Деяния апостолов. 25 - 28

Глава 25.

Фест, приходя в должность, через три дня отправился из КесарИи во Иерусалим. Тогда первосвященник и знатнейшие из иудеев явились с жалобою на Павла к нему и убеждали его, с просьбой, чтобы он, милующе, сделал: вызвал Павла во Иерусалим; и его же злоумышляли убить на дороге. А Фест отвечал, что содержится этот Павел в КесарИи да под стражею, и что он сам скоро отправится туда. Итак, изрек же он, которые из вас могут, пусть пойдут с мною, и если есть что-то за этим человеком, его да обвиняют пусть. Пробыв у них
около восьми или десяти дней, в КесарИю возвратился, и в день следующий, сев на место судейское, да повелел Павла привести. А когда же он явился, стали кругом пришедшие из Иерусалима иудеи, принося на Павла мнозие и тяжкия обвинения, которых не могли доказать. Он же в защищение своё изрек: я не сделал преступления никоего же ни против иудейскаго закона, ни против храма, ни против кесаря. Фест, желая сделать угождение иудеям, изрек Павлу в ответ: хочешь ли идти да во Иерусалим, чтобы я там тя судил в этом? Павел изрек же: я стою перед судом кесаревым, где мне же и следует быть судиму. Я ничем иудеев не затронул, что и ты хорошо знаешь. Ведь, если я неправ, да сделал что-то, достойное смерти, то не отрекаюсь умереть; а если ничего того же нет, в чём меня сии да обвиняют, то никто не может выдать меня им. Прошу суда кесарева. Тогда Фест, поговорив с советом, да отвечал: ты испросил суда кесарева, к кесарю и отправишься. Через дней несколько же царь Агриппа приехал с Вереникою в КесарИю поздравить Феста. И вот так, что они же мнозе дней провели там, то Фест предложил царю Павлово то дело, говоря: здесь человек есть, оставленный Феликсом в узах, на коего же, в бытность мою во Иерусалиме, с жалобою явились первосвященники да старейшины иудейские, с просьбой его же осуждения. Отвечал я им, что у рИмлян нет обыкновения выдавать коего-то человека на смерть, прежде нежели да обвиняемый возымеет на лицо обвинителей, да получит свободу защищаться против обвинения. Когда они же на место сие да пришли, то, без всякаго отлагательства, в день следующий, сел я на судейское место да повелел привести того человека. Его, да обступив, обвинители не представили ни одного из обвинений, коие да предполагал я; но они же имели некие споры с ним об их Богъпочитаньи и о Коем-то Иисусе умершем, о Коем Павел утверждал, что Он живый. Затрудняясь в решеньи этого же вопроса, я изрек: хочет ли он идти да во Иерусалим и там быть судимым в этом? А оттого что испросил Павел, чтобы он оставлен был на рассмотрение Августово, то я велел содержать его да под стражей до тех пор, когда пошлю его к кесарю. Агриппа рек же Фесту: и я хотел бы этого человека услышать. Завтра же, отвечал тот, его да сможешь услышать. В день следующий, когда Вереника и Агриппа пришли с великою пышностью и взошли в помещение судейское с тысяченачальниками и знатнейшими горожанами, приведён был по Феста приказанию Павел. И Фест изрек: царь Агриппа, преостающиеся все с нами мужИ! вы видите того, да против коего же все множество иудеев приступали к мне же во Иерусалиме да здесь, и кричали, что ему не должно более живым быть. Но я нашёл, что он не сделал ничего, достойнаго смерти; а оттого что он сам испросил суда у Августа, то я решился и прислать его к нему. Я ничего же вернаго да и не имею напечатлеть о нём государю; посему привёл его да перед вас, а особенно, царь Агриппа, перед тя, чтобы, по рассмотренье, да было бы мне что напечатлеть. Вот так, кажется мне же, нерассудительно узника выслать и не представить да обвинений на него.


