Время остановилось...

В сентябре 2015 вдруг перестало наступать завтра...

Гарик мне сказал, что у  мамы его подруги рак. Мы сидели на излюбленном месте  в конце нашего старого двора, и он совершенно будничным тоном сообщил мне эту весть. Я промолчал, но в душе сразу представил себя на месте Тани и невольно вздрогнул. А как же её брат, ведь он еще совсем пацанёнок, что будет с ним? Да и как ей остаться без матери в четырнадцать лет? Перед глазами возникла моя родная мама и слёзы выступили на глазах от предчувствия неминуемой далёкой потери. Нет, летать я не перестал, просто нервно так дернулся, на миг теряя пространство, увидев в предельной близости разинутую пасть неведомой черной дыры, пугающей своим ледяным безмолвием и отсутствием Божественного тепла. Но молодость брала своё, и тревога растаяла так же быстро, как и возникла. В этот момент страх пришел к другим людям, моя же жизнь была по-прежнему беспечной и счастливой, хотя я об этом тогда совершенно не подозревал. Мы были молоды, светлое будущее лежало у наших ног и мы были полны сил и надежд, не думая о том, что чувство это имеет совершенно обманчивые свойства.

Моя мама всегда была строгой, но справедливой, и все же мне доставалось чаще других, потому что среди всех учеников нашего класса именно я был её сыном. Это накладывало известные обязательства, но что мог поделать пятнадцатилетний мальчишка со своими собственными представлениями и тараканами, непрестанно лезущими в его мечтательную голову? Получал чаще других и много по-делу, но собственные понятия справедливости напрочь перечёркивались разросшимся юношеским максимализмом и толкали хамить даже тогда, когда этого можно было избежать. Думалось о взрослости, мечталось о независимости, хотелось водки и новогодних запахов, жизнь летела сквозь круговерть красок, но мама всегда была начеку и не давала поддаться сомнительным поворотам, которые недвусмысленно кричали о непредсказуемых последствиях. И многие часы разговоров! Она стремилась понять каждый закоулок, каждую клеточку моей нарождающейся души, чтобы не уничтожить её самобытность и уникальность, вместе с тем щедро делилась своим собственным представлением и опытом, постоянно предостерегая от глупых оценок и неверных шагов.

Тот злополучный сентябрь...

Накануне мы были на свадьбе. Она позвонила днем, хотя обычно этого не делала, стараясь лишний раз не беспокоить своими маленькими просьбами в надежде, что все как-то уляжется и решится само-собой. Но в этот раз что-то беспокоило её сильнее обычного, и я пообещал, что непременно завтра же появлюсь и исполню все пожелания.

Завтра...
Если бы в тот момент нашелся хоть один человек, кто предупредил бы меня о том, что такой день может наступать не всегда и не для всех...

Я всегда знал, что мама рядом, даже тогда, когда пришлось уехать из родного города, я ощущал её незримую поддержку. Много раз, вживаясь в образ учителя, я задавал мысленный вопрос, как бы она поступила в той или иной ситуации. Когда ответ был неопределенным, я набирал номер телефона и успокаивался, слушая её спокойный голос, который, казалось, встряхивал во мне какие-то неведомые силы, направляя в нужное русло решения проблемы. Для своих учеников хотелось всегда выглядеть взрослым и многоопытным, не имеющим никаких сомнений в правильности жизни уверенным человеком, идущим верной дорогой добра, минуя беды, невзгоды, обходя острые углы. А ведь тогда я и сам не подозревал, какая большая роль в этом принадлежит ей - моей маме, которая подарила мне это чувство достоинства, эту уверенность в правильности поступков, это ощущение полноты и превосходства жизни...

В сентябре 2015 вдруг не наступило завтра.
Не наступило для моей мамы...
С тех пор жизнь разделилась на вчера и сегодня, время повернулось своим неведомым измерением, выхватывая из памяти эпизоды, мгновения и минуты, когда небо было синим, жизнь безоблачной и мама была рядом...