Впущу
не нужно,
не ври.
Ты больше не ждёшь
ни меня,
ни моих действий.
Уходи,
это время разумных последствий.
Моя боль
счётом
идёт мне в наследство
и стечение
всех моих бедствий
намазано мёдом.
Побережём всё это
побережьем
до нужных известий
и до лучшего времени,
когда, может быть,
потеряешься ты
и будешь рыться внутри,
выискивая тёплое,
тёмное,
прошлое.
(А молчание такое запёкшееся)
Тогда, может быть,
и вернёшься ты
к той, ко мне,
которую забыл беспечно на войне,
оставил недобитую на поле боя.
Тут жизни, может, только на полдела:
пока очухалась, пока хотела
всё время взять и что-то изменить,
разрезать, разорвать и разрубить
протасканную днями нашу нить
до ненавистного притока обстоятельств,
чьи факты не давали даже ясность.
Так много слов и смысла ещё больше:
тут только вглядываться, не ломая глаз.
Когда границы станутся намного тоньше,
я небом разверну просроченный рассказ
о будущей любви, которой не бывать,
о моих письмах, что не отослать
за гордой завистью к холодному порогу.
От безразличия, казалось мне, нет проку.
И свежей радостью мне ноты голоса,
простуженного в марте и июле.
Имя кричать, что не забуду,
не забуду.
Не буду верить
и любить
не буду,
ведь ты не ждёшь,
простуда целится
и мне пора к врачу.
Но ты,
если надумаешь,
забудь зиму-метелицу,
но ты,
если надумаешь,
ты приходи -
впущу.
(2013)
Свидетельство о публикации №126043005118