Над пустотой листа

Усталый ум
Над пустотой листа, как Квазимодо, горбясь
В предсонный час, но все слова отточенные — помесь
Бессвязных дум.

Мораль черства,
А сны и есть незримые границы боли.
Они приносят облегченье, но не боле,
Как и слова.

Бегут перста
По письменам, в которых нету окончанья,
Но боги ждут свой час, обременив молчаньем
Свои уста.

Молчит Прокруст,
Остатки строчек обрывая понемногу,
А звук глаголов не угоден даже Богу —
Что ересь чувств.

Молчат уста,
Проверив голоса пустых молитв на прочность,
Но вера есть безверие в свою порочность,
Как слепота.

Для мертвых роз
Смерть не страшна, но жизнь и есть подъем без спуска
Крючка, а человек — всего лишь форма сгустка
Крови и грез.

Мой слог не нов,
Но степени признаний есть предел молчанья,
И все, что сказано, — лишь форма выживанья
В пределах слов,

В кругу теней.
И раз уж я увидел точку в перспективе,
Не вижу Бога, чтобы вопрошать о диве
Грядущих дней.