Михайловская мыза

   
Ценя любовь к велокруизам,
Как преимущество своё,
Качу в Михайловскую мызу,
В то, что осталось от неё,
В одну из ямбургских окраин,
Где  обветшал, полуразвален
Старинный замок у пруда
Ещё с осколочками льда -
В усадьбу Роткирхов-Лелонгов,
Их многочисленных потомков,
Сплетённых с Пушкиным родством
На грешном торжище людском.
Здесь до кончины проживала
Меньшая дочка Ганнибала.

Вдовицу Роткирха Адама
(До брака - Софью Ганнибал)
К  стенам  Михайловского храма
Привёл  трау'рный  ритуал.
В ту осень восемьсот второго,
Миролюбивого, простого,
Ей было только сорок семь -
Ещё не дряхлая совсем.
Где был погост, воздвигли дачи,
И Храм, увы, не сохранён.
А разве быть могло иначе
С тех пор до нынешних времён?
Как много про'лито здесь  слёз
И войн кровавых пронеслось!

России тяжкие годины –
Триумф побед, чреда невзгод…
Четыре дочери, два сына
Крепили Ганнибалов род,
Военной службой дорожили,
Отчизну славили трудом,
Господский выстроили дом
Псевдоготического стиля.
…Едва отбыв надзор в неволе
Во псковском сказочном краю,
Почтил Поэт родню свою,
Не посещав её дотоле.
Лишь десять лет судьбы земной
До Чёрной речки роковой.

Приезд  не праздной был прогулкой,
Не только ради встреч с родней.
Он озадачился задумкой
Создать роман очередной,
Где стал бы главным персонажем
Абрам Петрович Ганнибал,
Где б достоверностью  блистал
Правдивый  абрис антуража.
И Пушкин, полон вдохновенья,
Спешил к работе приступить
И память прадеда почтить
Сим прозаическим твореньем.
Уже эпиграф подобрал:
«Железной волею Петра…».*

Как много лет Поэта ждало
В архивном старом сундуке
Жизнеписанье Ганнибала
Сплошь на немецком  языке!
Ему становится известно,
Что писан этот мадригал
Супругом Софьи Ганнибал
Адамом Роткирхом любезным.
Немецким с детства не владея,
Коль самому не по плечу,
Доверил Пушкин толмачу
Перевести сей труд скорее.
И к вящей радости родни
Он здесь провёл благие дни.

Ах, лето -  царственное время
На кручах лужских берегов!
Животрепещущая тема
Для сочинения стихов.
Не заслужили  дифирамбов
Уездный захолустный Ямбург,
Екатерининский собор,
Что сохранился до сих пор,
И крепостные артефакты,
И Луги быстрая вода,
И  верхоконная  езда,
Как вихрь, по ревельскому тракту.
Но впечатлений ураган
Мешал обдумывать роман.

И вот обратная дорога,
Почтовых станций суета…
К родному рвётся он порогу,
В благословенные места.
Остались Ямбург за спиною
И Ревель с лёгкою виною,
Что встреча с другом сорвалась.
«Ах, Дельвиг, если бы не страсть
К литературным экзерсисам
На сочинительской стерне,
Каким явился бы сюрпризом
Наш пир в эстляндской стороне!»
И, вдохновеньем обуян,
Творит задуманный роман.

Он пишет. Он упрям, талантлив.
Он вновь в Михайловском живёт.
А я, подобье экскурсанта,
Стою у запертых  ворот,
Сквозь прутья старый замок вижу, 
И три собаки масти рыжей
Беззлобно  лают на меня,
Обратно к городу гоня.
Мне показалось: я причастен
К великой пушкинской судьбе.
Шагать с ним по одной тропе -
И так уже  большое счастье!

Благодарю тебя, Россия,
За то, что Гения взрастила!

              * Железной волею Петра
                Преображенная Россия.
                Н. Языков.


     В мае 1827 г. А.С.Пушкин вернулся в Санкт-Петербург после ссылки в Михайловское. По просьбе поэта 6 июля А.Х. Бенкендорф,  главный начальник  III отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии, а с 25 июля 1826 года —  шеф жандармов, приглашает его для разговора. При встрече Пушкин просит разрешения отправиться в Ревель, где он намерен посетить  А.А.Дельвига, а также в свою псковскую деревню. Разрешение получено. С 6 по 14 июля всякие сведения о поэте исчезают. 7 или 8 июля Пушкин отправляется в Ревель, но, проделав около ста вёрст, прерывает путешествие и навещает своего двоюродного дядю  Ивана Адамовича Роткирха в поместье Ново-Пятницкое («Михайловская мыза»), располагающемся на западной окраине города Ямбурга (ныне г. Кингисепп Ленинградской обл.) у дороги на Ревель (Таллин).
     5 декабря 1796 г. император Павел I пожаловал в вечное и потомственное владение Главноуправляющему  г. Павловска Адаму Карловичу Роткирху 1000 душ в Ямбургском  уезде и несколько  селений  с прилежащими  угодьями, в том числе  Старую и  Новую Пятницы. Свою усадьбу "Михайловская мыза" Роткирх устроил между с. Ново-Пятницкое и Михайловской церковью.  После его смерти  там  продолжала жить с детьми его вдова Софья Абрамовна Роткирх, младшая дочь Абрама Петровича Ганнибала. После ее кончины в 1802 г. в 47-летнем возрасте все земли Роткирхов по завещанию поделены между двумя сыновьями и четырьмя дочерьми. Софья Абрамовна  похоронена у церкви Св. Михаила Архангельского на фамильном погребении Роткирхов, где  упокоен  прах не менее 36 родственников Пушкина. Долгие годы в усадьбе хранилась "Немецкая биография Абрама Ганнибала", составленная еще Адамом Роткирхом на немецком языке в 1781-1784гг. К настоящему времени кладбище и храм не сохранились, но принимаются меры к восстановлению главного усадебного дома.
     Ознакомившись с биографией, заказав перевод и скопировав его, Пушкин  отменил  визит в Ревель и выехал в Михайловское, где приступил к  работе  над романом, условно называемым «Арап Петра Великого» (это название было дано издательством «Современник» в 1837 году, когда неоконченный роман был впервые напечатан уже после смерти поэта).