Не печаль, но вознесённый прах,
Что граничит с высью синих облаков.
То не плач, но тихий, тёмный страх,
Возле радуги разбитых городов.
Я — земля, что к небу приросла,
Плоть, что стала легким парасто;м.
Горечь — та, что в высь переросла
И струится в мире непростом.
И горит она не пламенем, но тленом,
Тонкой нитью между скорбью и эфиром.
Эта грусть — не смерть, но отдаленье,
В теле — пустота, подобной миру.
О, печаль, что тянется к зарницам,
Что коренья в облака пустила!
В ней — не бремя, но законы силы,
Что тяжелым светом задавили.
И когда печаль устанет быть границей, —
Растворится в бесконечном теле.
Станет небом, что было обителью,
Станет вечностью, что была той целью.
Ни печаль, ни радость, ни тревога —
Только синь, протяжная и чистая,
Небеса, смотрящие вновь сторого,
И земля, навеки с телом слитая.
Ни печаль, ни радость, ни тревога
© Copyright: Дария Никитина, 2026
Свидетельство о публикации №126050106387
Свидетельство о публикации №126050106387
Рецензии