. Остальные — боятся. И это знание — наше главное оружие.
            Помните: поезд, который идёт без смеха, падает молча. А молча падать можно бесконечно. Наша задача — не дать замолчать.
   
Глава третья. Как не стать глупцом (краткое пособие)

          Из предыдущих глав ясно: глупцы сверху, снизу, со всех сторон - вокруг, глупцы внутри. Самый опасный из них — тот, который сидит выше всех в кабинете с папкой «Особо важные гайки». Вопрос: как не стать одним из них и не пополнить их ряды?
          Ответ, к сожалению, жесток: никак. Вы уже один из них. Просто еще не знаете об этом.
          Но есть несколько признаков, по которым можно вовремя себя поймать, остановиться и одуматься, предотвратив центростремительные силы, вырваться наружу в сферу здорового разума. Для начала надо идентифицировать себя и отнести к определенному типу.
          Три признака, что вы — Денис:
          - вы искренне считаете, что одна маленькая гайка погоды не делает;
          - вы удивляетесь, когда поезд сходит с рельсов: «Я же только одну открутил!»;
          - ваш аргумент в споре: «А всем можно, а мне нельзя?»
          Лечение: спросить себя: «А что будет, если так сделают все?» Если ответ — катастрофа, отойдите от гайки и вы уже не станете Денисом.
           Три признака, что вы — Следователь:
          - вы знаете все пункты всех инструкции, но не помните, зачем они писались;
          - вы можете заполнить протокол быстрее, чем понять суть рассматриваемой проблемы;
          - вместо «что случилось?» вы спрашиваете: «а по какой форме писать отчёт?»
         Лечение: перед тем как подписать бумагу, представьте себя на месте того, кого эта бумага касается. Если страшно — перечитайте. Если всё равно страшно — порвите. 
         Три признака, что вы — Управляющий:
          - вы требуете переделать отчёт, потому что «не тот шрифт», а поезд уже стучит колёсами;
          - вы пишете план «борьбы с откручиванием», не проверив, есть ли вообще гайки на рельсах;
          - вы искренне верите, что ваша премия «За антикризисное управление» — не ирония судьбы.
          Лечение: сложное. Попросите кого-нибудь из подчинённых (того, кто не боится вас, с кем вы коротаете вечера за беленькой под огурчик) честно ответить на вопрос: «Я глупый?» Если он замялся — вы не глупый. Если он засмеялся — вы управляющий.
           Главный тест для всех
          Встаньте перед зеркалом и скажите вслух: «Я могу ошибаться! Я могу делать глупости! Я — не центр вселенной?»
          Если вам стало смешно — вы здоровы. Если вам стало обидно — вы Денис. Если вы полезли писать приказ о запрете зеркал — вы Управляющий. Если вы начали составлять протокол о нарушении правил смеха в служебном помещении — вы Следователь.
         Если вы ничего не поняли и пошли проверять на всякий случай на рельсах гайки — поздравляем. Вы — идеальный читатель. Манифест писался для вас.

И последнее (самое важное)
         Вы не победите глупость. Но вы можете перестать быть её орудием. Для этого не нужно много всего. Нужно иногда останавливаться и спрашивать себя: «А поезд-то едет?»
          Если едет — хорошо. Если нет — посмотрите, кто держит в руках гайку. И только потом — на себя в зеркало. Слава Богу! Это не вы.
          Потому что самый трудный и самый важный вопрос манифеста звучит так: «А не я ли тот самый глупец, над которым завтра будут смеяться?»
           Если вы задали его себе — вы уже не Денис. Если ответили честно — вы уже не Следователь. Если улыбнулись — вы уже не Управляющий.
          Если засмеялись — вы поняли всё. Вы – читатель!
          «Поезд идёт. Смех — последняя спица в колесе, которая держит ось. Не дайте ей скрипеть в одиночку…»