Чёртова дюженка

Плюшевого мишку чмоки-чмоки в нос.
ПОднял рёв глупышка, в пуговках вопрос.
Старенький дурилка, брыкаться ловчит,
Сыплются опилки, злюкой стал на вид.

Было ведь недавно - не слезал с колен,
Нежился в объятиях, обожая плен...
Но давно хозяйка в руки не брала,
В угол за диваном в ящик отнесла...

Как-то неожиданно, день такой настал:
Позабытый мишка нужным снова стал.
Ждут, когда ответят: детство убежало?
Тайну рассекретят: взрослою, глянь, стала?

Поутру проснулась, в зеркало взглянула,
Рот открыв пошире, как всегда, зевнула:
Девочка чужая из трюмо смотрела,
Вовсе бы чужая, было бы полдела...

Те же щёки, губы, но глаза другие,
Будто в них закапали капельки какие:
Жарко - ярко - влажные: что-то здесь не так...
Миша, ты подскажешь? ПОжил как-никак...

"Тррринадцать, рррр, сегодня,
Пррростыл терррпенью след.
В лобешник, по лбу - ррровня,
Дррразнишься, что - дед...
Я, ррроль свою исполня,
Открррроюсь напослед -
Дррружить с тобой - жаррровня,
Скажу - ответишь: бррред..."

Карабкайся на полку, там сиди, ругай...
Мир весь ополчился, ты, даже, бабай.
Я твоя хозяйка, слушал, знать, чужих.
Мы с тобою - шайка, мнений нет других.

Чёртик чешет рожки с нынешней весны,
Режутся, как зубы, тут ещё и ты.
В поиске я меры, всё пока чрез край.
Плохо понимаю, где мой прежний рай?

Лучше бы, как раньше: ты, луна, подушка...
Я шепчу секретики в плюшевое ушко.
Держимся в обнимку, прыгаем в капель,
В сказочные грёзы, где царит апрель.