Профития

Титановый прилив сутки навеки схоронит,
Солнца светило уставшее касается дна.
Волна – зыбкий курган, и в нем дремота световая тонет,
Вглубь отправляя похоронный кортеж долгого дня.

Но вновь льет свой эфир, молоко лучевое,
И тут же, свернувшись, зовется «землей».
Там окаменело снов строение внеочередное,
И восторг ненаписанных книг за обладаний чертой.

А может быть, дни все ж оживают из смятения пенного,
Не кончаются там, а являют себя в морском чреве бесплодном,
Задыхаясь ретиво в первой минуте воздуха и вселенной.
Если так – то для мысли этой безродной

Равновеликий человек: и губитель, и мессия,
Языком обожженным наделен, чтоб узнать наконец:
Море столь солено одним только днем,
В котором и застлан человека страшный конец.


Рецензии