фрагмент 3

А по утру она проснулась
И не могла в том доме усидеть.
С правдою она соприкоснулась,
Решила в доме не сидеть.

Она пошла с горы к речушке.
Укутавшись, пакетик взяв.
Там на окраине у деревушки
Смотрела на весны той нрав.

Она цвела и распускалась,
Под солнцем, кутаясь в туман.
Она ей искренне казалась,
Одетой в русский сарафан.

Как много счастья, много света
Дарило солнышко тогда,
Она там шла помеж букета
Хоть грусть сквозила иногда.

Она умом то понимала,
Сегодня уезжает ведь.
Ну, а душа то знала
Не стоит ей жалеть.

Быть может этот день подарит
Ей то, что не было все дни
И тот, что друг теперь товарищ –
Честностью себе себя верни.

Она смотрела по дороге
Игру прекрасных двух лучей
И будто в этом диалоге
Он говорил ей: – Я ничей.

Она пришла на место,
Где явный был проход
Без прохождения и квеста,
К реке был сход.

Она на берег вышла.
Весь берег был в камнях.
В дали виднелась крыша
На солнце и в ветвях.

Она на камушки ступила,
К реке направив взгляд.
В её журчанье уловила –
Есть огненный заряд.

Она стояла и внимала,
Что воды ей несли.
Она ей будто напевала
О радостях земли.

На камень посреди воды ступила,
Смотрела в воду, в глубину.
Она так делала, любила…
Любила в свете тишину.

Сверкнул кальцит средь толщи.
Всё поняла – то знак.
И сколько было мочи –
Извлекла, зажав в кулак.

С речушкой той поговорила,
Благодаря её за всё.
С облегченьем уходила,
Пакет камней несла с росой.

К горе опять вернулась
И, внутренне себя спросив,
В признание уткнулась,
Её ждёт собственный архив.

Поняла, что в этом месте
Ей надо на гору пойти.
И где-то метрах в двести
Себя тогда найти.

Она взошла. Нашла там место,
Где виден был простор
И, если честно,
Радовался взор.

Она взяла и поснимала,
Чтоб помнить иногда
О том, что здесь бывала,
Покидая взором города.

Она ещё смотрела.
Смотрела вдаль туда,
Где речка холодела
Хоть не было в ней льда.

Она текла в пространстве
Меж сопок местных – гор.
И было в этом царстве
Знакомый ей узор.

Она ещё внимала
И думала «ну, где?»
Она то увидала
Не в мыслях, не в воде…

Себя ещё спросила
И поняла тогда,
Здесь в выси бороздила
Недавно – вот она вода!

Взяла и записала
В блокнот что принесла,
Что в местности летала –
За осознанием сюда пришла.

На ветку дерева в обрыве
Спустилась птица и глядит.
И в истинном её порыве –
Будто молча утвердит.

Та птица необычной
Для взгляда ей была.
Будучи там экзотичной –
Камеру взяла.

Но птица не хотела
Ей в кадр попадать,
На другую ветку села
И стала ожидать.

Когда она узнает,
Когда она поймёт,
Что птица та желает,
Зачем её ведёт.

Что-то ей сказала,
Та поняла тогда –
Видом подавала
Следуй, мол, сюда.

Камней пакет схватила
И поднялась она.
Птица следом очутилась
На дереве и за собой вела.

Она не улетала,
Ждала, звала её.
Героиня успевала
За птицей, что поёт.

И вот сидит на ветке,
Чего-то говорит.
И будто в этой метке
Ей что-то предстоит.

Она поосмотрелась:
Деревья и осенняя листва.
Птица никуда не делась,
Общение возобновя.

Ей что-то говорила,
И много, много так,
Но что не уловила,
Подумала «пустяк».

Стоит и размышляет:
Развалин от дольмена нет.
Но тело ощущает
Радости портрет.

Ни запаха герани,
Ни мудрецов здесь нет.
Но что-то есть на грани,
Как будто бы автопортрет.

Как будто бы на поляне
В лесу себя нашла,
Но это одеянье
Она не облекла.

Лишь только во грудине,
Где сердце у неё,
Горело в середине –
Это твоё, твоё!

Она там походила,
Визуал ища,
Но сердце говорило
«Иллюзия тоща».

Тогда пошла обратно.
Душа её вела.
И было ей занятно –
Пришла, откуда и ушла.

На смотровой стояла,
Смотрела вниз, туда,
Недавно где гуляла:
Вернётся ли сюда?

Она себя то знала,
Что расставанье не легко
И мыслью понимала
Как сбудется всё то.

Обычно были слёзы,
Как омовение ручья,
Но в эти грёзы
Знать не ведёт ладья.

Пришла домой, поела
(Впервые за те дни).
Ведь раньше не хотела,
Горели в ней огни.