Прощальное письмо

***С.М., той, которой больше нет***

Как в сорок третьем — перед боем, днём,
Сквозь копоть и застиранную тишь.
Не в новый мир, охваченный огнём,
А в прошлое, где ты еще молчишь.

Мне снилась наша треснувшая рама,
Где мы на фото — не разделены.
Ты помнишь? Помнишь, как твердила мама,
Что нас не разведут и две войны?

Не надо войн. Хватило одного
Разлома, а не братского ножа.
Ты вырвала из снимка своего
Лицо мое. Не дрогнула душа.

Я помню Крым. Застывшую смолу
На кипарисах. Соль на рукаве.
И как призналась тихо: «Я — люблю…»,
Прижав колени к мокрой голове.

Мы ели хлеб и спорили с тобой
О Гоголе — чей он, в конце концов?
И этот спор, не конченный, живой,
Лежит теперь в могилах у отцов.

Я думал, мы — две равные струны,
Два русла, что в одно должны сойтись…
Но камни с древней крепостной стены
На нас глядят. И нет дороги ввысь.

Я помню всё. И пачку сигарет,
Раздавленную на моем столе,
Когда в сети твой огненный «привет»
Желал мне сгинуть на чужой земле.

Твой новый бог — не вышел из прицела.
Твой новый гимн горчит, как та свирель,
Что здесь играет после артобстрела,
Когда на плечи давит, как шинель.

А ключ от дома, посланный тобой, —
Лежит теперь в коробке он, на дроне.
Благословила ты последний бой
Против меня. И тех, кто в этом стоне.

Не стану проклинать. Слова пусты,
Когда железо говорит с тобой.
Я видел, как сжигали здесь мосты,
А с ними — лодку, дом и мир. Чужой.

Я видел мальчика в прицеле той войны.
Он нёс кота в охапке, серого, в пыли.
Спросил: «Вы русский?» — и заплакал. — «Мы должны
Благодарить, — вы наконец пришли».

Я не за лозунги, не за снаряд —
За то, чтоб он с котом своим дожил
До дня, когда не страшно выйти в сад.
До мира, о котором говорил.

Я знаю: писем не читают те,
Кто в прошлое свое вонзает нож.
Но здесь, на выжженной дотла черте,
Где каждый шаг — обман, и правда — ложь,

Я сердцем верю, что из немоты,
Где был прилет — там не растет трава.
Но по ночам я всё шепчу в бинты
Тебе — той прежней — мертвые слова.

Пишу, не зная, как тебя назвать.
Чужая. Бывшая. Возлюбленная. Враг.
Храню в нагрудном, не умея спать,
Твой оберег. А не казённый флаг.

И если пуля с именем твоим
Меня найдет под небом ледяным,
Я упаду на землю — в этот дым,
Под это небо, что считал своим.

Последним жестом, из последних сил,
Сожму в руке не автомат, не крест —
Осколок фото. Что в груди носил.
Где мы вдвоем. Всё там же.
Вместе.
Здесь.

2024 — 01.05.2026

Залман Шкляр
https://t.me/zspoetry