Ночь
Каких-то гордых одиноких скал.
В затишьях розы отвечают - амен,
Под тишиной затих органный зал.
И мы не знаем ничего из строчек,
Как потаенно дунет где-то тут,
Какой вотще в огранке этой ночи
Родится вольный дерзкий изумруд.
И это непрерывное качанье
Так незнакомо с комнатным теплом,
И с ужином, и с лампы возгораньем
И со всем тем, что приготовил дом.
Но ждут нарциссы, засветясь тревожно,
Колышат свои белые стихи,
Как все уйдут, так эхо скажет -- можно,
Не выдадут, что грянет, лепестки.
Всё думаю, какой потир священный
Здесь ветер приготовил для земли?
А дуновенья ходят, будто стены,
В архаики врезаются пролив.
И - шаг крадется кошкой, чуть урчащей.
Нога, как обувь, меряет простор,
В какие чаши темноты неспящей
Стопу засунуть прямо до сих пор?
На дне ночных тюльпана ожиданий
Что в колыханьях, там, где самый край?
Ощерясь, убежать от ламп и спальни,
И ночью ветер закрутить в спираль.
А там уж звук -- от одного к другому,
Как будто разгибание пружин,
О воле, об отверженности дома,
Все дальше, шелковых шуршанье жил...
Передают о мачтах в ветре -- розы,
Чем ближе окна, тем верней заплыв
Шептание таинственной угрозы,
И шабаша пречистого обрыв.
Да, подсмотреть, но чуют взгляд бутоны,
Отшельники, пустынники, цари,
Скрывают свои легкие затоны,
И ничего ни с чем не говорит.
Свидетельство о публикации №126050504025