Мельница

(сказка)

Ветер рвёт большие крылья
Мельниц, громко хохоча,
Расскажу сегодня быль я.
Тихо капает свеча

На орлёную бумагу,
Буквы строятся в слова:
По глубокому оврагу
Разрослась чертых-трава.

Чуть заметная тропинка
Из села уходит в степь,
Где одна, как сиротинка,
Целый век должна скрипеть,

Громыхая жерновами,
Мельница. Там две зари
Дважды в день цветут над вами,
И воркуют сизари.

Старый мельник дружбу водит
С Солнцем, Ветром и Луной.
Разве это нынче в моде?
Модна дружба с сатаной.

И попробуй догадаться,
Кто тут Бог, кто сатана,
Право, разве стоит, братцы,
Разбираться. Ночь темна,

Звёзды светятся над степью,
Шелестит сухой ковыль,
Умиляюсь благолепью…
Стоп, продолжим баять быль.

В веник связан колкий ельник,
Дрын из молний руки жжёт,
Тёмной ночью старый мельник
Обметает небосвод.

Соскребает с неба пятна,
Звёзды сыплются в суму,
Вместе сложены опрятно –
Мало, снял ещё одну.

И спешит с приходом утра
Возвернуться вниз домой.
Расцветает белокудро
День над сонною Землёй.

Мельник утром спать ложится,
До обеда крепко спит,
Но не спит его сестрица.
Трётся жернов о гранит.

Меж камнями не пшеница,
Подсыпая в лунку Страх,
Ведьма – старая девица –
Мелет звёзды в жерновах.

Растворяет в глицерине
Пыль – искристую муку,
Кровь от этой смеси стынет,
Если выпить дураку.

Если выпьет пустомеля,
Онемеет в тот же час,
Минет целая неделя…
Не об этом наш рассказ.

Это зелье для влюблённых,
Жизнь вручивших ворожбе,
Личным счастьем обделённых,
Покорившихся судьбе.

Что ж, любовь не развлеченье,
Не забава, не игра,
Постоянное томленье,
Слёзы страсти до утра,

Ревность, мятая подушка…
Разве только в этом суть,
Если бросила подружка,
Ищут способы вернуть

Изменившую подругу,
Оголтело рвутся в бой,
Снова всё идёт по кругу,
Отзывается бедой.

Вам, влюблённые, советы
Я давать не стану, вы
Свято верите в приметы,
Порождения молвы.

Сплетни, слухи и наветы
Злые спутники любви,
Все великие сонеты
Были взрощены в крови

И в слезах убитой страсти,
Сколько рек слил океан
Смерти? Я хотел украсть их –
Всё не правда, всё обман.

Продают любовь за деньги,
Телом платят за гроши.
Ваши чувства всем до феньки,
Ты влюбился? – не смеши!

Но из года в год веками
Верят люди в чудеса,
Ежевёсно небесами
Светят ясные глаза

И не верят, что возможно
Чувства чистые предать,
Потому-то все безбожно
Будем к ведьмам мы взывать:

«Дай скорее злое зелье,
Чтоб любовь свою спасти».
Ах, любовь – игра, безделье –
Нынче чувства не в чести.

И покуда есть святоши,
Громыхают жернова,
Будто хлопает в ладоши
Вездесущий сатана.

Где искать любви спасенье
Знает каждый на селе,
Ты беги порой весенней
Прямо в степь, там на метле

Рядом с мельницей летают
Мельник и его сестра,
Звёзды на небе сияют
В ожидании утра.

Для того, чтобы добраться
В этот дальний уголок,
Предстоит вам ночью, братцы,
Обойти чертовский лог.

Дно оврага на два роста
Чертыхаем заросло,
Заблудиться очень просто,
Здесь в овраге правит зло.

Знают жители округи,
Полон бесами овраг,
Старшим над чертями, други,
Бес по имени Фарлаг.

Если путник ночью логом
Прогуляться из села
В степь захочет, встреча с рогом
Обеспечена была.