Деяния апостолов гл. 26

Агриппа Павлу изрек: те да позволяется так есть вещать за ся. Тогда Павел, простёрши руку, вещать стал в свою защиту: царь Агриппа! почитаю ся счастливым, что сегодня перед тобою могу в всём защищаться, и в чём меня обвиняют иудеи, тем более, что ты знаешь все да обычаи и спорные мнения иудеев. Так что тя и прошу выслушать меня великодушно. От юности моей жизнь мою, коюю я вёл сначала между моего же народа во Иерусалиме, все иудеи знают; от дальних времён о мне же знают они, если захотят, свидетельствуя, вещать, что я жил фарисеем по строжайшему в нашем верованьи учению. И нынче я стою перед судом за чаяние моё на обетование, вверенное от Бога отцам нашим, коего же исполнение уповают увидеть дюжина колен наших, служа ревностно Богу и день и ночь. За сие-то, царь Агриппа, упование меня обвиняют иудеи. Что же? Неужели вы невероятным почитаете, что Бог воскрешает мёртвых? Правда, и я так думал, что жить должно мне же, мнозе действуя против Христа Назорея Иисуса имени же. Это во Иерусалиме я и делал: получив власть от первосвященников, я мнозих святых заключал в темницы, и, когда их убивали, я голос подавал на то; да по всем синагогам я не единожды их мучил и принуждал ругать Иисуса и, в чрезмерной против них ярости, преследовал даже и в чужих
городах. Для сего же, в Дамаск идя со властью и поручением же от первосвященников, в полудни же на пути я увидел, государь, свет сверху, превосходящий солнечное сияние, коий осиял меня и шедших с мною. Все мы упали на землю, и я услышал голос, вещающий мне же на языке еврейском: «Савл, Савл! что ты Меня преследуешь? Трудно те идти против рожна». Я реклъ: «Кто Ты, Господь?» Он отвечал мне же: «Я Иисус, Коего ты преследуешь. Но встань и стань на ноги твои; оттого что Я за сим и явился те, чтоб да поставить тя и служителем и свидетелем того, что ты видел и что Я открою те, тя избавляя от народа иудейскаго и от язычников, к коим теперь Я отправляю тя, им глаза открыть, чтоб да обратились они же от тьмы к свету и от власти сатаны к Богу, и верою в Меня прощение грехов получили и выбор с всеми освящёнными». Оттого же, царь Агриппа, Павел, то есть я, видению свыше не вспротивился, а сначала так есть жителям Дамаска и Иерусалима, потом всей земле иудейской и язычникам проповедовал, чтоб покаялись они же, и к Богу да обратились, дела творя, покаяния так есть достойные. За это иудеи схватили меня в храме и покушались растерзать. Но, да получив помощь от Бога, я стою и до сего дня, великому и малому свидетельствуя, ничего ж не вещая, кроме того, о чём пророки и Моисей рекли, что это будет, то есть, что возымел мучения Христос, да и восстав первый из мёртвых, возвестить свет народу иудейскому и язычникам. Когда же он так защищался, Фест громким голосом изрек: Павел! безумствуешь ты, доводит тя учёность большая до сумасшествья. Нет, достъпочтенный Фест, изрек же он, без всякого безумства я вещаю слова истины и здравого смысла. Оттого что знает об этом царь, перед коим и вещаю смело. Я отнудь не верю, чтобы от него что-то из сего скрыто было; ведь это не в углу да происходило. Веришь ли, царь Агриппа, пророкам? Знаю, что веришь. Агриппа Павлу изрек: ты немнозе не убеждаешь меня сделаться Христианином. Павел реклъ: Бога бы молил я, чтобы мало ли, мнозе ли, не только и ты, но и все, слушающие меня сегодня, сделались такими, точно я, кроме этих уз. Когда изрек это он, царь и правитель, Вереника и сидящие с ними встали; и, отойдя в сторону, совещались между собою, что этот человек ничего, достойнаго уз или смерти, не сделывает. Да изрек Фесту Агриппа: можно было бы освободить этого человека, если да бы он не испросил суда у кесаря. Посему правитель и решился к кесарю выслать его.


