Два голоса

Когда я слышу в сумерках сырых
Два голоса, звенящих в унисон,
Мне кажется, что мир в основе тих,
Но ими, как пчелиный улей, полн.

И первая, ещё без слов, строка,
Как бабочка на цоколе сыром,
Дрожит. И детская вспорхнёт рука,
Поймав её невидимым сачком.

Сквозь мокрые деревья и песок,
Сквозь лепет глинозёма и воды,
Я различаю тот простой звонок —
Предвестие грозы или беды.

Они растут. И каждый новый рост —
Ожог на сердце, сладкая беда,
Сдвигающая рёбра старых звёзд,
Чтоб нам с тобой не гаснуть никогда.

Их сон — как сад. В нём яблоки висят
В той тяжести, что перед сентябрём.
И я ловлю их беглый детский взгляд,
Боясь ослепнуть под таким огнём.

Не потому ль, что я и сам был тих,
И падал в травы, и боялся тьмы,
Сейчас такое счастье видеть в них —
Своё бессмертье, взятое взаймы.

И, покидая этот белый свет,
Оставив глину тела своего,
Я стану не ничем, а детским «нет»
И вечным «да», рождённым из него.