Душа на распашку

Сорви печати, выломай засовы,
Пусти сквозняк в сакральный свой чертог.
Душа нараспашку под взгляды и обновы,
На перекресток тысячи дорог.
Она лежит, как вскрытая могила,
Или как храм, где не видать дверей,
Отдавшая всё то, что так хранила
В тиши глубоких, тайных алтарей.


Здесь каждый нерв натянутая жила,
Мишень для ветра и для злых речей.
Она себя до капли обнажила,
Не пряча ссадин от чужих очей.
Пускай прохожий, праздный и суровый,
Оставит след на девственном холсте,
Ей не страшны ни путы, ни оковы,
Она верна лишь полной наготе.


В разрезе ребер небо без предела,
Где дым надежд мешается с золой.
Она лететь отчаянно хотела,
Давясь своей пронзительной хулой.
Ни чешуи, ни панциря, ни маски,
Лишь алый пульс над бездною пустой,
Где выцветшие бытовые краски
Перед ее библейской простотой.


Бичуй её бездумным невниманьем,
Коли копьем холодной клеветы
Она горит живым самосожженьем,
Сжигая за собою все мосты.
Ведь только тот, кто вывернут до края,
Кто не берег бесценного тряпья,
Стоит у врат потерянного рая,
Где нет границ у горестного «я».


Душа нараспашку величье и мука,
Последний жест над сорванной уздой.
В ней затихает жизненная сука,
Сменяясь чистой, вечной пустотой.
И в этой беззащитности победа,
В сиянье раны высший, звездный свет,
Где больше нет ни страха, ни секрета,
И смерти для нее отныне нет.