Страх и Голод

Вступление:
— А если читатель прочтет этот текст первым?
— Ха-ха, здесь все равно никто и ничего не читает.

(Куплет 1)
Видел неф? Сырость, запах.
Вместо ладана — гниение.
Скамьи — как зубы, страх, и
Замок жаждет искупления.

Вон из дома — выход в кому.
Ни креста, огня — лишь голод.
Боли нет. Здесь пепел, лужи,
Всё как будто бы знакомо.

Здесь не то, где всех простили, а как будто бы утроба,
Что стирает кости снова сразу в аминокислоты.
Стану частью, зовом, словом. Стану гумусом в фундамент.
На мгновение замер: память, воля подана на завтрак.

И ступени в никуда, и
Под ногами всё хрустит.
Мотив не в том, что мы умрём,
А курс морали был прибит.

Всё, что ты трогал, — там болит.
Иди по новой — старый ритм.
Если добился — свысока
Тебя уже не зацепить?

(Припев)
Опа, копоть, всюду полосы,
Горят люда наклонности.
И всё-таки возможности
Даны нам странным образом.

И тонкости на плоскости
Такой же шаткой совести
В неровности. А почести —
Лишь часть бездонной полости.

(Куплет 2)
Яркий свет тусклых камер —
Маркер тех закрытых правил,
Что лишь грубая расплата
Всех подопытных исправит.

В осторожности блистаем,
Компанейская черта, и
Сами с книги исчезали,
Если высказался ангел.

Я, конечно же, бездарен, кулуарен быть «ниче так».
Мир естественно реален, номинально он испорчен.
Очень в очи, даже ночью, мне так любит зло пророчить,
Что я потерял возможность. В общем, лучше быть не может.

Соберем осколки, чтоб вернуть затем обратно.
Стало, боги на страницах? Но нам видится экватор!
Так блуждаем по темнице, правда видели вы карту?
Рады уточнить границы, также - к выходу всем рано.

Если ты со мной — мы broken toys?
Если ты со мной — мы котопёс!
Если я с тобой, то вот завоз,
Если я с собой, то в коматоз.

Кости в горле. Смех и только,
Мы подавимся - не больно.
И беснуется вся стража.
Сколько смыслов, вот что важно:

Страх и голод, небо вот бы нам не рухнуло на город.
Смелый повод бы немного здесь ослабить все оковы.
Но по долгу же знакомо, что свободная дорога
Открывается пороку. Вот и выход под контролем
Для всех нас.

(Бог Страха и Голода признает твои страдания...)

(Припев)
Опа, копоть, всюду полосы,
Горят люда наклонности.
И всё-таки возможности
Даны нам странным образом.

И тонкости на плоскости
Такой же шаткой совести
В неровности. А почести —
Лишь часть бездонной полости.

Эпилог:
Рисуясь, рисую рисунок русалки,
И даже её моя сухость дурманит.
Рассудок будто бы хруст безе — окей?
Бог путного пуда съел людей.

Сколь улей жалей, жаль — пчёлка сильней.
Средь стольких вещей мы страдаем, но верь,
Что дальше полегче всё станет — едва ли!
В истории лечит нам шрамы пергамент.