Эпистолярный роман

Более сотни пылких посланий,
Новых стихов и нежных признаний -
Эпистолярный роман, но красивый
И обещающий стать вдруг счастливым.

Душ поэтических тихая радость,
Бегство от жизни - всё, что осталось.
Жаль, разведённый Борис Пастернак
Снова женился - прискорбнейший факт.

И в новом браке был счастлив поэт
И обеспечен. Но не секрет,
Что очень горько Цветаевой было,
Ведь и Марина Бориса любила.

Верила в счастье, которого нет,
Письма писала ему столько лет
И со стихами всегда помогала,
Каждую строчку его разбирала.

Он стал успешным, она, словно тень,
С мыслью о смерти ждала каждый день
И получила верёвку в дорогу.
Легче не стало Марине, ей Богу.


Между Мариной Цветаевой и Борисом Пастернаком долгое время был эпистолярный роман — переписка, которая началась в 1922 году и продолжалась до конца жизни поэтов. У них было много общего. И Марина, и Борис были москвичами и почти одногодками. Их отцы были профессорами, а матери – талантливыми пианистками, причем, обе – ученицами Антона Рубинштейна.

Письма Марины Цветаевой и Бориса Пастернака – это настоящий роман о творчестве и любви двух современников. Любовная проза заключала страсть и молчание, взрывы и срывы, лёд и пламень.
Пастернак писал: «О, как я Вас люблю, Марина! Как хочется жизни с Вами!» Цветаева отвечала: «Вы единственный, за кого бы я умерла». В письмах они чувствовали себя невероятно близкими и открытыми. Возможно, такими, какими никогда не смогли бы стать при встрече.

Вдали от Родины бежавшая с белогвардейцем-мужем Цветаева увидела в Пастернаке то, по чему тосковала сильнее всего на свете – частицу дома. Поэтесса быстро привязалась к Борису и уже в 1924-м издала цикл стихов «Двое», где вела речь о себе и Пастернаке.

В 1935-м году случилось их роковое свидание в Париже. Пастернак после личного распоряжения Сталина приехал на Международный конгресс писателей. К тому моменту с начала переписки поэтов прошло уже тринадцать лет. Они встретились в кафе, где Марина после короткого приветствия стала язвить над верой Бориса в колхозы. Не понимая, как себя вести, Пастернак встал и бросил: «Пои;ду куплю папиросы». В кафе он больше не вернулся. Неудивительно, что оскорблённая Цветаева назвала их свидание - «невстречей».

Для Бориса всё выглядело несколько иначе. В Москве его уже ждала горячо любимая новая жена. Борис Леонидович очень ценил комфорт, и новая супруга была не только очень красивой, но и домовитой, она окружила мужа заботой, делала всё для того, чтобы ничто не мешало ему творить. Своим огромным успехом в те годы Борис во многом обязан жене. Пастернак жил в достатке и даже богатстве, он был обласкан властью и купался во всеобщем почитании и обожании. В его жизни уже не было места для Марины.

Находясь вдали от России, Марина Цветаева не могла понять, что жизнь в советском обществе стала другой. Ближе к 30-м годам всё вокруг пахло шпиономанией и массовыми репрессиями, и Пастернак даже при большом желании уже не мог ей обо всём ни рассказывать, ни писать.