Упали в лужу бомж и знамя

Обычный вечер, как привычка -
Противный, мокрый, без огня.
Вот кто-то пишет из "Колючки",
А кто-то пишет про себя.

Как будто сброшенный с катушек,
Как трек про яркий тёплый свет -
Он на свиданье со старушкой
Зашёл в прокуренный буфет.

Проснулся "Жан Маре" в манерах,
С глазами - будто их украли,
И вспомнил тех, кто на галерах,
И тех, кто мёрзнет на вокзале.

Повсюду - фонари, бутылки.
Вот алкоголик влип в асфальт,
А вот: утырки и обмылки,
Душа - как раненый солдат.

С надрывом - будто бард пропитый
Он дёрнул ржавую струну
И прохрипел: “Я - лётчик "Сбитый"
И нынче - вовсе не живу”.

Он закурил - но дым не пламя,
Окурок скорчился в руке,
Упали в лужу бомж и знамя,
Остался пепел в кулаке.

Потом, спел, что-то без аккордов,
И смолк на лавке во дворе,
Где дети строят дом и морды
В огромной хламовой горе.

С ухмылкой - будто Терминатор -
Сказал: “Я был бы - кто-то там…
Но время - хитрый провокатор,
Всю память выкинуло в спам”.

Но вдруг - о, Боже! - слышит чётко -
Смеётся девочка в углу:
“Эй, дядя, "Правда" - это плётка?
Иль просто бредни на снегу?”

Он не ответил. Отвернулся...
Лишь ветер тихо произнёс:
“Спасибо милый, что вернулся,
Как добрый стих, как верный пёс”.