Словно поезд, гудела ночная тайга

Словно поезд, гудела ночная тайга,
Отдыхали поодаль алтайские кони.
Пару тысяч наверх – и начнутся снега,
И окажется лес у тебя на ладони.
 
Проводник не из робких, с рожденья - в седле,
У костра задвигает о псах-атаманах,
О пушнине, косулях, богатой земле,
О молочной Катуни с прозрачным Чемалом.
 
Поутру, подгоняя лошадок хлыстом
И с горами вступив в опрометчивый сговор,
Вы уйдёте тропой – арчимаки битком –
По обманчивым склонам алтайских предгорий.
 
Вам не сбиться с пути – нет похожих вершин,
Одинаковых рек не отыщешь в природе.
Мерный цокот копыт, – и не надо спешить,
Кони лучше идут, если их не торопят.
 
На плато, одуревши от тряски верхом,
Ощутишь первозданную дикую волю.
Здесь кругом – ни души, только горный излом,
До Белухи – рукой, и ни страха, ни боли.
 
Под шумящим дождём в окружении скал
Вдруг поймёшь, что глубоким считал мелководье,
И, услышав вопрос: «Ты нашёл, что искал?»,
Улыбнёшься в ответ и ослабишь поводья.