Деяния апостолов гл. 27

Когда решено было нам плыть в Италию, отдали тогда Павла также и неких других узников сотнику августова полка, именем Юлию. Мы взошли на Атрамитский корабль и около асийских мест плыть намереваясь, отправились. С нами Аристарх был, македонянин из Фессалоники. В день следующий пристали к Сидону. Юлий, с Павлом поступая человеколюбиво, да позволил ему сходить к друзьям и вспользоваться их помощью. Отправився оттуда, пришли мы в Кипр, из-за причины противных ветрОв, и, море да проплывая против КиликИи и ПамфИлии, пришли в Ликийские МирЫ. Там сотник нашёл александрийский корабль, плывущий в Италию, и дал сесть нам на него. Дни же мнозие медленно да плавая и едва поравнявся с КнИдом, из-за причины неудобнаго же нам ветра, подплыли к Криту мы при СалмОне же. С трудом пробрались мимо него, да пришли к одному месту, называемому Пристани же Хорошие, около коего стоял
город ЛасЕя. Но оттого что да пост прошёл и прошло довольно времени же, и рискованным плавание стало, то советовал Павел, вещая им: мужИ! я вижу вОт что, будет плавание с затруднениями и с большим вредОм так не только и для груза и лодии, но и для жизни же нашей. А сотник более доверял кормчему и начальнику лодии, нежели да Павловым словам. А из-за того, что эта пристань не приспособлена была к зимовке, то давали мнозии совет отправиться оттуда, чтобы, если можно, дойти до ФИника, пристани ж критской, лежащей против юго-западнаго да и северо-западнаго же ветра, и там перезимовать. Подул ветер южный, и они же, мысля, что уже хотимое да получили, отправились, да плыли поблизости Крита. Но вскоре вдруг поднялся напротив него бурный ветер, называемый эвроклидОн. Корабль схватило так, что он ветру не мог противиться, и мы носились, волнам же отдався. И, набежав на один островок, называемый Клавдой, мы едва могли лодку удержать. Подняв её, стали применять пособия и лодку обвязывать; боясь же, чтобы не сесть на мель, спустили парус и таким образом носились. В день следующий, мы из-за причины сильнаго обуревания, начали выбрасывать груз, а на третьем дни же своими руками побросали вещи с лодии. Но оттого что и мнозии дни же не видно было ни солнца, ни звёзд и продолжалась буря немалая, то наконец исчезало всякое упование к нашему спасению. И вот так, что долго же не ели, то, став в окруженьи их, изрек Павел: мужИ! нужно было бы меня же слушаться и не отходить же от Крита, чем бы да избежали сих затруднений и вредА. Теперь, однако, убеждаю вас ободриться, оттого что ни одна из вас душа не сгинет, а только корабль. Оттого что Ангел Бога, Коего же и я есть, и Коему служу, мне же в эту ночь явился и изрек: «Павел, не убойся! те должно да предстать перед кесаря, и вот, Бог даровАл те всех плывущих с тобою». Посему ободритесь, мужи, оттого что Богу верю я, что будет так, коим образом мне ж да изречено. Нам должно быть выброшенными на коий-то остров. В четырнадцатую ночь, когда были мы носимы в море Атриатическом, корабельщики в полунОчи сообразив, что да подходят к коей-то земле, и, вымерив глубину, нашли 37 метров; потом на малом расстояньи, вымерив вновь, нашли 28 метров. Боясь, чтобы не сесть на каменистые места, бросили четыре якоря с кормы, и ждали дня. Когда ж корабельщики хотели да убежать с лодии, спуская на море лодку, делая вид, будто хотят бросить якорЯ с носа, изрек Павел сотнику да воинам: если они же не останутся на корабле, то вы не сможете спастись. Тогда воины отсекли у лодки верёвки, и она упала. Перед наступлением дня настаивал Павел принять пищу всем, вещая: в сей день две уже недели, когда вы, ждущие, остаётесь без пищи, не вкушая ничего. Так прошу вас принять пищу: это вслужит к сохранению вашей жизни же; оттого что ни у кого да из вас не сгинет же и волос с головы. Изрек это и, взяв выпечнОе, он возблагодарил Бога перед всеми и, разломив, есть начал. Тогда и все да ободрились, пищу приняв. Нас всех было душ двести семьдесят шесть на корабле. Снедью насытився, облегчать стали корабль, выкидывая пшеницу в море. Когда же настал день, земли не узнавали, а усмотрели только некий залив, берег имеющий отлогий, к коему и решились, если можно, да пристать с кораблём. И, якорЯ подняв, вышли в море и, рули развязав, да подняв малый парус по ветру, держали к берегу. Встряли на косУ, и сел корабль на мель. Нос увяз и остался недвижим, а корма разбивалась силой волн. Воины согласились было умертвить узников, чтоб кто-то, уплыв, не убежал. А сотник, Павла хотя спасти, их да удержал от сего же намЕрения, и велел умеющим плавать первым броситься, и на землю выйти, прочим же спасаться и кому ж на дОсках, а кому ж на чём-то от лодии; и таким образом все спаслись на землю.


