что им разговаривал Ленин

Его царапали безжалостно гвоздями,
Глаза завесив грязным кумачом,
Плевали и топтали сапогами,
И обзывали красным палачом.
А он им нёс свободу и прозренье,
И веру в светлую и радостную жизнь,
Но получил в награду лишь глумленье,
Да от «товарищей» ещё, пинок под дых.
Неистово кричали фарисеи,
Шпион германский, рыжий сатанист!
А он лежал безмолвно в мавзолее,
Положенный же ими, коммунист.
Вот вторят фарисеям демократы,
Вдруг божьей милостью прозрев и осознав,
В нём искусителя признали, ренегаты,
Глаза ему окурками замяв.
И в назиданье будущему племю,
Ведь каменного не сожжешь в огне,
Бульдозером срубили под колени,
И закапали в каждом «кишлаке».
Теперь мы в поиске, в безверье ищем бога.
Чтоб все грехи он искупил за нас,
А там и крест, и дальняя дорога,
И горка, и златой иконостас.
И слёзы умиленья, и поклоны,
И клятвы, и молитвы, и хула
И жертвоприношенье, и ОМОНы,
И храмы на крови, и купола.
И не видать конца землевращенью,
А значит, искусители нужны,
Чтоб им воздать, за наше искушенье,
И к богу в рай, бегом, «задрав штаны».


Встань Ильич из могильного мрамора
Вознесись словно спас на крови
Бес тебя моя Родина камера
Зек народ, а в конвое они
С кем боролся, кого ненавидел
Сквозь года проросли как репей
И с кремлевских подмостков я видел
Плюрализм свой струят на людей
Встань Ильич и пройдись по России
Разве это ты нам завещал
Всё что было, проели, пропили
Голод холод запой и развал
Люд голодный в дугу загибая
То кнутом, то куском колбасы
Довели нас до ада до края
Дальше жить так нельзя помоги
Дай отпор словоблудью собачьему
В нашей верной газете «вперёд»
Заступись за народ одураченный
Обмишуренный Русский Народ.


Наши будни
Уносятся вдаль
Журавлиной клюкой.
Иссекает из памяти
Ссадины
Вечности дождь.
Но встаёт из-за гор
И лесов
На Российский простор,
Наш великий и мудрый
Учитель,
Наставник и вождь.
Он спокоен и собран,
И прост,
И надёжен как сталь.
Без нужды не привыкший
Из ножен
Клинок обнажать,
Но судьба протрубила
Подъём
И тревогу, и сбор,
И набросив шинель
Он в строю,
И готов воевать.
Молчалив и спокоен
Он верит
как прежде в добро.
Нету силы такой
Чтоб могла
Его правду сломать!
Он кумир молодых!
Он в народе
На вечно герой,
 И Победа! и Слава!
И Гордость!
На Русских щитах.


Всюду хляби да болота
Да ухабы вдоль полей
Словно тихо
Плачет кто-то
Кремль, брусчатка, мавзолей.
Желтоглазые машины
Извиваются змеёй
В догорающей лучине
Лик колеблется святой
Покосившиеся двери
Толли плачут, толь поют
На кремлёвские качели
Свой елей прелаты льют
Тёмный вечер наклонился
Заглянул в моё окно
Где родился, пригодился
Так у нас заведено
Всюду хляби да ухабы
Да угрюмый в ряске мол
Словно тихо умер кто-то
Ленин.
Сталин.
Комсомол.


В городе своём
брожу одинокий,
извергнутый из стада божьего.
Коллективный разум
от страха убогий,
меня отвергает, на всех не похожего.
Но я, поднимаюсь,
по кручам к свету,
отвергнутый, но не сломленный.
Иного пути,
к свободе нету.
Только в борьбе, смысл подлинный.
У каждого,
Своя вершина заветная,
Кто-то стремится к камину и пледу,
А я начинаю своё восхождение,
К Человеку!
Владимиру Ильичу Ленину