Одинокий маяк

Вдали он робко всем сияет — немой, упрямый часовой,
Его ничем не удивишь — он спорит только с тьмой одной,
Всегда один среди волнений, среди холодной синевы,
И океан его качает, как память давней глубины.

Он много видел: гнев и шёпот, и рваный крик седых ветров,
То шторм ломал о скалы небо, то гладь стелила свой покров,
Он тихо дышит каждой ночью, считая годы, как шаги,
И к звёздам тянет луч усталый — осколок чьей-то тишины.

Он так привык к судьбы качелям, где нет ни берега, ни дна,
Где даже свет — лишь обещанье, что не погаснет никогда,
И если тишина приходит — она не лечит, а болит,
Как будто шепчет: «Всё не зря», — но сердце это не простит.

В том маяке огонь не гаснет — хоть слаб, но всё-таки живёт,
Он светит тем, кто не вернётся, и тем, кто всё ещё идёт,
И в этой искре, еле слышной, сквозь боль и вечную борьбу,
Живёт украдкой, тихо дышит  — душа, что рвется в синеву.