Ч б

Белое выцвело. Осталось серое
и чёрное, которого так много,
что белое не вспомнить, даже если
смотреть на лампу, не моргая. Долго.
Мир - как кино, где звук отключен навсегда.
Люди - как тени, но тени не падают.
Они проходят сквозь, и не беда,
что не здороваются. И не надо.
Чёрное - это не зло. Зло - это цвет,
а здесь - отсутствие. Даже боль -
не боль, а знак, что нерв ещё
не умер, но уже собрал чемодан.
Белое - там, где было "хорошо",
но это "было" не возвращается.
Оно как пятно на потолке:
смотришь, но форма не меняется.
Серое - это всё, что есть:
утро, обед, разговор без слов,
стул, на котором никто не сидел,
и тот, кто сидит, но сидит не из снов,
а из привычки. Эмоций нет -
только рефлексы: вдох-выдох,
сон-просыпание, свет-тень.
Чувства - как старая видеолента,
которую не вставишь в проигрыватель.
Плёнка стёрта. Остался шум.
Белого нет. Чёрное - как строитель,
который возводит из пустоты - пустоту.
Хорошее - в прошлом, но прошлое -
это не время, а слой пыли.
Его не вернуть. И не хочется.
Просто белое когда-то было.
Теперь - чёрный квадрат на стене,
серая скатерть, серая кружка.
И тот, кто смотрит в окно, но не ждёт
ни рассвета, ни даже снега. Ни звука.