Веселится пёсье племя
Над пугливыми людьми,
Где найдёте в наше время
Храбрых, чёрт бы их возьми,

Удальцов, которым байки
Деревенских наших баб
До трёхструнной балалайки.
В страхе каждый из нас раб.

Неспроста попы с амвона
Нас стращают: «Буде суд».
Строчки Божьего Закона
Наши помыслы блюдут.

Тут политика простая,
Чем покорнее народ
Легче грабить, голодая
Затыкают крестом рот.

Церковь с властью у кормила –
Вот где Божья благодать,
Дураков Русь окрестила,
Чтобы с вас три шкуры драть.

Да и кто не побоится
Ошибиться, кабы знать,
Но не пашет землю птица
И живёт. Не надо ткать

Божьим странникам небесным,
Всё даётся им сполна.
Отмахнись знаменьем крестным
И работай дотемна.

Правят этим миром черти.
Так, вернёмся в лог степной,
Храбрость вы свою измерьте,
Приходите под Луной

Прогуляться по оврагу,
В зарослях чертых-травы…
Правду, правду на бумагу,
Слухи, братцы, не правы.

Только трусам в ночь глухую
Не советовал бы я
В лог ходить. Бесы шуткуют
Над такими. Лишь заря

Им в спасенье от позора,
Утром страхи не видны.
Это так, да только в пору
Им мочёные штаны.

На окраине деревни
Дом убогий пастуха,
Неказистый, очень древний,
Сверху сыплется труха.

Проживает одиноко,
За такого кто ж пойдёт –
Насмехаются жестоко,
Жизнь не сахар и не мёд.

По Весне беда случилась,
Гложет сердце пастуха
Ганка, ну скажи на милость
Не везёт же, что греха

Мне таить, красива Ганка,
Но спесива до чего ж,
Отказала парню. Ранка
Сердце гложет – не уймёшь.

Ублажить хотел цветами,
Да кому они нужны!
Деньги царствуют над нами.
Отношения сложны

Между Ганкой и беднягой,
Издевается она,
Бьёт кручина сыромягой,
Режет сердце, как струна.

По совету старой бабки
В степь решил сходить пастух.
Потирают черти лапки –
Попадётся в них лопух.

Удлиняет тени вечер,
Звёзды светят в небесах…
Но к чему пустые речи
О красивых словесах.

По дороге, вниз по логу,
В зарослях чертых-травы
Подловили бесы, к стогу
Прыгнул путник, вот и Вы

Обвинить готовы в страхе,
Но не дрогнет разве кто ж,
Пятна пота на рубахе,
А вокруг аж сорок рож.

Из травы виднеют рожки,
Для начала же игры
Замяукали, как кошки,
Кошки мартовской поры.

Шикнул в темноту сквозь зубы,
Палкой стукнул по траве,
Хлестанул рукою грубой
По рогатой голове.

У Фарлага только искры
Градом сыплются из глаз,
Заревел на все регистры,
Перейдя с альта на бас.

Хватка сталь – подобна кремню,
Держит чёрта за рога,
Бьёт Фарлаг копытом землю,
Блеет – жизнь ведь дорога.

Вот тебе и сказка, черти
Тоже видно жить хотят,
Придавил пастух, поверьте,
Как слепых давят котят,

Сатанинского Фарлага,
Как удавленник хрипит:
«Что тебе в овраге надо?
Отпусти, башка болит.

Сотворю любое дело,
Буду вечный тебе раб,
Моё тело онемело».
И слезой на руку кап.

Козопас ослабил хватку.
«Отвези, - он говорит, -
К ведьмакам меня». Загадку –
Этот жуткий монолит –

О причудах юной страсти
Разгадать мне не дано,
В чём удача, в чём несчастье?
Впрочем – это всё равно.

Обернулся Фарлаг птицей:
«Что ж садись, и в степь летим
К мельнику с его сестрицей,
Раз тебе так надо к ним».

Дух захватывает что-то
От полёта на верха.
Землю с птичьего полёта
Славлю строчками стиха.

До чего ж приятно сверху
Любоваться на огни,
Что внизу мерцают. Беркут
Тут летает, но они,

Два героя нашей сказки,
В этот очень поздний час
И не смотрят… Только маски
В рифму лезут мне сейчас.

