Ночь в Берлине

***

Фонарь за окошком согнулся устало,
Как будто бы путник, под сильным дождём.
Молиться старуха в углу перестала
(Наверное ждёт всё,когда мы уйдем).
Поди умоляла какого-то бога
О том,чтобы мы не смогли победить.
Мерещится смерть ей сейчас у порога,
И вряд ли в обратном её убедить.
"Смотри-ка, не спит, видно бесы тревожат"-
Внезапно мой друг оборвал тишину.
Он немцев терпеть ещё долго не сможет,
С тех пор,как у них был пол-года в плену.
Рассказывал то,от чего наши души
Сминало бумагой,в комок, каждый раз.
Он всё продолжал :"Ты, дружище,послушай,
Не вздумай спускать с этой нечисти глаз!
Уверен,она, за сыночка молила.
Наверное фриц ещё жив, не убит.
По всем им давно уже плачет могила.
Я слышал Рейхстаг от бомбёжек разбит".
Я молча смотрел на старухины плечи,
И горб на спине под невзрачным платком.
А дождь припустил ещё больше под вечер.
И стало откуда-то дуть сквозняком.
И думалось мне:"Что за люди такие
Тут жили до нас, и буквально вчера
Светили для них фонари городские,
И тайной манили к себе вечера.
Уверен,что здесь тоже деток любили.
Что с ними вдруг стало? Зачем они нас
Сжигали живьём,убивали,казнили,
И как эти зверства списать на приказ?"
Старуха,тем временем, редкие слёзы,
С лица вытирая, смотрела в окно,
А там канонады и майские грозы
Смешались в едино,как кровь и вино.
И женщину эту вдруг жалко мне стало.
Я друга локтём аккуратно толкнул.
Он что- то мне буркнул,вздохнул, и устало
Спиной повернулся и тут же уснул.
Усталые веки чуть позже смыкая
Старушечий плач я услышал сквозь сон.
А где-то, до нитки в ночи промокая,
Берлинский ждал участь свою гарнизон.

Кондратий Коловрат