Давным-давно

Давным-давно, придя домой с работы —
Бежали мне навстречу голоса,
Взбирались прямиком на мою шею,
Как будто я не папа, а гора.

И нежно целовали меня в щёку,
Пытались задушить, обняв меня.
А я, конечно, притворялся: «что мне больно!» —
Конечно же, играясь и любя.

Их детский запах — самый главный в жизни,
Нет счастья лучше на земле.
Подбрасыванье в небо своих дочек
И то, как радостно бегут они к тебе…

И много-много, много разговоров
О небе, звёздах, реках и лугах.
А сон для вас был явно очень сладким,
Особенно — на папиных руках.

Детсадовский сменила школа, возраст,
Но так же всё бегут они ко мне —
Похвастаться пятёркой самой первой…
Всё это вспоминаю как во сне.

Косички, бантики, и платьишки цветные —
Я с гордостью носил их на руках.
Мои девчонки, доченьки родные, —
Смотрю на вас, и слёзы на щеках.

Глаза искрятся, детская беспечность,
А я — счастливый самый на земле.
Хотел бы, чтоб продлилось это вечность —
Подаренное счастье, счастье мне.

Проходит время кукол и игрушек —
Взамен пришли планшет и телефон.
Навстречу не бегут уже, как раньше,
Для них сейчас мы просто некий фон.

Защита крепкая, надёжная опора,
Поддержка, дом, конечно же, любовь.
Друзья, тусовки, прочие заботы —
Как прежде, не случится это вновь.

Объятий нет, тем паче — поцелуев,
«Привет, пока» — простейший диалог,
И нет уже тех самых разговоров
Про небо, звёзды и зелёный лог.

И ничего. Растут. И это тоже счастье,
Хоть и с щемящей тяжестью внутри.
Давно уж не  гора — а просто Папа,
Который ждёт. И любит. У двери

Давным-давно, придя домой с работы,
Бежали мне навстречу голоса,
Взбирались прямиком на мою шею,
Как будто я не папа — а гора.