А рябина горела

Я вырезал твои инициалы
На старом вязе у самой воды.
Река уносила наши печали,
Шептала нам вечные сны и мечты.


А рябина горела, как сердце живое,
Освещая прощальный наш вечер.
Я знал, что ты станешь моей судьбою,
Но ветер шептал: «Не надейся, не верь».



И я храню этот шрам на коре,
Как память о нашей с тобой игре.
Где любовь — это боль, а разлука — река,
Что течёт сквозь века, но так глубока.
Я слышу твой смех в шелесте крон,
Хоть ты за тысячу миль, за миллион.



Теперь я сижу здесь один,
Смотрю, как туман застилает глаза
И гроздья рябины, как капли разлучные,
Качаются в небе, роняя слеза.



Я трогаю буквы, почти уже стёртые,
И время не лечит, а только болит.
Мы были с тобою судьбой повенчаны,
Но кто-то безжалостно нас разлучил.



Пусть годы пройдут, пусть завянет осока
Я знаю, что память сильнее всего.
И там, где когда-то была одинока  Рябина.
Там снова взойдёт торжество.