В самом деле

Гитарных струн звучанье разлилОсь,
Аккордами украшена была весна,
И нежные цветы стояли у окна,
А все, что было в мыслях, не сбылось.

Вечерний сон, угадывавший лица,
Приняв характер жизни бытия,
Смотрелся как большая небылица...
И этот путь извилистый, судья.

Непокоренный дух его мятежный
Никто б не смог переломить.
Однако, встретив дамы здешней,
В нем всё ушло — он стал боготворить.

Боготворить её походку, внешность, сердце,
Глаза и мысли, волшебство души.
Тогда в спектаклях был он лишь гвардейцем,
Всю делая работу за гроши.

Принадлежал он лишь её судьбе,
В её объятьях вечно оставался
И, не заметив, стал сгибаться —
Он верен был, но не себе.

Насколько был он честен пред собой?
Не знаю сам;
Хотел едва ли выиграть бой,
А погубил свою карьеру, жизнь, здоровье,
И в нем ушла навек Любовь…

Любить как прежде он уже не мог,
Весь он погас, и глубина души иссякла.
И воспроизводил пред сном тот диалог
После того прекрасного спектакля…
Где он блистал.

Где он сейчас? Чем занят? Кем любим?
Не знаю, он скончался на неделе.
Скончался от любви, но не любимым.
Представьте, и вот так бывает,
В самом деле…