Деяния апостолов гл. 28

Спасшись же, с Павлом те, кто были, узнали, что остров - Мелит называется. Иноплеменники явили нам немалое человеколюбие, оттого что они ж, да из-за причины дождя и холода, коие случились, развели огнь и прИняли нас всех. Когда же набрал Павел множество хвороста и клал на огнь, тогда ехидна, выйдя из-за жара, повисла на руке его. Когда же увидели висящую на руке его змею, иноплеменники рекли друг другу: верно этот человек — убийца, когда же у него, да спасшегося от моря, суд Божий отнимает жизнь. Но он, стряхнув змею в огнь, не испытал никоего же вреда. Так они же ждали, что у него да будет воспаление, или он внезапно упадёт мёртвым; но, ждали долго, а увидя, что с ним не произошло беды никоей, переменили мысли и рекли, что он Бог. Близ того же места были поместья начальника острова, именем Пуплиа; он принял нас и три дня угощал дружелюбно. Отец Пуплиа лежал, мучаясь горячкой да болью в животе; взошёл к нему Павел, помолился и, воздвигнув на него свои руки, его же и исцелил. За сим событием и прочие на острове, да болезни же имеющии, приходили, да Павлом были все исцеляемы, и являли нам почести же мнозие и при отъезде снабдили нужным. Через три месяца мы отплыли на Александрийском корабле, называемом ДиоскУры, коий зимовал на том острове, и,
приходя в Сиракузы, пробЫли там три дня. Оттуда же отплыв, пришли в РИгию; и когда через день да подул ветер южный, пришли на вторый день в ПутеОл, где нашли братьев, да были упрошены пробыть у них семь дней, а потом пошли в Рим. Братья тамошние, услыша о нас, вышли нам навстречу до Аппиевой площади и трёх гостиниц. Увидев их, Павел, возблагодарив Бога, ободрился. И когда же мы в Рим пришли, то сотник передал узников военачальнику, а Павлу было да позволено быть особо и с воином, стерегущим его. Через три дня же созвал Павел знатнейших из иудеев и, когда сошлись они же, вещал им: братия и мужИ! не сделав ничего да против народа или отеческих обычаев, я в узах из Иерусалима предаваем в руки рИмлян. Судив меня, они же освободить хотели, оттого что нет в мне же никоей вины, достойной смерти; но оттого что иудеи противоречили, то я принуждён был суда у кесаря испросить, впрочем, не с тем, чтоб обвинить в чём-то народ мой. По этой причине же я и призвал вас, чтобы увидеться и сообщаться с вами, ведь за упование израилево да обложен я этими узами. Ему они же отвечали: нам ни текстов из Иудеи не присылали, ни из приходящих братьев никто не известил о те и не реклъ худого чего-либо. А впрочем, желательно нам слышать же от тя, коим образом ты мыслишь; оттого что известно нам, что о ученьи этом спорят на месте всяком. И, назначив день ему, очень мнозие к нему в гостиницу пришли; и он от утра в теченье дня так есть до вечера им же учение извещал о Божием Царствьи, приводя свидетельства и их да удостоверяя о Иисусе из закона Моисеева и пророков. Убеждались одни же словами его, другие так есть не верили. Да быв не согласны между собою, они же уходили, тогда Павел провещал следующие слова: Святый Дух хорошо вещал отцам нашим через пророка Исаию: к народу сему пойди да и скажи: слухом услышите, и не уразумеете, и очами смотреть будете, и не увидите. Ведь огрубело сердце людей сих, и ушами с трудом слышат, и очи свои сомкнули, да и не узрят очами, и ушами не услышат, и не уразумеют сердцем, и не обратятся, чтобы Я их исцелил». Итак, да будет вам известно, что Божие спасение язычникам прислано: они же и услышат. Он когда изрек это, иудеи ушли, мнозе споря между собою. И на своём иждивеньи проживал Павел целых два года и принимал всех, приходящих к нему, проповедуя Царство Божие и уча их о Иисусе Христе Господе с всяким дерзновением невозбранно.