Комедия Часть 1

Комедия.... Часть 1


Комедия — и сердце рвёт на части,
И смех звенит, как лезвие в груди.
Мы в ней живём без воли и без власти,
И каждый шаг — как рана впереди.

Слова легки — рассыплются, как пепел,
Но в них огонь, не знающий конца.
И шуткой той, что брошена на ветер,
Мы губим тихо близкие сердца.

Как странно — плакать, прячась под улыбкой,
Когда вокруг один заучен смех.
Где правда стала будничной ошибкой,
А боль — игрой, удобною для всех.

И ты смеёшься — ровно, без причины,
Как будто всё давно предрешено.
Но в этом звуке — трещины, глубины,
Где сердце было сломано давно.

Комедия… без права на спасенье,
Без занавеса, крика и суда.
Где, сняв лицо, увидишь отражение,
Которого не знал ты никогда.

И вдруг поймёшь: не ты играл на сцене —
Тебя вели, как тень, издалека.
И жил не ты — а голос в каждой вене,
Что за тебя решал исподтишка.

И свет погас — и пустота без края,
И тишина становится сильней.
И правда — не высокая, не злая,
А просто боль, оставшаяся в ней.

Мы жили так — в чужих словах и жестах,
Где каждый день — как выученный текст.
И каждый крик терялся в этом месте,
Где нет ни правды, ни живых побед.

И в этом фарсе, точном до предела,
Где смех звучит, как звонкая стена.
Мы потеряли главное — несмело;
Сказать: Вот жизнь. И мне она нужна.

Но нет — опять поднимутся подмостки,
И снова лица тянем, как броню.
И в новой лжи, холодной и неброской,
Мы проиграем истину свою.

Комедия… но кровь в её основе;
И сердце бьётся, требуя ответ.
Зачем искать спасение в каждом слове,
Когда спасенья в слове больше нет...

И нет ответа — только эхо сцены,
Глухое, как оставленный вокзал.
Где уходили души без замены,
И каждый в тишине себя терял.

И в этой тьме, как за рампой опустевшей,
Когда софит погас, как ложный свет.
Вдруг проступает голос, не успевший;
Солгать себе за столько долгих лет.

Он тих и прям — без пафоса и роли,
Без выученных жестов и имён.
В нём нет ни страха, ни чужой неволи —
Лишь правда та, что пряталась в нём.

И ты стоишь — уже не в маскараде,
Не в зеркалах чужих и жутких лиц.
И больше нет нужды в чужом наряде,
И нет границ — и нет былых границ.

И сердце — не разорвано, а вскрыто,
Как книга, что читалась наугад.
Где каждая строка была забыта,
Но каждая вернулась, как возврат.

И боль — уже не крик, а осознание,
Не суд, не казнь, не сцена напоказ.
А тихое, как утро, покаяние,
Где жизнь впервые смотрит прямо в нас.

И если смех — то чистый, без надрыва,
Не как укрытие от пустоты.
А как дыханье, ясное порыва,
В котором нет ни лжи, ни суеты.

Так завершается беззвучно драма —
Не громом, не падением кулис.
А тем, что ты выходишь из обмана;
И больше не сыграешь им на бис.....




1996 год Аргентина