Прошедшее время

Помню я рассказы о деревне   
бородатых сельских мужиков
Как пахали собственную землю.    
Гнулись как под тяжестью мешков.            
Как бедняк боролся с кулаками,          
Как поэт воспел родную выть.
Как у многих землю отбирали.   
Этого никак мне не забыть.
На собраньях сельского актива   
тунеядец знал кого губить. 
Сельсовет в чаду и в запахе махорки, 
Разбирал как с новой властью жить.
Выгоняли семьи из деревни,
Несмотря на маленьких детей.
И насильно земли забирали,
Для графы журнальных трудодней...
Активисты выступали гордо,       
говоря как сволочь - «мироед»,   
Захребетник, скрытый подкулачник 
Жил, неся соседям уйму бед.
Занимал «богач» чужое место.
Беднота тянулась в сельсовет, 
Подсидев и оболгав другого, 
Принося ему немало бед.    
Так и жили… Ложь была в почёте,       
Пили, ели, спали в волю, в сласть.             
Не сыскать уж ныне на деревне,          
эту Чёртом избранную власть.
Но за дверью уж стоит иная,
Оставляя чуть заметный след.
Улетелии стаею преграды,       
Не сыскать уж бывший сельсовет.         
Но осталось всё на прежнем месте,          
словно в закалдованном  кино.
Лишь в музеях прошлое увидишь,    
Господи, как всё было давно.

Весна, апрель 2026 г.