Надо б знать – капризна рифма,
Вдохновенье, как назвать?
Скажут: муза, фея, нимфа –
Просто сказочная знать.

Я её назвал бы девкой,
Что с юнцов сбивает спесь,
Песней вольною с подпевкой…
Но вернёмся в небо, здесь

Есть простор, есть бесконечность,
Всё прекрасно без прикрас,
Только космос знает вечность,
Недоступную для нас.

Да и стоит ли стремиться
Удлинять свой грешный век?
Ускользает, как лисица,
Время. Ускоряя бег,

Оставляет время шрамы
На лице в виде морщин.
В небе, господа и дамы,
Нет ни женщин, ни мужчин.

Небо любит только смелых.
Облака словно меха,
«Не гони, как оголтелый,
Растрясёшь все потроха».

«Не сбивай, наездник, с ритма,
Ведь спешишь, наверняка,
Скорость чёрту, как молитва
Для тщедушного дьячка.

Разобьёмся так с тобою.
Вот уже слышны хлопки,
И над самою землёю
Ковыльковы хохолки».

Между звёздами кудесник
Небо шаркает метлой,
Месяц – ночи тёмной вестник –
Проплывает над Землёй.

«Мельник, можно ли спуститься?
Мне нужна твоя сестра».
А в ответ: «Моя сестрица
Не выходит со двора

С прошлой пятницы, сломала
Мне любимую метлу.
Плачет, только слов ведь мало.
Пусть хлопочет по двору».

На порог степного дома
Опускается Фарлаг.
Мне до боли так знакома
Ситуация. Дурак,

До безумия влюблённый,
Я просил, не зная сам,
Что прошу, но ослеплённый
Был готов звать к небесам,

И к иным другим мистериям…
Обманули чудака,
Видно кончилось доверье
К небу, к аду, к облакам.

А пастух, не отдышавшись,
Просит: «Бабка, помоги.
Без любимой мне оставшись,
Не видать навек ни зги».

«Что ж, - ответила старуха, -
Зелье я тебе отдам.
Что-то нынче слишком сухо,
Пригони-ка тучи к нам».

Эх, неволя пуще воли.
«Выручай меня, Фарлаг,
Нет сильней любовной боли,
Ведь в душе сплошной бардак».

«Ну, садись, пастух, скорее
На лохматую спину.
Что ты ждёшь, давай живее,
Полетим хоть на Луну».

Ветер свищет в тёмном небе,
Месяц выставил рога,
И не слышен птичий щебет.
Полетели на юга

Добывать для ведьмы тучи
Чёрт Фарлаг и наш пастух.
Высота! От страха пучит,
Высь захватывает дух.

Пролетая над горами
Видят, стадо облаков
Трётся мягкими краями
Так, что дождь идёт с боков.

Что смотреть на это диво?
Взял пастух плетёный кнут:
«Ну, пошли за мною, живо!»
Глядь, послушные плывут.

Оплывают гор вершины
И торопятся слегка,
А пастух, как по долине,
Гонит в небе облака.

Вот и мельница. Над степью
Капли первые дождя,
Эти струйки жадно все пьют.
Я ж за каплями следя,

Угадать хотел причину
Страсти, губящей людей.
Не познал, на дурачину
Мелкий дождик лей-лей-лей.

«Ну, старуха, я исполнил,
Как просила, твой каприз.
Видишь, сколько светит молний,
Режут воздух сверху вниз».

Делать нечего, колдунья
Покопалась в сундуке,
Дар достала полнолунья –
Десять капель в пузырьке.

Подскочил пастух к старухе,
Взял заветный пузырёк
С средством звёздным для присухи
И скорее наутёк.

Через год пошли пелёнки,
Пьёт с Фарлагом наш пастух,
Я же пробую силёнки
В стихоплётстве. Ходит слух,

Получил пастух невесту…
И сварливую жену,
За стихи же, если честно,
Я – позор на всю страну.

14.05-03.07.1999
Геннадий Моисеенко