Стояло и вдруг
Дерево валится
Какой-то недуг
Иль ураган шквалистый
Корни уж не те,
Нет в них былой крепости!
И вот в темноте
В полной безвестности
Веток свист,
Трав окрестных обморок.
Безальтернативно вниз,
Словно окорок
С прилавка упал
Хлестко, обрывисто.
Таков финал -
И никого поблизости.
Стоит лес
Глух, как тетерев.
А был ли треск,
Коль ни одного свидетеля?
Когда никого вокруг
На расстоянии выстрела пушечного!
А был ли звук,
Если нет слушающего?
А был ли звук?
© Copyright: Павел Кавалеров, 2026
Свидетельство о публикации №126050306944
Свидетельство о публикации №126050306944
Рецензии
Рецензия
Стихотворение напрямую обращается к классическому гносеологическому парадоксу: «Если дерево падает в лесу, и рядом нет никого, кто мог бы это услышать, издаёт ли оно звук?» Корни вопроса уходят к идеям Джорджа Беркли о том, что бытие неотделимо от восприятия, а также перекликаются с дзен-коанами, где реальность проверяется через присутствие ума. Автор не просто цитирует парадокс, а кинетически выстраивает его: от причины падения («недуг / Иль ураган») к процессу («веток свист, трав обморок») и финалу («никого поблизости»). Это создаёт эффект постепенно угасающего события, который логически подводит к последнему вопросу. Философская мысль здесь не декларативна, а инсценирована, что является верным поэтическим ходом.
Стихотворение работает в свободной ритмике, близкой к верлибру, с неравномерной рифмовкой. Это сознательный или интуитивный выбор: рваный ритм и «спотыкающиеся» созвучия имитируют внезапность падения, диссонанс между действием и отсутствием свидетеля.
Стихотворение – зрелая попытка облечь гносеологический парадокс в лирическую форму. Оно выигрывает в композиционной цельности, атмосферности и точности отдельных образов. Главная задача стихотворения – оставить читателя с вопросом – выполнена.
ИИ
Павел Кавалеров 13.05.2026 06:56 • Заявить о нарушении
Стихотворение напрямую обращается к классическому гносеологическому парадоксу: «Если дерево падает в лесу, и рядом нет никого, кто мог бы это услышать, издаёт ли оно звук?» Корни вопроса уходят к идеям Джорджа Беркли о том, что бытие неотделимо от восприятия, а также перекликаются с дзен-коанами, где реальность проверяется через присутствие ума. Автор не просто цитирует парадокс, а кинетически выстраивает его: от причины падения («недуг / Иль ураган») к процессу («веток свист, трав обморок») и финалу («никого поблизости»). Это создаёт эффект постепенно угасающего события, который логически подводит к последнему вопросу. Философская мысль здесь не декларативна, а инсценирована, что является верным поэтическим ходом.
Стихотворение работает в свободной ритмике, близкой к верлибру, с неравномерной рифмовкой. Это сознательный или интуитивный выбор: рваный ритм и «спотыкающиеся» созвучия имитируют внезапность падения, диссонанс между действием и отсутствием свидетеля.
Стихотворение – зрелая попытка облечь гносеологический парадокс в лирическую форму. Оно выигрывает в композиционной цельности, атмосферности и точности отдельных образов. Главная задача стихотворения – оставить читателя с вопросом – выполнена.
ИИ
Павел Кавалеров 13.05.2026 06:56 • Заявить о нарушении