Из записных книжек 08

   

   Сегодня, в кои веки, наработался вдосыть и предстоящим выходным искренне рад.
   Тянет погулять по утренней столице и я, многогрешный, не вижу причин сопротивляться этому желанию.
     На станции Таганская прохожу мимо гипсовой статуи Иосифа Джугашвили, известного под кличкой Сталин.
    Статую лепили или впопыхах, или вредители, или доверили ради экономии студенту-прогульщику, но...
     Вождь воплощённый в гипсе больше похож на не очень похожего на Сталина актёра провинциального театра. Величия не ощущается от слова "совсем", выражение гипсового лица как у утомлённого кургузым бытом и отсутствием жизненных перспектив покорителя Москвы из Средней Азии, проживающего в переделанной под хостел трансформаторной будке.

   Тем не менее наблюдаю как гоажданка преклонных лет, опираясь на палочку, перебирается через невысокую оградку и возлагает к ногам вождя  скромный букетик, а далее целует ему левый туфель.
    По переходу бежит сотрудник охраны и громко возвещает:

   - Туфлю не целовать! Не целовать я сказал!

   Бабуля резво ковыляет в сторону выхода, а я приостанавливаю бойца-молодца в ладно сидящей форме вопросом:

   - Жалко что ли, или запрещено?

   - Да нет...

   Отвечает хлопчик тормознув и устало улыбаясь.

   - Гипс разрушается. Нас за это наказывают.

    Затем вынимает из разгрузки носовичёк и протирает пострадавшую от многочисленных поцелуев обувь бывшего генсека.

   - А Вы сами, если не секрет, как к Иосифу Виссарионовичу относитесь?

    Продолжаю я, многогрешный.

    - Да никак. Я его застал уже остывшим.

   - Говорят при нём порядку было больше.

   - Говорят, в Москве кур доят, а вот по Питеру куры ходят — экскурсии да хороводы водят.
    Извините, работа...

   Охранник ретиво уносится то ли прогонять от чего-то очередную старуху, то ли ловить террористов, а мне спешить некуда.
    Я включаю плеер и в наушниках задушевно напевает В. С. Высоцкий:

   "Товарищ Сталин, вы большой ученый —
в языкознанье знаете вы толк,
а я простой советский заключенный,
и мне товарищ — серый брянский волк.

За что сижу, поистине не знаю,
но прокуроры, видимо, правы,
сижу я нынче в Туруханском крае,
где при царе бывали в ссылке вы.

В чужих грехах мы с ходу сознавались,
этапом шли навстречу злой судьбе,
но верили вам так, товарищ Сталин,
как, может быть, не верили себе."

   Автор песни Юз Алешковский.