Цветок лотоса

Цветком розового лотоса лежала ты на ложе любви, источая аромат амброзии «Кокетка № 3». Я любовался этим обнажённым телом, скрывая с тихим восхищением свой восторг.
        Лунные блики скользили по коже, словно невесомые лепестки, а дыхание твоё, лёгкое и прерывистое, напоминало шелест тростника у священного озера. Аромат жасмина и бергамота из твоих духов сплетался с запахом нагретой ткани и едва уловимой сладостью кожи — и этот союз казался мне совершенством, сотканным из древнего мифа и текущего мгновения.
       Ты напоминала мне Афродиту, рождённую из пены, или нимфу, уснувшую в тени цветущих садов. «Амброзия», конечно, громко сказано — всего лишь духи латвийского производства, но в тот миг они пахли как обещание райского сада. Ты спала так безмятежно, что я невольно замер, боясь нарушить эту картину: розовый лотос, лунный свет, и этот упрямый завиток волос у виска, который так и хотелось поправить… но я сдержался. Пусть магия продлится ещё минуту.
       Тени ресниц отдыхали на этих зоревых щёчках. Дыхание едва колыхало простыню. Где-то далеко шумел Ивановский тракт, суета  малолитражек и большегрузных машин. Но здесь, в этой комнате, время остановилось. Я запомнил всё: изгиб локтя, прядь волос, упавшую на плечо, и тонкий шлейф жасмина и мускуса — будто сама ночь решила шепнуть мне что-то сокровенное.