Буревестник
в невозможной глубине,
ты услышал голос давний,
прикоснулся вдруг ко мне.
Ожила всех дней палитра,
где любил меня и звал,
вмиг раскрылся свет и титры,
ночь, виденье и портал.
Тихой музыки там звуки
прозвучали вдруг во мне,
сердцу стало очень тесно
мне в пространстве на листе.
И душа наверх взлетела,
на вершину горних скал,
там нашла свой, белый цветик,
что меня лишь понимал.
Слезы боль и искушенье
ослепили вновь меня,
лишь любовь способна к пенью,
где молитва для огня.
В точке сжатого пространства
зазвучала стоном боль,
как давно в груди ей тесно,
в ней печальная юдоль.
Что хочу — не прикоснуться,
что желаю — нет уж сил,
мне осталось лишь искусство
поднимать свой выше стих.
Ветер воет, стонут чувства,
наклонились паруса,
в безымянном хрупком свете
отозвались небеса.
Только небо внемлет стон мой,
знает истинную боль,
где никто волной не тронет,
то что в сердце глубоко.
Погрустила, хватит плакать,
плавно падаю с горы,
опускаясь в море, плавать,
пусть вода умерит пыл.
Как бы не было мне больно,
есть во мне святая тишь,
остров, где душе привольно,
где моя душа творит.
Там святое упоенье,
лёгкость, нежность ветерка,
там есть свет и вдохновенье,
фон, журчанье ручейка.
Где кружит под горной кручей,
птиц поющих перезвон,
там зовёт меня певучий,
милый, тёплый шёпот волн.
Я сливаюсь с ним в порыве,
откровение ловлю,
и звучит во мне приливом
ритм и музы дежавю...
Не боюсь тогда волнений,
есть во мне любви цветок,
белых, светлых откровений,
в нём одном — души восторг.
Тает вечер, в небе вечность,
обновлений полоса,
нас венчал тот возглас встречный,
это высший свет добра.
Где бы не был, мой избранник,
прикоснись, к моей звезде,
там на краешке Вселенной
мы с тобой в одной судьбе.
Пусть горят, сгорая звёзды,
но останется их свет,
не испив той чаши слёзной,
не познаешь сил рассвет.
Умолкают ритмы, песни,
угасает сердца пыл,
не исчезнет буревестник,
что меня любил, манил...
04.05.26
Свидетельство о публикации №126050404896