О точности языка

Мы думали, точность — как скальпель в руке,
Как буква у буквы, как гвозди в доске.
Но слово, с которым мы шли на «ты»,
Внезапно открыло нам две пустоты
На месте, где должен быть смысл.

Ты говорил: «инструмент и поэт»,
Мы спорили, был ли к вопросу ответ,
И каждый термин, блестящ и лих,
Ломался о воздух двоих
Там, где рождалась речь.

А точность, она — как эхо в горах:
В ответ на «добро» вернётся  во мхах
«Орбод».
Зеркально, почти, но сбился мотив,
И вот уже мы, слова отпустив,
Стоим в тишине вдвоём.

Язык наш — не призма, не ровный кристалл,
Он трещину дал там, где свет нарастал.
И в эту щель, как трава из камней,
Влезает живое, клубами змей,
Дышащее, как пробел.

Мы думали, точность нужна для того,
Чтоб миру своё диктовать естество.
Но мир оказался хитрей и нежней:
Он точность размыл до простых падежей
И нас посадил у костра.

Сиди, говорит. Говори, говорит.
И точность меж пальцев своих разотри.
Заслуги — неважно. Важнее одно:
Чтоб слово, как яблоко, стало томнО
От спелости. И сочно.

Так дай ему быть не совсем о ручье,
Не точно о свете, не строго в луче,
А так — с придыханьем, с ошибкой внутри.
Язык наш точен на вкус — посмотри,
Как горек он. И как жив.