Танец на тогах

Труды палеопаразитологов, обнаруживших повсеместное заражение обитателей римских вилл, заставляют иначе взглянуть на античные представления о чистоте. Пока естествоиспытатели, изучая поры керамики и копролиты, находят там яйца аскарид и сосальщиков, историк Мико Флор в своей монографии «The World of the Fullo» раскрывает изнанку этого быта. Ослепительный блеск римских тог скрывал не только величие духа и волю завоевателя, но и недуги, вызванные паразитами и истощением плоти. За внешним лоском, который ныне извлекают из древней глины с помощью науки, таился процесс грубой химической обработки.Сукновальни — фуллоники, составляли основу ткацкого дела в Риме. Это не было простым домашним ремеслом: отбеливание тканей велось в огромных для той эпохи масштабах. В Риме и поныне сохранились руины подобных мастерских, где ткани валяли одновременно в сотне ниш. Главным средством в этом деле выступал аммиак, который получали из мочи, собиравшейся в сосуды на улицах города. Это сырье было столь ценным, что император Веспасиан обложил его особым сбором (vectigal urinae). Знаменитое изречение «деньги не пахнут» — не просто острота, а свидетельство устройства экономики, в которой обычные уборные "подпитывали"  ремесленные мастерские. Сам процесс, известный как «танец фуллона», представлял собой изнурительный труд. Рабы, среди которых по анализу фресок опознают даже отроков, часами топтали ткани в смеси воды, застоявшейся урины и сукновальной глины. За чистоту одежд господ работники платили своим здоровьем. Моча, выводившая грязь с шерсти, с той же легкостью разъедала человеческую кожу. Хронические ожоги, язвы и поражения стоп были неизменным клеймом сукновала. Через раны на коже болезни беспрепятственно проникали в организм. Окуривание же тканей серой для придания им белизны в закрытых покоях губило легкие: фуллоны постоянно пребывали в облаке ядовитых испарений, расплачиваясь за чужое величие тяжкой одышкой и ранней смертью. Особое внимание Мико Флор уделяет конечному этапу отбеливания, который превращал обычную одежду из просто белой (albus) в сияющую (toga candida) — знак высшего достоинства и знатности. Чтобы вернуть шерсти мягкость после едкого воздействия урины, римляне использовали шкурки ежей. Ими начесывали ворс, укладывая волокна в одном направлении. Это создавало гладкую поверхность, которая под лучами солнца обретала тот самый благородный блеск, именуемый римлянами nitidus. Именно это сияние отделяло благородное сословие от простого люда. Однако за внешним великолепием скрывалась суровая действительность: сукновал, трудившийся босиком в чане с нечистотами, и патриций, облаченный в вычесанную ежами и омытую мочой тогу, были неразрывными частями единого мира. Римляне умели добиваться внешнего блеска и могущества, но пребывали в неразрывном круге болезней и зловония. Под ослепительно белой тканью тоги таилась жизнь, изнуряемая недугами.