Босая за твоим дыханием

Мир выцвел до сепии, до тонких газетных строк,
А ты — мой единственный яркий и верный слог.
Когда города надевают холодный, седой гранит,
Я знаю: во мне твоё сердце ровно и в такт стучит.
И если судьба расчертит карту иных дорог,
Где каждый причал туманен и каждый порог жесток —
Мне не нужны ни атлас, ни свита, ни сапоги,
Лишь бы коснуться ладонью твоей руки.

А я пойду босая за тобой...
По острым углям, по колючей, густой траве,
Пока качается небо в лазурной своей синеве.
Пусть камни вослед кричат, что я так хрупка,
Но в шторм любой меня держит твоя рука.
Я сброшу обувь, как сбрасывают печаль,
Мне прошлых дорог ни капли теперь не жаль.
Ступни согреет земля, если ты идешь впереди,
И компас мой спрятан слева, в твоей груди.
Ты — мой покой, мой берег и мой причал,
О чем бы я ни молилась, о чем бы ты ни молчал.
В тебе столько света, что хватит на сто планет,
И в каждой из них я найду твой знакомый след.
Пусть ветер срывает платок и сечет лицо,
Любовь — это наше незримое, вечное кольцо.
Я чувствую кожей тень твоего пальто,
И так, как ты, не посмотрит уже никто.
Если ты скажешь: «Путь предстоит в туман»,
Я не спрошу, где правда, а где обман.
Я просто шагну за порог, за предел, за край,
Ты только меня, пожалуйста, не отпускай.
Босыми ногами — по росам, по льду, по снам,
Деля эту долгую зиму на нас двоих пополам.
Мне не страшно озябнуть, не страшно совсем упасть,
Пока надо мною твоя ласковая власть.

Когда мы дойдем до точки, где гаснет свет,
И время сотрет за нами последний след,
Я так же прижмусь к плечу, не считая ран,
Пройдя сквозь года, сквозь боль и сквозь океан.
Ведь счастье не в блеске золота и парчи,
А в том, как ты тихо шепчешь в моей ночи.
Я пойду за тобой босая...
Сквозь тысячи «нет» и «нельзя»,
Потому что вся жизнь моя — это ты. И твои глаза.