Сени-сени, мои сени,

Дышит вечер сосновою смолою,
Ветер стих, зацепившись за порог.
Я глаза от усталости закрою,
Оставляя сплетения дорог.
Здесь не нужно ни громкого признанья,
Ни пустых, улетающих речей.
Только тихое старого преданья
Бормотанье в тиши без свечей.


Доски старые помнят каждый шаг,
Сберегая от стужи и тревог.

Припев
Сени-сени, мои сени,
Светлый терем вековой.
Отступают в сумрак тени
Над уснувшею травой.
Сени-сени, мои сени,
Где дубовая скамья,
Где найдет свои ступени
Душа странника  моя.


Половицы вздыхают осторожно,
Отвечая на мысли в тишине.
Здесь поверить в грядущее несложно,
Словно истина бродит в вышине.
Каждый спил — как прочитанная книга,
Каждый гвоздь — словно вбитая строка.
В этом месте нет времени и мига,
Лишь покой, что струится сквозь века.


Доски старые помнят каждый шаг,
Сберегая от стужи и тревог.

Припев
Сени-сени, мои сени,
Светлый терем вековой.
Отступают в сумрак тени
Над уснувшею травой.
Сени-сени, мои сени,
Где дубовая скамья,
Где найдет свои ступени
Душа странника — моя.


Пусть за окнами бродит непогода,
Наметая сугробы у ворот.
Здесь живет первозданная свобода,
И надежный спасительный оплот.



Припев
Сени-сени, мои сени,
Светлый терем вековой.
Отступают в сумрак тени
Над уснувшею травой.
Сени-сени, мои сени,
Где дубовая скамья,
Где найдет свои ступени
Душа странника  моя.