***

А.В.     ****************************                СМЕНА ЦИВИЛИЗАЦИЙ
*********************************
Был когда-то период истории, в котором имела место Израильская Сверхдержава. Это было при царе Соломоне (Шломо). У евреев никогда не было имперских амбиций. Дай им не быть под гнетом других народов, проявлять минимальную самобытность, и о большем они не будут мечтать. Во времена Судей они довольствовались племенным разбродом, подражали окружающему их язычеству, и при этом не понимали, почему они раз за разом оказываются под тяжкой рукой соседей, от которой удавалось избавиться путем восстаний.
Только долговременный гнет филистимлян (плиштим) сформировал в народе потребность в едином государственном образовании, в объединении всех племен. Так возникло Царство, построившее Первый Храм.
Нечто подобное происходит и в наше время. Потребовались две тысячи лет тягчайших гонений, чтобы народ проснулся и решился взять свою судьбу в собственные руки. Но и тут не обошлось без иллюзий: у евреев сложилось впечатление, что как только мы перестанем жить среди народов и мозолить им там глаза, антисемитизм сам собой исчезнет, и еврейский вопрос будет навсегда решен. Оказалось, что это не так. Даже независимая жизнь евреев на ином, далёком континенте не прекратила вражду к ним, кровавые наветы и непреодолимое желание решить еврейский вопрос в стиле Холокоста, причём острие этого нового антисемитизма нацелилось именно на концентрацию евреев в Стране Израиля и на их суверенитет там. Оказалось, что другие государства, и вовсе не обязательно соседние, не в состоянии с ним смириться и усматривают высшую цель своего существования не в решении своих же насущных проблем, а в уничтожении нас. Рамежевание и расстояние не помогают.
Так неужели все свершения сионизма, от воскрешения языка до возрождения Страны, государственности и армии, оказались напрасными?
Нет, не напрасными, но и не конечными, поскольку конвенциональное, тем более такое крохотное государство можно уничтожить, что и вызывает все новые и новые попытки такое уничтожение реализовать. Единственный выход - сделать это государство настолько сильным и решительным, чтобы надежды на такой исход не выглядели реальными, а степень риска для самих потенциальных уничтожителей стала невыносимой. Это означает не отказ от еврейского государства, а превращение его в сверхдержаву, с которой лучше не враждовать. Самое интересное, что по крайней мере по одному показателю - технологическому новаторству - мы уже становимся сверхдержавой. Наш самый эффективный капитал - это евреи и их способности. Поэтому в первую очередь необходимо всемерно поддерживать репатриацию, причём не только со стороны декларированных евреев диаспоры, но и со стороны потомков тех, кого когда-то заставили перейти в другие религии, если за прошедшее время они не растворились и ещё помнят свое происхождение.
Территория тоже играет немалую роль. Распад окружающих стран и режимов либо их экономическое банкротство могут открывать перед нами немало возможностей расширения, причём вовсе не обязательно силового. Агрессия со стороны соседей обязана порождать утрату ими территории, поскольку только такая утрата реально болезненна  для них и способна обуздать их средневековую воинственность.
Тем не менее мы не станем миллиардным народом, как другие, и не распространимся на десятки миллионов квадратных километров. Наша главная экспансия должна быть иной - духовно-культурной. При этом надо чётко разделять два вида прозелитов: гер цедек и гер тошав. Первый вид - это наиболее духовно и интеллектуально продвинутые неевреи, у которых сильна потребность стать евреями. Это один из потенциалов нашего демогравического роста,  который тем не менее не надо профанировать массовостью.
Гер тошав же - это в современных понятиях тот, кто готов соблюдать семь заповедей сынов Ноя (Ноаха), т.е. основы элементарной нравственности. Я сталкивался за границей с неевреями по происхождению, которые по-своему соблюдают Субботу и кашрут. В Торе десять заповедей фигурируют дважды (в книге Шмот-Исход и в книге Дварим-Второзаконие), причём именно в заповеди Субботы наблюдается существенная разницамежду этими двумя вариантами. В Шмот это Суббота Творения, день святости. А в Дварим это скорее социальное установление, необходимость дать день отдыха от труда людям и даже животным. Можно увидеть в этом дуализме Субботу Израиля и потенциальную Субботу народов. Эти Сыны Ноя смогут быть адептами и проводниками еврейской культуры и духовность в среде народов, неся им надежду и исправление.
Народы очень нуждаются в этом, поскольку их цивилизация - в глубочайшем кризисе. Демографически они обрекают себя на вымирание, не желая самовоспроизводиться, избегая рождения детей. Вместо этого они принимают у себя чуждые и зачастую враждебные этносы, замещая ими самих себя. Так идеология замещения, направленная против нас, возвращается подобно бумерангу к своим носителям.
Это подкрепляется суицидными идеями прогрессизма, выворачивающими наизнанку все базисные понятия. Когда иранский террористический режим провозглашал денно и нощно "смерть Израилю", речь шла тогда о маленькой далекой стране, которая потом, за почти полвека существования этого режима успела вырасти и обзавестись серьёзными мускулами. Но как тому режиму сходило с рук эти же полвека орать (и делать!) "смерть Америке!" - величайшей сверхдержаве? Усилиями прогрессизма!
Трамп, конечно, иной, но он выглядит как уникальное одноразовое  явление на общем фоне самоубийственного театра абсурда. Говорят,  смертельно больные перед агонией вдруг на короткое время как будто бы "выздоравливают"...
Наш праотец Яаков видел в пророческом сне лестницу между землёй и небом, по которой поднимались и спускались ангелы. Толкование говорит о том, что это были ангелы-хранители народов. Подъем и спуск символизировал взлёт и падение их империй. И только ангел Эсава поднимался и поднимался. Эсав символизирует римско-европейскую цивилизацию. Она действительно достигла невиданных высот и долголетия. Но и у неё есть свой предел, и похоже, что мы наблюдаем его сейчас.
Тот же Яаков-Израиль родился, держась за пятку Эсава. Мир грядущий, мир Израиля, следует вплотную за окончанием этого мира, мира Эсава. Неужели нам дано узреть это эсхатологическое действо Бога Истории?

Михаил Гольденберг