я не ведал, что делаю

я не ведал, что делаю около сотни лет,
было всё: от хлопушек до рокеров на стене,
от невинных стишков до печально-унылых драм,
раз двенадцать кричал: «это всё, собирай чемодан»,
по дороге домой исходил близко тысячи троп,
где-то я преуспел, где-то этого так и не смог,
но плевать, в самом деле, зачем и когда нагрешил,

*улыбнулась луна, как большой полосатый Чешир* 

научился курить в своей комнате, как паровоз,
там же я изрыдал Иордан из мальчишеских слёз,
и истошно стонал, утопая в горячих руках,
там мой яблочный сад, переполненный бесами храм.
там последнее лето тех самых семнадцати лет:
банка пива, подъезд, на дороге оставленный скейт…
и с тех пор никогда я свободней ещё не дышал,
юность впилась в мой дух, как давно затянувшийся шрам.

с ностальгией в груди я иду в царство новых планет
и один огонек всё упрямо мигает во тьме,
но возможно уже, в самом деле, себя потерял,
в зеркале я всё тот,
но уже
почему-то
не я.

только сердце в груди отбивает свой правильный ритм,
столько боли внутри, что она там совсем не болит,
и вселяет надежду оранжево-желтый рассвет,
я найду выход там, где, казалось бы, выхода нет.
я умру среди скал, окруженный зелёной травой,
там, где сам Енарей будет тихо кружить надо мной,
под журчание ручья закрываю глаза в один миг,
вспоминается всё: сотни строк мной прочитанных книг,
мамин голос, когда мне мерещился монстр в углу,
только это забыть я уже никогда не смогу.

и тепло, и светло…
наяву самый радужный сон,
ящик мой был закрыт на надежный железный засов,
и вся жидкость в земле мило кормит голодных червей,
растворяется смесь из волос моих, мышц и ногтей,
а на следующий год — зарастет всё зелёным ковром,
и куда я исчез
уже больше
не вспомнит
никто.