Растаял снег, под ним останки голубей
Смердят тела, заваленные хлебной крошкой.
Мясная каша под ногами у людей,
К блаженству называемая дорожкой.
Толпа восторженно кричит и множит зверством жажду свежей крови,
В реке багровой тонут бездыханные тела.
А паренёк лет около пяти на это смотрит сквозь нахмуренные брови,
Не понимая, почему всех веселят ужасные дела.
Закрой глаза, мой юный друг.
Ты не обязан лицезреть чужое безрассудство.
Пускай пылает всё вокруг
И в головах пустых свирепствует ублюдство.
Не стоит пробовать на вкус такую гниль:
Она пьянит лишь обделённых.
После кровавых волн наступит штиль,
И к берегу прибьёт в порыве гнева унесённых.
И во;роны с небес, как уголь чёрных, бросятся на землю,
С лиц безымянных плоть сдирая, оставляя окровавленный оскал.
Гниль от корней стремилась к девственному стеблю,
Пока восторженно на это глупый мир рукоплескал.
Вой якорных цепей стал гимном паствы убиенной,
В смоле застывших тел едва ли слышен сердца стук.
Нет больше истины единственной и сокровенной,
Есть только доверху набитый золотом сундук.
10.01.2025
Свидетельство о публикации №126050103293