Свидетель

Я помню звук удара.
Гвоздь входил
в уже пустую плоть —
и тишина росла тысячекратно.

По склонам мёртвым
только ветер
не смог уйти —
и сам себя вернуть обратно.

И Суд.
Он не прошёл —
он врезан, как металл,
в надгробье бытия — где нет ни слов, ни даты.

И я стою —
не оправданный,
и не имеющий вины —
и потому не подлежащий плахе.

Где благодать —
лишь краткий ток,
и каждый день сведён к исчезновенью,
к пустому повторенью, —
моё дыханье
есть признание того,
что больше не живёт
и не подлежит спасенью.

Я видел.
Свет прожёг мне зренье
до той черты,
где видеть — значит больше не смотреть.

И я остался —
как след,
как тень крыла,
которой больше некуда лететь.

Нет ни имён.
Ни голосов.
Ни тех, кто мог бы их назвать —
или ответить.

Я расколол своё проклятье,
рассыпав в пыль —
как звёзды, что уже не светят.

Иду.

Не избран —
но и не отмечен.
Не выбран —
только изгнан
в ту отражённую пустыню,
где нет ни лиц и ни причин,
и где ничто уже не держит,
и нечему упасть.

Капкан.

И всё стянулось в точку —
тянет в пустоту,
в распад, лишённый направленья,
как сердце, ставшее воронкой,
втягивающей мир назад —
без памяти и отраженья.

Песок и ветер.
Я иду,
в плащ завернувшись —
в никуда,
без цели и без сожаленья.

Всё те же сверху Небеса —
всё ждут меня.

Но я — один.
И время больше не идёт за мною.

В ад.