Взбалмошный капитан - 6. Всякие неприятности

(забавные истории)

Случилось невероятное, но предсказуемое событие. Капитан Джонсон подрался сегодня с самим шеф-поваром Дзитто Стервелли! Тот вешал ему лапшу на уши, а кэп в ответ сделал ему яйца всмятку. Шеф-повар был родом из Италии, а потому обматерил кэпа смачно, на родном языке.
Но почему это произошло?
Дело в том, что Джонсон поспорил с мадам Розенхрюцер, кто же подойдёт и скажет бешеному Стервелли, что его блюда отменная хрень… и проспорил...
Получить скалкой по фуражке не каждый моряк желает, а бедняга Джонсон словил только так!
Избитый, злой, в соусе и спагетти, прихрамывая, он прошёл мимо ехидно ухмыляющейся Розенхрюцер и старпома, не смотря на них вовсе. Заперся в каюте на два часа. Отмылся и вышел, но всё такой же, без настроения.
– Чтоб я ещё с этой рыжей спорил... – проворчал он.
Уильям отвернулся: он просто давился смехом.
К вечеру кэп спускался в бойлерную погреться и босыми ногами наступил в сажу. А после истоптал все полы от верха до низа. Следы невероятным образом были даже на белых панелях стен и потолке... Однако, ему всё это пришлось отмывать самому!..

После знаменательного события с сажей прошло ещё два дня. Кэп впервые сидел и рыдал. Рыдал, как мадам Розенхрюцер, которая узнала, что у неё скоро появятся аж пять мини-капитанчиков. Ну, та от счастья, конечно, топила судно своими крокодиловыми слезами. А вот мистер Джонсон – напротив. Не до радости ему было в эти мгновения...
Он сидел, прислонившись к штурвалу и глядя в стену. Вокруг валялись горы бумажных сопливых платочков. Фуражка была отброшена в сторону. Ему доложили, что его любимый хомяк Мистер Хамстер скончался от старости. Грызуну было примерно 50 лет, а это огромная редкость для хомяков!
Над капитаном сжалился даже повар Стервелли, с которым они подрались накануне. Он приготовил для кэпа огромный торт в виде якоря в тапках (любимое выражение кэпа) в честь их примирения. Когда Джонсон увидел это произведение искусства, он тотчас же прекратил рыдать, облобызал офонаревшего итальянца, и принялся лопать угощение ложкой за обе щеки!
Офицерам тоже досталось по тапку (бисквитный якорь лежал сразу на нескольких тапках). Пока они пили чай, пришёл один из матросов и доложил о том, что мадам Розенхрюцер взяла пример с кэпа и с подружками истоптала всю палубу босыми ногами в саже. Эта затея ей очень уж по душе пришлась? Ну как дети малые...
Следует отметить, что они под шумок вернулись на корабль, пока моряки путешествовали по городу. А провёл их на борт сердобольный пастор, некий Холистар: у него из головы так и не выходила навязчивая идея спасти "одержимого" капитана. Но помощники его были начеку и постоянно отправляли этого дядечку восвояси – то в каюту, то обедать, то в баню. Так спокойнее: пошлёшь человека в баню, и душа радуется...