Неслышный вальс

Всё перемешано в памяти странно:
Запах черёмухи, гарь и свинец.
Майское утро. Журчанье баяна,
И в гимнастёрке смеётся отец.

Звякнула ложка о край котелка,
Слышится звон на хрустальном сервизе.
Там, за рекою, застыли войска,
Здесь — голубица слетела с карниза.

Мир разделился на «до» и на «после»
Чёрточкой мела на школьной доске.
Смерть — на пороге, за Родину — вовсе
Жизнь не жалели в последнем броске.

Снова атака. И снова — «Ура!»
Кровь на тюльпанах… или медали?
Мама всё ждёт у родного двора,
Взглядом буравя туманные дали.

Вот он пришёл! Тихий, старый, седой,
С полною скаткой осколочной драмы,
С запахом пашни и горькой бедой,
Чтоб зашивать свои свежие раны.

Мы не забудем. Мы будем беречь
Этот рассвет, что оплачен стократно.
Пусть никогда чья-то грозная речь
Не позовёт сыновей безвозвратно.

А в доме печёным разносится хлебом,
Только горчит этот мякиш во рту.
Там, под свинцовым, разорванным небом,
Друг не дошёл роковую версту.

Он обещал, что объявится к лету,
Что зацветёт под окном резеда…
Только письмо не дождалось ответа:
Лишь в небесах — за звездою звезда.

Смотрит с портрета парнишка безусый,
Вечно в своих девятнадцать застыл.
Смерть примеряла кровавые бусы,
Взяв к себе тех, кто жизнь полюбил.

Слышишь? Гармонь надрывается в плаче,
Словно в окопе, в промёрзшей тиши.
Мы, веря в победу, не веря в удачу,
Услышали стон опалённой души.

Внук прикоснётся к медали народной:
«Деда, а что же такое война?"
Вздох… и в улыбке, немного холодной,
Память седая на миг ожила.

«Мне она, внучек, с трудом поддавалась,
Чтобы не знал ты "железного пса»...
И в тишине, где весна расплескалась,
Слышно ушедших от нас голоса.

Мы не за подвиг приносим гвоздики,
А за возможность дышать и любить.
В каждом рассвете — их светлые лики,
В каждом закате — желание жить.

Пейте за мир, за Вечную Славу —
Помните цену, что май заплатил:
За тишину, за родную державу
И за холмы безымянных могил.